Спаси меня

– Нет! – вскочила я со стула. – Не нужно, – уже тише продолжила я, – я буду стараться.

Вот и всё. Выбора, как оказалось, у меня не было. Только клуб, в котором либо ты, либо тебя. Ах, да! Ещё и угрозы моему брату. Хм… Огромное спасибо тебе, Агарес! За то, что постоянно угрожаешь им и держишь меня на коротком поводке. Я погрязла в этом болоте, и чем рьянее я пытаюсь бороться, тем глубже оно меня утягивает.

Агарес улыбнулся как-то иначе, чем обычно. Словно эта улыбка была… искренней? Живой…

– Я знал, что ты примешь верное решение. Умница, малышка. Не хотелось бы тебя принуждать силой. Теперь-то мы друг друга поняли?

– Да, – прошептала я, тут же кивнув. И понуро опустив голову, я последовала к окну, находящемуся за спиной парня.

Агарес поднялся на ноги и вытащил из собственного рюкзака какую-то коробочку. Подойдя, он протянул мне её:

– Это подарок, чтобы было проще найти тебя, – усмехнувшись, видимо, своим мыслям, сказал он.

Я взяла в руки коробку, в которой лежал новый смартфон. И тут же подумала, что бы было, если бы меня никто не смог найти? Ни отыскать, ни связаться, ни заговорить, ни притронуться ко мне. Никто бы не смог распоряжаться ни мной, ни моей жизнью! От этой мысли я улыбнулась, а парень, стоящий рядом, приняв это на свой счёт, взял меня за подбородок и, приподняв его так, чтобы я смотрела на него, нежно поцеловал меня в губы. От такой небывалой нежности я впала в ступор. Никогда ещё он не относился ко мне с такой, хоть и незначительной, но нежностью. Я стояла молча, так как все мысли улетучились. Да и что сказать ему, я не знала. Благодарить мне его не хотелось, так как мне ещё придётся за этот подарок ему отплатить. А зная, что, как и телефон, им же куплена и сим-карта, он явно в курсе моего номера. И теперь от него последуют не только регулярные встречи, но и звонки.

– Можешь не благодарить, – так ничего и не услышав от меня, уходя, сказал Агарес. А я так и стояла молча у окна, держа в руках коробку с новым смартфоном.

Слова и угрозы парня не могли не подействовать на меня. Поэтому уже на следующей тренировке я выкладывалась на все сто. Орландо всё также молча переносил мои неудачи, которые хоть и случались, но только в силу моей неопытности. Он был терпелив и никогда не повышал на меня голос. Вновь и вновь повторяя движения для меня. Его выдержке мог позавидовать любой. Хотя, может, таким и должен был быть хореограф? Он не ругал меня и не злился сам. Мы вместе с ним настойчиво отрабатывали сложные движения. Мне кажется, он делал мне послабления в силу моего возраста и неумения двигаться на начальном этапе обучения. И вот результат! Спустя ещё одну неделю тренировок почти все движения были выучены. Я знала все совместные и парные танцы, а также Орландо придумал мне индивидуальный танец, показав пару запоминающихся и очень эротичных движений для приватных танцев.

Спустя всего два месяца я начала танцевать в клубе по вечерам. Также сформировался состав группы, где мы танцевали вшестером: Оливия[8] – Сокращённо – Олли., Кейси, Лия, Натель, Мира и я. Был ещё один состав девчонок, которые приходили на большую шоу-программу или же нам на замену. Всегда начало вечера начиналось с общих танцев. Затем шли парные, а в заключении одиночные программы. В пару меня поставили с Натель. Частенько мы были с ней как инь и янь. Ангел и Демон. Наша «одежда», если её так можно назвать, состояла из мини-юбки, прикрывающей лишь трусики, подвязки на одной ноге, корсета, поддерживающего грудь и высоких сапог на длинной шпильке. А за спинами у нас были крылышки белого и чёрного цвета. Я танцевала в костюме ангела, а Натель – демона. Касательно индивидуальных танцев, правилами было установлено четыре обязательных, но у каждой девушки уникальных. Якобы у каждой из нас была своя история, которую мы и старались передать с помощью танца. Наша обычная смена тянулась до часу, двух, а то и трёх часов ночи. Бывали танцы и в вип-зоне. Мне было страшно первое время. Боялась, что меня могут тронуть против моей воли. Но после первого выступления я поняла, что вип ничем не отличается от общего зала. За исключением, что ты с клиентом один на один. Ты танцуешь только для него. И это в какой-то степени даже лучше, нежели чувствовать на себе сразу несколько десятков глаз, готовых, будь такая возможность, взять тебя прямо на сцене, или на столе, за которым пришедшие и сидят.

