Звезда надежды

-Ну так, у тебя теперь еще есть и моё внимание!

-Да, верно, но ты её любишь тоже, пусть как сестру, но любишь же.

- Просто ты забыла какого жить в семье.

-Наверное, - губы девушки совсем неуловимо задрожали, - я жила только в родительской семье, а своей у меня не получилось.

-Ты никогда не рассказывала мне о своём человеческом прошлом.

- Не сейчас. Обязательно, но не сейчас. Сил и так нет, а вспоминать и проживать всё заново я не выдюжу.

Михаил больше не стал ничего спрашивать у своей возлюбленной. Он просто спрятал в карман своей куртки её руку, и они молча отправились по зимнему центру города в сторону парковки, где их ждал мотоцикл Алисы.

Январь в Теннеси редко бывал снежным. Днём всегда плюс, а ночью оттаявшую за день жизнь, покрывало тонкой корочкой лёгкий мороз. Казалось, что взошедшая луна посыпала всё серебряными блёстками. Такие ночи отлично подходили для размышлений. Обычно, Ману выходил на крыльцо в своём стареньком домашнем пальто и с гигантской чашкой кофе усаживался на коричневые доски ступеней. Ночная тишина леса, прозрачный чистый воздух и доза кофеина приводили его мысли в порядок и выстраивали последовательные логические цепочки действий. Так он мог сидеть часами. Сейчас, вернувшись домой после встречи с Альбертом и недельной слежки за Каспером, ему просто необходимо было навести «генеральную уборку» в своей голове. Столько всего было завязано на этом вампире, что его уже тошнило от этого кровососа. И девочку он увёл из-под носа и симпатичную ведьмочку, чистильщик ему отдал добровольно. Ману и раньше не любил этого вампира. Скользкий, прыткий, хитрый, богатенький гад. Он водил связи и был полезен многим важным людям, поэтому зачистить его не представлялось возможным. Как Ману теперь выкрутиться и выкрасть из его лап волшебную девочку он не знал. Но еще одна мысль постоянно крутилась на задворках его сознания-Хоуп. Если детей похищали упыри, то значит она не виновата. Да она ведьма, но ведьма, сумевшая тронуть сердце сурового, привыкшего не доверять никому, жестокого и принципиального чистильщика. Мужчина знает даже пару примеров чистильщиков, живущих с ведьмами. Пусть женщины постоянно носят чорек, но мужчина не применяет его силу по отношению к ним. Может быть и Ману смог бы так же. Может быть со временем он смог бы ей доверять и принять ей потустороннюю натуру. Может быть она из тех ведьм, что подавляют и скрывают свою силу всю жизнь, пытаясь жить нормальной жизнью? Ох, почему же он не поговорил с ней? Не выяснил обстоятельств? Почему она испугалась Каспера и готова была приять смерть лишь бы не идти к нему? Она же хотела всё объяснить, а он не хотел слушать, видел в ней только зло. Сейчас он корил себя за это. И поведение вампира настораживало, примерно за месяц пребывания у него русской девочки, он и его свита демонстрировали всем своим поведением, что питаются чудесной кровью, но теперь его загулы в дневное время на пляжи, рестораны и кутежи в барах прекратились. Ману казалось, что это плохой знак. Возможно ребенок уже мёртв. Как это проверить он не знал, особняк охранялся лучше Белого дома, пробраться внутрь не было никакой возможности. Оставался один способ, явиться к Касперу лично и поговорить. Утро среды чистильщик был уже у дома вампира. О встрече договорились заранее через общих знакомых, нейтральных персон, играющих за обе стороны. То, что мужчину могут убить в доме вампира сомнений, не было. Могут и убили бы, уж больно он был неудобен грязи, но на сегодня был оговорен нейтралитет, а это святое для всех. Слуги провели мужчину в небольшую комнату, которая плавно перетекала уже в довольно большой и шикарно обставленный балкон. На балконе в утренних лучах сидел Каспер и довольно уплетал свой, вполне человеческий, завтрак.

- Приветствую, приветствую, - радушно заговорил он, - присоединяйся, не знал что ты любишь, поэтому стол накрыли с разными блюдами.

-Вижу, утро у тебя и так доброе, поэтому желать тебе этого не буду, - начал чистильщик, усаживаясь за стол напротив вампира.

-Хехе, а ты всё с тем же юморком, - совершенно не оскорбился вампир, - с чем пожаловал? Убедиться у меня ли Надя?

- Зачем убеждаться? И так всем давно понятно, что девочка у тебя, - мужчина налил себе кофе.

-Ну и что тогда?

-Пришел обсудить условия выкупа девчонки. Понимаю, что такому сокровищу тяжело назначить цену, но я всё-таки попробую поторговаться.

- Ты смелый! Дерзкий! Сильный! Страху наводишь на нас , еще и Надю себе захотел. Зачем она тебе?

-Чтобы не досталась твоей братии.

