Ольга Дерябина.

Позитив



скачать книгу бесплатно

Глава 1. Первые фото


Роман Корабельников шёл на улице, залитой ярким весенним солнцем. У него было отличное настроение. Наконец-то наступило долгожданное летнее тепло. Еще не до конца отцвели черемуха и сирень, а траву украшали россыпи одуванчиков.

Но не только тепло было причиной радости студента. Хозяин кафе «Лиана», где он подрабатывал рядовым официантом, решил поднять его в должности на период лета. Тимофей Воронцов, исполняющий до этого обязанности старшего, «замучил своим нытьем», за что был отправлен в продолжительный отпуск с непонятными пока перспективами после него. В честь повышения и за добросовестную работу Альберт Хасин выделил щедрую премию в конверте.

Можно было поступить практично и отложить деньги «на чёрный день». Роман размышлял над этим вопросом, когда на его пути появился большой торговый комплекс. Огромный плакат занимал часть фасада: «Только три дня скидки на фотоаппараты до 30%».

Роман всегда мечтал о фотоаппарате, однако в его семье не любили фотографироваться, если не сказать – ненавидели. Мальчишку тоже воспитали так – с нелюбовью к снимкам и их созданию. Хотя он слышал, что отец был мастером своего дела. Его фото даже печатала местная газета, и знающие про его талант по сарафанному радио приглашали запечатлеть разные торжественные события.

И если у его сверстников альбомы трескались от количества фотографий, начиная с рождения, у Ромы число карточек можно было пересчитать по пальцам. Ладно хоть обеих рук.

Фотографироваться сам он не любил, или был равнодушен к этому. Однако всегда мечтал побывать по ту сторону объектива, лёгкими щелчками отмеряя кадры.

Рома поймал себя на том, что улыбается, глядя на чёрную «зеркалку», занимающую большую часть рекламного баннера. Тех, кто его воспитывал жить без фото, уже нет рядом. Может, это знак – начать новую страницу своей жизни, освободившись от прежних предрассудков?


***

Он плохо помнил своих родителей. Мама преждевременно умерла. Рома тогда начал учиться в первом классе.

В тот сентябрьский день он шел из школы, пиная желтые листья как футбольный мяч, и наблюдая, как, медленно кружась, они падают вниз.

Его семья жила в обычной «хрущевке», главной достопримечательностью которой позже стал сосед дядя Коля Иноземцев. Его отправили в Москву в командировку, там он случайно попал на съемочную площадку. Спустя годы простой инженер получил звание Заслуженного артиста. А благодаря его популярность пятиэтажка из красного и белого кирпича периодически появлялась в публикациях об известном актере.

Сейчас рядом с подъездом стояли другие машины – с мигалками и надписями, значение которых он не знал. Школьник стал подниматься по лестнице, пытаясь понять, что произошло. Вверху разговаривали соседки. Из сбивчивой речи он лишь разобрал «руки на себя наложила».

Мальчик не понимал, что означает это выражение. Он встал на лестничном пролёте, поставил у ног сменку и попытался представить – как это, наложить на себя руки.

Он положил ладошки на голову – нет, не то.

Это, наверное, схватиться да голову. Переместил ладони себе на плечи: правую на правую, левую на левую. Не очень-то удобно, и вообще странный жест. Опустил руки ниже, на грудь. Фу! Как девушки на взрослых картинках, которые он случайно увидел. Рома соединил ладони прямо перед собой, как на лестнице показались соседки. Одна тут же начала выть:

– Ой, Рома, Ромочка. Молись, мальчик, правильно делаешь, что молишься. Надо отмаливать у Бога прощения за такой страшный грех.

Тетя Вера подошла и обняла ничего не понимающего парня. Он почувствовал запах жареных котлет от сыроватого фартука.

– Я ничего не понял, и вы меня пугаете, – насупившись сказал он, держа руки вдоль тела и не собираясь обнимать женщину в ответ.

