Читать книгу Меня выгнали из команды героя поэтому я стану.... А кем я стану? (Олег Александрович Королев) онлайн бесплатно на Bookz (2-ая страница книги)
Меня выгнали из команды героя поэтому я стану.... А кем я стану?
Меня выгнали из команды героя поэтому я стану.... А кем я стану?
Оценить:

3

Полная версия:

Меня выгнали из команды героя поэтому я стану.... А кем я стану?

— Эвилэйн... она... она тебя любит. Знаешь?

— Догадывался.

— Она говорила... перед вашим уходом. Сказала, что если ты уйдёшь, она уйдёт с тобой. Потому что... потому что ты единственный, кто... кто видит в ней не деньги, а человека.

Я молчал.

— Береги её, Руето. И... прости нас. За всё.

— Мицио...

Тишина.

Я стоял над завалом и смотрел, как уходит последний свет из глаз того, кого все звали героем. А он умер, как обычный человек. Под грудой камней. Вдали от славы.

И никто этого не увидит.

Кроме меня.

Наружу я вышел через час.

Эвилэйн бросилась ко мне, обняла так крепко, что хрустнули рёбра.

— Живой! Живой, дурак такой! Я чуть с ума не сошла!

— Тише, — я погладил её по голове. — Всё хорошо.

— А они? — она отстранилась, посмотрела на вход. — Мицио? Рин? Артур?

— Рин и Артур сбежали, — ответил я. — Мицио... погиб.

Она замерла.

— Как?

— Дракон обрушил стену. Мицио не успел.

— А ты?

— А я успел.

Эвилэйн смотрела на меня долго. Очень долго. А потом вдруг сказала:

— Руето... я должна тебе кое-что сказать.

— Что?

— Я... — она запнулась, покраснела, но на этот раз не отвела взгляд. — Я тебя люблю.

Я моргнул.

— Что?

— Я тебя люблю, идиот. Давно. Ещё когда мы в отряде были. Ты думал, я просто так с тобой ушла? Думал, мне бизнес нужен?

— Ну... да?

— Дурак! — она топнула ногой. — Мне ты нужен! Только ты! И я... я хочу быть с тобой. Всегда. И... и...

— И?

— И детей хочу. От тебя. Троих. Или четверых. Чтобы они были такими же умными, как ты, и такими же красивыми, как я.

Я стоял и хлопал глазами.

Вокруг была ночь, позади — лабиринт с трупом героя, впереди — девушка, которая только что предложила мне четверых детей.

— Ты... это серьёзно?

— А похоже, что я шучу?!

Я посмотрел на неё. В её глазах блестели слёзы. Но это были не слёзы горя — это были слёзы надежды. Страха. Любви.

— Эвилэйн...

— Что?

Я шагнул вперёд и обнял её. Так же крепко, как она меня минуту назад.

— Я тоже тебя люблю.

— Правда? — она замерла.

— Правда. Просто... я думал, тебе нужен кто-то получше. Герой там, или принц, или...

— Дурак, — она уткнулась носом мне в плечо. — Самый лучший для меня — это ты. Бухгалтер, зануда, мастер на все руки. Ты.

Мы стояли так долго. А потом я услышал шаги.

Лэйла.

— Простите, что прерываю, — сказала она, и в голосе её звучала странная смесь иронии и... уважения? — Но у нас проблемы.

Я отпустил Эвилэйн, но руку её не выпустил.

— Какие?

— Рин и Артур выбрались. И уже разносят по городу, что это ты виноват в смерти Мицио.

— Что?! — Эвилэйн вспыхнула. — Да он же спас их!

— Это им не помешает, — Лэйла покачала головой. — Они говорят, что ты пришёл, отвлёк дракона, и из-за этого Мицио не смог нормально ударить. Что ты специально его подставил.

Я молчал.

— И это ещё не всё, — продолжила Лэйла. — Контракт с Мэллори. Теперь, когда Мицио мёртв, они требуют выплаты с оставшихся членов отряда. А те, в свою очередь, заявляют, что не подписывали ничего, что это Мицио действовал от лица всей команды, значит, и долг — общий.

— Это незаконно, — сказал я.

— Это бизнес, — ответила Лэйла. — В суде они проиграют, но пока суд да дело — Мэллори будет давить. И первая под удар попадёте вы.

— Почему мы?

— Потому что вы теперь — конкуренты. А Мэллори не любит конкурентов.

