Игры Кисялюриков

– Тогда пошли, – сказал Мол и поднялся.

Через пару кварталов мы зашли в заброшенный двор. Мальчишки громко кричали, играя в, какую-то, игру.

– Где старший? – спросил Рат, подойдя ближе.

Мальчишки не прекращая играть, указали в сторону полуразвалившегося дома. Рат с Молом пошли по тропинке к развалинам. Каменные ступеньки вели вниз, двери не было, вместо неё висела длинная тряпка. Мол остался, а Рат спустился по ступенькам вниз и я увидел, что это было полуподвальное помещение с небольшим окном. Пол состоял из не струганных и некрашеных досок. В помещении, на стуле, сидел пожилой мужчина. Рядом стояли две кровати. На одной, из них, сидел мальчишка, на другой кто-то лежал. Перед ним стоял второй мужчина и читал нараспев. Сидевший пацан вскочил и подбежал к Рату. Он, вытолкав его во двор, спросил:

– Чего надо?

– Слышал о грабежах? – мальчишка кивнул, а Рат продолжил. – По всему городу идут ограбления, грабят только богатых. Вы можете наблюдать, болтаясь по улицам? Если увидите, что-то подозрительное, прибежите к нам, в харчевню и найдёте меня.

– Деньги вперёд, – послышался деловой ответ. – У меня брат болеет, мне нужно платить лекарю и дьячку.

–А чем болеет брат? – спросил Рат.

– Недавно он упал и с ним, что-то случилось. Он потерял память. А дьячок сказал, что он утратил душу. Деньги нужны. Да и пацаны, за, так, работать не будут.

Я заметил, что пацан широко открыл глаза и прикрыл ладошкой рот. Внезапно, появился волчонок и ткнулся, Рату в руку. Пришлось перехватывать управление Рата. Я присел, начал гладить волчонка и сказал мальчишке.

– Не бойся, это ручной зверёк, мы с ним, уже, долго путешествуем.

Поднявшись, я достал из мешочка пять серебряных монет и протянул их пацану.

– Если найдёте грабителей, получите ещё.

Перебросив свою душу в тело волчонка и, взяв управление его телом, я подошел и лизнул пацана в нос. Заметив, наблюдавшего, за этой сценой, Мола, подошел и лизнул ему руку, отошел и сел у ног Рата. Мол, не подал вида, что испугался.

– Нам пора, – сказал он, с дрожью в голосе. – У Солорда, таких волчат двое, но они на привязи не сидят.

Мол направился в выходу из двора. Рат потёр свой лоб ладонью и догнал Мола.

– Он попал в петлю охотников, а я его освободил, – сказал Рат. – Я, даже, не думал, что он меня найдёт, здесь, в городе.

Так, не спеша и переговариваясь, они шли по городку. Постепенно, шум на улице стал стихать, и людей стало меньше. Я, в теле волчонка, плёлся сзади, но волк, втянув носом воздух, забеспокоился, пришлось подбежать к Рату и перенести свою душу в его тело.

– Видишь большие ворота? – начал свой рассказ Мол. – Я жил там, раньше. Недавно, из соседнего города, туда переехал жить мой племянник. В былые времена, моя семья занималась извозом. Там есть конюшня, на сорок лошадей, и огромный выпас. Племянник решил возродить наше дело. Уже, завёл трёх лошадок, для расплода, правда, пришлось, немного помочь ему деньгами. Если нашу банду Солорд разгонит, я перейду туда жить, буду помогать племяннику. У него, так тихо. А мне надоело жить в гостинице харчевни, там шум и суета, они начинают меня раздражать.

Мы подошли к реке, зашли на широкий ажурный мост, который был изготовлен из светлого металла. Мол остановился, взялся двумя руками за перила моста и стал смотреть в прозрачную воду реки. Рат, тоже, взялся за перила и стал разглядывать стаи разноцветных рыб, которые резвились в быстротекущей прозрачной воде.

– В детстве, я часто сюда приходил, – сказал Мол и вздохнул. – Любил смотреть на рыб, правда, тогда, они казались мне, гораздо крупней. И знаешь, что странно, мост за эти годы, совсем не поржавел, в отличие, от меня. Ладно, пошли. Послушаем, чем нас обрадует Солорд.