– Прости, прости, маленький, – соседка смахнула слезы, взяла влажными ладошками его за щеки. – Пойдем ко мне в гости. У меня кот Васька красивый и котлеты только пожаренные.

– Мне нельзя, мама ругаться будет, – не согласился на заманчивое предложение первоклассник. – Еще ремня схлопочу.

– Не будет ругаться, пошли ко мне, – соседка попыталась взять его за руку.


***

В детском садике и школе не раз рассказывали о мерах безопасности: нужно, чтобы родители знали, где вы находитесь, и не хоть без спросу с другими взрослыми. Но более весомым аргументом был ремень. Юрко прошмыгнув мимо тети Веры, мальчик через ступеньку побежал до своего пятого этажа.

Дверь в их квартиру почему-то оказалась открыта. На площадке и дома находились разные люди – кто-то в погонах, кто-то в халатах. Рома замедлил шаг, внутри нарастало беспокойство. Что-то произошло – но что?

Мальчик чувствовал, как предательский начали трястись коленки. Он подошел к двери, когда она резко распахнулась. Из квартиры вышли двое мужчин. От волнения ребенок начал заикаться:

– Я… мне… мама… вы кто?… где?.. мне надо… – Рома попытался протиснуться внутрь, но путь перегородил один из дядек.

Он присел на корточки и посмотрел на ребенка, теребившего лямки портфеля и шнурок сменки. Сзади поднималась соседка, тетя Вера.

– Ты кто? – спросил мужик.

– Рома. Я здесь живу. И если я не вернусь вовремя, мне может влететь.

Мужчина отвел глаза и потеребил мальчика по плечу.

– Здесь, значит, живешь.

Тетя Вера поднялась на площадку.

– Вот, убёг домой. Хотела его к себе позвать пока тут… Я на третьем этаже живу, – объяснила женщина.

– Сходи в гости к тете…

– Вере, – подсказала женщина.

– К тете Вере, – согласился мужчина.

– Никуда я не пойду, – заупрямился пацан. – Мне мама не разрешила!

Из коридора показался отец. Рома не понимал, что с ним случилось – он был какой-то странный. Папа смотрел на сына, не узнавая его.

– Александр Владимирович, это ваш мальчик?

Отец не сразу сообразил смысл вопроса и кого именно он касается. С трудом сфокусировался на школьнике. Затем кивнул:

– Это он, мой сын, – пересохшими губами сказал он.

– Как тебя зовут? – мужчина спросил мальчика.

– Рома.

– Рома побудет у соседки тети Веры с третьего этажа, – предупредил незнакомец отца.

– У тети Веры с третьего этажа, – эхом повторил отец.

– Не хочу я к тете Вере, сказал же! Я домой хочу, – заупрямился мальчик. – Где моя мама? Позовите ее, сейчас же! – школьник даже топнул ногой в нетерпении.

Все перевели взгляд на отца.

– Рома… Нет у нас больше мамы, – еле проговорил он.

– Куда она девалась? – не понял сын.

– Она сейчас смотрит на нас сверху и думает о том, каким ты вырастешь хорошим.

Школьник посмотрел на потолок и увидел только паутину и трещинки на известке. Хотя такие слова он уже где-то слышал. Да, точно, в кино, когда…

– Ты что, папа. Так же говорят, если человек умер. А мама не такая, – прошептал Рома. Тетя Вера тихонько завыла. Мальчик обернулся на нее, и смысл происходящего стал до него доходить. – Моя мама… умерла?

Отец зажал большим и указательным пальцами себе глаза:

– Прости меня, Ромка, не смог сберечь мамку нашу.

– Так она насовсем… умерла? – ребенок не мог поверить в значение этих шести букв.

– Насовсем… Прости… – отец шагнул вперед, чтобы обнять сына.

Тот почувствовал, как заваливается назад. Если бы не битком набитый учебниками портфель, свернул бы шею.

