Читать книгу Рарог (Ольга Леонидовна Чуракова) онлайн бесплатно на Bookz (2-ая страница книги)
Рарог
Рарог
Оценить:

5

Полная версия:

Рарог

— Откройте глаза, — сказала Воронцова.

Тим открыл. И замер.

Рядом с ним стояла птица. Маленькая чёрно-серая галка с ярко-голубыми глазами. Она скакала по полу спортзала и пыталась раскрыть крылья. Потом встряхнулась — и снова стала девочкой. Леной. Она стояла, чуть улыбаясь, и в глазах у неё был задорный блеск. Тим отметил про себя, что улыбка Лене очень идёт: на щеках у неё появляются милые ямочки.

Весь класс смотрел на Лену. Она была единственной, кому удалось превратиться в птицу. Тим испытывал странное чувство, не похожее на зависть. Как будто он только что увидел дверь, которую раньше не замечал.

— Получилось, — прошептал кто-то.

Ребята стали с ещё большим усердием осваивать превращение. Воронцова обошла класс. Некоторым — помогала. На других просто смотрела, и от этого взгляда становилось не по себе. У Тима не получилось обернуться птицей, как он ни старался. Он чувствовал тепло, чувствовал, как тело становится легче, но... что-то мешало. Как будто он держался за что-то. Не мог отпустить.

Воронцова подошла так близко, что Тим уловил запах трав и ещё один, неуловимый аромат — сырой земли, хранящей память о временах, которых он не мог себе представить.

— Ты боишься, — сказала она так тихо, чтобы слышал только он. — Это нормально. Страх — это естественное состояние в начале пути. Но ты должен понять: магия не любит тех, кто не готов её принять. Не держись за старое, прими эту древнюю силу. Она принадлежит тебе, а ты принадлежишь ей.

Она отошла. Парень нервно сглотнул.

— Магия — это очень мощная энергия, — сказала она, обращаясь уже ко всем. — Ребёнку с ней не справиться. Поэтому обучение начинают только с девятого класса, когда ученикам уже исполнилось пятнадцать лет. И говорить с младшими братьями и сёстрами об этом категорически запрещено. Неопытные дети, не готовые к такой силе, могут навредить себе и другим. Все знания, полученные на моих уроках, вы должны держать втайне.

После занятия все возбуждённо высыпали в коридор. Кто-то смеялся, кто-то взахлёб рассказывал, как чувствовал транс. Кирилл молчал. Он тоже не смог превратиться. Тим это заметил.

Дима подошёл к нему.

— Ну что? — спросил он взволнованным голосом. — Как тебе основы природной гармонии?

— Не знаю, — сказал Тим. — Странно.

— Ага. У меня тоже не вышло. Но это же первый раз. Получится. Это просто невероятно: магия и всё такое. С ума сойти можно!

Тим кивнул. Но думал он о другом. О Лене. О том, как она превратилась сначала в птицу, а потом снова в девочку. О том, как легко у неё это вышло. Кажется, она заранее знала, что их ждёт на уроке, и, возможно, даже пробовала превращаться в птицу раньше.

Дома он снова попытался поговорить с отцом. Тот был в кабинете.

— Пап.

— Да.

— Я был на уроке Воронцовой.

Отец не обернулся. Он смотрел в монитор.

— И как?

— Странно. У меня не получилось.

— Это нормально, — сказал отец. — У меня тоже не сразу получилось.

Тим замер.

— Значит, ты тоже... умеешь?

Отец наконец повернулся и задержал на нём взгляд, словно пытался понять, что происходит с сыном.

— Сын, я же сказал. Мы не обсуждаем это. Вам разве не объяснили, что говорить об уроках Воронцовой за пределами занятий не следует? Иди делай уроки и помалкивай при брате и сестре.

Выйдя в коридор, Тим остановился, прислонился к стене и закрыл глаза.

У отца тоже не сразу получилось. Значит, он умеет. Значит, все умеют. И мама. И Димины родители. И все взрослые в этом районе.

Только почему тогда об этом нельзя говорить хотя бы между собой?

Вечером Тим долго не мог уснуть. Он лежал и думал об уроке природной гармонии и о Лене. Она превратилась так легко и грациозно, будто умела это всю жизнь. Как же ему хотелось самому испытать восторг перевоплощения!