За мостом раскинулся парк, мы шли по дороге, выложенной камнем. Парк поражал разнообразием деревьев и кустарников. Под светлыми лиственными и, тёмными хвойными ветвями, рос тёмный мох. В эту красоту, вплетался радостный щебет ярких маленьких птичек, которые носились стаями, играя в свою, птичью игру. Волчонок нас догнал и весело умчался вперёд. Дорога стала расширяться, по сторонам появились небольшие водопады. Запах хвои был насыщенный и обогащённый кислородом. Мне казалось, что после вдоха, дышать, уже, не требовалось. Перед нашим взором открылся, сказочной красоты, замок.

– Никто не знает, кто и зачем его построил, – сказал Мол, увидев замок. – Таких замков и крепостей множество на нашем побережье.

До нас донеслось звяканье железных подков по дорожным камням, значит, лошадки выбежали на дорогу. До этого, мягкий мох, скрадывал звуки копыт лошадей. Нас догнали два всадника, невысокий мужчина, с обветренным лицом, и бледный ребёнок.

– Явились, бездельники! – раздался властный голос. – Даю, вам, три дня, если разбойников не найдёте, ваша территория отойдёт Марку. Постарайтесь одного разбойника взять живым, узнаем, кто их навёл. В городе, уже, паника. Жалобы поступают со всех сторон.

– Теперь, ты, – обратился он к Рату. – Удалось, что-нибудь узнать, увидеть?

– Нет, – ответил мой носитель. – Подобрался я осторожно и начал наблюдать. Но монахи, как из-под земли выскочили, скрутили мне руки, связали и избили. Очнулся я, только, в лесу у реки, за деревней, пришлось, даже, обратится к целителю. Один глаз совсем не открывался.

– Похоже, ты не врёшь. Монахи искали человека с подбитым глазом. А может и врёшь. Я слышал, что целитель умер. Плохо, конечно, что ничего не узнал. К монахам зачастили гости сверху, а, мы, не знаем, что они замышляют. Жив и ладно. Тебе повезло, ты первый, кто от монахов живым вернулся, – как бы, посочувствовал Рату мужчина. – Я могу прислать вам в помощь солдат, – уже, с ехидством в голосе, произнёс он. – Следите за Палом. Монахи к нему зачастили, а это настораживает. Пока, я не могу связать, всё это, воедино, слишком мало информации, да и та, разрозненная.

Они тронули лошадей. А мы развернулись и пошли назад.

– Какая здесь богатая кухня, я наелся на их помойке до отвалу, – услышал я мысли Каркуши. – Сразу видно, интеллигенция, не то, что, ты.

К нам, присоединился волчонок, он тяжело дышал. Видно набегался до одурения. Ворон следовал за нами, с трудом перелетая с ветки на ветку. Я нашел ветку и отбросил её в сторону, волчонок бросился за ней.

– У Солорда, волки в два раза больше, – сказал Мол, глядя на это.

– Значит, я буду называть его Малыш, – ответил Рат. Малыш принёс ветку, а я, перехватил управление телом Рата, стал трепать волчонка по загривку и спросил:

– Тебе нравится имя Малыш. Малыш. Малыш?

– Малыш, это хорошо, но, сейчас, должна собраться вся бригада. – продолжил Мол свои рассуждения. – Пообедаем, и надо, что-то, решать. Если не найдём разбойников, у вас будет новый начальник. Мне, кажется, что это Марк нас подставляет. Он хочет подмять под себя и нашу территорию. Был бы я моложе, стравил бы, Солорда с Марком. За столом не болтай лишнего. Все, о чём мы говорим, сразу докладывают им, двоим. После того, как нам донесли информаторы, что Пал стал часто встречаться с монахами, мы, с Солордом, решили поручить, тебе, следить за ними. Даже, не знаю, что с вами делать? Пал обещал тебя зарезать. В последнее время, он ведёт себя вызывающе и все на него жалуются. Я помню, как когда-то, давно, Пала к нам привели монахи. Попробуй замять этот конфликт, я не хочу тебя терять.

– А можно я сыграю в свою игру? Только, ничему не удивляйся, – начал я подготовку плана по избавлению Рата, от нападок Пала.

– Только не сделай, ещё хуже. Хотя, по-моему, хуже, уже, некуда, – с усталостью в голосе предостерёг Мол.