Он тогда в последний раз видел отца – серого, постаревшего, с отстраненным взглядом, мокрыми щеками и глазами, которые он прятал большим и указательным пальцами.

Папку «упекли», а его оставили на воспитание бабушке Кате, маме мамы.

Отца они не навещали, потом он случайно подслушал разговор, что он умер.

Год назад не стало бабушки. Постепенно стали стираться установленные запреты. Точнее, был один главный запрет, зато странный.

Это же не алкоголь и не наркотики. Фотография – интересное, творческое увлечение. И если появилась возможность его себе позволить, надо послушать сердце.


***

Утром в понедельник гипермаркет техники был практически свободен от посетителей. Часть продавцов консультантов курили и хохотали под табличкой с дымящейся сигаретой на улице, не торопясь возвращаться в зал. Другие смотрели смешные видеоролики на телефонах. Кассирши в открытую зевали.

На молодого парня с русыми кудрявыми волосами, убранными в хвост, светлых модных джинсах, клетчатой рубахе и кедах не обратили внимание, посчитав за нищего студента, решившего поглазеть на дорогущие товары.

Рома действительно учился в политехническом, на инженера. Как раз заканчивал третий курс. Но он давно привык одновременно зарабатывать, чтобы не сидеть на шее у бабушки.

Утреннему посетителю стало неприятно. Работа консультантов – консультировать. Даже если клиент просто приценивается или сможет себе позволить покупку лишь в кредит – читай с дополнительным ожиданием. Но точно не игнорировать возможного покупателя.

Многие сотрудники нарисовываются, чтобы донести выбранный товар до кассы – мол, вот чья это заслуга, раз посетитель ушёл не с пустыми руками.

Роман сам не понимал: чего он так завелся? Надо сконцентрироваться на предстоящей приятной покупке, а не основах магазинного бытия.

– Простите, вам помочь? – Рома услышал деликатный вопрос за спиной.

Покупатель повернулся: перед ним стоял его ровесник, рыжеволосый парень с конопушками, заполнившими лицо и руки. На носу круглые очки с толстыми стеклами. Фирменная футболка подчеркивала слои вокруг торса. На бейджике было указано «Вениамин Котов, стажёр». Вот, значит, как. Сами решили не мараться, отправили сопляка.

– Вы в них хотя бы разбираетесь, чтобы помогать? – усмехнулся Роман.

– Я попробую подобрать подходящий для вас вариант, – кожа под конопушками стала краснеть. – Вам для чего нужен фотоаппарат? Для себя, работы? Съёмки в помещении, движении, торжества или просто всё подряд?

– Для себя, всё подряд.

– Можно поинтересоваться суммой, на которую вы рассчитывает?

– У вас на банере указана оптимальная.

– Понял, – парень немного расслабился. – Посмотрите эту модель. Компактная, и снимки получаются хорошие. Этот аппарат потяжелее, и удобен тем, у кого большие ладони. А у этого дополнительные функции…

Роман и стажёр принялись обсуждать плюсы и минусы разных моделей. Компания консультантов со стажем все больше с недоверием поглядывали на них. Один из них – самый здоровый, что пузо выглядывало из-под фирменной футболки, – звучно щелкнул жвачкой и подошёл к ним.

– Слышь, пацан, фотик нужен? – Роман повернулся и прочитал на бейджике: «Дмитрий Киров».

– Слышь, не в подворотне, и у меня уже есть консультант.

– Да какой он консультант – без году неделя, – сморщился толстый.

У Вениамина снова вспыхнули щеки.

– Какой первым подошёл и начал консультировать.

– Ну он начал, я продолжу.

– Процент с продажи? – усмехнулся Роман. – Свой заслуженный процент с продажи получит он. А вы можете продолжить просмотр ютуба.

– Пацан, я тебя реально предупредил.