А потом парень подумал: если у неё это так легко получается, может, она сумеет научить и его?

Он взял телефон. Нашёл номер Лены. Долго смотрел на экран, набираясь смелости. Потом написал:

«Привет. Это Тим. Слушай, ты сегодня так легко превратилась. Может, поможешь мне? У меня не получается. Я не хочу отставать».

Он отправил сообщение и сразу же пожалел об этом. Сообщение показалось ему глупым и чересчур прямолинейным. Теперь он был почти уверен, что ответа не дождётся.

Телефон звякнул.

«Хорошо. Завтра после уроков пойдём ко мне. У мамы в мастерской как раз будет свободно, так что нам никто не помешает. Я покажу».

Тим смотрел на экран и чувствовал, как внутри разливается тепло. Похожее на то, что он ощутил на уроке. Только теперь оно не было связано с магией.

Он отложил телефон и закрыл глаза.

Это было только начало.

Глава 3. Превращение

На следующий день Тим не мог сосредоточиться на учёбе. Во время занятий он часто отвлекался, погружаясь в свои мысли. Ему не давали покоя знания, полученные на уроке Воронцовой: магия в жизни каждого жителя Соснового холма, способность превращаться в птиц, связанные с этим тайны. Ещё он думал о Лене. Девочка уже не казалась той серой мышкой, какой её считали в прошлом году. Она засияла, получив доступ к тайнам природной гармонии, да и, что скрывать, очень похорошела за последнее время. Тим нетерпеливо отсчитывал минуты до конца уроков, чтобы поближе узнать Лену и наконец-то самому ощутить силу магии.

Когда прозвенел звонок с последнего урока, Тим быстро собрал вещи и вышел в коридор. Лена ждала его у выхода. На ней была лёгкая куртка, а на одном плече висел рюкзак. Увидев его, кивнула:

— Пойдём.

Они шли по Сосновому холму. Тим хорошо знал этот район — он здесь вырос. Но возле дома Лены никогда не бывал. Он вообще не знал, где девочка живёт. Она была из тех, кого не замечаешь, пока не присмотришься.

Дом Лены стоял на тихой улице, в глубине района. Это был огромный старинный особняк с высокими окнами и стеной, увитой плющом. Не такой, как у Тима и большинства его друзей — не стеклянный, не хромированный. Живой. Тим подумал, что этот дом, наверное, помнит первых жителей Соснового холма.

— Моя мама — дизайнер, — сказала Лена, открывая калитку. — У неё своя мастерская. Раньше здесь была конюшня, потом её переделали. Пойдём, я покажу.

Ребята прошли через двор. Мастерская располагалась в большом здании позади дома. Внутри было просторно: высокие потолки, широкие окна под самым коньком крыши, длинные столы, заваленные тканями, эскизами, ножницами, катушками ниток. Пахло краской, лаком и чем-то ещё — тёплым, древесным. В углу стояли манекены, на стенах висели готовые платья. Где-то играла тихая музыка.

— Здесь сегодня никто не появится, — сказала Лена. — Мама уехала в город, закупать новые ткани. Так что у нас полно времени.

Она сбросила рюкзак и прошла в центр зала.

— Ну что, попробуем?

Тим кивнул. Вдруг ему стало неловко. Вчера в спортзале всё было по-другому — там была Воронцова и другие ученики. Здесь же они остались вдвоём. Он отложил рюкзак в сторону, снял куртку и подошёл к девочке.

— Закрой глаза, — сказала она. — Дыши глубже. И не думай о том, что должно получиться. Просто слушай.

Тим закрыл глаза, но тут же растерялся: не мог вспомнить слова заклинания, помогающего обратиться в птицу. Вчера на уроке они звучали так легко, а сейчас будто выветрились из головы. Но, как оказалось, Лена это предусмотрела. Она записала текст на листке бумаги и протянула ему. Тим пробежал глазами по строчкам и немного успокоился, почувствовав поддержку Лены.

— Не держись за реальность, она лишь иллюзия, — сказала Лена тихо. — Мир больше, чем нам кажется. Магия реальна, стоит лишь принять её. Отпусти все мысли. Повторяй про себя слова заклинания и мысленно пропускай их сквозь своё тело.

Тим закрыл глаза. Сначала ничего не происходило. Потом в груди появилось приятное тягучее тепло, и медленно разлилось по всему телу. Голова слегка закружилась. Тим словно снова погружался в транс. Он дышал глубже. Мир стал тише. Парень почувствовал, как что-то внутри разжимается. Будто всё это время он сжимал кулак и наконец разжал его.

— Открой глаза.

Он открыл глаза и взглянул на руки — вернее, на то, что теперь было вместо них: тонкие крылья, покрытые тёмными перьями.

Тим хотел закричать — но не смог. Из горла вырвался хриплый гортанный звук. Карканье.

Лена тихо, мелодично засмеялась. Она радовалась, что Тиму удалось превратиться.

— Удалось, — сказала она. — Говорят, я была галкой, когда обернулась, а ты у нас симпатичный чёрный ворон. Жаль, что не видишь себя со стороны. Тебе очень идёт этот образ. Но привыкать не советую, придётся возвращаться обратно. Сконцентрируйся. Почувствуй своё тело. Вспомни, кто ты.

Тим закрыл глаза и сосредоточился. Тепло снова поднялось в груди. Он представил себя — руки, ноги, лицо. Через несколько секунд он вновь стоял на полу на собственных человеческих ногах. Голова немного кружилась.

Он посмотрел на Лену. Девочка улыбалась.

— Ты сделал это, — сказала она.

— Я сделал это, — повторил он.

И тут Тим почувствовал, где его место в этом мире. Он как будто воссоединился со частью себя, которую прежде не знал. В душе парня воцарились спокойствие и уверенность. Теперь и название предмета стало казаться логичным. Гармония с природой, с людьми, с магией — всё это словно существовало и раньше, но находилось вне досягаемости. Тим с благодарностью взглянул на Лену. Порывисто подошёл, взял её за руку и искренне произнёс: «Спасибо, Лена. Без тебя я бы не справился».

На щеках девочки показался румянец. Она улыбнулась в ответ.

— Ну что ты, Тим! Тебе просто нужно было немного больше времени. Мне несложно помочь. Обращайся в любой момент. А сейчас предлагаю не останавливаться на достигнутом.

После этого ребята занимались ещё час. Тим превращался снова и снова. Каждый раз получалось легче. Лена поправляла его — как дышать, как держать спину, как не поддаваться страху. Она объясняла всё терпеливо и спокойно. В такие минуты казалась Тиму особенно красивой — с этим блеском в глазах.

Потом они сели на пол у стены. Лена принесла чай в термосе и печенье.

— Ты знала, что должно было произойти на уроке природной гармонии? — спросил Тим.

— Знала, но до конца не верила, — сказала она. — Соседская девочка, с которой я общаюсь, рассказала мне об этом по секрету ещё в прошлом году. Катя учится на класс старше, и ей безумно хотелось обсудить с кем-то уроки магии Ярины Власовны. Теперь я её понимаю: хранить такую тайну непросто. В сентябре прошлого года она прибежала ко мне и рассказала, что Ярина Власовна учит их превращаться в птиц. Я сначала не поверила, решила, что она меня разыгрывает. Но потом она так красочно и эмоционально стала всё это описывать, что я дала волю воображению. Через пару недель она снова пришла ко мне и тут же, в мастерской, обернулась птицей. Тут уж нельзя было не поверить. Тогда я сильно испугалась, убежала домой и пару дней даже не отвечала на её звонки.

— И ты никому не сказала?

— Родителям сказала. — Она помолчала. — Они очень рассердились. Запретили заниматься магией до того, как начнутся уроки в школе. Потом мама позвонила родителям Кати, и после этого она про магию со мной не разговаривала. Родители сказали, хотя мне уже почти исполнилось пятнадцать, это слишком опасно. Правила использования магии нарушать нельзя. А что это за правила, так и не объяснили.

Тим вспомнил вчерашний разговор с отцом. Страх, промелькнувший в глазах. «Мы не будем обсуждать Воронцову в этом доме».

— Мои тоже отказываются говорить на эту тему, наверное, за младших боятся, — сказал он. — Странно всё это.

— Да, — согласилась Лена. — Странно.

Они помолчали. Потом Тим спросил:

— А ты знаешь что-нибудь о самой Воронцовой? Кто она такая?

Лена задумалась. Отпила чай.

— Мама как-то обмолвилась. Сказала, что Воронцова учила ещё её. И бабушку. И прабабушку. Что она... — Лена замолчала.

