Танго с одиноким волком

Меня сразу же обдало горячей волной, а я уже на горьком опыте убедилась, что для меня это непозволительно. Поэтому я тотчас отвела взгляд и решила обогнать вервольфа во что бы то ни стало. И почему он так хорош? Настолько, что я даже залюбовалась его задом! Обязательно найду в лесу кусты дрока и пожую его листья. Они меня хоть немного успокоят. Но, кажется, мне придётся сожрать целый куст, чтобы не думать об этом мужчине... Наваждение какое-то!

От злости я припустила, чуть ли не бегом, и вскоре оказалась впереди Маркуса.

- Береги силы, до леса ещё далеко, - донеслось мне в спину.

- Знаю. Но я хочу идти впереди.

- А что так? Не нравится мой зад?

- Как раз-то наоборот, - озвучила я свои мысли. А когда поняла, что сказала это вслух, было уже поздно. Вервольф от души рассмеялся, а я только сейчас поняла, что впервые слышу его смех. Весело ему! Тут плакать нужно... И чтобы хоть как-то сгладить свой конфуз, я добавила: - Не обольщайся. Твой зад меня уже совершенно не волнует. И думаю я сейчас совсем о другом.

- О чём же, если не секрет?

- О том, что в твоём рассказе нет логики. Получается, что всё-таки существуют антитела против этой заразы. Так почему же ещё до сих пор нет вакцины? Это, во-первых, а во-вторых, я вообще ничего не понимаю. Ведь не мог же этот иммунитет появиться у тебя и твоих родственников неожиданно. А значит, он передавался у вас из поколения в поколение. А если учесть, то все оборотни размножаются как мухи, то весь клан вервольфов уже давно должен забыть о волчьем гриппе раз и навсегда.

Маркус ответил не сразу. И когда я уже хотела возмутиться по этому поводу, он соизволил открыть рот:

- Впервые встречаю женщину с таким аналитическим складом ума...

- Вот только не надо опять про блондинок. Надоело уже! - перебила я его раздражённо.

- Не буду. Но ты и на самом деле верно подметила все нюансы. Поэтому ты сразу же поймёшь, что к чему. - Вервольф сделал небольшую паузу. - Насчёт вакцины. Вот уже на протяжении многих лет учёные-иммунологи со всего света работают над ней. Конечно, раньше это хранилось в строжайшей тайне, так как человечество не знало о существовании оборотней. Сейчас все исследования ведутся легально. Тем не менее, результаты почти нулевые, это какая-то загадка! Антитела есть, а вакцины до сих пор нет. Может, в этом и есть Божий замысел? Истреблять вервольфов каждый раз, когда их становится слишком много?

- Маркус, я об этом и так уже догадалась. При современной науке и не создать вакцины. Вероятнее всего, это вообще невозможно. Но меня больше волнует то, почему врождённым иммунитетом не обладают все вервольфы без исключения? Ведь вы между собой скрещиваетесь как... Про мух я, кажется, уже говорила, - смущённо закончила я.

- Вот оно, человеческое величие во всей красе! Все, кто не такие как вы - это низшие примитивные существа, - не скрывая злости, возразил мне вервольф.

Как ни крути, он всё верно сказал, у меня это в крови. И с этим уже ничего не поделаешь. Но как же тогда моя дружба с Шейлой? Ведь она для меня чуть ли не самый дорогой человек на свете.

- Неправда! Не все мы такие! Почему тогда люди и оборотни влюбляются друг в друга? - вырвалось у меня чересчур эмоционально.

- И что потом? Много ты видела счастливых смешанных браков?

Вервольф повернул ко мне голову, и я кожей почувствовала на себе его пристальный взгляд...

***

- Мы слегка отвлеклись, - произнёс вервольф и пошёл чуть медленнее, видимо, давая мне возможность его обогнать.

- Извини, я не хотела тебя обидеть. Но ты словно бы специально провоцируешь меня при любой возможности. И вообще, кажется, я на тебя дурно влияю. Ведь когда мы с тобой познакомились, а это случилось всего несколько часов назад, ты показался мне уравновешенным и даже хладнокровным человеком. А сейчас ты цепляешься к каждому моему слову! Неужели я тебя настолько раздражаю? - вырвалось у меня с обидой. Я хотела скрыть свои эмоции, но у меня это вряд ли получилось.

Как только я закрыла рот, так сразу же перестала на него оглядываться. Смысл всматриваться в эту прорезь для глаз, если он нарочно отводит от меня взгляд? Странно. Опасается, что я догадаюсь, о чём он думает?