– Я те не пацан, а покупатель. И не твой, а его. И я тоже предупредил.

– Ну и что он тебе предложил? – свысока спросил старший. Остальные консультанты наблюдали за сценой.

– Вот этот я беру, – сказал Роман Вениамину, щелкнув выбранным аппаратом. – Ещё нужна карта побольше, аккумуляторы и кофр.

Второй продавец демонстративно развёл руки – мол, к кому он тут обратился.

– А если вы, Дмитрий Киров, не научитесь вести себя подобающе со своими коллегами и покупателями, я должен буду вынужден жаловаться начальству.

Продавец не сдвинулся с места, продолжая смотреть на Романа через опухшие веки, – теперь с наливающейся в них злостью.

– И ещё раз хочу напомнить, что здесь магазин, а не подворотня, – добавил Роман и направился к кассам.

В зале появился мужчина в строгом костюме. Судя по оперативности, с какой разошлись консультанты, – начальник. Он подошёл к утреннему покупателю.

– Доброе утро. У вас всё в порядке? Вениамин у нас молодой специалист. Если его консультации покажется недостаточно, можете обратиться к более опытным сотрудникам.

– Благодарю, – ответил Роман. – Вениамин прекрасно справился со своей задачей. Берегите такие перспективные кадры.

– Правда? – начальник теперь с интересом посмотрел на стажёра. – Хорошо, учту.

Когда начальник ушёл, Вениамин поблагодарил покупателя – может быть первого для него, зато щедрого:

– Спасибо. За доверие и рекомендацию.

– Не за что. Удачи, – Роман подмигнул, сложил фотоаппарат в новый кофр и отправился на фотоохоту. В новый микрорайон поблизости.


***

Она была похожа на ангела. Ей было лет двадцать. Русые, мелко вьющиеся, как от химки, волосы непослушными прядями падали на плечи. Чуть приподнятая длинная челка открывала красивые серые глаза. Белая свободная футболка игриво оголяла левое плечико, а короткие джинсовые шортики – стройные ноги. Незнакомка сидела на подоконнике, распахнув окна квартиры на втором этаже, и тоже радовалась солнечному дню.

Она улыбнулась Роману и помахала рукой. Тот помахал в ответ, остановился и сделал несколько кадров. Красотка не возражала, даже немного попозировала, приподняв обеими руками пышные волосы и отправив воздушный поцелуй. Он через объектив видел, какие красивые получаются снимки: случайная незнакомка была словно топ-модель. И от этого настроение улучшалось.

Роман поднял большой палец вверх и отправил воздушный поцелуй. Затем начертил в воздухе прямоугольник. Та все поняла, нарисовав в воздухе палочку и лебедя – номер квартиры, куда занести фото.

Фотограф ещё раз улыбнулся и направился дальше. У угла дома он обернулся и направил объектив на табличку с номером дома, чтобы не забыть.

Снимок против солнца получился мистическим: темнели бордовые кирпичи дома, лучи солнца сверлили окна и сидящую на подоконнике девушку. Отсюда были видны часть согнутой в колене нога и изящная кисть руки. В самом верху кадра, где-то на верхних этажах, появилось темное пятно, испортившее кадр.

Интересно, как её зовут? У такой красотки наверняка необычное редкое имя. Роман начал мысленно перебирать женские имена – Лиля, Зоя, Злата, Влада… Злата больше всего подходил незнакомке – не только из-за цвета волос, но и необъяснимого внутреннего сияния.

Он ещё раз повернулся в поисках нужного окна. Изящного колена и руки уже не было видно. Но Роман был уверен, что Злата продолжает сидеть на подоконнике и радоваться солнцу.


***

Он шёл дальше по новому микрорайону. Новоявленному фотографу нравились комплексные застройки: в едином стиле дома, площадки для игр, спорта, отдыха, продуманное размещение парковок. Плюс такие прелести как скульптуры и фонтаны.