Сама вип-зона состояла из отдельных небольших помещений, расположенных вдоль коридора с прозрачными дверьми, а на входе стоял охранник, готовый заступиться за тебя, если кто-то начнёт распускать свои руки. Соответственно, правило клуба гласило, что клиенту запрещено прикасаться к танцовщице. Дальше по коридору, а если быть точнее, в самом его конце, находилось ещё несколько вип-залов для особых клиентов, которые были скрыты от посторонних глаз. Но я ни разу не видела там кого-то, кто бы заходил или выходил оттуда. Видимо, они не пользовались популярностью у наших клиентов.

После работы мы вместе с Мирой отправлялись домой. Приняв душ, я, как обычно, падала в прохладную постель, сразу же проваливаясь в сон. Чаще всего я позволяла себе выспаться до десяти-одиннадцати часов дня. Нужно было пользоваться этой роскошью, пока не началась учёба в институте. Агарес был прав, говоря мне, что рабочее расписание сносное. Оно позволяло днём присутствовать на лекциях, а вечером отправляться на работу. Правда, на сон оставалось не так много времени, но… Это мне ещё предстоит пережить. Так и проходили дни: репетиции с Орландо с четырёх часов, шоу программа часов до одиннадцати и дальше по накатанной. Выходных у нас не было, но мистер Симмонс всегда был лоялен. Если требовалось куда-то отлучиться, он позволял нам это. Была возможность заработать выходной, пробыв с клиентом, которого найдёт нам менеджер, но до такого я не опускалась.

Лето в Чикаго не знойное, что приятно сказывалось на самочувствии. Поэтому мне сразу же полюбились прогулки по городу, в особенности с моим братом. Я ничего ему не рассказывала ни о клубе, ни о том изнасиловании. Да, он был уже взрослым, как считал он сам. Но что может сделать пятнадцатилетний мальчишка, когда как я в этом возрасте надела на себя «кандалы»? Он по-прежнему верил, что я живу в общежитии при институте, что работаю в издательстве и занимаюсь там набросками. О, Всевышний.… я так давно не рисовала! Признаться честно, то я и не задумывалась об этом с того самого момента, как переехала в квартиру на Ист-Мэдисон. Наверно, не было причин для тоскливых произведений. Или же наоборот, вокруг меня происходило столько событий, что сесть и расслабиться у меня не получалось? А ещё я молчала о клубе из-за обычного стыда. Сама я бы никогда сюда не пришла, если бы не обстоятельства… Зарплата, конечно, была хорошая. Я понемногу обновляла свой гардероб и передавала деньги Алексу. Встречаясь с ним, я водила его в кафе отведать чего-нибудь нового.

На работе каждая девушка имела своих постоянных клиентов. Пару раз мистер Симмонс намекал мне, что может повысить мне заработную плату, но я, с ужасом глядя на него, всегда отказывалась. Но я была благодарна, что он не настаивал на этом. Не заставлял меня. Хотя и был уверен, что это дело времени и я обязательно попрошу себе таких персональных клиентов. Так считал и Агарес. Что в погони за крупными деньгами я буду готова на всё… Ну-ну. Я оставалась верной себе, почти «чистой» внутри. Мне не хотелось пускать кого-либо ни в свою душу, ни в своё тело. Может, я всё ещё мечтала о мужчине, которого бы смогла полюбить? Как и он меня… Хотя я чаще задумывалась, что я бесчувственная. Да, от боли и потерь моё сердце разрывалось на кусочки. Но что же такое любовь? А влюблённость? Мне, видимо, было это чуждо. Когда я хотела открыться человеку, доверив ему себя и свои зарождающиеся чувства, этот человек убил во мне всё, наплевав на меня и просто изнасиловав. По итогу всё, что я могу, это, наверное, притвориться, что мне приятно. Неискренне улыбнуться кому-то и дальше пребывать в своём отрешённом состоянии.