- Нет Ангелика, ты меня не раздражаешь. Но ты всё верно подметила, я становлюсь излишне эмоциональным и раздражительным. А это означает только одно - болезнь прогрессирует. Так что давай прибавим ходу. Нужно добраться до леса как можно быстрее.

- А что изменится в лесу? У тебя есть план?

- Я бы не назвал это планом, скорее, соображения. Но в Орлеанском лесу имеется множество озёр и...

- О Господи, зачем тебе понадобилось озеро? Неужели купаться собрался? - перебила я его на полуслове.

- Да, собрался. Вода там сейчас уже ледяная. Только так я смогу сбить с себя жар, который туманит мне голову.

Я остановилась как вкопанная, вервольф сделал тоже самое. На раздумья у меня не было времени, поэтому я решительно подошла к Маркусу. Протянула к нему руку и положила ладонь ему на грудь. И в ту же секунду вздрогнула: едва мои пальцы дотронулись до его кожи, как вервольф шарахнулся от меня как чёрт от ладана. Отскочил на метра три, замер в напряжённой позе, уставившись на меня настороженным и откровенно враждебным взглядом.

- Кажется, мы с тобой об этом уже говорили, - процедил он сквозь зубы.

- Но как мне ещё узнать, есть у тебя жар или нет? - Я вновь приблизилась к нему и, пристально глядя ему в глаза, повторила свою попытку. И в этот раз вервольф оказался пай-мальчиком, стойко выдержал это испытание, чего нельзя сказать обо мне. Ведь едва мои пальцы прикоснулись к каменной мужской груди, меня словно бы окатило горячей волной. Моя чувственность вмиг зашкалила, застряв на максимальной отметке. Поэтому я тотчас отдёрнула от него руку. И чтобы скрыть свою реакцию, со злостью добавила: - Вот чёрт! Да ты огненный!

- Ангелика Морелли! Я вам сейчас рот с мылом помою.

- Ага, щаззз! Но, не удивлюсь, если в твоей сумке и на самом деле найдётся кусок мыла. Ты же у нас такой продуманный, и деньги с собой прихватил и документы, и даже свою тряпку на голову. Одна я как дура осталась без паспорта...

Раскаты гомерического хохота потрясли окружающее нас осеннее безмолвие. И если на этой равнине обитали какие-нибудь зверушки, наверняка они в ужасе побежали прятаться в свои норы. Я бы тоже сделала это с превеликим удовольствием, так как у меня волосы зашевелились от страха. Похоже, мой спутник не солгал, его эмоции и на самом деле уже на пределе. И на сколько, интересно, его хватит?..

- Маркус, миленький, давай поспешим. Что-то я за тебя беспокоюсь.

- Ты бы лучше за себя переживала. Нужно разделиться, ты пойдёшь вон туда, - приказным тоном сообщил мне вервольф, показывая куда-то влево. - А я буду двигаться в том же направлении, что и раньше. И ещё... ночи уже холодные, постарайся не замёрзнуть. Для ночлега собери в кучу валежник что посуше и заройся в него как мышка. Продержись, девочка, хотя бы дня два, а я тебя потом найду.

Вервольф мигом сорвал с себя мою кофту и протянул её мне.

Тут я не выдержала, его самопожертвование оказалось для меня непосильной ношей. Поэтому я решительно выхватила кофту из его рук и сразу же зашла к нему со спины. Стараясь не смотреть на его великолепные ягодицы, повязала ему кофточку на бёдра так, как он сам это сделал ранее. Причём постаралась, чтобы мои пальцы не коснулись этого шикарного мужского тела. С меня хватило одной его близости.

Отчаянно сопротивляясь сексуальным желаниям, я сделала от него шаг назад. С вызовом посмотрела веровольфу в глаза и заявила:

- Неужели ты подумал, что я брошу тебя в таком состоянии? За кого ты меня принимаешь?

- За глупую девчонку, которая рискует собственной жизнью ради какого-то там оборотня.

- Пошли, Маркус.

Я чуть ли не бегом припустила к лесу, ощущая на себе его пристальный взгляд. Ещё немного и мы окажемся на опушке леса, вон уже и трава стала выше, и жесткие низкорослые кустарники уже нещадно впивались мне в ноги. Ведь мои туфли оказались неприспособленными для подобных путешествий, более подходящая для этого обувь осталась в моём чемодане. Но даже это не испортило моего впечатления от созерцания чудесных видов.

