скачать книгу бесплатно
А я, не в силах больше выдержать этот ужас, покатилась в сторону реанимации.
Я сама. Я доберусь до своего сыночка сама.
Я должна увидеть своего малыша. Я не изменяла Илье.
Даже помыслить об этом не могла. Так что я не сомневалась, что там наш ребенок. Но с ним что-то не так. Сердце заболело, душа рвалась к маленькому комочку, который исторгло мое тело. Этот момент я не забуду никогда.
Боль опоясывала тело, я долго не могла родить, тужилась, врачи носились вокруг меня, что-то вкалывали. Просили правильно дышать.
Жалобный писк, как у котенка, оповестил о том, что наш с Ильей сын пришел в этот мир, и только тогда я отключилась.
А теперь все силы бросила на то, чтобы добраться до него.
Встала. Откуда-то взяла ресурс, чтобы подняться. Шатаясь, открыла двери реанимации.
Перед глазами простиралась палата с множеством приборов и датчиков.
И там я увидела своего малыша. Он лежал в инкубаторе, опутанный проводками. Голенький, крошечный, такой несчастный и одинокий.
Мой маленький мальчик, которому так нужна была мама.
Как оказалась возле инкубатора, сама не поняла. Только впилась глазами в синеватое тело, а потом глаза заволокло слезами.
Боже мой, что же с ним? Почему в лучшей больнице города никто из персонала не стоит со мной рядом и не рассказывает мне, что случилось с моим малышом?
А потом сзади раздались шаги.
Я обмерла. В стекле инкубатора увидела силуэт Ильи.
Зачем он пришел?
Глава 5
Но мне не нужен был предатель-муж, мне нужно было дотронуться до своего малыша, и я вцепилась в стекло, но руки лишь скользили по гладкой поверхности, и мне стало так плохо, что я застонала, как от боли. Скрючилась, гордо драло от рыданий, которые я сдерживала, из последних сил стоя на месте ровно и не падая.
Я не знала, можно ли открывать инкубатор, можно ли трогать малыша.
То, что я хотела, было сейчас недостижимо. Невозможно.
Я чуть не выла и не рвала на себе волосы от того, что творилось в моей жизни. Я ничего, ничего вообще не понимала. И никто не собирался мне ничего объяснять.
Я резко развернулась, впиваясь глазами в лицо мужа.
Его здесь быть не должно. А как же Кристина? Ее же отвезли проверить, не открылось ли кровотечение. Теперь он должен быть с ней, а не со мной и ребенком, от которого так легко отказался, заменив на другого. Здорового…
– Зачем ты пришел? – Я просто сипела, а не говорила, и сквозь жуткую обиду прорывалась злость. – Что же ты не стоишь возле своей дорогой Кристиночки? Иди к ней, узнай, что там у нее болит, она же тебя попросила о вашем ребенке побеспокоиться.
– Нам нужно поговорить, – сказал он отчетливо, выглядя не в пример спокойнее меня.
– О чем ты хочешь поговорить, Илья? – Мой голос набирал силу. – Не представляю, о чем мы можем разговаривать в этой ситуации. Хочешь со мной посоветоваться, как вам с любовницей назвать сына? Скажи, тебе хоть каплю стыдно за то, как ты со мной поступил?
– А тебе? – Он выплюнул эти слова, и я вся сжалась от ощутимой ненависти, которой он пылал. – Не тебе изображать жертву, Ульяна. Не тогда, когда за твоей спиной лежит нагулянный на стороне ребенок. Как ты всё это провернула? Делала вид, что беременна от меня, а сама путалась с любовником! А рожать хотела дома? Зачем? Чтобы ребенок умер и тебе не пришлось объясняться, почему он меньше заявленного тобой срока?
От страшных обвинений мне стало еще хуже, чем было, и я прислонилась спиной к инкубатору. Датчики и мониторы тихо-тихо гудели, порой раздавался слабый писк, и в этой тишине я четко услышала, как разбилось мое сердце.
Слова мужа с трудом доходили до меня. Как он может верить в то, что говорит? Ведь я даже в страшном сне не могла представить, что совершу нечто подобное.
Ничего из сказанного не могло ассоциироваться со мной.
– Этот ребенок наш, – вот и всё, что я сказала, и не потому, что хотела оправдаться, а потому, что это была единственная правда, за которую я могла уцепиться. – Я тебе не изменяла, в отличие от тебя, Илья.
Глаза мужа полыхнули сжигающим меня дотла огнем, и стало ясно, что та ниточка, за которую я цеплялась, безнадежно и окончательно оборвалась.
– Не изменяла, значит? – грозно и устрашающе, до пробирающего меня насквозь холода, процедил муж. – Почему же тогда тест ДНК говорит мне обратное?
– Ты сделал тест ДНК?