— Что?

— Что она всегда была здесь. Всегда. Сколько существует это место.

Тим почувствовал, как по спине пополз холодок. Вчера в спортзале Воронцова сказала: «Магия была здесь задолго до того, как ваш район получил название». Тогда он не придал этим словам значения. Теперь выходило, что и Воронцова всегда была здесь и занималась магией.

— Значит, она не стареет, — сказал парень.

— Получается, так.

Ребята снова помолчали. Потом Лена сказала:

— Тим, я думаю, тут что-то не так. Вся эта магия. То, как родители реагируют. То, что о ней нельзя говорить. Это не просто секрет. Это что-то... большее.

— Я знаю, — сказал он. — Я тоже это чувствую.

— Давай попробуем разузнать больше, — сказал он. — Осторожно.

Лена кивнула.

— Давай.

Они посидели ещё немного. Пили чай. Говорили о мелочах — о школе, об учителях, о том, кто чем занимался летом. И Тим чувствовал, что между ними зарождается настоящая дружба или даже что-то большее. В груди Тима снова разлилось приятное тепло — и дело было не только в магии.

Когда он пошёл домой, уже стемнело. Улицы Соснового холма светились фонарями. Теперь Тим знал, что скрывается за идеальной картиной, окружавшей его с детства. Успех жителей района, их богатство — всё это благодаря древней магии, которой, как оказалось, втайне пользуются все взрослые.

Теперь Тим и сам стал частью этого. Он думал о Воронцовой, которая не стареет. О родителях, которые отказываются говорить о магии. Если от неё столько пользы, почему все боятся её обсуждать?

Что-то здесь не так. Возможно, у магии есть и обратная сторона, о которой Тиму лучше узнать заранее.

Дойдя до дома, парень сразу прошёл в свою комнату. Сев за стол, он открыл ноутбук и набрал в поисковой строке: «Ярина Власовна Воронцова».

Ничего.

Он попробовал по-другому: «Воронцова Сосновый холм».

Ничего.

Он закрыл ноутбук. Лёг на кровать. Закрыл глаза.

Завтра он поговорит с Димой. Может, друг что-то знает. Или они договорятся, где искать ответы на множество возникших вопросов.

Глава 4. Уроки магии

С момента первого превращения прошло несколько месяцев. За осень и зиму Тим и Дима очень сдружились с Леной. Теперь их компанию называли «святой троицей», потому что ребята везде ходили вместе. Инициатором шуток, как обычно, был Кирилл, главный заводила класса. Этот невысокий, коренастый парень любил привлекать внимание к себе, высмеивая кого-нибудь из одноклассников. Все давно к этому привыкли и перестали реагировать на его подколы. Некоторые его шутки и прозвища приживались. Так произошло и в этот раз. Но ребята не обижались на прозвище «святая троица»: они считали себя достаточно взрослыми, чтобы не реагировать на выпады Кирилла.

Тим, Дима и Лена к тому времени уже отметили шестнадцатилетие. Они чувствовали себя взрослее, в первую очередь благодаря магии, которая открывала перед ними новые возможности и проникала во все сферы жизни. Обладая возможностями, доступными лишь жителям Соснового холма, подростки ощущали себя всемогущими. Казалось, теперь им подвластно всё в этом мире. Ребята ещё не подозревали, что впереди их ждали испытания, к которым невозможно было подготовиться.

Тим не заметил, как «Основы природной гармонии» стали его любимым предметом. И не только его: весь класс с нетерпением ждал эти занятия. Даже те, кто вначале посмеивался над «магией», теперь ловили каждое слово Воронцовой. Ярина Власовна стала для учеников не просто наставником, но и образцом для подражания. Кое-кто из девочек даже перекрасил волосы в чёрный цвет, чтобы стать похожим на своего кумира.

Каждый урок природной гармонии был уникален.

На одном из уроков ученики осваивали управление удачей — умение мягко подтолкнуть мир в свою сторону. Не выиграть в лотерею, не получить всё сразу, а просто сделать так, чтобы автобус пришёл вовремя, нужный человек ответил на письмо, строгий учитель забыл про домашнее задание. Воронцова объясняла: удача — это не случайность. Это внимание мира к тебе. Чем больше ты в гармонии с природной магией Соснового холма, тем чаще мир идёт тебе навстречу.

