скачать книгу бесплатно
Храм боевого мага
Нина Каротина
Долина вечной молодости #4
Родион устал искать ответы, он просто устал и терялся в этом перевёрнутом магическом мире. Что делать, если ты просто хочешь спасти брата, а у тебя отнимают невесту? И было бы не так тошно, если бы он предал ее, обменял на брата. Но нет, она добровольно пожертвовала собой, смело шагнула в неволю. И теперь остается только гадать, что с ней сделают северные магистраты. Хотя Вилли Тирэлл боевой маг, и вопрос нужно ставить иначе. Что она натворит, оставшись один на один против этих самых магистратов? Ох, и пожалеть бы магических дурней, зря они недооценивают Вилли.Четвертая книга в серии "Долина вечной молодости".
Нина Каротина
Храм боевого мага
Глава 1
Северное Царство Агарон. Столица Гаард.
Вилли проснулась в собственной постели и счастливо потянулась. Приятно осознавать, что выспалась, впереди чудесный новый день, и даже боль в затылке не остановит ее на пути к счастью. Девушка вылезла из нагретых перин и открыла шторы на окнах. Чудесная солнечная погода, золотым светом залит родной Гаард, а приятный морозец обрисовал рамы окна причудливыми узорами. Вилли рассмотрела все подробности, дунула горячим воздухом на стекло и нарисовала свиной пятачок.
У неё горничная по имени Ям, тот суетится с платьем и знает, что она любит синий и зелёный цвета. Лучше оливковый и изумрудный, голубой на лето, темно-зелёный на самую стужу. Ям несносный зануда и бездарь, но она не замечает того. Напротив, поспорить с ним, как разминка на предстоящий день.
– Миледи, вам лучше подойдет золотистая короткая шубка. Только особы с дурным вкусом могут на оливковое платье просить синий полушубок.
– Ямчик, не беси меня, – прыгала она по стылому полу в одних панталонах. – Именно такие особы задают моду, отлей это в бронзе. И голубую муфточку.
– Ужас, – с кислым лицом ворчал юноша.
– Ужас, это когда ты трогаешь меня своими лягушачьими лапками. Холодно же!
– Миледи, всё отопление Храма на одну вашу комнату. Здесь жарко.
– Упарилась, – мычала она от довольства, погружаясь в тёплое платье. – А мурашки у меня от перегрева. Чего там у нас на сегодня? Ах, да, куча дел. Не знаю даже, как все успеть.
Вилли выскочила за пределы комнат, блеснула роскошным бархатом платья и синим полушубком и неслучайно натолкнулась на бегущего мимо Азиура.
– Медвежонок, – подскочила она и бежала рядом, не отставая ни на шаг, – куда спешишь? Зачем? Когда долг отдашь?
Мужчина нарочито старался ее не замечать, но на последних словах встал, как вкопанный, и уставился на девушку.
– Какой долг?
– Все вы так, спешите обмануть доверчивую девушку, – въедливо подначила она. – Никакого пиетета перед прекрасной половиной человечества. Про долг он забыл. Девичья память у меня, а золото возвращать не хочет он.
– Какое золото? – оторопел мужчина.
– Золотое золото, – нетерпеливо пояснила она. – Ты занимал у меня меру золотом?
– Никак нет, миледи.
– То есть, отдавать отказываемся, – обрадовалась она. – Так и запишем.
– Куда запишем?
– Прямо сейчас и придумаем. Для начала в книжицу. Где моя книжица неоплаченных долгов? Азиурчик, последнее время провалы в памяти такие, что совершенно теряюсь. Запишу пока… что зажал подмышкой?
Магистрат вцепился в книгу, как в родную, упирался, пока она дёргалась с фолиантом у него подмышкой. Но находчивая особа со всей дури наступила ему на ботинок каблуком. Медвежонок взвыл и упустил заветную книгу.
– Ага, – раскрыла она фолиант. – Так я и знала. Магическая ерундень. Здесь и запишем.
И она выдрала из книги десять первых страниц.
– У тебя пера и чернил с собой не найдётся? – невинно хлопнула она ресницами. – Я же вечно забываю с собой прихватить.
– Ничего я вам не должен, миледи! – взревел магистрат.
– Азиуряша, ты меня пугаешь. Зажал две меры золотом. Тебя в детстве не до любили? Роняли часто? Лишали сладкого? Потому ты не любишь долги отдавать?
– Не вижу связи…
– Ты хочешь об этом поговорить? – сощурила она внимательные глазки, прижимая к груди останки книги. – Не стесняйся, здесь все свои. Выворачивай душевные карманы перед тетушкой Вилеттой. Детские травмы они такие, их нужно сразу дожимать. Чтобы, как говориться, закрепить результат.
– Результат чего? – рявкнул мужчина.
– Медвежонок, да у тебя приступы неконтролируемой агрессии, – вытаращила она глаза. – Лечиться нужно. Срочно.