Агарес, как и раньше, навещал меня раз в неделю. Он, как и всегда, проходил в мою комнату и уходил, когда удовлетворит свои потребности. Хоть за что-то можно было быть благодарной ему – он уходил. Никогда! Ни разу не оставался на ночь… И это прекрасно! Всегда пару часов ему требовалось для достижения удовлетворения. Эти часы обычно казались мне вечностью. Я думала, что время не движется совсем. Но после его ухода я шла в душ и ещё час проводила в нём, сидя на холодной плитке, которой был облицован душ. Я всегда чувствовала себя потерянной и разбитой после наших встреч. Я старалась как можно сильнее натирать мочалкой своё тело, с особенной жёсткостью те места, которых он касался. Мне хотелось смыть его грубые поцелуи, укусы, простые прикосновения. Агарес всегда целовал меня с диким напором, оставляя иной раз засосы на шее и груди. Часто он сильно кусал меня, оставляя следы зубов на моей нежной коже. Ему нравилось меня касаться. Касаться груди, живота и шелковистых волос. Он любил моё тело. Да! Я видела это. Видела, как он восхищается мной. Он восхищался тем, что обладает мной, что я только его. А я, не сопротивляясь, молчаливо лежала под ним. Я не могла ему что-то дать взамен, как и просто отвергнуть. Не могла и ответить на его ласки. Ведь он не вызывал во мне ничего, кроме постоянной боли.

Часть 3

В один из моих рабочих дней я узнала, что существуют люди пострашнее Агареса. Я вдруг поняла, что я не отвечаю должным образом за свою жизнь… Что я словно безвольная кукла в руках более взрослого, опытного и в то же время страшного кукловода.