На другом уроке изучали чтение намерений. Лёгкая форма телепатии: почувствовать, что человек собирается сделать, ещё до того, как он это сделает. Не мысли, а намерения. Дети тренировались друг на друге: один загадывал движение, другой должен был угадать.

Ещё было внушение — умение настроить эмоции другого человека. Не контроль, не гипноз. Просто мягкое влияние: успокоить рассерженного, вызвать симпатию, снять напряжение. Воронцова называла это «настройкой струн» — ты не играешь на чужой душе, а лишь слегка подтягиваешь то, что уже звучит.

Изменение оказалось самой полезной разновидностью бытовой магии. Изменить цвет ткани, вкус воды, температуру воздуха в комнате. Не создавать из ничего, а переделывать то, что уже есть. Лена любила этот урок больше других: она могла часами сидеть над куском материи, меняя его оттенок с синего на зелёный, с зелёного на золотой.

Не менее полезным навыком оказалось исцеление — ускорение естественных процессов. Царапина заживает быстрее, простуда проходит за день, головная боль уходит. Дима однажды разбил колено на физкультуре — и к концу урока от ссадины осталось только розовое пятнышко.

Ещё одним важным умением, которое освоил класс, стало предвидение. Не точное пророчество, а лишь ощущение, что что-то случится. Тим долго не мог его освоить. Предчувствие приходило и уходило, как лёгкий шлейф духов от проходящего мимо человека. К удивлению Тима, лучше всех с предвидением справлялся Дима. Его чуткость помогала улавливать едва заметные перемены в окружающем мире. Он частенько предупреждал друзей о перемене погоды или отмене занятий в школе.

Ещё ребята научились сокрытию — умению не привлекать внимания. Пройти мимо охраны, не попасть на камеру, остаться незамеченным в толпе. Это оказалось проще всего — подростки и так не любили выделяться.

Но самым главным, самым любимым практическим занятием учеников оставалось превращение.

Однажды на уроке Воронцова повела класс в спортзал. Сказала: «Сегодня вы можете стать собой, воссоединиться со своей магической сущностью». Дети встали в круг. Закрыли глаза. Произнесли про себя слова. И — полетели. Удивительно, но каждый ученик превращался в определённую птицу. Невозможно было выбрать самому, какой птицей стать, и никогда однажды обретённый образ не менялся.

Стая получилась разномастная. Лена превращалась в галку — маленькой, серо-чёрной, с умными глазами. Дима — в сороку, шумной, любопытной, с длинным хвостом. Многие превратились в синиц, чижей, голубей. А Кирилл — в воробья. Он злился, что ему досталась такая маленькая и невзрачная пичуга, но старался не подавать виду.

И только Тим стал вороном. Огромной чёрной птицей с крепким клювом и широкими крыльями. Он взлетал под потолок спортзала и чувствовал, как крылья разрезают воздух. Как сердце бьётся чаще и всё внутри поёт. Одноклассники удивлялись, что Тим обращается вороном, но никто, кроме Кирилла не возмущался. Он то и дело пытался задеть Тима словами об особом положении и возможном родстве с учительницей.

Ярина Власовна тоже превращалась в ворона, но в птичьем обличье их с Тимом невозможно было спутать. Воронцова становилась птицей куда более крупной и тёмной, с особенно мощным клювом. Когда Тим впервые обратился перед ней, в глазах учительницы мелькнуло удивление. Или узнавание? Тим не понял.

Часто ребята просили в конце урока полетать стаей. Несколько раз они покидали пределы школы и пролетали над всем Сосновым холмом. Сверху район казался игрушечным: аккуратные газоны, одинаковые крыши, ровные дороги. А над крышами кружила пёстрая стая, полная жизни и свободы. Со стороны такие полёты выглядели необычно: пёструю стаю редко где встретишь. Поэтому вылетать за пределы Соснового холма категорически запрещалось. Взрослые жители сами когда-то проходили такой урок, поэтому не удивлялись разномастной стае под предводительством огромного чёрного ворона, А посторонние не обращали на птиц внимания: Ярина Власовна слегка отводила прохожим глаза, чтобы избежать лишних вопросов.