Собираясь в резервацию для вервольфов, располагающуюся чуть ли не в самом сердце Франции, я подготовилась. Изучила местный климат и не без удовольствия рассмотрела все имеющиеся в интернете фото Орлеанского леса. Но тогда я и подумать не могла, что окажусь в такой вот непростой ситуации.

Интересно, какие лечебные растения здесь можно раздобыть? Кусты дрока уж точно найду, а это прекрасное общеукрепляющее и успокаивающее средство. Оно нам сейчас обоим пригодится, чтобы не реагировать друг на друга. Хотя, вряд ли дроку это под силу... А что делать с повышенной температурой Маркуса? Ведь сердце вервольфа может не выдержать такой жар! Неужели ему придётся лезть в ледяную воду?! Вот если бы найти лопух, отвар из его корня пьют при горячке. Но можно просто его жевать, эффект будет таким же.

Откуда я это знаю? Понятия не имею. Иногда мне кажется, что я родилась с этими знаниями. Во всяком случае, интуиция меня ещё ни разу не подводила. Даже мать Шейлы - опытная травница, которые не редкость среди оборотней, удивлялась моему дару. Ведь я столько раз помогала ей дельным советом. Синьора Росанна меня за это чуть ли не боготворила, но даже она порой смотрела на меня настороженным взглядом. Ещё бы! Наверняка она терялась в догадках: откуда городской человеческой девчонке известны секреты её предков?

В лесу моё настроение резко взмыло вверх. И я вдруг поняла: несмотря на осеннюю прохладу, мы с Маркусом наконец-то оказались в безопасности. Поэтому я не сдержала улыбки, когда споткнулась о какую-то корягу и получила по носу колючей сосновой веткой.

- Не понимаю, чему ты так радуешься? Вот-вот зайдёт солнце, а мы ещё не нашли озера и насчёт ночлега у меня нет никаких соображений.

- А кто-то недавно предлагал мне забраться в сухой валежник, - с насмешкой поддела я своего спутника. - Или же Маркусу Фейнингтону, чертовски богатому засранцу, не пристало ночевать в куче мусора?..

Глава 7

Насчёт засранца в самую точку. Ведь я, Ангелика, далеко не такой благородный, - глухо произнёс вервольф, шагая за мной по узкой звериной тропе. И этим он меня серьёзно озадачил: интересно, что он задумал на этот раз? Но тут я своим загадочным шестым чувством, которое меня никогда не подводило, почуяла воду. Поэтому я вмиг забыла о Маркусе и, воодушевлённая своей находкой, рванула к манящей свежести. И тут же услышала за спиной строгий окрик: - Ангелика, будь осторожней! Это тебе не городской проспект. Дай я пойду первым. Как ни как я человек-полузверь, поэтому мои органы чувств работают гораздо лучше, чем твои.

- Да? - с насмешкой отозвалась я. - А что твой звериный нос говорит тебе сейчас? Особенно насчёт лесного озера или же водоёма?

- Насчёт этого он упорно молчит, и меня это серьёзно беспокоит.

- Засунь тогда свой звериный нос в... - Я тут же запнулась. Даже здоровым Маркус сделал бы мне замечание. А сейчас, с инфицированным вервольфом, у которого нервы как оголённые провода, не стоило шутить. Не дай бог разбужу в нём зверя.

- Что ты сказала? - с явной угрозой поинтересовался у меня вервольф.

- Я сказала, что знаю, где находится водоём.

- Даже так? Какая самонадеянность!

- Маркус, ты же всё равно не знаешь, куда идти. Так что давай проверим мою догадку, - умоляюще протянула я. И чтобы отвлечь его от командирских замашек, добавила: - А что ты там только что говорил о благородстве?

Моя уловка удалась, и вервольф тотчас переключился на новую тему. Но если бы я знала, что этим разбережу его старые душевные раны, не стала бы этого делать.

- Я, Ангелика, о том, что вы, человеческие девушки, зачастую незаслуженно наделяете оборотней кучей благородных качеств, которыми мы не обладаем. Откуда это в вас? Неужели из-за голливудских фильмов, где сильные и благородные вервольфы влюбляются в каких-нибудь простушек и потом спасают своих избранниц из лап коварных вампиров, бандитов... в общем, подонков.

- И что тебя в этом так возмущает? Я бы на вашем месте радовалась бы!

- Но ведь этот стереотип совсем не соответствует действительности! Наоборот, это от нас нужно защищать бедных девушек! Ведь мы монстры, особенно в молодости!