Мы с девчонками зашли в один из вип-залов. В центре располагался подиум с шестами, на котором мы должны были выступать. А полукругом от него был расположен ярко-красный, будто велюровый диван. Как вульгарно и пошло! – подумала я в тот же момент, впервые увидев его. И словно в подтверждение моих слов, на нём расположились несколько мужчин, на колени к которым запрыгнули девушки из нашей второй группы. А потом я просто перестала обращать на них внимание. Сбоку был расположен стол, за которым сидело порядка шести человек. У кого-то на коленках также уже тёрлись девушки из той же группы. Кто-то просто пил и наблюдал за танцами девушек на шестах. Оливия и Кейси заняли ближние стойки около дивана, а я отправилась к дальней. Со сцены я смогла рассмотреть подробнее всех мужчин. Трое из находящихся в этом зале и сидящих за столом, вели оживлённую беседу. Остальные же были увлечены девушками и вовремя обновляемой выпивкой. С началом мелодии я слилась в танце с другими участницами группы. Этот совместный танец предполагал повторение каждой из нас тех же движений. В какой-то момент мне показалось, что кто-то пристально наблюдает за мной. От такого настойчивого взгляда, который, казалось, окутывал всё моё тело, мне становилось жутко. Так жутко и страшно, что появилось желание прикрыться. Это, наверное, было впервые, ведь Орландо сделал всё, чтобы я перестала стесняться себя и людей, которые приходят в клуб как раз-таки посмотреть на нас.

~~~*~~~

Вальяжно восседая на стуле и попивая виски из натёртого до блеска рокса, мужчина в один момент облокотился на стол, уперев подбородок в сцепленные руки, и стал наблюдать за девушкой, исполняющей групповой танец.

Он перестал вникать в суть разговора, как только на подиум поднялась она. Казалось бы, с виду, как и все девушки Сэмюэля – молодая, аккуратная и милая на лицо, но всё-таки что-то в ней влекло и притягивало в более глобальном смысле. Мужчина знал об этих девушках не понаслышке, не от его парней, которые прямо сейчас пользовались их дополнительными услугами, а потому что сам когда-то пользовался ими.

Продажные… Все хотят заработать и не важно как. Все хотят иметь много денег или же иметь обеспеченного мужчину, который не скупится на их желания и всевозможные нужды. Просто дай им понять, что твой кошелёк полон бумаги, и они согласятся на всё, лишь бы угодить тебе. А там уже и твоя очередь благодарить этих немилых дам. Лживые… Ради своего блага и комфорта готовы стелиться перед тобой и даже изображать покорность и согласие на всё, только бы ты опять же не обижал их в финансовом плане. Готовы врать тебе, смотря прямо в глаза и нисколько не стыдясь за спиной предавать тебя снова и снова. Распущенные… Порой то, что они вытворяют на сцене, а то и в постели… Бр-р-р, становится не по себе. Ведь они так молоды, хотя… Молодое, прекрасное, ещё никем не тронутое тело… Мужчина не отказался бы от такого. Вообще от чего-нибудь новенького. Или новенькой… Он ухмыльнулся, всё также глядя на девушку, которая, видимо, почувствовав его пристальный взгляд, начала сбиваться с ритма, чуть отставая от других девушек и тут же путаясь в движениях. Это прямо сейчас и выделяло её из этой троицы, из-за чего он не смог сдержать смешка, приглушённого собственным кулаком.

– Кто та? – указал он своему собеседнику на девушку, просто кивнув в её сторону. Тот же, оторвавшись от другой танцовщицы, Кейси, которого девушка манила к себе, перевёл взгляд на самую дальнюю из них.

– Вероятно, новенькая, – полувопросительно произнёс собеседник. – Сам впервые вижу, – пожал он в итоге плечами. И, сделав глоток виски, вернулся к наблюдению за девушкой, что являлась его скорым времяпровождением.

Мужчина снова откинулся на спинку кресла и продолжил наблюдать за незнакомкой. Такая же молодая. Такая же стройная, как и большинство из девушек Сэмюэля. Такая же способная. О-о-о, да! Мысленно представляя её на себе или около себя, мужчина был уверен, что она примитивна и ничем не сможет его удивить. Разве что… Странно, но она не смотрела ни на одного из мужчин в этом зале. Не старалась соблазнить их или развлечь, девушка просто повторяла движения за другими танцовщицами. Ему даже показалось, что эти движения были лишены чувств: скованные и не слишком сексуальные. А в штанах тем временем становилось всё твёрже, ткань натягивалась так, что пришлось сесть поудобнее. Он усмехнулся. Странная реакция на столь не соблазнительные действия. Хотя довольно-таки примитивные. Она привлекательная девушка. Он половозрелый мужчина. Ему нужна разрядка, и девушка за дальним шестом может ему помочь этим же вечером. В голове родилась мысль: ему необходимо её поиметь.

Не став дожидаться конца танца, мужчина, поднявшись, последовал к девушке, танцующей на дальней стойке. Она, заметив его, полностью сбилась с ритма и остановилась. Подойдя к ней, он смог приглядеться к девушке получше. Очень красивая, – пронеслось в его мыслях. Стройные длинные ноги, грудь второго размера, упругие ягодицы и длинные тёмно-русые волосы, которые так и хотелось пропустить через свою руку и ощутить их мягкость на кончиках собственных пальцев.

Девушка в недоумении стояла и смотрела на подошедшего к ней человека снизу вверх. Это был настоящий мужчина. У него была не такая смазливая внешность, как у Агареса. Он выглядел зрело, но, тем не менее, красиво. Имел грубые, но в то же время запоминающиеся черты лица: глаза, такие тёмные, что не видно зрачков, пухлые губы, острые скулы и красивые широкие брови. Он был достаточно высок и крепок в телосложении. Под его чёрной рубашкой были видны выступающие упругие мышцы рук и груди. Широкие плечи и крепкие ноги, обтянутые такими же чёрными брюками. Шея была усыпана множеством тату, которые уходили вниз, под рубашку, которая скрывала остальную часть забитого тела. Это давало волю фантазии закончить их ниже и ниже. На лице виднелась двухдневная щетина, которая только придавала ещё большей сексуальности его образу. Взгляд мужчины пожирал девушку. Не трудно догадаться, чего бы он желал прямо сейчас. В голове Эшли проскользнула мысль, что она нарушила одно из правил клуба: «ни при каких обстоятельствах не прерывать танец».

Резким движением мужчина схватил девушку за руку и притянул к себе с такой силой, что выбил весь воздух, находящийся в ней. Эшли от такой резкости не смогла устоять на ногах и просто упала в объятия этого мужчины. Одну руку он положил на её талию, а вторую запустил в такие желанные волосы, доходя до затылка и притягивая девушку для страстного поцелуя. У Эшли замирает сердце на пару секунд. Она забывает, как дышать. Ведь не представляет, что ей необходимо делать в данный момент. Она не знает, как ей реагировать на это. Пока мужчина властно кусает её губы, пытаясь проникнуть глубже в её рот, Эшли, как парализованная стоит недвижимая в его крепкой хватке. Он останавливается, когда чувствует некий протест с её стороны. Выставив руки между их телами и всё дальше отстраняя его от себя, Девушка, не задумываясь о последствиях, даёт звонкую пощёчину этому наглому мужчине. Звук удара был настолько громким, что все голоса в вип-зале вмиг стихают и наступает тишина. Мужчина стоит и словно до сих пор не понимает, что произошло. Никто никогда в жизни не поднимал на него руку. Он был опасен, и его боялись. Он был боссом фамильи. Одним из глав двух мафий Чикаго. И этот город был по праву его. Опасные преступники и криминальные авторитеты, его либо опасались, либо уважали. А тут какая-то девчонка позволила себе такую непозволительную наглость. Тишина давила на Эшли хуже чего-либо. Она понимала, что совершила непростительную оплошность, когда увидела его бешеный взгляд на себе. Собираясь извиниться пред ним, она лишь было открыла рот, как была прервана им же.

– Сука! – сказал он и вытолкал девушку в центр зала, где располагался диван. – Она ваша!