После очередного урока превращения Кирилл подошёл к Тиму. Усмехнулся:

— Ворон, значит. Как Ярина. Родственные связи, да, Соколов? А может, ты и не Соколов на самом деле, а Воронцов?

Тим не ответил. Лишь глубоко задумался: впервые он обратил внимание, что он единственный во всём классе стал вороном. Вдруг это действительно что-то значит? Вдруг у него есть особые способности? Тим вспомнил удивлённый взгляд Ярины Власовны. Неужели он когда-то сможет стать хоть немного похожим на неё по силе? Эта мысль будоражила Тима, но поделиться ей он боялся даже с лучшими друзьями. Тим не хотел питать напрасных надежд, но после колкостей Кирилла его интерес к магии только усилился.

Тим чувствовал, как меняется и взрослеет. Его магическая сила крепла день ото дня. Он был теперь не просто подростком с неопределённым будущим, а начинающим магом, уверенным, что сможет сам построить счастливое будущее. Это прибавило ему уверенности в себе: он стал решительнее и смелее и был готов с лёгкостью справиться с любыми трудностями. Он чувствовал себя почти на равных с успешными родителями, и они стали относиться к нему с большим уважением. Теперь они говорили с сыном не снисходительно и сухо, как прежде, а внимательно выслушивали, когда он заводил разговор, и в целом уделяли ему больше внимания.

Тим был счастлив. Оказывается, нужно было стать магом, чтобы привлечь внимание родителей.

Лена и Дима тоже наслаждались новыми способностями. Ребята уже не представляли, как жили раньше без магии в повседневной жизни. Повлиять на исход любого дела себе на пользу оказалось так просто и приятно.

Пока ребята даже не подозревали, что у магии есть цена.

Глава 5. За воротами

Лена и Тим давно хотели проверить, работает ли магия за пределами Соснового холма. Возможно, сила Рарога ограничена только их районом? Дима в эти выходные был занят — отец снова позвал его на яхту, — поэтому ребята договорились поехать в центр города вдвоём.

В субботу рано утром они вышли за ворота. Миновали пост охраны, даже не замедлив шага. Сокрытие работало безупречно: охранник смотрел прямо на них — и не замечал. Это было странное чувство. Тиму казалось, будто воздух вокруг него слегка дрожит, словно натянутая плёнка, скрывающая его от чужих глаз.

На автобусной остановке Тим немного склонил удачу в свою сторону. Автобус пришёл на десять минут раньше расписания. Парень галантно подал руку подруге и помог ей войти в салон.

Лена приметила удобное место у окна, в середине салона. Но там уже сидел мужчина в сером пальто. Лена сосредоточилась и мысленно подсказала ему: «Вам будет удобнее сзади». Мужчина вдруг поднялся, пробормотал что-то про то, что давно хотел пересесть, и ушёл в конец автобуса. Лена села у окна, Тим устроился рядом.

Они переглянулись. И оба с трудом сдержали улыбку.

Магия работала легко и непринуждённо. Словно они всегда так делали.

До центра города ребята доехали быстро. Вышли на остановке у старинного торгового квартала, где витрины сверкали ярче, чем в Сосновом холме. Вокруг текла толпа незнакомых людей, но никто не обращал внимания на подростков. Сокрытие работало отлично. Прохожие не сталкивались с ребятами — они плавно обходили их стороной, как вода обтекает камень.

Ребята бродили по улицам. Смеялись. Рассматривали витрины. Лена останавливалась у каждого магазина одежды — она всё время что-то подмечала, что-то запоминала. Тим смотрел на неё и думал, какая она красивая, когда так увлечена.

Через час Тим предложил:

— Может, в кино?

Лена согласилась.

До кинотеатра доехали на автобусе. Прошли мимо касс и сотрудников — незамеченные. В зале заняли свободные места в центре. Фильм попался про зомби — глупый, кровавый, с плохими шутками. Они хохотали так, что чуть не задохнулись. На них никто не оборачивался: сокрытие делало своё дело.

После фильма проголодавшиеся ребята побежали в ресторан быстрого питания. Они обошли длинную очередь, а у стойки ненадолго ослабили сокрытие, чтобы сделать заказ. Тим незаметно подтолкнул удачу в свою сторону — и их еду приготовили раньше, чем заказы тех, кто стоял впереди. Никто не возмутился: люди словно не заметили, что подростков обслужили вне очереди.

bannerbanner