скачать книгу бесплатно
Макс напомнил Ивану риелтора. Из тех, кому кровь из носа как нужно сбагрить объект клиенту.
Странный тип – этот родственник.
Узкую спальню от ванной комнаты отделяла лишь тяжёлая драпировка.
Вся обстановка была какая-то девчачья: ванная на ножках, большая картина с абстрактным цветком…
Впрочем, ничего удивительного. Тётя Вера ведь не дядя. Потому тут всё такое девачковое. Даже после шестидесяти женщина всё равно остаётся женщиной и имеет разные с мужчиной вкусовые предпочтения.
На втором этаже было ещё три большие спальни и санузел.
Ни о каких четырнадцати комнатах в доме речи не шло. Если когда-то они и существовали, то теперь растворились среди прожитых лет.
Признаться, всё и без того было неплохо. Иван-то предполагал, что родовое гнездо Власовых представляет собой затрёпанную халупу. Ожидал он всего самого плохого: захудалой деревушки, глухого места, дома, подальше от дороги.
Бывает наследство такого рода, которое и не продашь, и не наездишься. Вот нечто подобного Иван и ожидал. Но всё было далеко не так плохо. Реальность превзошла ожидания.
Посёлок оказался расположен всего в пятидесяти километрах от города и был куда оживлённее, чем Иван думал. Жителей на улице хватало. В том числе – и молодёжи. А вокруг – лес, луга и озёра. Федеральная трасса, опять же, близко. Дороги между домами асфальтированы.
Мобильник ожил в руке, заголосив. Нажав кнопку вызова, Иван услышал с другого конца связи жизнерадостный голос Кирилла:
– Привет, пилигрим! Как ты? До места ещё не добрались?
– Добрались.
– Ну, и какие нынче погоды в Мухосранске?
– Не поверишь – солнечно, – фыркнул Иван.
– Ух, ты! Нет, реально? Как тебе клоповничек?
– После дезинфекции жить можно.
– Да, ну?..
– Ты уже у Динки? – поспешил Иван сменить тему разговора.
– Ну, да.
– Марго пришла?
– Нет. Но придёт.
– Привет ей передавай.
– Какой?
– Большой и горячий, – засмеялся Иван. – Ты, чмошник! Оторвись за нас обоих!
– Обещаю. А ты не помри со скуки.
– Договорились.
– Ладно, бывай. Звякну ещё.
– Чмоки-чмоки, – хмыкнул Иван, дождавшись коротких гудков.
Забравшись с ногами на широкий подоконник, занял позицию, с которой мог одновременно и держать под наблюдением входную дверь, и глазеть через окно вниз.
Вытащив из кармана вэйп, с наслаждением запарил, несколько раз глубоко затянувшись. Электронка была новенькая. От глубокой затяжки она тихонько щёлкала. А в носу щекотало от ароматной никотиновой соли.
Взгляд машинально скользил по саду. Вид, открывающийся из окна, был своеобразный. Сад был большим и не слишком-то ухоженным. Деревья старые. Должно быть позже, когда лето вступит в свои права, придётся им поработать, борясь с поднимающимися сорняками. Пора разоряться на косилку. Иначе придётся пробираться по двору сквозь дикие заросли.
Но сейчас трава была юной, хрупкой. Вишни и яблони покрылись белыми цветами, напоминая невест на выданье. Красиво.
В их тени Иван заметил садовые качели. А на них – хорошенькую девушку.
Незнакомка была худенькой и хрупкой. И издали чем-то напомнила ему Натали Портман в её лучшие годы.
Настроение у Ивана сразу поднялось. Марго-то от него никуда не денется. А длинный майский уик-энд, возможно, будет совсем не таким скучным, как он боялся.
Глава 2. Новая знакомая
Девушка плавно покачивалась на качелях. Вблизи она выглядела такой же симпатичной, как и издалека. Не такой уж частый случай.
Кожа у неё была ровная, светлая, тонкая – как дорогой фарфор, который мама продолжает держать под стеклом столько лет, сколько Иван себя помнил. Вместо того, чтобы наслаждаться красивой вещицей здесь и сейчас. Волосы мягкими даже на вид. И ресницы, опущенные вниз, потому что девушка смотрела в смартфон, выглядели длинными, как у куклы.
– Привет, – поздоровался Иван.
Девушка испуганно вздрогнула, как вздрагиваешь каждый раз, если тебя неожиданно окликают в тот момент, когда ты думаешь, что один.
– Меня зовут Иван. И я теперь тут, в этом доме, вроде как хозяин. Можно узнать, кто ты такая? Я не против красивых девушек в своём саду, но, раз уж ты здесь, почему бы нам не познакомиться?
Девушка глядела на Ивана серьёзно и внимательно. Оценивающе. Без тени улыбки.
– Я Василиса. Тоже Власова. Мы родственники. Это мой отец сейчас твоим родителям дом показывает. А я вот сижу, жду.
– А что так?.. Почему не пришла с нами познакомиться?
Василиса пожала плечами и Ивану показалась, что наушники, которые она за несколько минут извлекла из ушей, вернутся на место, и на этом разговор завершится, но девушка подвинулась, уступая ему место на качелях рядом с собой.
