
Полная версия:
Последний свидетель
* * *
— Я пришла к вам через неделю. Вы не стали слушать. Точнее, сначала слушали, а потом появился ваш начальник. И разговор закончился.
Андрей помнил Антона Рогова, бывшего руководителя, который требовал закрыть дело. Но не помнил Ольгу в тот день. Он записал её слова, объяснил порядок передачи кассеты Рудневу и впервые за долгое время почувствовал не только страх, но и стыд. Разговор, который он не удосужился довести до конца, мог стоить человеку пятнадцати лет жизни.
ГЛАВА 6
Цена показаний
Кассету изучали осторожно: состояние ленты зафиксировали, затем получили рабочую копию. На стороне с надписью «Яна. 08.06.2004» сначала звучало тихое шипение, потом женский голос. Яна говорила, что получила запись с предупреждением о собственной смерти, и что кто-то знает подробности её детства. Несколько раз она просила невидимого собеседника оставить её в покое.
Раздались три удара в дверь.
— Кто там?
— Я из прокуратуры, — ответил мужчина.
— По какому делу? — спросила Яна.
— По вашему.
Андрей вздрогнул. Голос напоминал его собственный в молодости. При этом кассету переписывали, и качество было слишком низким для надёжной идентификации. Руднев остановил воспроизведение и спросил, мог ли Корнев находиться в квартире Яны вечером восьмого июня. Тот уверенно ответил, что нет: дело возбудили после обнаружения тела, он узнал имя потерпевшей девятого.
— Кто-то мог изобразить вас, — сказал Руднев. — Нужны иные сведения.
* * *
Когда из лаборатории сообщили о возможном монтаже, Андрей попросил дать ему не «процент похожести», а описание признаков. Специалист объяснил, что речь одного человека не превращается в речь другого без следов при достаточном качестве записи, но старые кассеты и многократное копирование меняют картину. Слова «может принадлежать» и «принадлежит» различаются сильнее, чем большинство людей допускает. Корнев записал это, чтобы потом не поддаться собственному желанию услышать на плёнке себя.
В оригинальной кассете часть магнитного слоя была повреждена на стыке фраз. На рабочей копии возник шум, напоминающий всхлип. Елена, присутствовавшая при коротком просмотре заключения, сказала, что слышит сестру. Руднев осторожно попросил её не слушать запись повторно до завершения исследования: навязчивое прослушивание могло смешать реальное воспоминание с тем, что человек ожидает услышать.
Андрей вышел на улицу и постоял возле машины. В июне 2004 года Яна записывала угрозы на магнитофон, потому что не верила людям, обещавшим защиту. Теперь её голос стал частью уголовного дела только после двадцати двух лет молчания. Пока запись оставалась записью, Яна продолжала быть не просто жертвой на фотографии, а человеком, который пытался оставить за собой право говорить.
* * *
Они проверили журналы регистрации, архивы дежурной части, служебные выезды. Ничего не указывало на посещение Корневым квартиры. Но в материалах осмотра обнаружились следы растворителя и металлическая коробка для аудиокассет, которая исчезла после изъятия. В её описании стояло «Контур-17, экземпляр № 8».
Под вечер Сумин передал через дочь старую записную книжку. На странице девятого июня была строка «Красное пальто, 02:43» и другой ручкой — «Подтверждать Елагина». Подлог показаний стал фактом, а не подозрением. Однако одна деталь мучила Андрея: если Яна записывала угрозы вечером восьмого, почему в записи человек за дверью говорил о деле, которое ещё не существовало? Неужели будущий убийца заранее подготовил не только преступление, но и последующую версию следствия?
ГЛАВА 7
Три семнадцать
В ночь с десятого на одиннадцатое января Сумин находился под наблюдением сотрудников полиции. Андрей не поехал к нему, хотя больше всего хотел убедиться, что старик переживёт указанное в угрозе время. Вместо этого он сидел напротив Руднева и смотрел на часы, пока следователь обсуждал версию психологического давления.
В комнате, где охраняли Сумина, было слишком тепло. Старик дважды просил приоткрыть форточку, но потом сам просил её закрыть. Один из сотрудников принёс чай. Николай Петрович держал чашку двумя руками.
— Вы бы моей дочери позвонили, — сказал он.
— Она знает, что с вами, — ответил сотрудник.
— Я не про это. Скажите, чтобы коробку из шкафа не выбрасывала. Квитанции там.
— Завтра сами скажете.
Сумин криво улыбнулся.
— Вчера я тоже думал, что завтра будет обычным днём.
Он долго смотрел на дверь. Когда охранник предложил включить телевизор, старик отказался. Ему было нужно слышать лестницу и звуки в прихожей. Так он надеялся отличить настоящую угрозу от той, что уже поселилась у него в голове.
— Преступник может ничего не сделать, — объяснял Павел. — Ему достаточно связать у вас цифры с ожиданием смерти. Вы начнёте принимать любые совпадения за доказательства его силы.
В 03:17 на служебный адрес поступил электронный документ: свидетельство о смерти Николая Сумина, с датой этого дня. Руднев сразу связался с охраной. Сумин отвечал грубо, жаловался на бессонницу и был жив. Свидетельство оказалось подделкой. Его регистрационный номер был скопирован из свидетельства о смерти Яны Березиной, приобщённого к старому делу.
* * *
В три семнадцать, когда поддельное свидетельство о смерти уже пришло, Руднев велел проверить не только отправителя, но и источник бланка. Номер документа оказался скопирован из старого дела, а герб был неправильно выровнен. Ошибка доказывала подделку, но не личность изготовителя. Специалист обнаружил в метаданных изображение, ранее сохранявшееся на сервере частной охранной фирмы. Это была первая техническая связь угроз с окружением Щукина.
Андрей предложил не сообщать эту находку свидетелям. Если преступник действительно следил за реакцией, отсутствие публичного ответа могло лишить его преимущества. Однако Сумин и без того нервничал. Он попросил убрать часы из комнаты. Полицейские объяснили, что могут помочь создать спокойную обстановку, но должны сохранять возможность фиксировать время. Старик согласился и долго смотрел в окно, откуда не было видно ни одной цифры.
К утру Андрей почувствовал жгучую усталость. На четвёртый час без сна ему начало казаться, что все часы в коридоре тикают синхронно, хотя одни были электронными. Он заставил себя выйти на воздух и пройти несколько кварталов. Было важно не превращать собственное истощение в новый аргумент в пользу сверхъестественного. На тротуаре таял снег, пахло выхлопами и хлебом из круглосуточной пекарни. Этот мир продолжал подчиняться вполне понятным законам.
* * *
Позвонила неизвестная женщина и сообщила, что документ «не того Сумина». Звонок быстро оборвался. Андрей обратил внимание на пометку в нижней части изображения: «Первый умер дважды». Возможно, преступник пытался внушить, что свидетельница Кротова уже была мертва в чьих-то документах. А возможно, он всего лишь ошибочно наложил один образец на другой. Важно было другое: у него имелся доступ к копиям старого дела.
Утром Сумин попросил передать ему бумагу для записей. Он хотел описать женщину в красном пальто, пока она снова не исчезла из памяти. Вместо портрета нарисовал зеркальце автомобиля и тёмное пятно на заднем сиденье. В отражении сидели двое. Он посмотрел на рисунок и попросил забрать его. «Я вспомнил ещё одного пассажира, — сказал старик. — Но я его не видел. Я только слышал, как он дышал».
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Полная версия книги
Всего 10 форматов