-Ну да, ну да, всё банально… ладно, хочешь, отдам!

У Ману сердце забыло, что надо биться и пропустило удар. Такого он не ожидал. Но всегда есть «Но»…

-Но….? – протянул он.

-Но, - продолжил вампир, - тебе дорого это будет стоить.

-Говори! – четко отрезал Ману.

-Мне нужен один медальон. Ты же знаешь откуда я родом?

-Пакистан

-Верно, - карие глаза вампира сузились, - до меня дошли слухи, что в сейфах местной коллекции одного из влиятельных родов, среди кучи драгоценностей есть он. Ничего примечательного. Тонкая цепочка. Довольно толстый овальный кусочек золота.

-В чем ценность для тебя?

-Он с секретом… Внутри портрет женщины.

- Всё крутится вокруг женщин, - Ману самодовольно ухмыльнулся.

-Это моя мать, единственный сохранившийся её образ спустя двести пятьдесят лет.

-В чём сложность? Не верю, что за столько лет и с твоим влиянием, ты не смог заполучить медальон себе.

-Для его хозяина медальон также ценен, как и для меня. Он в хранилище моего брата.

-А брат?

- Вампир, самый влиятельный на весь Пакистан и ближайшие окрестности.

-И что, ты с братом не договорился?

-Мы в конфликте и он неразрешим.

-Тогда, может быть, зачистка?

Каспер заливисто рассмеялся:

-Говорю же, ты дерзкий! Ну попробуй, если жизни не жалко!

- И ты обменяешь мне медальон на ребенка?

-На ребенка?! – поднял удивленно брови Каспер, - с чего все решили, что это ребенок?

-Я хочу убедиться, что это она! – твердо сказал чистильщик. – Хочу быть уверенным, что не обманешь.

-Ладно, - недовольно скомкав салфетку и бросив её на стол сказал вампир. – Не доверяешь, оно и правильно. Устроим шоу! Генри,- обратился он к своему охраннику стоявшему в тени комнаты. – Приведи.

Когда один из телохранителей удалился, Каспер потребовал от второго, чтобы он вышел к ним на балкон.

-Но… хозяин, - замялся двухметровый блондин в черном костюме, - солнце, хозяин…

-Ой, не ной, потерпишь!

Вампир нерешительно ступил в полосу солнечного света, разделяющего комнату и балкон, и его кожу на щеке и тыльной стороне ладони покрыли ожоги. Вампир цыкнул, но продолжал стоять, пока хозяин позволил ему вернуться на место. Ману сосредоточенно, но спокойно наблюдал за всем происходящим, но, когда вновь открылась дверь и в комнату вернулся генри ведя под руку девушку, чистильщик чуть было не сорвался с места. Огромные ладони, каждая размером с кувалду, так сильно сжали подлокотники ротангового кресла, что те затрещали. В руке Генри было зажато правое предплечье молодой, изможденной девушки. Её длинное, пышное, полупрозрачное платье висело мешком на худеньких плечах и плохо скрывало истерзанное укусами тело. Запястья, тыльные сгибы локтей, щиколотки были превращены в участки истерзанной плоти. Из огромных ран на шее, дорожка из укусов уходила в лиф платья. Чуть ниже ключицы был установлен катетер. Взгляд устремлен в пол. На лице никаких эмоций. Каспер махнул рукой указывая Генри на второго охранника и тот передал девушку ему. Поджаренный солнцем вампир встал за её спиной. Здоровой рукой он греб капну каштановых волос в кулак освобождая шею для укуса, вторая рука легла на живот плотно притягивая жертву к себе. Секунда и его зубы в её шее. Она даже не пискнула, лишь взгляд больших светло зелёных глаза резко взметнулся прямо в сторону балкона, слёзы блеснули в уголках глаз, а потом она обмякла в руках мужчины. Ожог на руке и лице вампира исчез без следа.

-Хватит, -коротко отрезал Каспер. Всё это время с тихим ликованием и азартом наблюдая за разворачивающейся сценой. Так смотрят блокбастеры с захварывающим сюжетом и миллионными сборами, а тут эксклюзив и только для него. Какие эмоция! Какой сюжет! – Уведи.

Вампиру нравилось наблюдать всё происходящее, впитывать по капле отчаяние и вину, исходящую от чистильщика. Генри подхватил на руки девушку и вынес из комнаты, та была без сознания. Ману всё еще сидел ошарашено глядя на то место где еще недавно стояла она.

-Нууууу, - протянул вампир, - как шоу, я развеял твои сомнения.

Чистильщик медленно перевел на него серьезный взгляд и лишь кивнул головой.

-Сделка состоится? – продолжал вампир.

Ману молча протянул ему руку. С самодовольной улыбкой Каспер крепко сжал её: -Значит порукам, отлично!