Волчонок что-то заметил и исчез в кустарнике, вернувшись, пошел рядом. Я остановился, присел, погладил его, назвал по имени.

– Малыш, пойдём в харчевню, там, я тебя покормлю.

Заглянув ему в глаза, я встретил там полное понимание. Поднялся и мы пошли догонять Мола.

– Смотри, не разбалуй его, а то будет, как у Солорда. Его волки разленились, весь день лежат и, даже, на кошек не обращают внимания, – предупредил Мол.

Я переваривал информацию и расставлял приоритеты, учитывая совокупность, доступных мне, факторов. На первом месте, нужно устранить Пала, желательно, сделать это, как можно, быстрее и, лучше всего, чужими руками. На втором, поймать разбойников. И, если получится, стравить Солода и Марка, пока Марк не заменил Мола. А пока….

– Где ты, Каркуша? – послал я мысленный вопрос.

– У тебя над головой, подними глаза и увидишь, – мысленно, ответил ворон.

– К тебе есть срочное задание. Полетай, поищи монахов, где они живут и, нет ли у них, гостей из космоса. Только, будь осторожен, постарайся сделать так, чтобы тебя не заметили и не поймали. И ещё, будь предельно внимателен и старайся запомнить всякую мелочь, вдруг, это окажется важным.

– Не учи учёного,…садист. Я, же, тебе сказал, что, недавно, плотно пообедал. Полети, да, ещё и поищи…

– А если бы, ты, не обедал, сказал бы, что голодный. Перестань искать повод, займись делом, – одёрнул я ленивого ворона.

– Тоже, мне, командир нашелся…. И, это, не ты меня кормил. У тебя акцент неправильный… – получил я недовольный ответ, обнаглевшей птицы.

Мы перешли мост и, пройдя по улице городка, подошли к харчевне. Мол, кого-то увидел, и пошел ему навстречу. Я решил, что с волчонком, лучше, зайти не с парадного входа, а со двора. Войдя во двор, я заметил, как пацан вышел из харчевни и вылил из деревянного ведра воду под забор. Подозвав его к себе, я дал ему медную монетку и попросил принести, что-нибудь поесть, собачке. Тот, увидев волчонка, схватил монету и забежал в харчевню. Мальчишка вынес пирог, на котором, сверху, красовался большой кусок сочного мяса. И мы, вместе, стали наблюдать, как Малыш справляется с едой.

– А можно его погладить? – спросил Рата паренек.

– Нет. Когда собака ест, её нельзя тревожить, укусит, – предупредил я пацана. Когда Малыш всё доел, я дал ему команду ждать.

В харчевню я зашел с чёрного входа и услышал, как Мол говорил с барменом.

– Пусть нам накроют стол наверху, как можно, быстрее.

Мол поднимался на второй этаж, Рат следовал за ним. Мы зашли в знакомую комнату. Вся команда сидела за длинным столом.

– Я распорядился, сейчас принесут обед, затем, проведём совещание, – произнёс Мол.

Я внимательно осмотрел присутствующих и развернулся, чтобы выйти. Уже, открыл дверь, когда мне, вслед, послышались насмешливые голоса.

– Это, он, Пала испугался.

– Бояться не надо, нож у меня острый, ты не будешь долго мучиться, – подколол меня Пал.

В открытую дверь, уже, несли миски каши, кувшин с кружками и два подноса с лепёшками. Я спустился к бармену, забрал у него свою сумку, достал из неё сало, а сумку повесил себе на плечо. Я передал сало бармену и попросил его нарезать, по количеству человек в команде, одинаковыми кусочками. Бармен нарезал сало и положил его на поднос. Кусочков оказалось больше. Я взял поднос и угостил бармена лишним кусочком.

– На, попробуй, чем меня угостили охотники.

Бармен взял угощение.

– Надо поехать, в следующий раз, на ярмарку и, тоже, приобрести копчёности. Запах копчёности, просто, с ног сшибал. Меня посетители закидали просьбами… – сказал бармен.