Мужчина попытался вырвать книгу и сбежать, девушка отчаянно сопротивлялась и вопила:
– Стой!
Магических артефактов у неё при себе нет, да она и не помнит, есть ли у неё собственные кристаллы. Но те всегда находятся у магистратов и работают столь же исправно, как если бы покоились на ее руке. Азиур дернулся и рухнул на пол спиленным деревом. Девушка испуганно прижала книжицу к груди.
– Три меры золотом снова не вернул, – подвела она итог и перешагнула через тело.
Откровенно говоря, жизнь в Храме ей нравилась. Здесь отчего-то нет женщин, и она почти на вершине всеобщего внимания. Все обитатели дома спешат ее обойти и оббежать, а лучше развернуться и скрыться прямо по коридору. Те несчастные, что имеют неосторожность столкнуться с ней нос к носу, становятся еще более несчастными.
– Зельтиурчик, барсучок, чем занимаешься? – ворвалась она в святая святых верхнего этажа Храма.
Старик вздрогнул и привычным движением убрал со стола бумаги и кристаллы. Обычно у него складывается из бумаг управляемый хаос, но в присутствии этой особы хаос сразу становится неуправляемый.
– Миледи, доброе утро, – пробасил он и невольно прижался к спинке кресла максимально подальше от гостьи.
– Доброе оно не для всех, – счастливо улыбалась девушка от уха до уха. – Азиурчику снова дурно стало. Не знаю даже, может у него падучая? Как считаешь, может нам его сдать в лечебницу? На опыты?
Высший магистрат понятливо кивнул.
– Разумеется, – охотно согласился он, чтобы она поскорее закончила с тем, с чем пришла.
– Так вот, – Вилли изобразила серьёзное выражение лица и величественно плюхнулась в кресло. – Помощь твоя требуется как никогда. Напомни мне по-девичьи забывчивой, как у нас обстоят дела в стране с судопроизводством?
Мужчина на мгновение растерялся, пока судорожно перебирал в голове все возможные варианты подвоха. Причём он заведомо знал, что не догадается, ибо фантазия у неё буйная, если не сказать хуже. Вилли пронзала его сквозным взглядом подозрительных серых глаз.
– Эм… а что, собственно, не так с нашими судами? – он постарался нейтрализовать тему и убрал в стол все оставшиеся свитки, на всякий случай чернильницу и надкушенную булку.
– Очень может быть, что все хорошо. Но мне же нужно понимать, как организовать судилище.
– В смысле, организовать?
– В смысле, судиться хочу с одним очень хорошим человеком, поведшим себя недостойно.
– Ах это, миледи, – отмахнулся он и с облегчением выдохнул. – Всё не так сложно, мой помощник умело организует процесс. Нет сомнений, вы выиграете дело.
– Барсучок, как приятно слышать от тебя такие обнадеживающие слова, – ковыряла она от скуки сукно на его столе. – У нас в стране прекрасная судебная система. Живо скрутим лихоимцу жвалы. У тебя как со временем? Сможешь меня сопровождать в зал суда?
– Никак нет, миледи. Вам потребуются опытные законники, а к ним я не отношусь, – привстал он, намекая, что аудиенция закончена.
Но Вилли только расковыряла небольшую дырку и совершенно не собираюсь уходить, пока не испортит весь стол.
– Очень жаль тебя расстраивать. В зал суда ходить придётся. Прими это как разминку. Ходить полезно.
– Это почему? – насторожился он.
– Потому что ответчик ты. Я с тобой судиться намереваюсь, – сообщила она так, будто осчастливила его радостной новостью.
– Как так? – выпучил тот глаза.
– Вот чувствую, что ты у меня что-то забрал. У меня в памяти провалы последнее время. Даже не знаю, голова часто болит, подташнивает немного. Но ты ответишь по всей строгости закона.
Зельтиур со стоном рухнул назад в кресло.
– Не было такого.
– Зельтиурчик, сердцем чувствую, что ты неохотно скрываешь от меня правду. Сними оковы, сбрось бремя, откройся и тем заслужишь отпущение. Забрал же что-то, что мое по праву? Может ты столовое серебришко у меня тиснул? Или платочки шёлковые для носа? Было же что-то, что признано моей собственностью, а ты не смог устоять? Я приму тебя любого, барсучок. Пусть вор, пусть мошенник, но мой дорогой и бесценный друг.
– Маг Вилетта, – устало выдохнул он. – Вас ждёт мой помощник, чтобы написать заявление в суд. У меня нет больше слов.
–Скудный словарный запас, барсучок. Над этим мы еще поработаем.
Вилли покончила с сукном, захватывающее зрелище, даже Высший магистрат завороженно наблюдал за тем, как она умело вспорола обшивку и оставила после себя привычные разруху и безобразие. Но это меньшее, что она могла сделать.
