Капкан

– Боже мой, я просто валюсь с ног от усталости, – проговорила она. – Больше всего хочу сейчас принять ванну и лечь спать.

– Пойдём, – сказал он, обнимая её.

– Слушай, а ты не знаешь, что случилось с Фоминым? Я видела, как он уходил, и был просто в бешенстве. Даже не попрощался со мной. Просто выскочил из дома, прыгнул в машину и умчался. Так неприятно

– Не обращай внимания, – посоветовал ей Матвей. Он проводил её до спальни, потом сам включил воду в ванной. – Я спущусь в гостиную, выпью чего-нибудь.

– Хорошо, – Альбина не заметила его плохого настроения, а он и не стремился делиться с ней своими мыслями и заботами. Он никогда и ни с кем не делился этим.

***

Матвей рос в детском доме с клеймом «трудный подросток». Он всегда умел драться и когда стал постарше, начал нелегально зарабатывать на этом деньги – в закрытых клубах ставки на крепкого шестнадцатилетнего паренька делались хорошие. Сироту никому не было жалко, а для него это был шанс заработать хоть что-то и хоть как-то пробиться в этом диком и равнодушном мире.

Матвею повезло. Он не стал инвалидом и не скончался избитый под каким-нибудь мостом, куда время от времени проигравших парней выбрасывали после неудачного боя. Благодаря одному человеку, в восемнадцать, сразу после выпуска из интерната, он устроился «вышибалой» в ночной клуб – репутация Капкана позволяла ему сделать это. Его красота была хищной, а сила – пугающей. Женщины вешались на него, но он, удовлетворяя с ними физические потребности, презирал их за доступность. И, позволяя пользоваться его телом, никогда и никого не пускал в душу.

Вернувшись из армии, Матвей не тратил времени на поиски себя, как другие, – он знал, что умеет делать лучше всего. Высокий, с широкими плечами и стальным прессом, он устроился тренером в престижный фитнес-клуб. Девушки сохли по нему. Они флиртовали открыто, приглашали на свидания, писали в личные сообщения по ночам. Матвей не был жестоким, но цинизм въелся в него с детства. Никто не дарил ему любви просто так, и он не верил, что она вообще существует. Поэтому он пользовался их вниманием, не обещая ничего взамен. Одна ночь – и утром он исчезал, оставляя после себя только запах дорогого геля для душа и холодное «Пока».

– Сердце – это мышца, – усмехнулся он однажды, глядя на очередное сообщение от девицы с надрывной мольбой. – Только и всего.

Однажды Матвей заехал в клуб, чтобы увидеться кое с кем. Но нужного человека на месте не оказалось, и Матвей, решив дождаться его, стал пробираться к барной стойке сквозь грохот музыки, кислотные вспышки света и колышущееся море разгорячённых тел.

Альбина сидела на высоком стуле у барной стойки, была уже очень пьяна и размазывала тушь по лицу. Она что-то шептала, раскачиваясь в такт своей боли. Матвей сразу обратил на неё внимание, потому что она не была похожа на других. Она не видела никого вокруг и просто пила, пытаясь утопить свою тоску.

–Эй, красотуля, – к ней подвалили трое. Один из них, с наглой ухмылкой и золотой цепью на шее, попытался взять её за локоть. – Угостить тебя?

– Отвали, придурок, – отозвалась она, добавив несколько непечатных ругательств, и Матвей удивлённо изогнул правую бровь. Грубоватый голос никак не вязался с внешностью женщины, а её выражения подходили скорее базарной торговке, чем городской, явно преуспевающей дамочке.

– Слышь, ты чё такая борзая? – парню явно не понравился её ответ, и он схватил её за плечо.

Альбина попыталась оттолкнуть его, но покачнулась и чуть не упала со стула. Второй парень схватил её за талию, увлекая за собой в сторону выхода.

Матвей поставил стакан на стойку. Он не думал – просто действовал. Спокойно вышел из клуба, в три шага оказался у машины, куда один из парней пытался втолкнуть уставшую сопротивляться женщину, схватил наглеца за шкирку и отбросил в сторону.

Второй парень попытался замахнуться, но получил жёсткий удар в челюсть. Третий замер, увидев холодный и острый взгляд Матвея.

–Ты кто такой? – прохрипел тот, которого отшвырнули.

– Капкан, – коротко ответил Матвей. В его голосе не было злости, только сталь. – Продолжим знакомство?

Они переглянулись и испарились быстрее, чем дым от сигареты. Матвей придержал Альбину, которая медленно сползала по машине на землю.

– Эй, ты в порядке?

– Ты ещё кто? – попыталась она сфокусировать на нем свой взгляд.

– Твой ангел-хранитель, – усмехнулся он, поддержав её за талию. – Где ты живёшь?

– Тебе какая разница? – она икнула и повалилась на него.

