За гранью реальности

– Думаешь, ты можешь просто сбежать, Сэм? – прошептал он, и его голос был хриплым. – Твой отец дал тебе всё, а ты выбрала этот дешевый винтаж.

Он всё ещё не решил, стоит ли попробовать убедить её вернуться добровольно, что сэкономило бы ему бюрократические проблемы, но было маловероятно, или использовать эффект неожиданности и… Кай провёл большим пальцем по кнопке активации метки. Он не любил "зачистки". Они были грязной работой, но гарантировали результат. Он закрыл кейс, его пальцы на мгновение задержались на холодном металле. В этом случае ему понадобится не "Феникс", а что-то более прямолинейное.

Он посмотрел на приборную панель. Траектория передвижения Лилиан и Элизы была наложена поверх карты города, выделенная мерцающим оранжевым. Сейчас они были его приоритетом. Они явно пытались завербовать Сэм, что осложняло его миссию.

Он медленно выехал со стоянки, направляясь не к дому Сэм, а в другую сторону, к мотелю с тусклым неоновым светом. Он знал, что там остановились двое, которые поставили под угрозу его операцию.

Сначала он зачистит территорию. Он должен был разобраться с ними, прежде чем они сумеют перетянуть Сэм на свою сторону. Тогда у него будет идеальный сценарий: она будет изолирована и, возможно, достаточно испугана, чтобы принять «Протокол Феникс» добровольно. Он ускорил ход, и машина, похожая на черную каплю, бесшумно заскользила по мокрому асфальту. Времени откладывать у него не было. Препятствия нужно было обезвредить до того, как наступило утро.

Мотель «Оникс» выглядел так, будто его забыли даже те, кто когда-то его строил. Неоновая вывеска мигала, теряя буквы, а за стойкой дежурил автоматический регистратор с облупившимся корпусом и голосом, который звучал как усталый официант. Кай припарковался в тени, отключив все внешние огни. Он не собирался входить через главный вход.Он открыл кейс, достал один инъектор и капсулу с маркировкой «V-Trace». Это был трекер, способный внедриться в нервную систему и передавать данные в реальном времени. Он не собирался устраивать бойню, но ему нужно было знать, что Лилиан и Элиза планируют. И главное, насколько далеко они зашли с Сэм.

Он надел тонкие перчатки, проверил заряд на инъекторе и вышел из машины. Дождь снова начал моросить, как будто город пытался смыть следы чего-то, что ещё не произошло. Кай двигался быстро, но без суеты. Он знал, в каком номере остановились женщины: 214, второй этаж, дальний угол. Камеры наблюдения мотеля уже передали ему фрагменты их разговора. Элиза упоминала «нейро-ключ». Это значило, что они знали что Сэм – это «нейро-ключ» к станции. Эта информация была засекречена, и лишь немногие имели к ней доступ. И, возможно, они также знали что именно Сэм может сделать, что недоступно даже ему, усовершенствованной модели, способной немедленно входить в контакт с любыми компьютерами.

Он беззвучно поднялся по лестнице. У двери 214 он остановился, прислушался. Внутри кто-то говорил. Это был голос Лилиан, спокойный, но с напряжением, словно она уговаривала кого-то невидимого. Кай достал из кармана тонкий цилиндр, акустический зонд. Он прикрепил его к двери, и голос стал чётче. Лилиан разговаривала с Элизой и с кем-то еще.

Кай сжал инъектор. Он мог ввести V-Trace через вентиляционную решётку, одна из них была прямо над дверью. Он достал мини-дрон, активировал режим «тихий ввод» и направил его вверх. Через несколько секунд дрон исчез в вентиляции, и на экране появилось изображение: две фигуры, сидящие на кровати, между ними была голографическая проекция Сэм. Они анализировали её поведенческие паттерны.

Это значило, что они уже начали подготовку к «активации».

Каю не нужно было согласовывать с системой свои действия, по крайней мере пока он действовал в рамках плана. Он открыл канал связи с машиной, активировал режим «подавления сигнала». Теперь ни один сигнал из мотеля не выйдет наружу. Затем он достал второй инъектор. Он был для нейро-блокировки.

– Простите, дамы, – прошептал он, – но вы слишком много знаете.

Он приложил запястье к сканеру замка, активируя подавитель шума. Прошла секунда, две, внутри все еще было слышно только слабое жужжание вентилятора. Никаких тревожных сигналов. Отлично. Он не мог допустить, чтобы они что-то передали. Он быстро открыл электронный замок и вошёл в комнату как тень, без звука.