~~~*~~~

Я не поняла, что произошло. Мимолётно заметила только, что все девушки поднялись со своих мест и стали выходить, бросая кроткие взгляды сожаления на меня. А ко мне навстречу двинулась толпа мужчин, сидящих до этого кто где. Когда я рассмотрела их хищные лица, то тело просто задрожало от страха. Я быстро сообразила, какое наказание меня ждёт. Не могу сказать, что меня охватила паника, скорее животный ужас, страх неизбежного. А их предводитель, зачинщик всего этого, с ухмылкой увалился на кресло, стоящее около стола, закинув ноги на него же. Всем своим видом демонстрируя мне, что собирается наслаждаться этим представлением со мной в главной роли.

– Нет… не надо, – заикаясь, тихо проговорила я.

– Ну что же ты, малышка, мы только поиграем и отпустим тебя, – сказал какой-то мужчина с длинными, собранными в хвост волосами, с озабоченной улыбкой приближаясь ко мне.

Кто-то схватил меня за волосы, намотав на кулак, и резко потянул на себя. Кто-то тут же стал хватать меня за руки, которыми я пыталась оградиться от них и освободить свои волосы. Кто-то стал срывать мой костюм, двое пытались повалить меня на пол, но им это не удавалось сделать. Я сопротивлялась, как могла. Кому-то расцарапала щёку в порыве выброса адреналина, за что тут же получила смачную пощёчину. В глазах тут же потемнело, щёку обожгло так, что я перестала её чувствовать. И в этот момент, когда я потеряла бдительность, мне подставили подножку и уложили на пол. Дальше дело пошло проще. Мне зажали руки и, надавив на ноги, удерживали и их. Я больше не могла сопротивляться, хоть всячески и пыталась вывернуться из их хватки. Они были сильнее меня, к тому же брали количеством.

– Нет… Пожалуйста, не надо! Я прошу вас! – мне казалось, я кричала что есть мочи. Искренне надеялась, что девочки меня не оставили на растерзание этим мужикам. Я верила, что они рассказали об этом недоразумении охраннику, и он сейчас же придёт мне на помощь. Но никто не спешил врываться в этот зал. В какой-то момент мне даже стало казаться, что чем сильнее я кричала, тем громче становилась музыка в помещении. Я испытывала ни с чем не сравнимый шок! Вот так просто, оказывается, изнасиловать девушку, до которой никому нет дела. Пока один, с расстёгнутой ширинкой устраивался у моих ног и раздвигал их коленом, второй, схватив меня жёстко за волосы, развернул к себе, приспуская штаны, и прошипел мне в лицо, обдавая неприятным алкогольным ароматом:

– Если укусишь, я выбью тебе зубы. Ясно?

По лицу тут же потекли слёзы, а я быстро закивала в ответ. Мысленно молясь Всевышнему, я просила, чтобы всё закончилось как можно скорее. Я не могла пошевелиться. Меня так сильно держали, что я переставала чувствовать своё собственное тело. Всё слишком серьёзно. Они слишком серьёзны. Мужчина, устроивший это, чересчур серьёзен и жесток! Тот, кто дал право этим мужчинам распоряжаться мной. Не чувствовав физической боли, я умирала морально… Вот я чувствую, что меня поднимают и кладут на чьё-то голое тело, ощущая под собой эрекцию мужчины. Вот следом на меня наваливается другой мужик, а сбоку подставляется тот, кто обещал мне рот без зубов. Я перестала сопротивляться. Мне не хватит сил одолеть их. На грани потери сознания я чувствую, как они лапают моё тело, порвав последние остатки моего костюма.

~~~*~~~

Мужчина наблюдал, как его солдаты ломают эту девчонку.

Она геройствовала вначале, вырываясь и царапаясь, будто кошка на приёме у ветеринара. Это было даже забавно против девятерых мужчин. А затем она сломалась, смиренно приняв свою участь. Маттео видел её безумный испуганный взгляд, когда Баал пригрозил ей выбитыми зубами.

И ему почему-то стало жаль её.