С подносом в руках, я поднялся в знакомую комнату. Обойдя вокруг стола, я раздал всем по кусочку сала и сел на свободный табурет, рядом с Палом. Там стояла моя порция, миска и кружка. Мне специально, там, оставили место, зная о нашей вражде. Я поставил поднос с оставшимся кусочком на стол, прямо перед собой и, быстро огляделся, в поисках жертвы. Прямо, напротив нас, сидел высокий мужчина с очень длинными руками. Я выпил содержимое кружки и сказал:

– Попробуйте, какими копчёностями угостили меня охотники.

Я протянул руку и хотел взять сало, лежащее на подносе. Но Пал меня опередил, он достал кусок из своей миски и бросил его в мою. Забрав лежащий на подносе кусочек, он положил его в свою миску.

– А то, ещё, меня отравишь, – сказал он, ехидно улыбаясь.

Все громко засмеялись. Я потянулся за кувшином и, как бы невзначай, сильно толкнул Пала локтем в бок. Он вскочил. У него в руке, мгновенно, оказался нож. Я ответил улыбкой безвинного ребёнка.

– Извини, я просто не рассчитал, – и протянул ему кувшин. – Наливай!

Все смотрели на нас с тревогой, атмосфера накалялась, и пришло понимание, что скоро наступит развязка. Пал, это, тоже заметил, осмотрелся, встретившись взглядом с Молом, улыбнулся, выхватил у меня кувшин и стал разливать его по кружкам. Я мгновенно, стянул из его миски кусок сала, положил его на поднос и, предложив его, сидевшему напротив высокому мужчине, с улыбкой сказал:

– Угощайся, нашелся один лишний кусочек.

Мужчина меня поблагодарил и, забрав с подноса кусок, положил его себе в миску, рядом с первым кусочком. Пал завершил разливать вино, передал кувшин на другую сторону стола, при этом, забыв плеснуть в мою кружку и, довольный собой, сел. Все расслабились, пили вино и закусывали. Я, снова, с силой, толкнул его локтем в бок. Нож, уже, был у Пала руке. Сделав свирепую рожу, он медленно развернулся ко мне, вместе с табуретом. Я понял, что жизнь моего носителя висит на волоске. Я показал Палу свои ладони, дав ему понять, что я не вооружен и начал негромко шептать. Пал наклонился ко мне, чтобы услышать.

– Что? Что ты, там, шепчешь? – спросил он.

– У тебя сало украли! – прошептал я.

– Да у тебя же, сало украли! – чуть, громче, но, снова шепотом, повторил я и указал глазами на мужчину, сидевшего напротив. Пал осторожно перевёл свой взгляд и заметил, что в его миске сало отсутствует, а в миске соседа, сидящего напротив, лежит два куска. Лицо его побагровело, он упёрся одной рукой об стол и наклонился в сторону соседа, уронив табурет на пол. Пал вытянул другую руку, с зажатым в ней ножом и острым, дрожащим концом указывая на соседа, заорал:

– Ты сало украл!

Удар был молниеносным. Тело Пала отлетело к противоположной стене с рукоятью ножа, торчащей под сердцем. Мужчина был невозмутим и спокойным голосом сказал:

– Я никогда не воровал. Но всю жизнь наказывал воров. А вот убивал, с детства. И он спокойно выпил вино из своей кружки.

Мол кивнул, указывая на тело. Двое поднялись и вынесли тело Пала. Пришли работники харчевни, убрали всё со стола и, тщательно его вытерев, молча вышли. Всё это прошло, как-то обыденно, как будто, такое происходит ежедневно и все к этому, давно привыкли. Вернувшиеся мужички, молча, отдали Молу два ножа и кошелёк.

– О похоронах, я, уже, договорился. Пал хотел, чтобы на его могиле посадили липу, – сказал мужичок.

– Придётся повара наказать. Если бы, он нарезал сало тонкими ломтиками, Пал бы, им, не подавился, – Мол перевёл трагедию в шутку, давая мне понять, что он принял мою игру.

– А теперь, о деле. Если, за три дня, мы не сможем найти разбойников, то меня, скорее всего, заменят Марком. Вас оставят, или разгонят, не известно. Если есть идеи, я готов их выслушать и обсудить.

