Месть - 2

– С мамой, она вон там сидит! А ещё скоро придёт мой папа! Пойдём пока в лабиринт! Там так интересно! – Ксюша схватила его за руку и потянула за собой.

– Бабушка, смотри, куда мы! – крикнул Антоша.

Удивлённая Вероника, мать Ксении, услышала слова мальчика, повернулась и увидела Веру Константиновну. Женщины встретились взглядами и кивнули друг другу.

Вера Константиновна поднялась и направилась к лабиринту, чтобы незаметно увести Антошу, но тут же столкнулась с Александром Шалевичем, который сразу же узнал её:

– Вера Константиновна, здравствуйте! Какими судьбами?

Она ничего не успела ответить, потому что Ксюша, увидевшая отца, прибежала к нему, держа за руку Антона.

– Папа, это мой друг Антон, а это его бабушка! Правда, здорово, что мы встретились тут?

Глава 4

Александр с недоумением посмотрел на дочь, потом перевёл взгляд на Веру Константиновну: – Бабушка? Вы?! Как неожиданно! Вера Константиновна, не знал, что у вас есть внук.

Вера Константиновна почувствовала, как холодная волна тревоги окатывает её с головы до ног.

В игровой комнате, среди ярких пластиковых шаров и разноцветных матов, где только что беззаботно смеялся маленький Антоша, а она улыбалась ему и дышала легко и свободно, воздух внезапно стал вязким, словно патока. Вера Константиновна медленно перевела взгляд с раскрасневшегося личика внука на вытянувшееся лицо Александра Шалевича. Они оба, одетые с той безупречной элегантностью, которая всегда отличала их семью, смотрели на неё с вежливым, но настойчивым любопытством. Их дочь Ксюша, красивая девчушка с тонкими чертами лица, держала Антона за руку.

– Саша, – сама не подозревая об этом, Вероника пришла на выручку Вере. – Но ведь Антон – Ковальский, а не Заречный. Я знаю всех одноклассников Ксюши…

– Ну вот всё и разрешилось, – Вера Константиновна с трудом выдавила из себя улыбку, которая больше походила на гримасу.

Её пальцы, крепко сжимавшие сумочку, слегка побелели. Александр Викторович Шалевич был отцом Яна, друга её покойного сына, и их семьи когда-то тесно общались, поэтому она знала этот взгляд Александра – цепкий, аналитический взгляд человека, привыкшего складывать факты в стройную картину. После гибели Артёма Вера Константиновна разорвала почти все связи, чтобы не бередить лишний раз память о той трагедии, но прошлое, как оказалось, имело обыкновение возвращаться.

– Рада вас видеть, Александр Викторович, – произнесла она, стараясь, чтобы голос звучал ровно и буднично. – Как поживаете? Как дела у Яна?

– Спасибо, всё в порядке, – мягко ответил на её любезность Шалевич. – И всё же, Вера Константиновна, я удивлён. Почему-то Ян не говорил мне, что после Артёма остался сын. А кто мать мальчика?

Вероника Шалевич деликатно улыбнулась и коснулась локтя мужа, но тот лишь чуть дёрнул плечом, не отводя взгляда от Веры Константиновны. Вопрос повис в воздухе, тяжёлый и неуместный. Вера Константиновна ощутила, как внутри поднимается паника. Она не могла и не хотела рассказывать правду. Тем более здесь и сейчас. История Антона была слишком болезненной, слишком запутанной и слишком опасной, чтобы выносить её на суд посторонних.

– О, это долгая история, мальчик-сирота. Не будем об этом, – быстро проговорила она, переведя взгляд на Ксюшу и намеренно меняя тему. – Какая же ты стала красавица, Ксения! Просто чудо. Вылитая мама. У вас прекрасная дочь, Вероника Альбертовна. Александр Викторович, примите мои поздравления.

Ксюша зарделась от похвалы, а Вероника вежливо улыбнулась ей уголками губ. Однако Александр не собирался отступать так легко. Он открыл рот, чтобы задать ещё один вопрос, но Вера Константиновна уже положила руки на плечи внука.

– Простите, но нам пора. Дела, знаете ли, не ждут. Антоша, попрощайся с Ксюшей и её родителями.

Мальчик послушно выполнил просьбу бабушки, и Вера Константиновна, не давая Шалевичу произнести ни слова, стремительно повела его к выходу. Она чувствовала спиной его пронзительный, недоумевающий взгляд, но не обернулась, и только на улице, вдохнув прохладный воздух, позволила себе перевести дыхание. Сердце билось чаще, чем обычно, ладони вспотели.

Через двадцать минут такси остановилось у дома, где Мстислава снимала квартиру, и Вера Константиновна, быстро преодолев с Антоном путь до подъезда, потянула на себя тяжёлую дверь.

– Что случилось? – спросила Мстислава, едва увидев обеспокоенное лицо Веры Константиновы. – Антоша, как вы погуляли?

– Хорошо, мы с бабушкой были в игровой комнате…

– Ну беги, помой руки с мылом, – легонько подтолкнула его к ванной комнате Мстислава и повернулась к растерянной женщине с немым укором во взгляде: – Вера Константиновна, ну я же просила…

– Ругай меня, Мстислава, ругай… – вздохнула Вера Константиновна. – Я и сама себя ругала всю дорогу. Но откуда же мне было знать, что там будут Шалевич.