~~~*~~~

– Достаточно! Представление окончено, – услышала я, будто находясь в водном пузыре. А может, это моё сознание пыталось улучшить не самый хороший исход…

Но вес на моём теле резко сник, как и ослабли захваты, что удерживали меня за конечности. Пару минут мне потребовалось для осознания того, что меня всё-таки отпустили. Мужчины расселись по своим местам и стали просто немыми зрителями. Я постаралась собрать лоскуты, что остались от моего костюма, но это слабо выходило, так как ничего целого не оказалось. А руки так сильно потряхивало, что я не могла сконцентрировать силу в них. Кто-то усмехался моим действиям, кто-то же начал перешёптываться между собой.

Их главный поднялся со своего места и медленно подошёл ко мне. Я сидела на коленях прямо у его ног, прикрывая свою грудь. Подняв заплаканное и опухшее лицо, я посмотрела в его тёмные, ничего не выражающие глаза. Мужчина присел на корточки передо мной и, грубо схватив меня за волосы, прорычал прямо в лицо:

– Это послужит тебе хорошим уроком. А теперь пошла вон отсюда!

Не медля ни секунды, я собрала остатки одежды и кинулась прочь. Прибежав в гримёрку, я осела на стул и начала рыдать навзрыд. Это была прямо истерика.

Какая же я дура! Когда научусь думать головой? Если порой Агарес прощал мне моё поведение, то эти люди не станут терпеть несносную девчонку. Не знаю, почему передумал тот мужчина, но я и не хотела задумываться об этом. Я всё ещё плохо ощущала своё тело, отходя от жёстких захватов тех мужчин. Осмотрев себя, я обнаружила кучу синяков, что они оставили, силой удерживая меня. Вдруг кто-то набросил на меня что-то прохладное и лёгкое – халат.

– Хватит. Пора успокоиться, девочка, – услышала я Кейси.

– Как вообще такую идиотку взяли на работу? – бросила Олли. – Нельзя трогать Карреру!

– Что здесь происходит? – в дверном проёме появился мистер Симмонс. По его выражению лица и тембру голоса можно было понять, что он зол. – Собрались и на сцену все. Живо! – закричал он на девушек. – Работы, что ли, нет?

Все послушно выбежали из гримёрки, оставляя нас наедине. Мира медлила, боясь оставлять меня одну, но взгляд мистера Симмонса говорил сам за себя. Последний раз бросив кроткий взгляд, полный сожаления, она вышла.

– Теперь ты… Что ты устроила в випе? Совсем жить расхотелось?! – орал на меня мужчина. – Собирайся и выметайся отсюда, чтобы сегодня я тебя больше тут не видел! Позже отработаешь все причинённые неудобства нашим гостям, – он ненадолго замолчал, обдумывая следующие слова. – Я соглашаюсь с твоими принципами, не даю персональных клиентов, а ты ведёшь себя, как маленькая глупая девчонка! Есть люди, которые не терпят отказов, и Каррера один из них. Ты себе представить не можешь, чего мне стоило добиться его покровительства! – не переставая кричал он на меня, а я только молча роняла слёзы и внимала его словам. – Какая же ты идиотка! – отрезал он и, хлопнув дверью, скрылся за ней.

Вздрогнув от такого громкого хлопка двери, я утёрла оставшиеся слёзы и торопливо стала надевать легинсы и толстовку. Сгребла свою косметику в сумку и выбежала из клуба. Идти пешком совсем не хотелось, поэтому, спустившись в метро, я смогла немного успокоиться и прийти в себя.

Придя домой, я налила себе в стакан виски и выпила его залпом, скорчившись от его горечи. Не снимая одежды, завалилась в постель и наконец-то провалилась в успокаивающий меня сон.

Часть 4

Утром меня разбудил звонок, пришедший на телефон Миранды. Приглушённо я слышала, как она болтает с кем-то, иногда разбавляя монотонный разговор почти что тихим смехом. Пребывая в таком же плохом состоянии, в котором засыпала ночью, я осознавала, что не смогу сегодня выйти на работу. Голова жутко пульсировала, отдавая сильной болью в висках. Конечности ломило из-за грубых и не щадящих хваток тех мужчин. Страх всё ещё сковывал моё бедное тело и несчастную душу, хоть я и пыталась абстрагироваться от ситуации, произошедшей этой ночью. Но необходимо было предупредить мистера Симмонса и отпроситься на этот день, чтобы полностью прийти в себя.