Впереди показалась центральная площадь микрорайона. Брусчатка соседствовала с асфальтированными дорожками и кругами для тех, кто на колёсах – велосипедах, роликах, самокатах, скейтбордах.

В центре из земли били струи фонтана. В жару между ними носились дети. В тёмное время загоралась подсветка.

Недалеко от фонтана находилась интересная конструкция, похожая на огромный мятый бетонный лист. Малыши лазали по и под ним, взрослые ложились поудобнее, чтобы полюбоваться зеленью в лучах солнца, новым двором, искрящимся фонтаном.

По периметру площади были рассажены деревья и расставлены скамейки. Длинные конструкции из чёрных прутьев давали возможность сесть лицом к площади или к новенькому дому с яркими полосами на фасаде.

На одной из скамеек сидела она – прекрасная дама. Дымчатые очки и серая широкополая мягкая шляпа прикрывали её глаза. Элегантное серое платье с глубоким вырезом и широким поясом на талии, подчёркивающие сохранившуюся стройность фигуры. Изящные туфли на шпильках, клатч на тонком ремешке лежал рядом.

«С такими красивыми женщинами нужно выходить в свет – театр или дорогой ресторан», – подумал Роман.

Он навел объектив на женщину. Она подняла тоненькую сигарету и словно обдумывала: делать ли следующую затяжку. Щёлк – Рома видел, каким выразительным получился кадр. Захотелось закрепить успех – Щёлк, щёлк, щёлк.

Женщина повернулась на звук и улыбнулась случайному прохожему. Затем сделала затяжку и медленно выпустила белую струю. Щёлк, щёлк, щёлк.

Она видела восторженный взгляд молодого парня. Для женщин за 35 это лучше любых комплиментов. Захотелось немного его подразнить – просто так, для поддержания своей формы. Когда-то и она была такой молоденькой и беззаботной – давным-давно, в другой жизни. Она улыбнулась, вспоминая свои 20 лет. Щёлк, щёлк, щёлк.

Перед тем, как пойти дальше, Роман решил поблагодарить прекрасную даму за прекрасные фото. Он приложил ладонь к сердцу, несколько секунд состоял, а потом поклонился, второй рукой отводя фотоаппарат в сторону. Женщина махнула кончиками пальцев и отвернулась.

Роман прошёл несколько метров, пересек оживлённую дорогу и снова повернулся в сторону женщины. Красивый силуэт в элегантной шляпе на фоне брызгов фонтана как прекрасный оазис за спешащими автомобилями. Щёлк, щёлк, щёлк.


***

Роман шел по широкой, выложенной брусчаткой, тропинке, вдоль кустов сирени. Он издалека увидел молодого мужчину, ему было около тридцати лет или чуть больше. И он был в таком же хорошем настроении, как и начинающий фотограф.

Одну руку он держал в кармане брюк серого льняного костюма, второй то и дело снимал серую сетчатую шляпу и надевал вновь, сдвигая ее вбок. Он счастливо улыбался, кружился в ритме своей внутренней музыки, готовый со всеми поделиться хорошим настроением и переполнявшим позитивом.

За мужчиной наблюдал не только Роман, но и сидящая на скамеечке молоденькая девушка в белом воздушном платье. Ее длинные русые волосы светились под лучами солнца, как нимб у ангела.

Пешеход поравнялся с юной барышней и галантно протянул руку, словно приглашая на танец. Такому счастливцу невозможно было отказать, девушка протянула худенькую бледную ручку и улыбнулась. Незнакомец легонько потянул ее к себе, девушка, смеясь, вскочила со своего места. Он поднял ее руку вверх, и она закружилась, воздушное платье приобрело форму колбы в лаборантской по химии. Сквозь белую ткань проглядывался стройный силуэт.

Мужчина ловко наклонил ее, подставив крепкую руку под спину, еще раз закрутил в своем вихре и вернул на место на скамеечке. Галантно поклонился и, танцуя, продолжил свой путь.

Увидев, что его фотографируют, мужчина снова снял шляпу, чуть наклонился вбок, держа ее вверх полами, затем подкинул, ловко поймал и вернул на место, по привычке сдвинув.

Роману не терпелось посмотреть фотографии. Если их сделать черно-белыми, они станут еще более выразительными. Он ухватился за эту мысль, задумавшись об ее истоках. Фотографией он занимался около часа, и то лишь глядя в продолговатое окошечко и экспериментируя на ходу.

Он понял, как на самом деле хотелось получить запретный плод. А потом вспомнил источник черно-белого цвета, и улыбка сползла с лица.


***

Когда не стало мамы, а папу забрали в тюрьму, Рома стал жить у бабушки Кати. Возраст у нее был немолодой, но опекунство в местной администрации пошло на встречу: в родном доме все лучше, чем в детском. Бабушка еще работала, так что могла их содержать. Других кандидатов-родственников у сироты больше не было.

Они жили дружно. Бабушка кормила его домашними пирогами, устраивая празднества с фирменным – вишневым, помогала справляться с уроками, приглядывала, чтобы его никто на улице не обидел, а по вечерам просила почитать ей вслух.

Бабушка с внуком не говорили о том, что произошло. Даже старались избегать тем, связанных с его родителями. Маленький Рома думал, что бабушка забыла про его маму, все-таки немолодая уже, память слабенькая. Но однажды застал ее плачущей.

Рома давно отправился спать, однако из-за духоты долго ворочался по мягкой постели. Поняв, что просто так не уснет, он решил сходить на кухню выпить стакан воды.

Спальня, где он теперь жил, когда-то была маминой, она выходила в другую комнату – зал. Сразу справа от его дверей стоял старенький телевизор на тумбочке. Дальше колыхались шторы от приоткрытого балкона.

Рома посмотрел влево. Диван, где обычно спала бабушка, был еще не разобран. Мальчик прошел у шкафов, закрывающих стену слева, до следующей двери. В кладовке находилась швейная машинка, были разложены клубки шерстяных нитей, спицы, куски ткани, защемленные в большие круги. Бабушка любила рукодельничать, сделав из кладовки свою мастерскую.

Если она рукодельничала, то крашенная деревянная дверь освещалась по периметру. Сейчас привычного желтоватого прямоугольника не было.

Откуда-то справа он услыхал всхлипывание. Рома направился в сторону темной кухни. Хотя это странно: если бабушка там, то почему не включает свет? Или решила сэкономить?

Мальчик пошел к арке, часть которой перекрывал стеллаж с книгами. Всхлипывание повторилось. Рома на цыпочках, стараясь не шуметь, дошел до коричневых полок и выглянул из-за потрепанных корешков.

Бабушка сидела у окна на табуретке, ссутулившись над какой-то бумажкой, и плакала. Поднимала глаза на освещающую помещение луну, крестилась, горько вздыхала и снова опускала глаза на листок.

Скрипнула половица, но бабушка не услышала звук из-за шума с оживленной дороги за окном. Она снова перекрестилась и достала из квадратного кармана кофты без рукавов платок.

Рома не знал, что делать. Пить ему перехотелось, можно было бы тихонько уйти, пока бабушка не заметила его присутствие. Но вдруг ей станет плохо? Она же старенькая, не сможет себе помочь. Им в школе рассказывали об этом, и что нужно делать в таких ситуациях.

Неожиданно табуретка отодвинулась, бабушка встала, продолжая смотреть куда-то на луну и прижав листок к груди. Рома растерялся еще больше. Добежать до своей комнаты он не успеет, и половицы могут скрипнуть. Выйти сейчас, будто, он только что встал, – бабуля не поверит: внук врать не умел. Хуже будет, если она обнаружит, что он спрятался и следит.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4

Поделиться ссылкой на выделенное