Лилиан успела повернуть голову, но не успела вскрикнуть, как Кай уже был рядом. Инъектор коснулся её шеи, и она обмякла, глаза расширились, затем потухли. Элиза вскочила, её рука потянулась к браслету, но Кай метнулся вперёд, сбив её с ног. Они упали на пол, голограмма Сэм исчезла, рассыпавшись мириадами пикселей, словно разрушенная связь.

Элиза попыталась ударить его, но он был быстрее. Второй инъектор вошёл в её плечо, и через секунду она затихла, дыша тяжело, но уже не сопротивляясь. Он не убивал их. Пока. Он должен был понять, что они успели передать Сэм. И что они вообще знали. Его план оставался прежним, но теперь он начинал приобретать новые, не очень приятные детали.

Если он оставит их в комнате, то велика вероятнось, что утром их обнаружат. Его нет на записях камер наблюдения, но он беспокоился о том, что может случится, когда будет обнаружено, что Лилиан и Элиза на самом деле не люди.

Кай решил поговорить с Адамом. Убедившись, что его подавитель сигнала всё ещё активен, не позволяя ничему просочиться наружу, он активировал канал связи на своей руке, подкожное устройство, которое не было видно со стороны.

КАЙ: Адам, это Феникс-2. Подтвердите прием.

[Голос Адама – лишенный интонаций, но с лёгкой резкостью.]

АДАМ: Слышу, Кай. Докладывай.

КАЙ: Ситуация изменилась. Я обезвредил два посторонних Вмешательства в мотеле. Лилиан и Элиза. Оба – био-синтетические модели, судя по их метаболическим сигнатурам. Они пытались завербовать Сэм, используя информацию о её отце и станциях NeuraSync.

АДАМ: Подтверди статус Вмешательств. Устранение?

КАЙ: Нет. Я использовал нейро-блокировку и подавление. Оба живы, но отключены. Они сейчас в их номере.

АДАМ: (В голосе появляется стальная нотка.) Ты не должен был оставлять их. Ты знаешь протокол Утилизация для таких аномалий.

КАЙ: Я знаю. Но их информационный профиль требует глубокого анализа. Они владеют данными о станциях и информацией о Майке Вирексе. Утилизация без извлечения данных нежелательна. Нужно, чтобы Группа извлечения приехала и забрала их для глубокого сканирования. Сигналы заглушены, но это временная мера. Требуется прибытие в течение двух часов

АДАМ: Принято. Координаты отправлены ближайшему отряду.

КАЙ: Понял. Отбой.

[Канал связи резко обрывается.]

Кай стоял в полумраке, глядя на неподвижные тела. Их кожа уже начала терять тепло из-за отключения терморегуляции. Но лица оставались прежними.

Внутри него не было ни сожаления, ни злости, только холодная необходимость. Он знал, что Лилиан и Элиза это не просто био-синтетики. Их поведенческие паттерны, скорость реакции, способность к импровизации указывали на то, что они были частью более сложной сети. Возможно, даже автономными агентами, не связанными напрямую с Центром.

Он активировал внутренний архив, запрашивая перекрестные данные по их сигнатурам. Ответ пришёл через 0.8 секунды: совпадений нет. Это было невозможно. Даже самые продвинутые модели оставляли следы, в логах, в системах, в памяти. Но эти двое были как тени.

И вдруг он почувствовал короткий импульс, даже не мысль, а тень. Как будто его собственная система пыталась вспомнить то, что было стерто. Он уже видел их раньше. Не здесь, не в этом городе. Он напряг память, вызвал архивы, все было пусто. Это было странно. Его блок памяти не давал сбоев. Или… он о них не помнил. Кай резко мотнул головой, словно сбрасывая помеху. Он заставил себя сосредоточиться на текущем задании. Протокол «Феникс» был разработан именно для таких случаев, для устранения нестабильностей в системе, для перезаписи. Его собственные воспоминания о том, что было до перепрограммирования, были запечатаны. И этот импульс был первым, нарушающим его новый, безупречный код.

Он снова посмотрел на Элизу. Её рыжие волосы рассыпались по подушке, а губы были чуть приоткрыты, словно она что-то хотела сказать. Внезапно Кай осознал, что знает, какой будет ее ответ. Знает, как она улыбается, когда лжёт. Знает, как её рука ложится на руку Лилиан. Но откуда он это знает?