Я сжал кулаки.

— И что ты предлагаешь?

Лэйла посмотрела на меня. В её холодных глазах мелькнуло что-то тёплое.

— Я предлагаю познакомиться поближе.

Она протянула руку.

— Меня, кстати, зовут Лэйла Лукризная. Но для своих — просто Лэйла. Или, если официально — глава торгового дома Мэллори.

Тишина.

Такая густая, что её можно было резать ножом.

— Что? — выдохнула Эвилэйн.

— Мэллори, — повторила Лэйла спокойно. — Это я. Вернее, моя семья. Но отец отошёл от дел, так что теперь всем заправляю я.

— Ты... — я не верил своим ушам. — Ты дала нам журнал с секретами твоей же компании?

— Ага.

— Зачем?

— Затем, что Мэллори нужны свежие мозги. Мой отец построил империю на взятках и давлении. Это работало, пока не пришли вы. — она посмотрела на меня. — Два года вы тащили отряд героя на одной дисциплине и бухгалтерии. Без связей, без денег, без поддержки. Просто потому что умели считать и планировать.

— И?

— И я хочу это купить. — Лэйла улыбнулась. — Не вас. Ваш подход. Ваши методы. Давайте объединимся. Мой капитал, твой ум. Мои ресурсы, твоя репутация. Моя армия юристов, твоя... ну, твоя Эвилэйн.

— Эй! — возмутилась Эвилэйн.

— Я в хорошем смысле, — Лэйла подняла руки. — Вы двое — лучшее, что случилось с этим городом за последние годы. Вы даже не представляете, как все устали от Мэллори-старшего. Как все ждут, что появится кто-то, кто бросит ему вызов. И вы появились.

Я молчал. Переваривал.

— Ты хочешь, чтобы мы стали партнёрами?

— Я хочу, чтобы вы стали моими партнёрами, — поправила Лэйла. — Не наёмниками. Не подчинёнными. Равными. Я даю вам доступ ко всем ресурсам Мэллори. Вы даёте мне... свежий взгляд. И ещё кое-что.

— Что?

— Дружбу, — просто сказала она. — Знаете, каково это — быть главой монополии в двадцать три года? У меня нет друзей. Есть конкуренты, партнёры, враги. А мне просто хочется, чтобы кто-то был рядом не из-за выгоды.

Эвилэйн посмотрела на меня. Я посмотрел на неё.

— Ну что, Руето? — спросила она. — Берём в долю сестру той дуры, которая нас выгнала?

— Она сама нас не выгоняла, — заметил я.

— Технически.

— Ладно, — я повернулся к Лэйле. — У нас есть условия.

— Какие?

— Первое: мы равны. Ты не командуешь, мы не подчиняемся. Решения принимаем вместе.

— Идёт.

— Второе: никаких взяток и давления. Мне плевать, как там привык работать твой отец. Мы строим честный бизнес.

— Сложно, — Лэйла задумалась. — Но можно. Идёт.

— Третье: — я посмотрел на Эвилэйн. — Мы хотим пожениться.

— Что?! — Эвилэйн покраснела так, что, кажется, даже волосы засветились. — Руето!

— Ты же сама сказала про детей.

— Я... ну да... но не при всех же!

— При всех, — улыбнулся я. — Чтобы Лэйла знала: мы — команда. Во всём.

Лэйла рассмеялась. Впервые по-настоящему, без иронии.

— Вы невероятные, — сказала она, вытирая слёзы. — Ладно. Идёт. Всё идёт. Только дайте мне тоже кого-нибудь найти, а то смотреть на вас больно.

— Договорились, — я протянул руку.

Лэйла пожала её.

— Добро пожаловать в семью, Руето. И ты, Эвилэйн. Берегите друг друга.

Мы вышли из лабиринта втроём. Впереди нас ждал город, полный слухов и лжи о том, что случилось сегодня. Впереди нас ждала война с монополией, которую теперь возглавляла наша новая союзница. Впереди нас ждала жизнь.

— Руето, — тихо сказала Эвилэйн, когда мы шли по пустынной улице.

— М?

— Я тебя люблю.

— Знаю.

— И ты мне ещё за "при всех" ответишь.

— Знаю.

— Но я всё равно тебя люблю.

Я остановился, повернулся к ней и поцеловал.

Прямо посреди улицы. Под фонарями. На глазах у изумлённой Лэйлы.

— Я тоже тебя люблю, — сказал я. — И хочу этих троих. Или четырёх. Разберёмся по ходу.

Эвилэйн улыбнулась. Так счастливо, как не улыбалась никогда.

— Пошли домой, бухгалтер.

— Пошли.

А в городе тем временем уже ползли слухи. Что отряд героя опозорился. Что Мицио погиб по своей глупости. Что Рин и Артур сбежали, бросив товарища.

Их называли позорищем. Трусами. Лжегероями.

Но мне было всё равно.

Я держал за руку девушку, которая любила меня. В кармане у меня лежал журнал с секретами Мэллори. А впереди была жизнь, которую я строил сам.

Впервые — сам.

Глава 3 "Возвращение Рин"

Неделя после событий в лабиринте пролетела как один бесконечный день.

Мы с Эвилэйн практически поселились в бывшей кузнице. Крышу переложили, печь демонтировали, стены побелили. Лэйла, теперь официально наш партнёр, притащила трёх мастеров-оружейников, которые согласились работать на нас за процент от будущих продаж.

— Ты уверен, что это сработает? — спросила Эвилэйн, разглядывая груду металла в углу.

— Нет, — честно ответил я, помечая что-то в тетради. — Но если не сработает, мы хотя бы попробовали.

— Ты всегда так успокаиваешь?

— Всегда.

Она улыбнулась и чмокнула меня в щёку.

За эту неделю я привык к её прикосновениям. Почти. Иногда всё ещё ловил себя на мысли: "Это правда происходит со мной?".

Но расслабляться было некогда.

— Руето! — Лэйла влетела в кузницу без стука. — Проблема.

— Какая?

— Рин.

Я замер.

— Что с ней?

— Она здесь. У входа. Требует встречи с тобой. — Лэйла поморщилась. — Одна. Без Артура. Говорит, что хочет поговорить.

— Не пускай, — сказала Эвилэйн мгновенно. — Она нам ничего хорошего не принесёт.

— Согласен, — кивнул я. — Но если не пущу, она будет ходить кругами и привлекать внимание. А нам сейчас лишние слухи ни к чему.

— Ты хочешь её выслушать? — Эвилэйн посмотрела на меня с подозрением.

— Хочу понять, что ей надо. А надо ей явно что-то. Иначе не пришла бы.

Лэйла пожала плечами.

— Твоё право. Я предупредила.

Рин стояла у входа, нервно теребя край юбки. Увидев меня, она попыталась изобразить улыбку. Получилось жалко.

— Руето... — голос дрожал. — Спасибо, что согласился встретиться.

— Чего ты хочешь?

Она моргнула, явно не ожидая такой прямоты.

— Я... я хочу поговорить. О нас.

— О нас?

— О том, что было. В отряде. — она шагнула ближе. — Я много думала после того, что случилось с Мицио. И поняла... я была неправа.

Я молчал.

— Ты был нам как брат. А мы тебя не ценили. — её глаза заблестели. — Я хочу всё исправить.

— Исправить?

— Да. — она шагнула ещё ближе. — Я знаю, ты теперь с Эвилэйн. Но... мы с тобой тоже многое пережили. Помнишь, как ты вытащил меня из ловушки в том подземелье?

— Помню. Ты тогда наступила на мину, потому что не смотрела под ноги.

— Вот видишь! — она ухватилась за это. — Ты всегда меня спасал. И я... я чувствую к тебе...

Она запнулась, явно подбирая слова.

Я ждал.

— Я чувствую, что между нами могло бы быть что-то большее, — выпалила она. — Если бы не Эвилэйн. Если бы ты дал мне шанс...

Она положила руку мне на грудь.

Я смотрел на неё и пытался понять: она серьёзно? Или это какой-то спектакль?

— Рин, — сказал я спокойно. — Ты пытаешься меня соблазнить?

Она замерла.

— Что? Нет! Я просто... я искренне...

— Ты искренне хочешь, чтобы я поверил, что после двух лет презрения и одного предательства ты вдруг поняла, что я тебе дорог?

Она открыла рот и закрыла.

— Знаешь, в чём твоя проблема? — продолжил я. — Ты не умеешь врать. У тебя губы дрожат, когда врёшь. И глаза бегают. Сейчас — именно так.

Рин отдёрнула руку.

— Ты... ты ничего не понимаешь!