С скрежетом деревянного кресла о кафельный пол балкона, мужчина встал возвышаясь гигантской темной горой над сидящим вампиром, но тот и не думал подниматься. Дави – не дави над ним Ману своими внушительными размерами и авторитетом, а из этой ситуации победителем всё равно выходит он. Чистильщик лишь кивнул головой в знак прощания и вышел. Он не помнил, как дошел до машины, долго сидел, не трогаясь с места и смотря в одну точку. Казалось, начни он сейчас делать хоть что-то, то расплачется как маленький ребенок от досады и обиды на самого себя. Какую глупость он сделал! Сам, сам отдал! Она же просила, умоляла его не отдавать её Касперу. Он вспомнил её лицо в ту ночь, как тряслись губы, как она сначала требовала крича, потом умоляла, когда он вытаскивал её из машины и вел к вампиру. Как потом она изворачивалась в его руках стремясь поймать взгляд чистильщика и лишь одними губами шептала. Но почему там, в его доме в Теннеси она не рассказала кто она!? Тогда бы всё было по-другому! Он бы спрятал её, защитил, укрыл, сберег и… любил … если бы только она сказала… Ману поднёс крепко сжатый кулак к губам и зажмурив глаза не то завыл, не то зарычал. Другой рукой он настолько сильно сжал руль своего пикапа, что казалось, тот сейчас согнется под его давлением. Неумел чистильщик плакать. Он машина для убийств, для очистки земли от грязи и лишние чувства лишь будут тормозить его на пути к цели. Но сейчас ему было больно. Так больно, как когда-то в детстве, когда ему сказали, что его близняшки больше нет, так больно, когда умер его отец, так же больно, когда узнал … А потом пришла злость! Он не мог защитить сестру, предостеречь отца, не может изменить потери прошлого, но сейчас, сейчас он сдохнет, но заберет Хоуп! Надо вырезать семейство вампиров в Пакистане? Вырежет!

Когда Ману покинул балкон, руку Каспера стало печь солнце. Недовольно поморщившись, он допил сок и отправился к Наде. В светлой комнате, похожей на больничную палату, подключенная к медицинским приборам и под капельницей безжизненным телом девушка лежала на высокой кровати-каталке.

-Ну что у нас? – начал грустный вампир, обращаясь к женщине в белом халате.

-Жива, опять капаем. Опасности для жизни нет, как очнётся предложим еды, - начала отчет о состоянии девушки чуть полноватая рыжеволосая женщина лет пятидесяти.

-Пробуйте, но…. сейчас главное не дать ей умереть. Если её кровь уже не так чудесна, как прежде, то само её существование будет мне полезно в другом деле.

Каспер был разочарован в девушке. За то короткое время, что она у него, вампир успел вкусить полной, насыщенной жизни без ограничений, а эта глупая девка решила отказаться от еды и тихонечко помереть. Капельницы уже не могли довести её кровь до нормального состояния, поэтому её эффект держался совсем недолгое время. Он не жалел для неё ничего, дорогие платья, драгоценности, деликатесы, но она с каждым днём становилась всё слабее и слабее. Каждую ночь Надя проводила в его спальне. Каждую ночь Каспер смаковал и наслаждался не только её кровью, а на рассвете, оставлял обессиленную девушку в кровати и отправлялся жить жизнь без ограничений. Надя сначала предлагала, просила и уже потом умоляла брать у неё кровь через внутривенные переливания, но вампиру этот вариант не нравился. Наслаждаться телом красивой, экзотической для него, девушки, доставляло ему такое же удовольствие, как и прогулки под палящим солнцем или ужин в ресторане. Поцелуи сменялись укусами и снова поцелуями. Её холодная хрупкая красота северной страны утоляла в нём огонь и жажду восточной крови. Ему казалось, что они были созданы друг для друга, но девушка всё испортила. Когда, после тщательного обследования врачи сказали, что она ничем, не больна, а просто сама осознанно отказывается от еды, Каспер рассвирепел. Он искренне не понимал, что этой девчонке еще надо, ведь он дал ей всё, что может желать женщина. Если Надя не хочет сосуществовать с ним по-хорошему, то он устроит, как ему казалось ад. Но для девушки ад начался в тот момент, когда она попала к нему. Прежняя жизнь казалась ей сном, далёким, приятным сном. Там, в другой жизни остались хорошие, теплые воспоминания о людях, которые когда-то её любили, заботились и берегли. Хотя, может быть, это были галлюцинации истощенного разума. Всё то время, когда она была в сознании, апатия и бессилие завладевали ею, тогда она ничего не чувствовала и это было прекрасно, но эти сны … А к Касперу, вынашивающему планы, как бы испортить жизнь Нади и заставить её играть по его правилам или всё таки избавиться от неё, как нельзя кстати заявился Ману. Тут либо Ману устранит его братца близнеца, достанет для вампира такой желанный медальон и свершится обмен, либо Ману сам погибнет при этой зачистке. Как первый, так и второй варианты развития событий более чем устраивали вампира.