Отряд мечты

– Конечно, – кивнул главный знаток монашеской жизни. – В городе такой один.

– А коли так, думаю если и есть у них какие записи, хроники али ещё что – то храмовники знают. Сам понимаешь, они без пыли на свитках не живут.

– Благодарю, – тепло отозвался Радмил. – За разговор. И за доверие.

– Береги себя, – ухмыльнулся трактирщик. – Ярмарка – время весёлое, но всякая дрянь в такие дни из нор лезет.

Гость отступил от стойки, улыбнулся и прежде, чем направиться к выходу, обронил:

– Вы с девушкой помягче, вон какого грозного крысолова вам приютила. – И не дослушав ответ, вышел.

За углом трактира было заметно тише – праздничный гул оставался где-то сбоку, растворяясь в камне и дымке кухни. Радмил как раз небрежно прислонился к стене, разглядывая улицу, когда из тени вынырнула та самая разносчица. Она подошла медленно, озираясь, будто ожидала, что из бочек сейчас вырастет корчмарь или, чего доброго, один из почтенных господ.

– Я сделала, как вы просили… – прошептала она.

Парень лениво оттолкнулся, улыбнувшись, как кот, разглядевший на верхней полке заветную крынку с молоком. Он взял руку девушки и вложил в нее горсть медяков, накрыв их пальцами девушки.

– Отличная работа – это тебе, – спокойно проговорил он. – Вторая часть, как и договаривались.

Девушка сглотнула, сжала кулак так, что монеты тихо звякнули, и подняла на него большие глаза.

– А… а меня точно не выгонят? – спросила она торопливо. – За то, что я… ну… подложила… – она замялась, – мышиный хвост. Тем господам. На которых вы указали. – В её голосе было столько ужаса, что впору было подумать, будто она не хвост в кашу уронила, а храм подожгла, да еще и в момент молебне.

Радмил снисходительно улыбнулся.

– Не переживай, синеглазка, не выгонят, – сказал он уверенно. – Корчмарь любит порядок, но ещё больше он любит прибыль. А ты… МЫ сегодня обеспечили ему постоянных клиентов на оба дела.

Он чуть наклонился, понизив голос:

– Но, если вдруг всё-таки прогонят… – юноша немного помедлил с ответом, взвешивая слова, – приходи ко мне. Матушка всегда находит работу для умелых рук.

Девушка растерянно кивнула, не до конца веря услышанному, прижала медяшки к груди и, не сказав больше ни слова, юркнула обратно к чёрному ходу. Молодой человек постоял ещё какое-то время, убеждаясь, что посторонних слушателей не объявилось, поправил сюртук и вышел на улицу, окунувшись в музыку праздничного города.

Глава 2

К полудню ярмар