Да, спрашивать такое – глупость. Но я хотела понять причину. Почему он вдруг усомнился в отцовстве? Такие тесты не делают просто так, да еще и так быстро, когда ребенок не успел еще даже прожить один день.
Разве я давала хоть какой-то маломальский повод? Я же его любила на разрыв аорты! А сейчас… А сейчас поняла, что точно так же ненавижу!
Сам мне изменил! Сам нагулял ребенка на стороне! И в этом не видит ничего криминального! Вместо этого обвиняет меня и прижимает к стенке для расстрела.
– Потому что, дорогая моя жена, твоя измена очевидна. Думала, я не найду телефон?
– Какой еще телефон? – растерялась я.
– Не изображай из себя дурочку! – рыкнул он и двинулся ко мне. Красивые черты лица исказились от гнева.
Мне стало страшно, и я даже пошевелиться не могла, когда он жестко схватил меня за предплечья и приподнял на цыпочки, чтобы быть нос к носу.
– Я нашел тайный телефон, по которому ты переписывалась с любовником. Всё стало очевидно. Чего тебе не хватало, Уль? Чего ты искала на стороне? Зачем меня водила за нос? За дурака считала? Думала, не узнаю?
– Отпусти! – зашипела я и забилась в его руках, перебирая ногами. – Не трогай! Не смей ко мне прикасаться!
– А что? – Илья склонил голову и окинул меня уничтожающим взглядом. – Хочешь, чтобы он тебя трогал? Ты поэтому меня к себе не подпускала? Предпочитала его принимать в постели? Что, он тебя лучше удовлетворял?!
Он затряс меня как безвольную куклу. Грубо. Жестко. Его когда-то нежные руки теперь причиняли боль, а не дарили ласку и любовь. И меня накрывали шквалом черные волны его удушающей, ослепительной, такой ощутимой ревности.
Непонятной! Ведь это он изменил мне!
Он спутался со своей бывшей и сделал ей ребенка!
Так какого черта обвиняет в измене меня?!
Он для меня был первым и единственным! Я даже ни на кого никогда и не смотрела. Кроме Титова, никто для меня не существовал.
А он! Мерзкий предатель!
– А ты поэтому переспал с Кристиной? Оправдал это моей мнимой изменой?
Боже, что с моим голосом? Тихий, надломленный, сиплый. Карканье какое-то.
А Илья вдруг растянул губы в страшной улыбке и рассмеялся. Раньше я никогда не слышала у него такого смеха. Он просто сейчас издевался надо мной. Внутри всё скукожилось от жуткого оскала мужа.
– Мнимой! – цокнул он языком. – Смотришь мне в глаза и врешь. Лживая дрянь.
Его жесткий голос причинял так много боли, что, казалось, она меня утопит.
– Я не изменяла тебе, – выговорила по слогам, – никогда и ни с кем. Ты что-то напутал. Это неправда. Ребенок наш! С тестом что-то не так. Не было никакой измены. И я не понимаю, о каком телефоне ты говоришь.
Он слушал, внимательно смотрел на мои губы и слушал, и мне казалось, что я смогла что-то до него донести. Ведь я говорила истинную правду, а другой не было.
Но Илья лишь разжал руки и отпустил меня, отступил на шаг.
Глаза стали черными воронками, они распространяли только холод и презрение.
Направленные на меня. В груди у меня заболело, а он безжалостно продолжал:
– Я думал, ты признаешься, а ты оказалась еще хуже, чем я думал. Выходит, я совсем тебя не знал. Ты фальшивая насквозь. Денег хотела? Красивой жизни? И даже готова была любовь изображать? Что ж, ты это получишь. И даже не придется больше играть роль любящей жены. Сказка, а не жизнь, правда?
– О чем ты говоришь, Илья?
– О том, дорогая жена, что мне невыгодно сейчас разводиться. Может, ты и хотела сбежать с любовником и облапошить всю мою семью, украв деньги, но ничего у тебя не вышло. Всё остается как есть. Ты продолжишь жить у меня в доме. Развода не жди. Как и хорошего отношения. Ты всё уничтожила.
Глава 6
Я ничего не отвечала и просто мотала головой из стороны в сторону.
Не мне. Мой муж говорит это всё не мне. Не может мой любимый Илья говорить такие мерзости мне. Он что-то не так понял, ошибся. Или меня оклеветали.
Да. Это какое-то недоразумение. Меня оболгали. Придумали что-то нехорошее про меня и внушили Илье.
Так и есть. Это всё неправда, ошибка, ужасное недоразумение.
Я же не такая. Я даже врать не умею. Меня так воспитали, в нашей семье никто никогда друг друга не обманывал. Ведь шила в мешке не утаишь, правда всегда выйдет наружу и всё испортит. Всё станет еще хуже.