Его внутренняя логика требовала объяснить эту информационную аномалию. Но система отказывалась предоставлять данные. Это означало, что информация была удалена не из архивов NeuraSync, а из его личных файлов. Холодная, почти физическая боль пронзила его процессор. Он отвернулся от женщин, чтобы не поддаться этой иррациональной "памяти".

Он вышел из номера, оставив подавитель активным. Через два часа за ними приедет Группа Извлечения.

Кай вернулся к машине. Его приоритеты были пересмотрены: Лилиан и Элиза не просто помехи. Они возможно были связующим звено с его стертым прошлым. Но Сэм… Сэм была ключом к его будущему и к Протоколу «Феникс». Если он получит её согласие, это может быть единственным способом стабилизировать систему.

Он посмотрел на часы. 05:15. У него было чуть больше шести часов до встречи Сэм с ними. Он должен был убедить её до того, как его бывшие союзники или его стертые воспоминания снова начнут влиять на ход операции. Он тронулся, разворачиваясь в сторону центра.

Глава 6

Сэм проснулась до рассвета, как будто ее тело знало, что сегодня что-то изменится. Она заварила кофе, не включая свет, и долго сидела у окна, глядя на разгорающийся над горами рассвет. Лилиан и Элиза должны были позвонить ей около восьми утра. Сэм уже решила, что сходит с ними на станцию, но ни в чем участвовать не будет. Ей хотелось верить, что это возможно. Она подумала, что ей нужно будет переехать в город, но эта мысль была отстраненной, как и всё остальное сегодня. Ничто как будто не принадлежало ей. Она прождала звонка до девяти утра, но никто так и не позвонил. Это было странно, и тревожно. Сэм подумала, что, возможно, она увидит их в баре, как вчера.

К 10 утра начали приходить первые посетители: пара туристов, один местный, и высокий мужчина в черной куртке, непохожий на туриста. Его движения были слишком точны, а взгляд был слишком пуст для обычного человека. Сэм его раньше здесь не видела. Он сел у края стойки, не заказывая ничего. Его спина была прямой, как стальной стержень, а руки, лежащие на стойке, были неестественно неподвижны. Он просто сидел и смотрел.

Сэм почувствовала, как внутри всё сжалось. Он не был обычным. Слишком собранный. Слишком тихий.

– Что будете заказывать? – спросила она, стараясь говорить ровно.

– Кофе, пожалуйста. И… – он сделал паузу, – я от Лилиан. Она просила передать, что всё идёт по плану. Но они не хотели рисковать появляться здесь снова. Они ждут нас на станции сейчас.

Сэм поставила чашку на стойку, не отводя взгляда.

– Но сейчас я не могу, я же работаю.

– Возможно, кто-то может тебя заменить? Это ненадолго.– Он говорил спокойно, но в его голосе было что-то… неестественное. Сэм не могла понять, что именно. Она взглянула на его запястье, и не увидела ничего. Ни браслета, ни метки. Но это ничего не значило. Она знала, что настоящие метки не видно. Он не спрашивал. Он просто констатировал факт, что она пойдет с ним. И в его пустых глазах она увидела нечто, отчего ей захотелось бежать. Но куда?

Сэм поставила чашку на стойку, не отводя взгляда.

– Я не могу. И не хочу. Если Лилиан и Элиза действительно хотят, чтобы я пошла с ними – пусть скажут это сами.

Он молчал.

– Я не поеду, – повторила она.

Мужчина медленно кивнул.

– Понимаю. Он встал, оставил деньги на стойке, слишком много за одну чашку и ушел, не оборачиваясь.

Сэм стояла за стойкой, глядя на дверь, которая медленно закрылась за незнакомцем. Она не двигалась. Только пальцы дрожали, почти незаметно. Она достала коммуникатор, набрала номер мотеля «Оникс», где Лилиан и Элиза остановились.

– Доброе утро. Пожалуйста соедините меня с гостями из номера 214.

– Одну минуту… – ответил механический голос. – В этом номере никого сейчас нет, гости выехали ночью и оставили ключи в ящике.

Сэм замерла.

– Вы уверены?

– Абсолютно уверен. Комната уже убрана.