Я видела, что он излишне эмоционально реагирует на всё, что связано с этой темой. Но уже было поздно что-либо изменить.

- Маркус, не пугай меня. Ну, какой же ты монстр?

- Ангелика Морелли, если бы ты только знала, каким я был раньше!

- И каким же?

- Молодые юноши-вервольфы плохо справляются со своими плотскими желаниями. А запах девственности для них - самый мощный возбудитель на свете. И беда той несчастной девственнице, которая окажется один на один с ошалевшим от страсти вервольфом.

Я не был исключением... И сколько бы мой наставник не следил за мной, это случилось. - Маркус тяжело выдохнул, а я кожей почувствовала всю степень его отчаяния. - Ты даже не представляешь, что я с ней делал!..

Я учуял её в Бодлианской библиотеке. Между прочим, я готовил тогда доклад о правлении Бориса Годунова. Надеюсь, тебе не надо объяснять, кто это такой? Как ни как в твоих жилах тёчет русская кровь.

Я тут же мысленно послала его к чёрту. Он ещё мне ликбез будет устраивать! Но, несмотря на своё возмущение, я поднапрягла мозги и выжала все скудные знания, касательно этого русского царя. Поэтому с вызовом ответила:

- Естественно. Я хоть и не кончала Оксфордов и Кембриджей, но прекрасно знаю, кто это.

- Вот и отлично. А я в то время работал с манускриптами, написанными в период правления Бориса Годунова. Вообще-то студентов не допускают к таким реликвиям, но для меня сделали исключение.

Её я встретил в одном из читательских залах Бодли... Не знаю, что на меня тогда нашло. А ведь к этому времени я уже неплохо справлялся со своими низменными страстями, тем более что запах девственности стал для меня привычным. Ведь в Оксфорде как нигде много нетронутых девушек. Видимо, местным заучкам некогда предаваться любовным утехам. Но её запах потряс меня до глубины души, почти как твой сейчас, - пояснил мне вервольф, и тем самым вызвал у меня лёгкий шок.

Уж лучше бы он мне этого не говорил!

- Маркус, думаешь, мне приятно слышать про собственный супер запах? У меня сразу возникает ощущение, что я какая-то грязнуля и благоухаю своими прелестями на всю округу!

Вервольф расхохотался как умалишённый из палаты для буйных. У меня аж мороз побежал по коже от его смеха. И я окончательно убедилась в том, что ещё немного, и он вконец превратится в неуправляемого психа.

Словно прочитав мои мысли, Маркус поинтересовался:

- И где же твой водоём? Скоро я окончательно съеду с катушек.

- Уже близко.

- Ну, ну... На чём я остановился? Ах да, на том, что та несчастная студентка буквально свела меня с ума. Вмиг я превратился в животное, готовое спариваться без устали. Поэтому я сразу же забыл о том, зачем пришёл в этот свящённый храм культуры, увязался за ней как кобель, учуявший течную сучку.

Я перехватил её перед кампусом, подошёл к ней и включил режим соблазнителя на полную мощность. При этом едва себя сдержал, чтобы не перекинуть девушку через плечо и не утащить её в ближайшие кустики.

- Режим соблазнителя? Серьёзно? И она клюнула?

- Ангелика Морелли, а что тебя так удивило? Думаешь, я не могу сходу соблазнить девушку? - За моей спиной раздался довольный смех, и я сразу же пожалела, что сказала это вслух. И в то время как я гадала, что же я буду делать, если вдруг окажусь на месте той студентки, вервольф продолжил: - А ведь совсем недавно ты меня безумно хотела. Твоё влагалище сочилось пахучим нектаром, и ты...

- Прекрати! Кажется, речь идёт не обо мне, - прервала я его, трясясь от страха. Ведь эти воспоминания дико его возбуждали, усугубляя и без того тяжёлое состояние вервольфа.

- Извини, - смущённо пробасил Маркус. - Но вы, девушки, порой такие доверчивые. Ведь стоило мне только её очаровать, как она безропотно села в мой автомобиль, и я отвёз её в свои съёмные апартаменты. Как ты уже догадалась, я не был типичным студентом Оксфорда, и поэтому не жил в кампусе и не ездил на велосипеде, как все остальные.

Наивная девушка наверняка рассчитывала на романтическое свидание, а вместо этого её по-скотски отымели, несмотря на её отчаянное сопротивление... Даже сейчас эти воспоминания вызывают во мне невыносимую боль и раскаяние. Я прекрасно помню, как вдалбливался в её лоно, с наслаждением глядя в обезумевшие от страха глаза девушки. Мне хотелось тогда только трахать и трахать, вонзаться в её тугое узкое естество...