Он вздохнул. Такси, несколько попыток разбудить её, чтобы узнать адрес, – всё тщетно. В итоге Матвей привёз её в свою квартиру. Уложил на кровать. Снял с неё туфли, накрыл пледом. Она что-то бормотала во сне, хмурилась, размахивала руками, будто защищаясь.

– Зачем тебе это? – спросил сам себя Матвей, пожал плечами и отправился спать на кухню.

Утром Альбина проснулась от яркого света, бьющего в глаза. Голова раскалывалась. Она села и осмотрелась. Чужая квартира. Запах кофе. И силуэт мужчины, стоящего у кухонной стойки.

– Доброе утро, – сказал Матвей, не оборачиваясь. – Как спалось??

– Где я? – её голос дрожал. Она попыталась вспомнить вчерашний вечер, но пазлы воспоминаний никак не хотели собираться воедино. – Ты кто?

– Матвей.

– Мы что с тобой... – она облизнула сухие губы и покрутила рукой в воздухе.

– Переспали? – усмехнулся Матвей. – Нет. Я предпочитаю живых женщин.

– Чёрт, вот это я надралась – Альбина потёрла виски, осмотрела себя и только сейчас поняла, что спала одетой. – А ты из благородных, да?

Матвей обжёг её ослепительной улыбкой. Альбина посмотрела на него. Высокий, широкоплечий, с лёгкой щетиной на лице. Красивый. Как бог.

– Нет. Я из обыкновенных. Просто никогда не пользуюсь беспомощностью других людей.

Она почувствовала, как к лицу приливает тепло. Странное чувство – благодарность, смешанная с чем-то более глубоким. Она не верила в рыцарей, но этот парень выглядел именно так.

– Спасибо, – выдохнула она.

– Не за что, – он поставил перед ней чашку кофе. – Пей. Потом я вызову тебе такси.

Глава 7

Солнце, пробивавшееся сквозь жалюзи, чертило на стене длинные желтоватые полосы. Альбина взяла в руки чашку с обжигающим чёрным кофе. Осторожно сделала глоток. Голова тут же отозвалась глухой болью, и она невольно поморщилась.

– Дай лучше какую-нибудь таблетку

– Ничего такого нет, – пожал плечами Матвей. На нём была простая белая футболка, обтягивающая плечи, рельеф которых угадывался даже сквозь ткань.

– Да? Сам от похмелья никогда не мучаешься? Или скажешь, что ты не пьёшь?

– Ну почему? – Матвей отошёл к шкафу, стянул с себя футболку, снял с вешалки рубашку и, надев её, принялся, не спеша, застёгивать пуговицы, ловко работая пальцами. В его зелёных глазах не было ни капли смущения или неловкости. Только спокойствие. Скучное и раздражающее.

Альбина молча наблюдала за ним и думала о том, что вот этим пальцами он ночью расстёгивал молнию её платья, чтобы ей было удобнее спать.

– Допивай, – вырвал её из задумчивости приятный, ровный, но холодный голос. – Тебе пора. И мне тоже.

Матвей смотрел на неё пристально и насмешливо.

Альбина отставила чашку. Она провела пальцем по ободку, улыбнувшись той самой улыбкой, которая заставляла дрожать её подчинённых. Всех до единого.

– Спасибо, что приютил, – голос её звучал хрипло, но бархатисто. – Ужасная ночь. И всё из-за вас, мужчин. Ты даже не представляешь, какие среди вас попадаются экземпляры.

– Почему же, представляю, – коротко бросил Матвей, не глядя на неё. Он налил себе стакан воды.

– Уверена, что таких, как мой бывший, ты не встречал, – Альбина театрально вздохнула, поправляя спутанные волосы. – Им нужны только мои деньги. Мои связи. Мой статус. Как только они понимают, что я не буду спонсировать их бессмысленные проекты, они исчезают.

Матвей промолчал, сделав глоток. На его лице не дрогнул ни один мускул.

– Но ты, – она подалась вперёд, ставя локоть на стол, чтобы кружево платья соблазнительно сползло с плеча, – ты не такой, да? Благородный Айвенго. Рыцарь. Пустил к себе красивую пьяную женщину, уложил её в постель и даже не притронулся к ней. Ха-ха-ха Чем не подвиг?

Она медленно встала. Каждая косточка в её теле ныла, но Альбина, опытная женщина, знала свои сильные стороны, подошла к Матвею и остановилась, почти касаясь его грудью.

– А знаешь, что самое смешное? – прошептала она, глядя в его глаза снизу вверх. – Это задело меня. Ты оскорбил меня сильнее, чем все эти альфонсы. Почему ты не воспользовался моей беспомощностью? Я тебе не нравлюсь? Или ты просто боишься?