— Отлично. Объясни.

Она закусила губу. Потом вдруг выпрямилась, и её лицо изменилось. Напряжённое, злое, но... другое. Более собранное.

— Ладно, — сказала она другим тоном. — Не вышло по-хорошему.

— А было "по-хорошему"?

— Заткнись и слушай. — она скрестила руки на груди. — Артур хочет тебя убить. Считает, что из-за тебя погиб Мицио. Я его отговариваю, но он не слушает.

— И?

— И я предлагаю сделку. Ты даёшь мне работу, а я даю тебе информацию о планах Артура.

Я моргнул.

— Работу?

— Да. — она посмотрела мне прямо в глаза. — Я умею считать. Знаешь, кто вёл бюджет отряда, пока ты не пришёл? Я. Мицио был мот, Артур — дурак, а я считала каждую монету. Потом появился ты, и я расслабилась. Думала: ну, теперь есть кому.

Я молчал, переваривая.

— Ты хочешь работать на меня? После всего?

— Я хочу выжить, — жёстко ответила Рин. — Артур слетает с катушек. Он винит тебя, но на самом деле боится, что все узнают правду — что это он сбежал, бросив Мицио. Если его прижмут, он сдаст меня. Скажет, что это я уговорила бежать. Или что я виновата. А я не виновата.

— Ты сбежала.

— Да. Потому что не хотела умирать. — она выдержала мой взгляд. — Ты бы остался?

Я промолчал. Потому что не знал ответа.

— Я не прошу прощения, — продолжила Рин. — Я не буду делать вид, что мы друзья. Я просто предлагаю работу. Ты же говорил, что нужны люди. Я умею считать. Возьми меня. Буду сидеть в углу и не отсвечивать. А за это — скажу, где Артур, что планирует, с кем говорит.

Я смотрел на неё долго. Очень долго.

— Жди здесь, — сказал я наконец. — Я поговорю с партнёрами.

Эвилэйн выслушала меня с каменным лицом.

— Ты с ума сошёл.

— Возможно.

— Она врала нам два года. Она смеялась, когда нас выгоняли. Она сбежала и бросила Мицио. — Эвилэйн сжала кулаки. — И ты хочешь взять её на работу?

— Я хочу это обсудить.

— Обсуждать нечего!

— Эви, — я взял её за руку. — Послушай.

Она дёрнулась, но руку не убрала.

— Во-первых, она права насчёт Артура. Если он реально хочет меня убить, лучше знать об этом заранее.

— Полиция есть.

— У полиции нет доказательств. А у Рин — есть. Если она будет сливать информацию, мы сможем его остановить до того, как он что-то сделает.

— А если она врёт? Если это ловушка?

— Тогда мы будем знать, что она врёт. И выгоним.

Эвилэйн молчала.

— Во-вторых, — продолжил я, — она действительно умеет считать. Я помню. Когда я пришёл в отряд, бюджет был в идеальном порядке. Я думал, это Мицио, но он был неспособен. Значит, правда — Рин.

— И что?

— А то, что в этом мире мало кто умеет считать. Ты знаешь, кто вообще владеет счётом?

Эвилэйн задумалась.

— Ну... авантюристы? Мы же считаем добычу.

— Именно. А ещё аристократы. Но не все, а только те, кто управляет землями. От среднего звена.

— Какое ещё "среднее звено"?

— Лэйла рассказывала. В королевстве уметь считать — привилегия. Крестьяне не умеют. Ремесленники — только самый простой счёт. Торговцы — да, но не все, только крупные. А системно считать — как мы с тобой — умеют только:

Авантюристы (потому что делят добычу).

Аристократы от среднего звена (младшие графы, средние рыцарские ордена).

Высшие виконты и выше.

Король с семьёй.

— И к чему ты клонишь?

— К тому, что Рин — аристократка. Она из рода Лукризных, как Лэйла. Она умеет считать системно. Это редкий навык. Если мы её возьмём, она реально может быть полезна.

Эвилэйн посмотрела на меня долгим взглядом.

— Ты правда думаешь, что это сработает?

— Нет. — честно ответил я. — Но если мы не попробуем — не узнаем. А риск не такой большой. Посадим её в угол, дадим простую работу, будем следить. При первом же подозрении — вышвырнем.

— А если она украдёт?

— Лэйла не даст. Она за ней приглядит. Сестра всё-таки.

Эвилэйн вздохнула.

— Ладно. Но я буду за ней следить. Лично.

— Договорились.

Лэйла, когда узнала, долго смеялась.

— Моя сестра будет работать на меня? Это прекрасно! — она вытерла слёзы. — Знаешь, сколько лет я мечтала ею покомандовать?

— Ты не будешь ею командовать, — предупредил я. — Она будет товароведом. Считать приход и расход. Подчиняться — нам всем.

— Ну хотя бы видеть, как она корпит над бумажками, — Лэйла довольно улыбнулась. — Это уже победа.

Рин появилась на следующий день. Скромно одетая, без косметики, с собранными в хвост волосами. Совсем не похожа на ту истеричную девицу, что смеялась над нами неделю назад.

— Рабочее место вон там, — я указал на стол в углу. — Задание: пересчитать весь металл на складе. Записать в тетрадь. К вечеру — отчёт.

— Поняла, — она кивнула и направилась к столу.

— Рин.

Она обернулась.

— Один косяк — и ты на улице. Без разговоров. Без объяснений. Просто вылетаешь.

— Я поняла.

— И ещё. — я посмотрел ей в глаза. — Эвилэйн будет за тобой следить. Если попытаешься ей навредить — я лично вышвырну тебя в окно.

— Она тебе правда дорога? — вдруг спросила Рин.

— Да.

— Повезло ей, — Рин усмехнулась горько. — Мне такие никогда не попадались.

Она ушла в свой угол и принялась за работу.

К вечеру она принесла отчёт.

Я просмотрел. И присвистнул.

— Это... очень хорошо.

— Я же говорила, что умею считать, — буркнула она. — Не верил?

— Не верил, что захочешь работать качественно.

— Хочу. — она посмотрела на меня. — Знаешь, каково это — быть никем? После того, как тебя называли героиней? Сейчас я никто. Все знают, что я сбежала. Артур врёт, что это я виновата. Мне некуда идти.

— И ты решила прийти к нам?

— А куда ещё? — она развела руками. — Лэйла — сестра, но мы никогда не были близки. Денег у меня нет. Репутации нет. Осталось либо умирать, либо работать. Я выбрала работать.

Я смотрел на неё и видел... не врага. Не друга. Просто человека, который оказался в жопе и пытается выбраться.

— Ладно, — сказал я. — Завтра продолжишь.

— Спасибо, — тихо сказала она.

И ушла.

Вечером мы с Эвилэйн сидели на крыльце кузницы и смотрели на закат.

— Не нравится мне это, — сказала она.

— Знаю.

— Она может предать.

— Может.

— И ты всё равно её взял.

— Да.

— Почему?

Я задумался.

— Помнишь, что сказал Мицио перед смертью?

— Что?

— "Ты был прав". — я посмотрел на неё. — Он понял свою ошибку. Слишком поздно. Рин... она, кажется, поняла раньше. Или хотя бы пытается понять.

— Или притворяется.

— Или притворяется. — согласился я. — Но если мы будем бояться всех, кто может предать, мы никогда ничего не построим. А если дадим шанс — может, и не зря.

Эвилэйн вздохнула и положила голову мне на плечо.

— Ты слишком добрый, Руето.

— Я слишком расчётливый, — поправил я. — Добрый бы взял её просто так. А я взял, потому что она реально умеет считать. Это выгодно.

— И поэтому ты спас Мицио?

Я промолчал.

— Ты мог не идти, — тихо сказала она. — Лэйла тебя не заставляла. Я не заставляла. А ты пошёл. Не ради контракта. Ради них.

— Ради себя, — ответил я. — Чтобы потом не думать: "А что, если бы я пошёл?"

— Вот видишь, — она улыбнулась. — Ты не такой расчётливый, как думаешь.

Я хотел возразить, но не успел.

Потому что она меня поцеловала.

Через три дня Артура арестовали.

Рин сдала его план: нанять наёмников и напасть на кузницу ночью, когда мы спим. Полиция взяла его прямо на встрече с убийцами.

— Спасибо, — сказал я Рин, когда всё закончилось.

— Не за что, — буркнула она, не отрываясь от бумаг. — Я просто отрабатываю зарплату.

— И всё же.

Она подняла глаза.

— Знаешь, Руето... — она запнулась. — Ты не такой, как я думала.

— Какой?

— Ну... когда мы тебя выгоняли, я правда считала тебя бесполезным. А теперь смотрю и думаю: как мы вообще без тебя столько прожили?

— С трудом, — усмехнулся я.

— С трудом, — согласилась она. — Мицио погиб. Артур сядет. Я... я тут. — она обвела рукой склад. — Считаю металл. Знаешь, это даже успокаивает.

— Рад, что тебе нравится.

— Не нравится. — она покачала головой. — Но лучше, чем быть никем. Спасибо.

Я кивнул и пошёл дальше.

А в тетради у меня появилась новая запись:

Рин Лукризная — товаровед. Оклад — 3 золотых в месяц. Испытательный срок — 3 месяца. Примечание: доверять осторожно, но использовать по максимуму.

Вечером Лэйла заглянула на склад.

— Как она? — кивнула на сестру.

— Работает, — ответил я. — Хорошо работает.

— Я заметила. — Лэйла помолчала. — Знаешь, я думала, она сбежит в первый же день. Или украдёт что-нибудь. А она... реально считает.

— Удивительно?

— Не то слово. — Лэйла усмехнулась. — Может, она и правда изменилась?

— Люди не меняются, — сказал я. — Они просто показывают другие стороны себя.

— Философ, — фыркнула Лэйла. — Ладно, пойду. У меня там поставщики новый прайс прислали. Надо сравнить.

— Сравнивай.

Она ушла. А я остался сидеть на крыльце и смотреть на звёзды.

Рядом села Эвилэйн.

— О чём думаешь?

— О том, что полгода назад я сидел в таверне с отрядом героя и считал, сколько мы потратим на новое снаряжение. А сейчас у меня своя кузница, партнёр-монополист, бывшая врагиня считает металл в углу, а ты...

— Что я?

— Ты рядом.

Она улыбнулась и прижалась ко мне.

— Это хорошо?

— Это лучше, чем я мог представить.

Мы сидели молча. А вдалеке, в городе, гасли огни и начиналась ночь.

Ночь перед новым днём.

Глава 4 "Цена рассеянности"

Утро началось с того, что Лэйла вошла в нашу кузницу без стука.

— Привет, труженики, — бросила она, оглядывая помещение. — Есть дело.

Я поднял голову от тетради. Эвилэйн вынырнула из-за стеллажа с металлом. Рин в своём углу сделала вид, что очень занята бумагами, но я заметил, как напряглись её плечи.

— Какое? — спросил я.

— Зелье маны нужно. Пять штук.

Я моргнул.

— Ты — глава Мэллори — идёшь к нам за зельями? У тебя своих складов полгорода.

— Свои я и так знаю, — Лэйла пожала плечами. — Хочу проверить, что вы тут наторговали.

Она прошлась по кузнице, и я краем глаза заметил, как она посмотрела на потолок. Там, у входа, всё ещё болталась кривая вывеска, которую мы с Эвилэйн вешали в спешке. Держалась на честном слове и одной ржавой петле.

Потом Лэйла перевела взгляд на стеллажи. Один из них стоял неровно — подломилась ножка, и Эвилэйн подложила книгу, чтобы выровнять.

Лэйла ничего не сказала.

— Держи, — я протянул ей пять склянок. — Два золота за штуку.

Она замерла.

— Два?

— Два, — подтвердил я. — Мы не Мэллори, у нас наценка ниже.

Лэйла усмехнулась, бросила на прилавок монеты и ушла. Даже не попрощалась.

своём кабинете в башне Мэллори Лэйла сидела и смотрела на пять склянок, разложенных перед ней.

Два золота.

У неё в лавках такие же зелья продавались по восемь. Иногда по десять, если покупатель спешил.

Она взяла одну склянку, покрутила в пальцах. Зелье было чистым, без осадка, заварено правильно. Не хуже её собственных.

— Какого демона? — спросила она у пустоты.

Потом перевела взгляд на потолок. Вспомнила кривую вывеску, подпорку под стеллажом, вечно хмурого Руето с тетрадкой, Эвилэйн, которая таскает металл, и свою сестру, которая сидит в углу и делает вид, что её не существует.

— У них всё плохо висит, всё плохо стоит, — пробормотала Лэйла. — А зелья по два золота. Почему?

Ответа не было.

Она откинулась в кресле и закрыла глаза.

Час спустя Лэйла спустилась в общий зал Мэллори. Там, за длинным столом, сидела Рин.

bannerbanner