
Полная версия:
Ветер Ильстара
Вскоре настала пора возвращаться в Виллет-Рон: сегодня до обеда Дэверон хотел нанести один визит. Каждый раз, уходя отсюда, он на несколько секунд останавливался и оглядывался на другой берег. Ему казалось, что однажды он увидит кого-то там, на лесной тропинке. Кого именно, он и сам не знал, но почему-то был уверен, что эта встреча обрадует его. Дэверон и сейчас оглянулся, но тропа, как и всегда, оставалась пустой.
Обратный путь до Виллет-Рона не занял много времени, и уже через несколько минут дорога, вымощенная деревом, вела Дэверона мимо невысоких домов из белого камня, построенных в удалении друг от друга. Между домами росли деревья, ветер раскачивал их кроны, и Дэверону казалось, что он все еще в лесу.
Встреченные жители приветствовали будущего правителя наклоном головы, после чего занимались своими делами: наместник Тоинт жил открыто и просто, не требуя от своих подданных особого благоговения, и Дэверон с удовольствием продолжил эту традицию. Вскоре он уже был на зеленой лужайке, посередине которой на возвышении стоял Храм Ветра — высокая постройка круглой формы, в которую с разных сторон вели четыре двери. Двери эти никогда не закрывались, и лишь в плохую погоду завешивались тяжелыми пологами.
Дэверон вошел в Храм. Там вдоль стен были подвешены на цепочках и горели неярким пламенем многочисленные лампады. В центре Храма стояла отлитая из бронзы статуя птицы с распростёртыми крыльями. Храм Ветра был воздвигнут еще в Изначальную Эпоху. Озеро, на берегу которого был построен Виллет-Рон, тогда было морем, по которому и приплыли переселенцы, основавшие город. Неизвестно, какие обстоятельства вынудили их покинуть прежний дом, но в те далекие времена им пришлось отправиться в плавание по неизведанным водам в поисках берега для нового пристанища.
Но случилось так, что их корабли остановил штиль, воцарившийся на море. Время шло. Запасы воды и пищи подходили к концу, а корабли так и стояли, замерев на водной глади. Тогда люди обратились к ветру, умоляя его прийти к ним на помощь. И просьба эта была услышана. Сначала в небе появился силуэт огромной парившей птицы, а затем на море упали капли прохладного дождя и пришел ветер, а вместе с ним вернулась надежда. Ветер направил корабли к берегам, покрытыми густыми лесами.
И люди решили не искать себе другого дома. Здесь, на берегу, и был основан Виллет-Рон, столица будущего Арнидона. В благодарность ветру за спасение люди построили Храм, и установили в нем статую птицы, предвестницы появления ветра. Птицу назвали Анда, что на языке древних переселенцев означало «надежда». Впрочем, с тех пор в Арнидоне никогда больше не видели подобных птиц.
Войдя в Храм, Дэверон некоторое время стоял, глядя на статую Анды, освещенную золотистыми отблесками пламени лампад. На стенах вокруг было множество фресок, сделанных в память о первых переселенцах: на них было изображено Древнее море и корабли под светлыми парусами. Вскоре послышались шаги, и на винтовой лестнице, ведущей на второй ярус, появился темноволосый юноша с ясными глазами. Он был одет в длинные темные одежды. Это был служитель Храма Ветра, Эрвин Тринс.
Пять лет назад прежний служитель умер. Согласно обычаю, он заранее выбрал своего преемника, и выбор его пал на Эрвина. Эрвин любил бывать в Храме еще с детства, много часов проводя в беседах со своим предшественником, и со временем принял решение: когда придет время, он принесет обеты и останется жить в Храме до конца своих дней.
Служитель Храма вел жизнь затворника, и мог покидать свою обитель лишь ради коротких прогулок. Он должен был поддерживать в Храме порядок, зажигать лампады и возносить ветру прошения о помощи людям: жители Арнидона верили, что ветер отгоняет тоску и уныние, приносит перемены к лучшему, дарит сердцам свободу и легкость, а также помогает умершим добраться до Врат Небесного Мира.
При Храме хранилось много рукописей, в том числе и на языке Ильстара. Эрвин, хорошо изучивший его, занимался переводами долгими одинокими вечерами. Знакомство Дэверона с Эрвином быстро переросло в дружбу. Дэверон часто после своих прогулок к лесной реке заходил сюда. Визиты будущего правителя радовали Эрвина, и он всегда находил время для бесед с ним. Дэверон рассказывал Эрвину об Ильстаре — его волшебных горах, теплом ветре, и причудливых облаках на ярком небе. Эрвин, который не бывал нигде, кроме Виллет-Рона и его окрестностей, слушал эти рассказы с замиранием.
Ещё друзья обсуждали прочитанные книги, и любили говорить о далеких загадочных землях, особенно о Севере. В последнее время Эрвин переводил с языка Ильстара книгу «Северные сказания», в которой были записаны многие легенды далекой северной земли. Сейчас Север был уже полностью покинут: племена, населявшие его, ушли, и никто не знал, куда. Ходили слухи, что дорог и даже тропинок там уже не осталось, а в озерах появились странные существа.