Вилли выпорхнула из кабинета и тут же столкнулась с ещё одним достойным собеседником.
– Итуурчик, бурундучок, чего такой кислый? – девушка схватила его за рукав, и магистрат уже не вырвался.
Хотя старался, рванул так, что рукав треснул, и Вилли с интересом запихнула нос под меховую мантию.
– Мм… дустовым мылом моешься? Чешется? Давно чешется? Хочешь полечу?
– Миледи, – взвизгнул сварливый старикашка. – Руки уберите от меня!
– Ууу, какой зуд стоит? Итуряша, вовремя нужно обращаться. Здоровье беречь. Посмотри, как достало. Значится так, – притянула она рукав и тот окончательно пошёл по швам. – И не смей сопротивляться. Кожа сухая, дряблая, обвислая. Будем натягивать.
– Да я вам дамся только при смерти, зараза вы боевая! – отбивался тот. – Мне и прошлого раза хватило!
– А что было в прошлый раз? – расплылась она в сладенькой улыбочке. – Бурундучок, провалами в памяти страдать стала. Видно, старость подкралась. Небось в прошлый раз все закончилось хорошо?
– Ты… Вы… в прошлый раз, миледи, вы перхоть мне лечили! Насильно, после того как оцепенели. А излечили от волос. Не смейте даже приближаться ко мне!
– М-да, перхоти нет. Это прогресс, не находите? – она перехватила меховую накидку за другой рукав.
– Не нахожу. И много чего не нахожу после того оцепенения!
– Дружочек мой зудящий, твоя комната ровно под моей. И вот что я скажу. По ночам чувствую запах еды. Ты на кухне стряпню тыришь?
От подобного обвинения пожилой человек даже задохнулся и не сразу нашёлся с линией защиты, потому она продолжала:
– Это нервное, я знаю. У тебя зудит, ты потому не можешь остановиться. Прешь все, что съедобно. Я тебя не виню, – заговорщически прошептала она в его разгневанное лицо. – Но осуждаю. Фактически, что выходит? Я из-за тебя масло не доедаю.
– Да как у вас язык…
– Бурундучок, вижу в тебе ожидаемые нотки отрицания. Всякий мошенник не верит в свою вину. Это нормально, просто прими как данность и не сопротивляйся. Мы проведём тщательное расследование и поставим диагноз. С лечением я не задержу.
– Спасите! – завопил тот.
– Пока свободен, жди меня с обыском, – отпустила она рукав, и бурундучок юркнул в ближайшую норку, скрылся из виду так, что она не найдёт его до следующего раза.
Вилли шагнула в ближайшую дверь и застала помощника Зельтиура за постыдным делом. Аравид, задрав мантию, примерял шерстяные штаны с начесом и находил их тесноватыми в районе бёдер.
– Женские панталоны, – сделала вывод девушка и со знанием дела ткнула в спорное место. – Голос изменится, Аравидушка.
Молодой человек закатил глаза и повернулся спиной к гостье, чтобы она не ткнула в спорное место уже ногой. Она может, он знал наверняка и потому был настороже. Маг он слабый, возвысился до старших магистратов только потому, что славно выполнял секретарские обязанности и владел прекрасным почерком. А боевой маг девушка непредсказуемая, поначалу половину Храма положила в оцепенение, случайно, как всегда, ибо даже слова «Не торопись, крольчонок» воспринимала буквально. После того ее лишили всех артефактов, но и без них она опаснее василиска.
Аравидушка рванул к шкафчику с кристаллами и запер его на запор.
– Крольчонок, будь другом. Накатай заявление в суд. Две штуки.
– По поводу? – носился парень по кабинету и прятал все, до чего ее руки гарантированно дотянутся.
– Если коротко, то я подверглась насилию. Жизнь дальше потеряла смысл. Я видела тебя в трико.
– Ха, ты видела меня и без трико, – тряхнул головой тот. – И причём уже дважды. В первый раз после твоего удара я льдом обложил весь пах и застудился. Теперь нижние штаны подбираю. А второй раз ты в баню залезла, когда я пытался прогреть травму.
– Не залезла, а пришла с проверкой. Ты почему моешься, когда я обход совершаю?
– Фр… у меня много дел. Можно оставить меня в покое хотя бы на день?
– Не все штанцы перемерил? – заинтересовалась она и дотянулась-таки до вороха его бельишка. Пропало бельишко.
Аравид подскочил следом и вцепился в старые штаны. Они ещё греют и пока не давят в местах болезненных.
– Миледи, если нечем заняться, пишите сами своё заявление. Бумага и перо вам в помощь.
Вилли резко отпустила тряпьё, буквально влетела в его кресло и начала щёлкать шкафчиками в поисках принадлежностей. Секретарь запрыгнул на стол и всеми членами тела сдержал заветные дверки от ворвавшейся злодейки. Извернулся так, что вынул только один лист, одно перо и баночку чернил.