Сэм отключила связь. Сердце стучало глухо, как будто внутри неё что-то пыталось пробиться наружу. Они не должны были уезжать. Не без неё. Не так. Она чувствовала, как внутри всё дрожит, как будто кто-то незаметно сдвинул её реальность на полградуса. Она решила, что не будет ждать. Она поедет на станцию. Немедленно.

– Ты можешь прикрыть меня на пару часов? – тихо спросила Сэм у Джейка, который только что заступил на смену.

– Конечно. Всё нормально?.

Сэм кивнула.

– Просто нужно срочно съездить в одно место.– Она не уточнила, куда именно. И он не спросил.

Она вышла из бара, не оглядываясь. Ветер усилился, небо потемнело, как будто день решил закончиться раньше. Сэм села в машину и быстро поехала в сторону парка.

Глава 7

Дорога к северной стороне парка была извилистой и узкой. Сэм давила на газ, вжимаясь в сиденье. Из ее сознания исчезло всё, кроме цели: станция NeuraSync. И ощущение, что она опоздала. Что-то случилось с Лилиан и Элизой. Может быть они сбежали? Или их заставили сбежать. А странный мужчина был здесь, чтобы убедиться, что Сэм не пойдет по их следу. Она помнила его пустой взгляд. Не холодный, а пустой. Как у высокоуровневого алгоритма, идеально выполняющего команду.

Когда Сэм свернула с главной трассы, небо уже полностью потемнело. Она резко свернула за последний изгиб. Дорога должна была быть свободна, но на въезде, прямо перед знаком, запрещающим дальнейший проезд, стояла машина. Чёрный, бесшовный монолит, который она видела прошлой ночью. И сейчас он перекрывал дорогу полностью.

Сэм ударила по тормозам. Машина заскрежетала шинами по мокрому асфальту, остановившись в нескольких метрах от препятствия.

Дверь черной машины открылась, и из нее вышел тот самый мужчина из бара. Кай. Он был одет так же, в черную куртку и темные брюки. На этот раз он не улыбался.

Он подошел к ее машине, его шаги были размеренными и тихими. Сэм опустила стекло, не отключая двигатель.

Кай остановился в шаге от двери. Его глаза, серые и безжизненные, скользнули по ее лицу.

– Ты не послушала. Мне очень жаль, Сэм. Но ты делаешь ошибку. Лилиан и Элиза больше не нуждаются в твоей помощи. Они уже… перераспределены.

Сэм почувствовала, как ее передернуло. Перераспределены. Это был эвфемизм Корпорации для устранения или перезаписи.

– Что ты сделал? – потребовала она.

– Я обеспечил их безопасность, – ответил Кай. – Но сейчас это не имеет значения. Имеешь значение только ты и твой… потенциал.

Он протянул руку и слегка, почти невесомо, прикоснулся к дверце ее машины. Сэм почувствовала, как под его пальцами металл едва заметно завибрировал, а вся электроника в салоне дала кратковременный сбой, мигнув и снова включившись. Она знала, что он делает: сканирование, или, что хуже, попытка взять управление.

– Это ты оставил записку, – это был не вопрос, а констатация факта.

– Я надеялся, что прямое обращение к твоей старой личности сработает быстрее. Твой отец, Майк Вирекс, знал, что ты это единственный нейро-ключ для доступа к его последнему проекту. И ты должна быть защищена.

– Защищена? Как, устранением моих союзников? И от кого меня надо защищать?

– Они не союзники, Сэм. Они нежелательные вмешательства. Они пытались использовать тебя для своих целей, которые идут вразрез с нашими. Они пытались использовать то, что тебе дал твой отец.

Сэм коротко засмеялась.

– Мой отец? Он меня бросил, чтобы играть в свои научные игры. У нас с ним нет общих целей. А ты один из его инструментов.

– Я не работаю на твоего отца напрямую, – спокойно возразил Кай. – Я здесь, чтобы завершить начатое. Твоя новая жизнь это латентный режим. Тебе нужно вернуться в Академию, Сэм. Это единственное место, где ты можешь быть в безопасности.

Внезапно Кай замолчал. В его глазах что-то мелькнуло, кратковременный сбой, похожий на рябь по воде. На мгновение его взгляд стал другим, узнающим.

– Лилиан… – прошептал он, и в его голосе прозвучал чуждый металлической функции тембр, почти сожаление. – Ты…

Этот сбой длился меньше секунды, но Сэм, натренированная в Академии замечать малейшие отклонения, этого было достаточно. Он был не просто инструментом. Он был перезаписан.