Увидев Эрвина, Дэверон поздоровался с ним:
— Добрый день.
— Добрый день. Я услышал твои шаги, — сказал Эрвин, жестом приглашая Дэверона наверх.
Дэверон поднялся по лестнице, и друзья сели на широкую скамью возле просторного стола, на котором лежали книги и манускрипты. Купол Храма Ветра был сделан полностью прозрачным, чтобы в Храме всегда было видно небо, и сейчас сверху лился дневной свет.
— Я ненадолго, — сказал Дэверон, — Как продвигается твой перевод «Северных сказаний»?
— Потихоньку. Но думаю, что к осени уже закончу, — ответил Эрвин. — Мог бы закончить и раньше, если бы не моя всегдашняя лень.
— Это не лень. Просто ты созерцатель, и не хочешь лишний раз отвлекаться на что-то, — сказал Дэверон.
— Да? Не знаю. Может быть. Знаешь, я вчера прочитал в «Северных сказаниях», что на Севере есть чудо, которое называют небесными кострами: ночное зимнее небо вдруг начинает полыхать ослепительными красками: зелеными, синими, алыми. И вся земля вокруг тоже светится. Вот бы мне увидеть хоть раз такое своими глазами. Впрочем, что это я? Путешествия ведь не для меня.
После небольшой паузы Эрвин вновь заговорил:
— Удивительно тёплое начало лета в этом году.
— Да. Как в Ильстаре, — Дэверон улыбнулся.
— Ты до сих пор тоскуешь по Изумрудному краю и хочешь вернуться туда, — не то спросил, не то просто сказал Эрвин.
— У каждого должно быть место, куда хочется вернуться, — ответил Дэверон. — Ты знаешь, что я хотел когда-то стать тинкветом и остаться в Ильстаре навсегда, но…тинкветом нельзя стать, им нужно родиться. Я не такой. И теперь мой дом — здесь.
— Да, каждому предначертана своя дорога, — сказал Эрвин. — И порой хочется, чтобы она была проложена иначе. Но…
Эрвин не успел договорить. Снаружи послышался торопливый перестук копыт. Дэверон встал и подошел к открытому окну. По тропинке через лужайку, в сторону дворца, проехал рослый всадник на черном коне. Дэверон узнал его. Это был Гуннарт, военачальник армии Арнидона. Сейчас он должен был находиться на южной границе, рядом с Ранготом: там был размещён военный лагерь, так как от Рангота по-прежнему исходила опасность.
Дэверон удивился, и вновь, как сегодняшним утром на берегу реки, почувствовал беспокойство. Неожиданный и явно поспешный приезд Гуннарта вряд ли сулил что-то хорошее.
— Гуннарт приехал, — сказал Дэверон, повернувшись к Эрвину. — Интересно, почему. Я пойду, пожалуй. Завтра я еще зайду к тебе.
Эрвин молча кивнул, и Дэверон почувствовал, что служитель Храма тоже обеспокоен.
Дэверон направился во дворец. Идти пришлось недалеко: дворец был совсем рядом. Создатели сделали его не столько величественным, сколько уютным: невысокий и длинный, с рядами арочных окон, он стоял напротив Храма Ветра изящным полукругом. Единственная башня посередине дворца смотрела на Храм Ветра, и была на одной высоте с его прозрачным куполом. Под башней была арка, ведущая во внутренний двор, где и находился вход во дворец.
Дэверон шёл по длинному коридору, в распахнутых окнах которого виднелась листва далеких деревьев. Вскоре он увидел идущего ему навстречу дворцового стражника.
— Где наместник? — спросил Дэверон.
— Он в своей гостиной. Там сейчас и Гуннарт, — ответил стражник.
Дэверон подошел к двери гостиной, и, постучав, приоткрыл её. В глубине зала в резном кресле сидел наместник Тоинт. Ему было немногим за пятьдесят, но выглядел он старше, что было неудивительно: власть тяжела и в лучшие времена, а срок его правления выпал отнюдь не на них. Неподалеку от наместника на длинной скамье сидел Гуннарт. Военачальник Арнидона был одет в темно-серебристую одежду, и на его куртке был вышит буковый лист — символ Арнидона. Гуннарт принимал участие еще в битве за Виллет-Рон, но тогда ему было чуть больше пятнадцати лет, так что старым он не был.
Увидев Дэверона, Тоинт кивнул ему и жестом пригласил его войти. Гуннарт хотел подняться, чтобы поклониться Дэверонув знак приветствия, но Дэверон жестом остановил его и сел рядом с ним на скамью.
— Что-то случилось? — спросил Дэверон. — Опять ранготцы?
— Нет, на этот раз они ни при чем, — сказал Тоинт. — Полагаю, что лучше будет, если Гуннарт тебе все расскажет.
Плохие предчувствия Дэверона усилились. Если не Рангот, то что же тогда?