– Если нас Марк разгонит, то самим, впору, идти в разбойники, – стал я закидывать удочку. Все недовольно загудели, а я продолжил: – Мне сообщили, по, очень большому секрету, что незнакомые люди, обратились к возчикам с предложением, чтобы, те, перевезли две бочки, от деревни на выселки. И, что их, при этом, будут охранять десять человек. Везти бочки нужно через старый мост. Я предлагаю, у того моста, их перехватить и ограбить. А грабить награбленное, у разбойников, это не разбой.

Я замолчал, соображая, чтобы ещё придумать, заинтриговав тех, к кому, как предупреждал Мол, попадут эти сведения. Начался шум и галдёж, все спорили и гадали, что же, в тех бочках, если их надо вести через сломанный мост, да, ещё, с охраной. Мол вышел из помещения, я выскочил за ним. Он закрыл за мной дверь, прислонился к ней спиной и спросил:

– Что, ты, задумал?

Я, вкратце, обрисовал ему схему.

– Ты, сейчас, посылаешь наших людей за вещами. Нанимаем девять лошадей и выезжаем из города. Надо, всем нашим, намекнуть, что в тех бочках, например, золото. Затем, мелкими группами просачиваемся назад, в город. И поселяемся все, вместе с лошадьми, у твоего племянника. Только, это надо делать, в строжайшей тайне. Разбойники это узнают, расслабятся и утратят бдительность. Я нанял пацанов, если они заметят, что-то подозрительное, сразу прибегут и тебе сообщат, а, ты пошлёшь за нами.

Ко мне подбежал, нанятый мною, пацаненок.

– Как тебя зовут? – спросил его Мол.

– Жан, – ответил он и, потянув меня за рубашку, зашептал на ухо: – Мы нашли одного вора и потеряли.

– Мол, ты, сам, тут разрули, а я схожу, проверю, что ребята накопали, – сказал я Молу.

Я с Жаном спустились по лестнице, и вышли через чёрный ход. Пацанёнок, из кухни, нёс два пирожка, наверное, кормить Малыша. Я отобрал у него пирожки, отвесив лёгкий подзатыльник. Один пирожок дал Жану, а другой сунул, себе в карман. Выйдя во двор, я увидел волчонка и дал команду:

– Малыш, ко мне!

Вскоре, до нас донеслись возмущённые крики. Мужчина стоял посреди улицы и орал.

– Ограбили! Ограбили!

– Много украли? – спросил я.

– А, это ты, Рат! Я вышел, на минутку, пришел, а окно выставлено. На столе, под скатертью, лежали три серебрушки. А сейчас их нет.

– Ты хочешь их вернуть?

– Ещё как, – ответил потерпевший.

– Тогда не ори, сиди дома, и никуда не выходи. Понял?

Я достал из своего мешочка три серебряные монеты и отдал их мужчине. К нам подошел паренек и показал на кусок материи, висящий на заборе.

– Он, когда перелезал через забор, зацепился, – сказал парень. – Потом побежал, вон, туда, – и указал рукой направление.

Я снял ткань с забора и дал понюхать Малышу, он понюхал и сел. Пришлось его погладить и, одновременно, переселить в него свою душу. По ушам, сразу, ударили звуки города, тысячи различных запахов вонзились в нос. Казалось, что я не только чувствую запахи, но и вижу след, протянувшийся от клочка тряпки. Я стал ощущать каждую молекулу, оторвавшуюся от нее. След вёл до высокого забора напротив. Подбежав к забору в теле волчонка, я крутился, ища вход во двор. Ко мне подбежал Рат, подпрыгнул, подтянулся и перелез через забор. Через мгновение доска забора отошла в сторону и показалась голова Рата.

– Оставайтесь здесь, смотрите вокруг, в оба! – сказал он пацанам.

Управляя волчонком, я пролез в отверстие в заборе и, взяв след, забежал за ближайшее здание. На скамеечке сидел мужичонка, который считал монетки. След вёл к нему. Подбежав к мужичку, я прыгнул на него, и, сбив лапами, ухватил зубами за шею. Рат, испуганно закричал:

– Малыш, не надо! Он нужен нам живым!