Моему семейству пришлось тогда по-крупному раскошелиться, чтобы замять это дело. Ещё бы! Потомок знатного рода и вдруг изнасилование! Но, как это часто бывает у людей, едва разговор зашёл о действительно солидных деньгах, родители той девушки сразу же согласились. Продали дочь за молчание, не моргнув и глазом!

- Маркус, зачем ты это мне рассказываешь? Хочешь сказать, что если случится непоправимое, то я могу рассчитывать на денежную компенсацию?

- Если останешься живой, - хмуро пошутил вервольф.

***

У меня подкосились ноги, поэтому я остановилась как вкопанная, с ужасом глядя на своего спутника. Словно бы опомнившись, Маркус горячо мне возразил:

- Нет, что ты! Этого не случится!

- Очень на это надеюсь. Мы пришли.

Вервольф резко сдёрнул фратт с лица, и крылья его носа затрепетали. Мой спутник с шумом втянул в себя лесной воздух, и на его лице появилась подобие улыбки.

- Почему ты смогла, а я нет? Как у тебя получилось?! - изумился он.

- Молча. А чему здесь удивляться? Ведь ты болен, да к тому же у тебя нос был замотан этой тряпкой, пропитанной какой-то гадостью. Вот тебя твой хвалённый нос и подвёл, - спокойно объяснила я ему, не желая раскрывать ему свою тайну.

Не успела я закончить, как Маркус побежал к воде. На ходу он бросил свой фратт, туда же отправилась и моя кофта. А когда он буквально врезался в водную гладь безмятежного озера, поднимая в воздух тысячу хрустальных брызг, я невольно им залюбовалась. До чего же он был хорош, словно ожившая скульптура античного мастера!

- Ну, и как водичка? - крикнула я ему, чтобы скрыть своё восхищение.

- Ледяная. То, что нужно!

- Рада за тебя. И за себя тоже, - пробурчала я.

Не желая терять и минуты драгоценного времени до захода солнца, я тотчас отправилась искать лекарственные травы. А ещё я горячо про себя взмолилась, чтобы мне попались какие-нибудь съедобные ягоды: сильно хотелось есть. Представляю, какой голод испытывал Маркус! Ведь он рассказывал мне о том, что инфицированные вервольфы вначале заражения всегда испытывают зверский голод. Конечно, ягодками не накормишь взрослого вервольфа, но это лучше, чем ничего.

Я сделала шаг по направлению к небольшому оврагу, ведь именно такие места любил лопух - не растение, а прямо кладезь здоровья. С опаской заглянув в лощину, с неописуемой радостью я увидела там большие и такие знакомые мне листья. Хотела уже рвануть туда, но что-то заставило меня замереть на месте. Моё сердце мучительно сжалось, и я непроизвольно оглянулась на Маркуса.

Словно бездыханное тело вервольфа плавало на воде лицом вниз. С раскинутыми в стороны руками и настолько неподвижное, что он мне напомнил несчастное насекомое, застывшее в янтаре...

Тотчас стряхнув с себя остатки шока, я бросилась вниз к озеру. С разбегу влетела в ледяную воду и тут же задохнулась от спазма, перехватившего моё горло. Зайдя по пояс в воду, я сумела дотянуться до Маркуса. После чего, обхватив бездыханное тело, я потащила его к берегу.

С невероятными усилиями у меня получилось вытянуть неподвижное мужское тело из озера. Уложив вервольфа на холодную влажную землю, я принялась делать ему искусственное дыхание.

- Не смей умирать! - со злостью вырвалось у меня, когда мои силы были уже на пределе.

На какой-то миг мне даже почудилось, что он не просто кажется мёртвым... От отчаяния и раздирающей изнутри боли я со всей силы ударила вервольфа кулаком в грудь. И тут же задохнулась от неописуемой радости: он пошевелился! Затем из его горла вырвался водяной фонтан, и я тут же уложила оборотня набок.

Когда вода из его лёгких уже успела впитаться в землю, Маркус наконец-то открыл глаза. Посмотрел на меня вымученным взглядом и... улыбнулся.

- Твой метод снимать жар мне совсем не понравился, - беззвучно всхлипывая, произнесла я.