— Начну я с самого начала, — заговорил Гуннарт. — Как вы уже знаете, Дэверон, наш военный лагерь стоит недалеко от южной границы. И мы периодически объезжаем лес, чтобы убедиться в отсутствии нарушителей наших границ со стороны Рангота. Пять дней назад я сам поехал осмотреться, и немного заплутал. Казалось бы, давно знакомые места, но отъехал на пару сотен шагов, и вот…
Гуннарт немного помолчал, затем продолжил:
— В общем, близился вечер, а я всё никак не мог найти дорогу в лагерь. И так получилось, что я забрал совсем сильно к югу, и оказался вблизи Пылающего Колодца. Я и раньше его видел, и он никогда не менялся: круглый проем в земле, затянутый льдом, вокруг сгустки синей застывшей лавы с причудливыми узорами, и ничего живого поблизости. Давно мертвый колодец, спящий вечным сном. Но вечным ли?
— Вам следовало бы стать поэтом, Гуннарт, — Дэверон едва заметно улыбнулся, хотя улыбаться ему сейчас хотелось меньше всего. Он понял, что ничего хорошего дальше не услышит.
— Кхм… Вообще-то я писал в молодости стихи, — смущенно сказал Гуннарт. — Впрочем, сейчас не об этом. Итак, я оказался у Пылающего Колодца, и остолбенел. Вокруг него сверкали отблески синего пламени: на земле и даже на далеко стоящих деревьях, а лава тускло светилась. Мне стало страшно, не скрою, но я все же подошёл поближе. И увидел, что непроницаемый лёд, заморозивший Колодец, стал полностью прозрачным. И я рассмотрел, что там, внутри, из самой бездны поднимается огонь. Теперь его было хорошо видно. Слишком хорошо.
— И что же это может значить? — не столько кому-нибудь, сколько сам себе задал вопрос Дэверон.
— Мы не знаем, — заговорил Тоинт, — Гуннарт никому пока не рассказал об увиденном. Заклинание Изначальной Эпохи действует, Пылающий Колодец заморожен, но что-то происходит, раз через лёд теперь видно глубинное пламя. Впрочем… Времена идут, и ничто не может остаться неизменным. Может быть, увиденное Гуннаротом и вовсе ничего не означает, просто лёд изменился с течением времени. Но в любом случае, я предлагаю отправить корабль в Ильстар, чтобы рассказать об увиденном тинкветам и спросить у них совета. Возможно, они знают, в чем дело. Может быть, и с Пылающим Колодцем в Ильстаре происходит что-то подобное.
— Я могу отправиться в Ильстар! — воскликнул Дэверон и тут же ему стало неловко. Он понимал, как это прозвучало: будто он обрадовался тому, что нашел повод для отъезда.
— Я полагаю, что тебе пока лучше остаться здесь, — сдержанно сказал Тоинт. — Я найду, кого отправить к тинкветам. Когда мы узнаем, что об этом думают тинкветы, тогда и будем решать, что нам делать. И надо ли вообще делать что-то. А пока что лучше не распространяться о том, что увидел Гуннарт. Слухи и домыслы нам ни к чему.
Наступило молчание. Дэверон вспомнил свой утренний сон, только теперь пронзительный холод, казалось, подбирался к нему наяву. И не только к нему.
— Что же, думаю, что мне будет лучше вернуться к южной границе, — заговорил тем временем Гуннарт. — Послезавтра я отправлюсь назад, в наш лагерь. Объезжая территорию, буду теперь и к Пылающему Колодцу обязательно наведываться, чтобы заметить, если ещё что-то изменится.
— Да, именно так и следует поступить. Благодарю тебя, Гуннарт, за бдительность и мужество, — немного усталым голосом сказал Тоинт.
— Мужество было у тех, кто бился с вэлтами в Изначальную Эпоху. Мне до них далеко, — сказав это, Гуннарт кивнул и быстро вышел из комнаты.
Тоинт и Дэверон остались одни. Тоинт смотрел на сидящего напротив Дэверона, и пытался увидеть в нем черты того мальчика, который много лет назад отправился в Изумрудный Край за Светлым Морем. Годы жизни в Ильстаре оставили на Дэвероне неизгладимую печать. Тоинт не смог бы объяснить, в чем это заключалось, но Дэверон стал нездешним, словно только что сошёл с тропы священного леса.
Первое время после приезда в его речи проскальзывали незнакомые слова, когда он невольно переходил на язык Ильстара. Его бывшие когда-то тёмно-серыми глаза посветлели за годы отсутствия, и теперь напоминали горный хрусталь, и даже некогда тёмные волосы стали светлыми. И все-таки Дэверон, даже сильно изменившийся, не стал для Тоинта чужим, и Тоинт был очень рад этому.
— Что ты обо всем этом думаешь? — спросил наконец Тоинт.
— Думаю, что спокойные времена заканчиваются. Впрочем, подождем, что скажут тинкветы. Завтра я зайду в Храм Ветра. Полагаю, Эрвину можно обо всем рассказать.
— Да, конечно, — кивнул Тоинт.
Закончив разговор с наместником, Дэверон ушёл в свою комнату. Про обед он не вспомнил.
Глава 2. Шаги на лесной тропе
К
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Полная версия книги
Всего 10 форматов