Она не стала ждать, пока он вернется в свой «рабочий» режим. Её рука, уже давно готовая к действию, резко дернула ручник, одновременно выжимая газ. Её старый пикап взревел, а поскольку он стоял на скользком асфальте, его задняя часть занесло, и машина резко пошла в занос, целясь в заднюю дверь черного монолита.

Кай отшатнулся, его рефлексы сработали, но он был слишком близко. Он отпрыгнул назад, его тело приняло боевую стойку, но он опоздал, и Сэм воспользовалась моментом.

Резко вывернув руль и отпустив ручник, она выровняла машину и, не теряя ни секунды, объехала черный монолит по обочине, прорываясь сквозь кусты. В зеркале заднего вида она увидела, как Кай стоит посреди дороги.

Он не побежал за ней. Он просто стоял и смотрел, как будто просчитывал тысячу вариантов, но ни один из них не был идеальным. Он не хотел её уничтожать. Он хотел её вернуть.

Сэм ехала дальше, сердце стучало в ушах. Она знала, что у нее есть, может быть, пять минут форы. Он не будет торопиться, он будет действовать системно.

Сэм въехала на территорию парка, где дорога сменилась грунтовым покрытием. Она припарковала машину на северной стоянке, и почти бегом преодолела тропу, ведущую к станции. Она не знала, что там найдет, но понимала, что больше не может ждать.

Станция возникла из темноты внезапно, и выглядела точно так же, как в её воспоминаниях. Единственным отличием было отсутствие ретрансляционной трубы на крыше. Это было странно и зловеще. Кто и зачем её демонтировал? Сэм отбросила размышления и прошла к главному входу.

Подойдя к двери, она провела ладонью по пыльной поверхности. Панель доступа активировалась мгновенно:

Идентификация: Сэм Вирекс. Доступ: Ограничен.

Сэм вздрогнула. Ограничен? Она должна была быть «ключом». Кто-то изменил её статус. Кто-то, у кого был доступ. Через минуту раздался щелчок, и дверь медленно поползла в сторону.

Свет в коридорах был тусклым, словно станция не хотела просыпаться. Воздух был прохладным, тяжёлым, с отчетливым запахом озона и металла, как в стерильной лаборатории. Сэм прошла мимо архивных терминалов и комнаты наблюдения. Всё было выключено или находилось в режиме ожидания. Станция казалась абсолютно новой.

Внезапно на одной из стен вспыхнул экран.Добро пожаловать, Сэм. Последний вход: Не зафиксирован. Состояние станции: Частичная активация.

Больше ничего на экране не появилось.. Ни приветствия, ни инструкций. Сэм пожала плечами, как будто ничего странного не произошло, и направилась к центральному ядру – месту, где собирались данные с внешних сенсоров.

На встроенном в стену терминале тускло мерцал экран. На нем была карта.Красная, пульсирующая. Объект наблюдения: Сектор 9. Координаты: 18.44 N / 77.45 E Статус: Активное сканирование.

Сэм остановилась. Она с детства любила карты и знала географию. 18.44 N / 77.45 E. Координаты кратера Джезеро на Марсе. Это было совершенно не то, что она ожидала. Зачем эта секретная станция следит за Марсом?

Сэм подошла к терминалу, взглянула на карту. Красная точка на карте продолжала пульсировать, но теперь её внимание привлекла другая вкладка:Личностное наблюдение. Она коснулась экрана, и тот отозвался мгновенно, как будто ждал именно её.

На экране появилась таблица.Объект: Майк Вирекс Статус: Активное наблюдение. Последняя активность: 04:12 – сектор 9, южный периметр.

Сэм пораженно замерла. Станция следила за ее отцом! Она взглянула на дату последнего обновления, это было сегодня утром. Она не понимала что происходит. Майк все еще был в совете директоров Neurasync. Почему станция, принадлежащая корпорации, следит за одним из ее руководителей? Это не имело смысла. Если только внутри Neurasync не происходило что-то гораздо более зловещее, чем то, о чём говорили публично.

Сэм чувствовала, что всё происходящее вокруг неё: станция, исчезновение Лилиан и Элизы, этот странный мужчина в баре, было как-то связано. И в центре этой связи был её отец.

Она развернулась и направилась к выходу, её шаги звучали глухо в металлическом коридоре. Станция не пыталась её удержать. Наоборот, казалось, она выдыхала, отпуская.