– Что? – ахнула Мстислава. – Шалевич были в игровой комнате?

– Да, Александр приходил туда с женой и дочерью. Оказывается, их Ксюша – одноклассница Антоши, они даже сидят за одной партой.

Мстислава шумно выдохнула.

– Александр Шалевич? Отец Яна? Он узнал вас?

– Конечно, узнал. Спросил, откуда у меня внук. Я не стала объяснять, постаралась перевести разговор, и мы с Антошей ушли.

Мстислава покачала головой, в её глазах застыла тревога.

– Это очень плохо. Теперь шансы узнать правду у вашего мужа выросли в разы. Боюсь даже представить, что будет, когда ему станет известно, что Антон – ваш внук, но не его.

– Ничего! Я успела подготовиться, – вскинула вдруг голову Вера Константиновна, и в её голосе впервые за всё время её знакомства с Мстиславой прозвучала не умоляющая или виноватая, а упрямая и даже дерзкая нота.

Мстислава вскинула бровь, подавая Вере чашку чая.

– Вот как? Не расскажете?

– Отчего же, расскажу. Ты опекун и должна знать об этом, – Вера Константиновна приняла чай и сделала небольшой глоток. – Всё имущество, которое мне принадлежало, я оформила на Антона.

– А что принадлежало вам? – растерянно спросила Мстислава.

– Всё, – улыбнулась Вера Константиновна. – Дом, машины, счета, даже автосервис. Георгий всегда занимал такие должности в МВД, которые не позволяли ему иметь какое-то имущество. У него есть только его родительская квартира на Ленина, там ещё на первом этаже библиотека. Поэтому имущество по всем документам принадлежало исключительно мне. А теперь принадлежит Антоше.

Мстислава несколько секунд молчала, обдумывая услышанное, потом покачала головой, глядя на Веру Константиновну с восхищением и сомнением одновременно.

– Это невероятно смелый шаг с вашей стороны. У меня просто нет слов. Удивляюсь, как вы не боитесь…

– Ах, девочка моя, – Вера Константиновна допила чай и с лёгким стуком поставила чашку на блюдце. – Я всю жизнь всего боялась. Боялась не угодить мужу, боялась за сына, боялась, что моя жизнь разрушится. Я устала, Мстислава, и теперь пусть боятся те, кто захочет отнять у меня Антона.

***

Вера Константиновна попрощалась с Мстиславой, поцеловала Антона в макушку и ещё раз напомнила ему, чтобы он слушался и хорошо кушал. Мальчик обнял её за шею, прижался на секунду и убежал обратно к своим машинкам, оставленным на ковре в гостиной. Мстислава проводила женщину до двери, но, прежде чем закрыть её, внимательно посмотрела ей в лицо.

– Вера Константиновна, вы уверены, что делаете всё правильно? – спросила она, понизив голос.

– Да, – ответила та и вышла на улицу.

Она дошла до угла дома, опустилась на скамейку и достала телефон, чтобы вызвать такси. Когда через несколько минут машина затормозила у тротуара, Вера Константиновна села на заднее сиденье, назвала адрес и, наконец, позволила себе закрыть глаза и выдохнуть. Адрес был не её домашний. Она назвала улицу, где располагался один из районных судов.

Водитель кивнул и тронул машину с места. За окнами поплыли многоэтажки, рекламные щиты, вереницы машин, парки, скверы. Вера Константиновна невидящим взглядом смотрела на город, который знала всю жизнь, и думала о том, что собиралась сейчас сделать. Она больше не хотела прятаться в своей скорлупе и ждать, пока кто-то решит за неё, как она должна жить. Она сама постучит в дверь, за которой скрывалось так и не забытое ею прошлое.

***

Районный суд располагался в старом трёхэтажном здании с высокими окнами и недавно обновлённым фасадом. Вера Константиновна расплатилась с таксистом, поднялась по широким ступеням и толкнула тяжёлую дверь. В разветвлённых коридорах было тихо, лишь где-то в глубине здания слышались приглушённые голоса и стук каблуков.

Она подошла к окошку приёма, за которым сидел молодой мужчина в форме.

– Добрый день, – произнесла Вера Константиновна, стараясь, чтобы голос звучал спокойно и уверенно. – Мне нужно узнать, на месте ли Касьянов Борис Андреевич. И если да, передайте ему, что к нему пришла Вера Константиновна Заречная.

Мужчина кивнул, сделал какую-то запись в журнале, и снял телефонную трубку. Разговор был коротким. Положив трубку, он поднял глаза на Веру.

– Да, Борис Андреевич на месте. Он просил подождать. Сейчас спустится.

Вера Константиновна отошла к стене и прислонилась к ней спиной. Сердце билось чаще, чем хотелось бы. Она не видела Бориса больше двадцати лет. Когда-то они были очень близки, но жизнь развела их по разным дорогам, а потом и вовсе перечеркнула всё, что было между ними. Вера не знала, как он её встретит, и сейчас уже жалела, что пришла сюда.

Она уже было повернулась, чтобы попросить отменить встречу, но на лестнице показался мужчина. Высокий, немного сутулый, с седыми висками и по-прежнему живыми и красивыми глазами. Он был в тёмном костюме и белой рубашке без галстука. Увидев Веру Константиновну, он остановился на мгновение, и на его лице отразилось сначала удивление, а потом что-то тёплое, давно забытое.