Она продолжала внимательно смотреть на него Глаза у неё были шоколадного оттенка. Причём шоколад не твёрдо-горький, а мягкий, молочный, сладкий. Обволакивающий.
– Я, вроде как, задал вопрос?
– Почему не пришла знакомиться? – повторила она за ним эхом. – Папа решил, что так будет лучше. Он мне не очень доверяет. Боится, что стану болтать и наговорю лишнего.
– Например? – удивлённо приподнял брови Иван.
– Возьму и скажу, что не нужно вам в этот дом переезжать.
– Почему?
Взгляд девушки сделался таким острым, будто пытался сквозь его черепушки прочитать мысли Ивана. Она, вроде как, силилась прочитать его, будто книгу.
– Большинство местных считают это место проклятым.
– Да-а? – протянул Иван. – Правда, что ли? Дальше – что? Скажешь, мол, я и не ожидала, что ты поверишь, но всё так и есть?
Он взялся рукой за поручень, останавливая качели, не давая Василисе раскачиваться дальше:
– Может быть, лучше познакомимся поближе без разговоров обо всякой ерунде?
– Почему ты думаешь, что я говорю ерунду?
– Потому, что я большой мальчик и давно не верю в страшные сказки.
Василиса хмыкнула:
– Так многие большие мальчики говорят. Пока на улице светло. А ещё они в бога не верят – до поры, до времени. Но приходит ночь. Или война. Или смертельная болезнь. Рядом со смертью атеистов нет.
– Тебе кто-нибудь уже говорил, что ты странная девушка?
– Нет. Я обычно такие вещи незнакомцем не говорю. А ответ они не называют меня странной.
– А со мной что – так?
Василиса снова смерила его взглядом:
– С тобой мы родственники. И вам пытаются подсунуть гнилой дар. Я, как человек совестливый, пытаюсь предупредить.
– С какой целью? – деловито поинтересовался Иван.
– Что? – нахмурилась Василиса.
– Ну – цель-то какая? Допускаешь мысль, что мы все дружно испугаемся и решим подарить дом вам?
– Если бы мы хотели завладеть домом, достаточно было просто вовремя не информировать вас. Через полгода, если наследники не обращаются за наследством, права на него теряются.
– Возможно. Ну, тогда какие планы?
– Уберечь. У дома плохая история. Большинство местных жителей после захода солнца даже в сад не за какие деньги не зайдут. А вы собираетесь тут жить.
– Ну, жить-то – точно нет. Может, будем набегать время от времени, наездами. Отличное местечко для дачи. Как думаешь?
– Мрачновато, как по мне.
– Да, ладно. Но, предположим, я бы доверил тебе определять дальнейшую судьбу этого дома. Чтобы ты посоветовала? Продать? Но тогда кто-нибудь другой эту прелесть купит. А она – с «икрой». Не хорошо получается?
– Просто заколотить тут всё. И ночевать не оставаться не при каких обстоятельствах.
– Ты сама-то в доме ночевала?
– Да. Ночевала. Приходилось несколько раз, когда тётя Вероника приезжала.
– Что – видела призраков? – насмехаясь, поинтересовался Иван.
Девушка вытянула ноги, скрестив их в изящных лодыжках. И руки на груди тоже переплела.
– Не видела. Но слышала.
– В большом доме, Василиса, – Иван мягко толкнул качели, заставляя закачаться, – много чего увидеть много.
– Не стану тебе ничего доказывать, Иван. Вы надолго планируете в наших краях задержаться?
– Изначально я очень надеялся на то, что нет. Но теперь, пожалуй, не против провести здесь уик-энд. Правда, при одном условии.
Василиса вопросительно изогнула бровь.
– При условии, что одна симпатичная родственница согласится дать мне парочку уроков истории. Что-то мне подсказывает, что ты хорошо разбираешься в семейных хрониках? Дашь парочку уроков? Я задержусь.
– Ты невнимательно меня слушан, кузен. Я как раз совсем не хочу, чтобы ты задерживался.
– Обидно. Я-то надеялся тебе понравится, кузина. Ты мне, например – да.
Василиса насмешливо фыркнула. А через мгновение опять посмотрела на него этим своим вопрошающе-изучающе-серьёзным взглядом.
– Как раз потому, что ты мне понравился, я и хочу, чтобы ты уехал. Когда я говорю, что дом проклят – я не шучу.
– Дом? Или род Власовых?
– Ну, не знаю, – пожала плечами Василиса. – В нашей семье люди, в среднем, умирают не чаще других. И не страшнее.
– Но ведь умирают?
– Так ведь смерть – часть жизни. Куда же без этого. Но если кто-то задерживается в доме слишком долго. Или остаётся в нём один?.. Кстати, тётя Вероника единственный раз ночевала в доме в одиночестве. И эту ночь она не перенесла.
– И ты считаешь, что её убили призраки?
Иван не считал нужным сдерживать сарказм.
– Да. Считаю.
– Сколько лет было тёте Вероники?
– Шестьдесят шесть.
– Могла бы пожить.