Матвей поставил стакан на стойку. Стук стекла о керамическую столешницу прозвучал неприятно громко в тишине кухни. Он встретился взглядом с Альбиной. Зелёные глаза смотрели холодно, без искры, которую она привыкла ловить в глазах мужчин.

– Ты не в моём вкусе, – сказал он.

Альбина закусила губу и вспыхнула так, будто получила пощёчину. Она смотрела на этого молодого самца с идеальной кожей и наглым взглядом человека, которому нечего терять, и чувствовала, как внутри закипает ярость.

– Что? – выдохнула она. – Что значит «не в моём вкусе»? Ты совсем офонарел?

– Такси уже ждёт, – перебил её Матвей, доставая телефон. – У меня тренировка через полчаса. День расписан до вечера.

– Ты с ума сошёл? – голос её стал стальным. – Ты вызвал такси? Мне? Отправляешь меня как какую-то дешёвую девку с ночной вечеринки? Я владею сетью магазинов, идиот!

– Поздравляю, – кивнул он. – И напоминаю, что моя машина осталась у клуба, потому что ты никак не хотела садиться в неё. Да я и не смог бы вести машину, потому что ты висела на моей шее. Так что тебе придётся ехать домой, как дешёвой девке. И давай, ускорься.

Он развернулся и направился в прихожую.

Альбина стояла, вцепившись в край столешницы. Она чувствовала, как горят щёки. Никогда, ни разу в жизни её не отвергали так грубо и по-хамски спокойно. Да её вообще никто и никогда не отвергал!

Она молча натянула туфли, даже не взглянув на себя в зеркало. В груди кипела адская смесь уязвлённой гордости и жгучего, почти болезненного желания.

– Ты не в моём вкусе, – пронеслось у неё в голове, когда он захлопнул за ней дверь такси и ушёл, даже не обернувшись.

Но Альбина смотрела на него, пока машина не выехала из двора. Нет, она никогда не умела проигрывать. И этот парень, который посмел её игнорировать, станет самой сладкой победой. Она заставит его ползать у её ног. А потом, когда он влюбится по уши, она сломает его так же, как он сейчас чуть не сломал её.

Солнце ослепило глаза. Альбина откинулась на кожаном сиденье такси и произнесла едва слышно, чуть шевеля губами:

– Ладно. Один-ноль в твою пользу, красавчик. Но игра только начинается.

***

Неделя пролетела в круговороте бесконечных рабочих встреч, которые Альбина вела на автопилоте. Ядовитые мысли о зелёных глазах, смотревших на неё, как на пустое место, растекались по её венам, отравляя кровь. Она перебирала в памяти варианты встреч, строила планы мести, но это все должно было случиться потом, а сейчас она должна просто узнать о нём всё.

В пятницу вечером она отправилась в тот самый бар и грациозно уселась на высокий стул, положив сумочку на стойку.

– Мне двойной виски. Лёд отдельно.

Бармен, молодой парень с насмешливым взглядом, кивнул и поставил перед ней бокал.

– Вы меня помните? – продолжила она разговор, делая глоток и глядя на своё отражение в зеркале за спиной бармена.

Он молча кивнул, ожидая, к чему эти вопросы.

– Скажите, а тот высокий парень, Матвей, брюнет, с зелёными глазами Он часто сюда заходит?

Бармен продолжал протирать стакан, как будто не слышал вопроса. Альбина достала из сумочки купюру и положила перед ним.

– Матвей? – переспросил бармен. – О, да. Он тут частый гость. Пару раз в неделю бывает. По субботам – почти всегда. Кофе пьёт. Иногда с кем-то встречается.

– С кем встречается? – голос Альбины дрогнул, но она тут же взяла себя в руки и положила перед ним ещё одну банкноту. – Просто интересно.

– С разными людьми, – пожал плечами бармен. – Он же фитнес-тренер. Девки всех сортов липнут к нему, как мухи на мёд. Если вы об этом. Но он ни с кем не бывает долго.

– Вот, значит, как, – повторила Альбина, чувствуя, как страсть серной кислотой разъедает её изнутри. – Спасибо.

Она допила виски одним глотком, оставила третью купюру на стойке и вышла. Теперь она знала, где его искать.

***

На следующий день Альбина сидела в углу этого же бара, за столиком, откуда открывался отличный вид на вход. Она заказала минеральную воду и ждала. Час. Два. Сердце колотилось где-то в горле. Она чувствовала себя дешёвой шпионкой из глупого сериала, но остановиться не могла.

Около девяти вечера дверь открылась, и он вошёл. Матвей. В простой чёрной футболке и джинсах, он выглядел так, будто сошёл с обложки модного журнала. Но он был не один. Рядом с ним шла девушка. Высокая блондинка с глупым кукольным лицом, накачанными губами и длинными ногами. Она что-то щебетала, касаясь его плеча.