- Мне тоже. - Маркус пристально посмотрел на меня, и его чёрные глаза как никогда вспыхнули ярко-жёлтым огнём. Словно у него внутри включился мощный источник света. Возможно, так оно и было, ведь только что я вернула его из царства мёртвых. Неожиданно оборотень дотронулся до моей щеки пальцем. Внимательно рассмотрел на свет мою слезинку, а затем её слизнул! Прищурился, словно от удовольствия, и прошептал: - У тебя даже слёзы вкусные. И почему ты не такая как все?

Последнюю фразу он произнёс с каким-то отчаянием, чем меня серьёзно озадачил. А ещё эта странная выходка с распробыванием слёз на вкус...

- Дурачок. Все мозги себе отморозил.

Я помогла ему подняться на ноги, после чего мы с ним перешли на сухую землю с пожухлой, но густой травкой. Я расстелила свою кофту и чуть ли не насильно уложила на неё вервольфа.

- Ты куда? Темно ведь уже! - возмутился Маркус, когда я решительно пошла от него в сторону оврага.

- Тебе за лекарством, а заодно и за пастелью. Не волнуйся за меня. И очень тебя прошу, если ты не хочешь усложнять мне жизнь, оставайся на месте. Чтобы я потом не бегала и не искала тебя по всему лесу.

- Но ты же в темноте заблудишься! - изумился вервольф, явно не желая меня отпускать.

- Маркус, кажется, я уже доказала тебе, что неплохо ориентируюсь в лесу. Хотя, если через полчаса я не вернусь, свистни или крикни хорошенько. Но, думаю, этого не потребуется. Я мигом.

В темноте, да ещё в глубоком овраге заниматься чем-либо очень неприятно, а рвать лопух и подавно. На ощупь я старалась выбирать молодые растения с сочными и мясистыми стеблями. Во-первых, их было намного легче срывать, чем старые и дряблые стебли. А во-вторых, для лечебных целей прошлогодние деревянистые корни непригодны. Для этого мне пришлось поднатужиться и вытащить из сырой земли три молодых лопуха вместе с корнем.

В итоге я добыла целую охапку огромных листьев для лежака и несколько корневищ для лечения. Довольная своей работой, я еле выбралась из оврага наружу. Но не успела сделать и пары шагов, как до меня долетел пронзительный свист.

Вот чёрт, зря я ему посоветовала это делать, теперь он весь лес распугает! Проклиная в душе нетерпеливого вервольфа, я прибавила шаг. Но из-за темноты и почти непрекращающегося свиста, который меня здорово нервировал, я упала. Потом ещё раз. В конце концов, злая, со сбитыми коленями я наткнулась в темноте на Маркуса. Этот полуживой и на редкость упёртый оборотень всё-таки пошёл меня искать!

- Почему ты не сделал так, как я тебя сказала?! - со злостью вырвалось у меня.

- Ангелика Морелли, не забывайтесь. Если вы думаете, что моя болезнь даёт вам право мною командовать, то вы глубоко заблуждаетесь. В конце концов, я мужчина и вервольф, к тому же намного старше вас, - металлическим тоном заявил мне Маркус.

От удивления я опешила. Такое чувство, что мы опять вернулись в начало нашего с ним знакомства. Такое же высокомерие и замашки богача, который привык, что ему все беспрекословно подчинялись.

- А тебе не кажется, что смешно выкать друг другу, когда мы стоим здесь почти голые? - Мне стало вдруг очень обидно. От досады я бросила охапку листьев ему под ноги со словами: - Ваше Величество, постель подана.

Я раскладывала на земле лопух так, чтобы на импровизированном ложе нам обоим хватило бы места. И хотя соседство с чертовски сексуальном оборотнем, к тому же ещё обнажённым, меня совсем не радовало, у нас не оставалось другого выхода. Ночи стояли уже холодные, и я тряслась от озноба как бездомный котёнок.

Скрепя сердце, я прилегла рядом с вервольфом. Едва я это сделала, как Маркус меня обнял, прижался сзади, отчего кровь в моих венах моментально достигла точки кипения. А затем он прошептал мне на ухо:

- Иди ко мне, сумасшедшая девчонка. Непонятно как, но тебе удалось спасти мою жизнь, теперь я буду спасать твою...

Глава 8

Джанин Фейнингтон нервно мерила шагами кабинет мужа. И почему, когда его присутствие так необходимо, Ричарда никогда не бывает на месте? Сколько можно возиться со своим отпрыском? Маркусу он никогда не уделял столько внимания, даже когда у того возникали серьёзные проблемы. Даже когда их сын упал в детстве с лошади и едва не остался прикованным к инвалидному креслу! Вот уж действительно, «нет такого дурака, как старый дурак».