Я рычал и скалил зубы, отходя от человека. Рат собрал рассыпавшиеся монеты и сунул их в свой карман. Не забыв, при этом, положить в свой мешочек три серебрушки. Я подошел к Рату и ткнулся, мордой, в его карман. Рат понял намёк, достал пирожок и отдал его мне. Я отдал управление Малышу, а он проглотил пирожок в один присест. Рат рывком поднял, перепуганного насмерть, воришку. Мы вышли тем же путём, толкая его перед собой. Рат похвалил ребят и ещё раз предупредил, чтобы они были осторожны. Достал из кармана и сунул им в ладошки по серебряной монетке. Лица, у ребят, светились от полученной награды. Они быстро убежали, скорее всего, хвастаться. По дороге в харчевню, нам встретился, хорошо одетый, пожилой мужчина.

– Поймали разбойников? – спросил он.

– Поймали, наконец-то. Уже сознался, что, это, он разбойничал, – с гордостью ответил Рат. Он похлопал себя по карману, где лежал мешочек с монетами. Вор, от услышанного, побледнел и выкатил глаза, но, после толчка в спину, не смог ничего возразить.

– А, правда, что вы все уезжаете за золотом? – снова спросил мужчина.

Рад поднёс указательный палец к губам. А любопытный мужчина, сделал вид, что всё понял.

У харчевни стояла показушная суета, пять навьюченных лошадей, с тяжелой поклажей и девять, уже, осёдланных. Заметив Рада, все, сразу, начали на него кричать, обвиняя в том, что все, давно, его ждут. Рат подвёл, задержанного мужичка к Молу, который стоял на верхней ступеньке харчевни и наблюдал за этим представлением. Хотя, кроме него, зевак хватало.

– У соседа воровал. Он тебе и сам, всё расскажет, – Рат толкнул воришку в спину, а, тот, дрожащим голосом, попросил:

– Дайте мне воды попить, я, вам, всю правду расскажу.

Мол, рукой, указал воришке на дверь в харчевню и тот вошел в неё.

– Пока, всё идёт по плану. Я остаюсь, здесь, один, – сказал Мол. Он указал рукой на мужчину, которого я подставил и сказал: – Шал будет у вас старшим, по дороге он введёт, тебя, в курс дела.

Находясь в теле волчонка, я заметил, что лошади забеспокоились, почуяв волка, поэтому, засеменил на задний двор харчевни, где меня, уже, ждали. Мальчишка обрадовался и, быстро забежав в харчевню, принёс пироги с мясом и стал кормить волчонка. Наевшись, я лёг на землю, дав себя погладить. Мальчишка гладил меня по спине, дрожащей от страха и радости, рукой. Услышав цокот копыт и, поняв, что отряд уходит, я лизнул мальчишку в нос и кинулся догонять отряд. Поднялся сильный ветер и население с улицы, как ветром сдуло. Выехав из города и внимательно осмотревшись, наш отряд, молча, свернул направо. Проехав вдоль развалившейся крепостной стены, люди спешились и перевели лошадей через старый, поросший кустарником, пролом в стене. За стеной ветер утратил силу. Всадники оседлали коней и, не спеша, поехали дальше. Я, тоже, не спеша, бежал за отрядом через парк, по мягкому мху. Перейдя через знакомый мост, наш отряд подошел ко двору племянника Мола. Ворота открывали Мол и его племянник. Зайдя во двор, отряд спешился, снял с лошадей сбрую и поклажу. Лошадей обтёрли сеном, напоили и завели в конюшню. Мужики умылись, а я напился воды и побежал искать лаз в заборе. Не найдя лаз, вернулся, чтобы послушать разговоры. Все сидели за столом, ужинали. Мол сказал, что воришка сознался, он залез к соседу, так как, проиграл в кости, а долг – это святое. В общем, будет, теперь, служить информатором, первый год бесплатно, в наказание. Затем, все, по очереди, издевались над Ратом, вернее, над его карманом. Он вяло оправдывался, сказал, что купил штаны, уже с этим. Хотя, это и некрасиво, но, зато, очень удобно и, когда у него был нож, то его лезвием, он всю свою рубашку порвал. Вынув из кармана и продемонстрировав всем мешочек с монетами, Рат перешел в нападение.

– А, вы, все нужные вещи, держите за пазухой.

– Сколько же, надо пришить таких кусочков материи, чтобы, туда, вместились всё нужные вещи?

Мол, прервал дискуссию.

– Я вернусь в харчевню. А вас, туда, привезёт мой племянник, в закрытой телеге.