Но рта я не раскрыла. Сжала губы и молчала, глядя на того незнакомца, в которого превратился мой муж. Пусть меня оболгали свекровь и Кристина. А я уверена, что действовали они сообща. Пусть…
Но Илья…
Он же даже не дал мне шанса оправдаться, он и слушать не захотел.
Поверил всему самому худшему и тест сделал без согласования со мной. Исподтишка. Чувство гадливости затопило меня целиком.
Я внутренне застонала. А ведь всё это уже неважно, ведь самое главное то, что муж мне изменил. Выбрал себе новую жену. Вернее, он снова вступил в прежние отношения. Видимо, она во всем лучше меня, и ребенок у нее здоровый.
Затошнило. Желчь подобралась близко к горлу. Я отвернулась, рискуя испортить его дорогой костюм, и стала смотреть на своего малыша.
Мой сыночек, мы с тобой папе не нужны. Он и от тебя отказался, и меня растоптал. А я буду с тобой, какой бы тебе ни поставили диагноз.
Я теперь буду жить ради тебя, мы справимся с бедой вместе и всё преодолеем.
– Ульяна!
На требовательный голос мужа я не обернулась. Не хочу его видеть. Слова ему больше не скажу. Хватит. Пусть идет к своей Кристине!
В эту минуту моя душа превратилась в камень.
К счастью, наше уединение нарушили. Долгожданный врач пришел в реанимацию и возмутился, что сюда вошли без спроса.
– Выйдите, – настоятельно сказал Илье высокий молодой мужчина в очках с прозрачной оправой, почти незаметных, и с аккуратной бородой, – здесь могут находиться только роженицы и персонал. А вы даже не в стерильном, в уличной одежде.
Я наблюдала за разговором отстраненно, но, едва Илья после недолгой перепалки вышел за дверь, повернулась к врачу. Прежде я его не видела. Да я вообще толком никого не рассматривала. Не успела прийти в себя после родов, как начался настоящий кошмар, но теперь сосредоточилась, наконец, на ребенке.
– Скажите, что с моим малышом?
– Не переживайте, мамочка. Он просто недоношенный. С ребенком всё в порядке.
– Но почему он в инкубаторе? – всё еще не верила я и допытывалась. – Вы уверены, что он просто недоношенный? Такой маленький. А ведь срок у меня был тридцать семь недель.
– Вы что-то путаете, – нахмурился доктор, проверяя показатели ребенка, – этому новорожденному не более тридцати пяти недель. У него маленький вес, но ничего страшного. И не таких выхаживали, а у вас еще более-менее стандартный случай. Мы просто перестраховываемся. Инкубатор поддерживает оптимальную температуру и влажность. А вам себя беречь надо. Вы зачем по коридорам гуляете в одной ночнушке? Халат у вас есть? Кто вас сюда привел?
– Медсестра, – машинально ответила я и тут же подумала, что девушку могут наказать, – но это я ее упросила. Очень хотела увидеть ребенка.
– Вот увидели. Убедились, что с ним всё в порядке?
Он внимательно посмотрел на меня, а я растерялась от обилия вопросов, рождавшихся в голове. Не могла их не задать.
– А как он будет есть? Ему не холодно? Нельзя надеть что-то потеплее?
Вид ребенка в одном памперсе действовал на меня удручающе. Мне так хотелось взять его на руки, прижать к себе, согреть и дать почувствовать родное тепло.
– Так, мамочка, давайте вы успокоитесь и пойдете в палату, – вздохнул врач, но не устало или нервно, а с пониманием человека, который не раз сталкивался с подобными случаями. – А лучше я довезу вас. Ждите тут. Сейчас схожу за креслом-каталкой.
Дверь реанимации снова распахнулась, доктор отправился за средством передвижения для меня, а я снова замерла возле инкубатора, рассматривая личико сына, его ручки и ножки. Пыталась найти черты, похожие на черты мужа. Может быть, если Илья увидит, что ребенок похож на него, одумается?
Дура, какая я наивная дура. Цепляюсь за пустые, глупые надежды.
Илья от нас отказался. Но зачем он заставляет меня жить с ним?
Зачем это нужно? Я не буду с ним жить. Мама и папа должны мне помочь. Да, денег у нашей семьи немного. Но мы что-то придумаем. Я у Ильи не возьму ни копейки. Не надо мне ничего ни от него, ни от их семейки. Пусть подавятся!
Пока ехала в кресле-каталке, всё думала, и что-то меня беспокоило.
– Скажите, – обратилась к врачу, когда он довез меня до моей двухместной палаты и помог перебраться на постель, – а что нужно, чтобы сделать тест ДНК? Разве не нужно согласие второго супруга?
– Тест ДНК делается любым из родителей, а что? – удивленно воззрился на меня бородатый доктор.