Сэм вышла из станции, не оглядываясь. Ветер усилился еще больше, небо затянулось плотными облаками. Она быстро зашагала в сторону стоянки, где ее машина одиноко стояла, уже покрывшись тонким слоем пыли, как будто Сэм отсутствовала не два часа, а гораздо дольше. Она села в машину, включила фары и направилась в сторону города. Она поняла, что ей необходимо разобраться в происходящем, а для этого придется восстановить отношения с отцом.

Уже подъезжая к городу, Сэм заметила короткую вспышку в зеркале заднего вида,как будто кто-то включил свет на мгновение. Она подумала что времени у нее, возможно, не так много, и действовать нужно быстро.

Когда Сэм припарковалась у бара, небо над городом уже потемнело окончательно, и в воздухе повисла напряженная тишина, как перед грозой. Она вышла из машины, чувствуя, как её шаги становятся всё более решительными. Внутри бара было тепло и пахло кофе и корицей, почти уютно, если бы не дрожь, оставшаяся от станции.

– Наконец-то, – сказал Джейк, поднимая взгляд от кофемашины. – Тебя искали. Ты в последнее время как магнит. – Джейк усмехнулся. – Может, пора открыть VIP-зал?

Сэм остановилась, не сразу поняв, о чём он.

– Кто меня искал?

– Двое. Женщина, лет сорока, блондинка. И молодой парень, он говорил с акцентом. Оба выглядели так, будто знают тебя лучше, чем ты их. Оставили контакты. Он протянул ей сложенный листок бумаги. – И сказали, что будут ждать ответа до вечера.

Сэм взяла листок, не раскрывая его сразу. Её пальцы дрожали, но она старалась не показывать этого. Она развернула записку. На ней было написано:"Сэм, мы знаем, что ты виделась с Лилиан и Элизой. Нам важно поговорить. Не по телефону. Адрес: 14-я улица, дом 7. Пожалуйста, приезжай сегодня до полуночи."

Сэм почувствовала, как внутри всё сжалось. Она взглянула на часы, было 6:42. У неё оставалось достаточно времени решить, хочет ли она опять встречаться с незнакомцами.

В этот вечер в баре было почти пусто. Сэм стояла у окна бара, наблюдая, как редкие капли дождя начинают стекать по стеклу, оставляя за собой извилистые следы, словно кто-то рисовал карту, понятную только ему. Внутри всё было спокойно, но её мысли гудели, как перегруженная сеть. Адрес на записке казался одновременно близким и пугающе далёким.

Она сжала записку в кулаке, словно хотела выдавить из неё ответы. Кто эти люди? Откуда они знают о Лилиан и Элизе? Связаны ли они с подозрительным мужчиной, который приходил в бар вчера? И почему они уверены, что Сэм уже с ними виделась?

– Всё в порядке? – спросил Джейк. – Ты выглядишь так, будто собираешься идти на войну.

Сэм кивнула, не отрывая взгляда от улицы.

– Возможно, так и есть.

В голове уже складывался план. Прежде чем ехать на встречу, ей нужно было кое-что проверить, что может объяснить, почему её отец оказался в секторе 9. И почему кто-то хочет, чтобы она знала об этом.

Сэм вышла из бара, ветер трепал капюшон её куртки, а дождь уже не просто моросил, он лился, как будто торопился смыть с улиц всё лишнее. Она не поехала сразу на 14-ю улицу, а направилась в сторону дома, стараясь не обращать внимания на тревожные мысли, которые роились в голове. Её дом находился на окраине городка в тихом, спокойном месте. Но сегодня покой был роскошью, которую она не могла себе позволить.

Она вошла, включила свет в прихожей и сразу направилась в кабинет. На полке, за старыми книгами, лежало устройство: компактный передатчик, который они с Марком использовали ещё в академии. Тогда он был просто талантливым аналитиком, а теперь занимал одну из ключевых позиций в Neurasync. Если кто-то мог знать, что происходит внутри корпорации, то это был он.

Сэм подключила устройство к терминалу, ввела код доступа и активировала защищённый канал.Запрос соединения: Марк Эйден. Уровень приоритета: высокий.

На экране появилась надпись: Ожидание ответа…

Она нервно ходила по комнате, поглядывая на экран. Прошло две минуты. Потом три. Никакого ответа. Она уже собиралась повторить запрос, как вдруг услышала лёгкий щелчок двери.