Заметив Малыша, Рат принёс ему две лепёшка и кусочек жареного мяса. Подкрепившись, я выскочил на улицу и пошел следом за Молом. Он шел очень осторожно, почти крался, но, у харчевни, наши пути разошлись. Находясь в теле волчонка, я решил, сам, искать разбойников. Населения не было видно, да и ветер свирепствовал. Пройдя по дороге, я сел на пересечении центральных улиц, напротив небольшого фонтана. Включив, на полную мощность слух и обоняние, я расслабил мышцы и приготовился ждать. Но, тут, о себе дали знать, блохи. Я не смог даже вспомнить, где их подхватил. Взяв в зубы небольшую веточку, я залез в фонтан. Медленно опустил зад в воду, блохи полезли выше, спасаясь от воды. Так, не спеша, плавно опустил всё тело, оставив над водой только кончик носа и веточку. Когда все блохи переползли на нос, я набрал воздуха, медленно и осторожно утопил нос. Дождавшись, когда блохи перелезут с носа на ветку, разжал зубы. Ветку с экипажем понесло попутным ветром, а я выбрался из фонтана.

Сидеть на месте надоело, начал накрапывать мелкий дождик, и я пошел бродяжничать. Идя вдоль улицы, мне послышались шаги, пришлось залечь в густом кустарнике. Мимо меня прошли два строителя в грязной одежде и с тачкой, видимо, везли строительный мусор. Подождав немного, я вылез из укрытия и двинулся дальше, прислушиваясь и принюхиваясь. В одном из домов, мне послышался звук, похожий на мычание, я толкнул калитку мордой, она была не заперта и открылась. Осторожно проскользнув во двор, я осмотрелся, принюхался и прислушался. Ничего интересного не обнаружив, развернулся, но, звук повторился, пришлось направиться в его сторону. В той стороне, откуда шел звук, находилась дверь. Я толкнул её носом, но дверь не поддалась. Встав на задние лапы, передними надавил на ручку и потянул на себя. Дверь открылась, на полу лежали мужчина и женщина. Они были связаны одной верёвкой и с кляпами во рту. Движение одного причиняло боль другому. Мужчину я узнал, мы с ним, уже встречались. Я улыбнулся. Увидев улыбку волчонка, мужчина выкатил глаза и побледнел, хотя до этого, его лицо было красное, от натуги. Кляп, я решил, пока, не вытаскивать. Подойдя, я вцепился зубами в верёвку и начал её грызть. Мне пришлось хорошо постараться, перегрызая четыре верёвки. Наконец, они сами распутали остаток и сели на пол. Вытащить кляп из своего рта мужчина, самостоятельно, не мог, его руки затекли и не слушались хозяина. И я решил ему помочь. Приблизив морду, к лицу хозяина, я ухватился зубами за кляп и выдернул его. Развернувшись, бросился, со всех ног, на улицу. Запах строителей и запах, оставленный на верёвке, совпадали, я помчался по их следу. К этому времени, запах, частично разбавило дождём и приходилось останавливаться, а, иногда даже, возвращаться назад. След привёл меня к высоким воротам, и я стал искать, какой-нибудь, лаз в заборе. Но забор был новый и я не смог найти в нём ни единой щелочки. Даже, заглянуть за забор, мне не удалось. На всякий случай, я, ещё немного побродил, затем, не спеша зашел за угол и, тут уж, рванул, со всех ног, к харчевне. По дороге повстречал бегущего Жана, за ним бежал Мол и остальные бандиты. Я присоединился к ним и побежал рядом с Ратом. Через некоторое время, все начали задыхаться от бега, но, наконец-то, мальчишка указал на ворота. Двое бандитов встали у забора и помогли перелезть через него Шалу. Одна створка ворот скрипнула и слегка приоткрылась. Рат бесшумно проскользнул во двор, а я, в теле волчонка, зашел следом за ним. Во дворе паслись две грациозные лошадки, которые, учуяв запах волка, взбесились, они заржали и беспорядочно носились по двору. Мне пришлось выскочить на улицу. Через некоторое время, шум во дворе стих и Рат меня негромко позвал. Лошадей загнали в конюшню, а хозяева сидели у входа в подвал и растирали запястья. Рад сунул мне под нос кусочки верёвок и сказал: