Дракон и серебряная принцесса

Совершенно ни к чему!

Кивнув собственным мыслям, Тень взял чашу с водой и полотенце, вынул из-за голенища сапога нож и принялся аккуратно срезать с пленницы платье. Девушка сначала забеспокоилась, реагируя на холод чужих прикосновений, а потом, наоборот, затихла, задышала свободней и, слабо улыбнувшись, шепнула:

– Щекотно, мамочка.

Рука его дернулась, лезвие ударилось о край чаши, издав неприятный стук. Натали не проснулась, зато наемник вздрогнул.

Он сидел на широком ложе, где не раз проводил ночи, отдыхая от мирской суеты, и смотрел на принцессу, потерявшую в детстве обоих родителей, о чем она поведала ему на допросе. Неохотно, со скрипом, но все же рассказала.

Девочка, лишенная дома, родных… всего. Совсем как он. Неудивительно, что ему стало жаль ее.

Тихий перезвон колокольчиков сообщил о клиенте, жаждущем пообщаться по скай-хрону[10]. Тень не двинулся с места. Костяшки пальцев, сжимавших клинок, побелели от напряжения, глаза сузились, изучая девичье тело, в кровавых разводах которого была особая красота.

Он раздел Натали до пояса, но не тронул юбку. И теперь она пышным облаком укрывала ее стройные ножки.

Полуголая, беззащитная… спящая. Женщина-ребенок, зовущая во сне мамочку.

Тень так и сидел с ножом в руке, изучая свою добычу. Мелькнула мысль, что со стороны он походит на маньяка, готового препарировать жертву. Ассоциация вызвала кривую ухмылку, а очередной перезвон колокольчиков – прилив раздражения.

Динь-дилинь… динь-дилинь… Задолбали!

Тихо выругавшись, охотник спрятал клинок, отошел от принцессы и достал из рюкзака стеклянную сферу, чтобы ответить на вызов.

Бал выпускниц в небесном пансионе закончился, гости, прикупив себе юных дарований, отправились по домам – и новость о похищении невесты Эртана Риля вырвалась за стены замка. Долетела она, похоже, и до заказчика, который гневным голосом с визгливыми интонациями воскликнул:

– Какого дьяра ты ее не добил?! У нас же договор!

– Который я выполнил… частично, – скучающим тоном ответил наемник, чье лицо, как и руки, скрыла густая тень.

Фигура его тоже преобразилась – за спиной туманными крыльями заклубилась тьма. У нанимателя маскировка была попроще: всего лишь плащ с глубоким капюшоном да шарф с кожаными перчатками. Впрочем, этот нервный лэд мог и иллюзию использовать, чтобы изменить не только внешность, но и голос.

Наверняка изменил! На то он и таинственный дракон из правящего Дома, чью личность Тень так и не смог пока установить. Но это как раз поправимо.

– Объяснись! – не скрывая раздражения, потребовал заказчик.

– Достопочтенный лэд, насколько помню, хотел сорвать свадьбу Эртана Риля? Она не состоится. Убрать с дороги слепую девчонку в алом платье, чей портрет был прислан мне вместе с первой частью гонорара? Девушки больше нет.

– То есть ты все-таки закончил работу? – обрадовался снотворец. – Девка мертва?

Тень задумчиво вертел серебряную змейку, снятую с шеи Натали, и молчал. Был соблазн солгать и получить оставшиеся деньги с этого крикливого лэда, но интуиция подсказывала: рано или поздно маленькая ложь испортит ему репутацию.

Нет уж, с клиентами следует оставаться честным до конца. Без разницы, будет это конец мишени, заключенной сделки или самого клиента.

– Жива, – сказал Тень после продолжительной паузы, во время которой пальцы нанимателя нервно дергались, а его полупрозрачная фигура, возвышаясь над открытым скай-хроном, буквально источала напряжение.

– Тахэ! – скрипнул зубами заказчик. – Уничтожь ее, Тень! – приказал он, сжимая кулаки.

– Уничтожу… – Наемник снова помолчал, наблюдая за ним. Внешне ничто не указывало на принадлежность этого лэда к драконьему роду, но Тень не сомневался, что против Дома тысячи лиц строит козни кто-то из правящего клана – все нити вели туда. Возможно, это даже сам император, узревший в очередном сильном Доме нового врага. Кровавая подлость вполне в духе его величества. – Когда наиграюсь, тогда и уничтожу, – спокойно произнес он.

– Я плачу тебе не за игры с жертвой! – взвился собеседник.

Смерть принцессы была нужна ему позарез, что лишь убеждало Тень сохранить девушке жизнь, дабы разгадать тайну, связанную с ней. Если весь сыр-бор из-за элы, что ж, он примет ее в дар. Но вдруг тут сокрыто что-нибудь поинтересней?

Любопытно.

– В контракте не прописано, каким способом я должен устранить жертву. Так что позвольте мне делать мою работу, как я считаю нужным, лэд. И да, если вас что-то не устраивает, я, так и быть, верну невесту жениху – полагаю, он отстегнет за нее достойный выкуп, а вам выплачу неустойку за сорванный заказ.

– Просто. Ее. Убей! – с паузами между словами, придающими им особый вес, проговорил наниматель, а потом оборвал связь, видимо, чтобы выместить злость на тех, кто находился под рукой.

Тень самодовольно ухмыльнулся, разгоняя тьму, сгустившуюся вокруг него, – довести до бешенства этого скользкого лэда оказалось на удивление приятно.

– Значит, ты меня все-таки убьешь.

Он услышал тихий голос за спиной и медленно обернулся, чтобы увидеть сидящую на ложе девушку, которая прикрывала грудь краем длинного подола, будто алой простыней.

Она смотрела прямо на него, и на мгновение ему показалось, что принцесса вовсе не слепая.

– Устранить цель можно по-разному, – сказал Тень без неуместных сейчас мягкости и лжи. – Я сотру с лица земли ее высочество Натальеру Ла-Рош, но на свет вполне может появиться Натали… какую фамилию, кстати, хочешь?

– Лагода. – По лицу ее скользнула слабая улыбка, но тут же снова померкла, уступив место тревоге. – Значит, не убьешь? Но ты сказал ему… – Она нахмурилась, не договорив. Потом вскинула голову и снова посмотрела… не на него, а куда-то сквозь. – Какие у меня гарантии?

– Никаких, – по-прежнему спокойно ответил Тень. – Разве что мое слово.

– Если не убьешь меня – значит, солжешь тому лэду, который тебя нанял. Что же мешает солгать и мне?

– Ничего. – Он подошел к ней, присел рядом на кровать и положил перед девушкой кулон, от которого фонило магией. Можно было и не возвращать, конечно, но… вдруг это память о ее родных? – Только убивать тебя я все же не стану. У меня на твой счет другие планы, принцесса.

Девушка сжалась вся, ссутулилась, пряча за тонкой тканью и скрещенными руками пахнущее кровью тело. О чем подумала эта глупышка? Неужели решила, что его интересуют ее женские прелести?

Тень усмехнулся, невольно рассматривая пленницу именно в качестве любовницы. Среднего для человечки роста – для него же и вовсе маленькая. Худенькая, хотя в определенных местах есть за что подержаться. А еще дрожащая, как розовый бутон на ветру, растрепанная и с черными разводами под глазами.

М-да, помыть бы ее, так ведь только утвердится в своем ошибочном мнении. Как же тогда поступить?

– Искупаться хочешь? – спросил он, трогая ее лоб, – жара, слава небесам, не было. – Без меня, – добавил, угадав сомнения принцессы.

– Хочу, – прошептала она. А потом с надеждой, от которой у него что-то екнуло внутри, попросила: – Сдержи обещание, Тень. Пожалуйста! Подари мне новую жизнь. И я тоже выполню условия нашей сделки.

Глава 3. Остров семи богов

Таис нервничала, хотя, по идее, должна была прыгать от радости, ведь с ней заключил контракт один из ведущих модельеров всемирьяна. Худощавый длинный радариец с жабо и воротником из сине-зеленых перьев, беленым лицом с тонкими черными губами и подведенными тушью разноцветными глазами.

Он и его подмастерья диктовали моду десятки лет, создавали новые течения, меняли застарелые убеждения, вдохновляли, провоцировали – короче, делали все то, частью чего так мечтала стать огненная саламандра.

Если честно, она даже не надеялась, что на ярмарку талантов явится сам лэдледро Ловаль, но он все-таки приехал. Для существ, по каким-либо причинам скрывающих свой истинный облик под слоем грима, иллюзий или чего-то другого, во всемирьяне было официально введено обращение лэдледро.

И в Лимборо – яркой, жаркой столице Радарии, где каждый месяц проходили грандиозные карнавалы, устраивались незабываемые фестивали и, конечно же, проводились самые невероятные показы мод, лэдледро было пруд пруди.

Не потому, что эти люди и нелюди от кого-то прятались (хотя и такие встречались) – просто им нравилось менять образы, эпатируя публику.

Смелые, дерзкие, свободные, полные гениальных идей и прекрасных возможностей, они вели жизнь, разительно отличавшуюся от унылых будней небесного пансиона.

Отныне Таис Рэнидар предстояло влиться в их дружный коллектив на правах ученицы непревзойденного гения, который искренне верил, что девушка станет новой звездой на творческом небосводе Лимборо.

В другой обстановке Таис переполняло бы счастье, но… она никак не могла перестать думать о подруге, похищенной с бала наемным убийцей по прозвищу Тень. И если воспитанницы о нем ничего не слышали, так как долгие годы были изолированы от мира, гости, явившиеся на торги, знали о громких деяниях этого киллера.

Шило, как известно, в мешке не утаишь – очень скоро выпускницы выяснили, и кто такой Тень, и чем это грозит их однокурснице. Некоторых девиц новости даже порадовали.

Завистливые крысы!

– Чем так опечалена прекрасная леда?

Голос нанимателя завораживал и будто обволакивал, успокаивая. Мурлыкающие нотки, мягкие интонации…

Ловаль был в глазах ящерки богом искусства, примером для подражания, некой недосягаемой величиной… которая внезапно стала реальной и близкой.

Достаточно протянуть руку, чтобы почувствовать шелк роскошных перьев его мрачного наряда. Терпкий аромат, исходивший от собеседника, кружил голову, дурманил и усыплял.

Не будь саламандра так обеспокоена судьбой подруги, она задремала бы под мерный перестук колес и плавное покачивание кареты. До сияющего огнями Лимборо было еще несколько часов пути, а темный лес за окном не вызывал особого любопытства в отличие от спутника.

– Натальера мне практически сестра, – сказала Таис то, что уже не раз говорила своему нанимателю, заинтересованному ее рассеянностью и хмурым видом. – Я не могу перестать волноваться. Вы же сами говорили: эмоции – неотъемлемая часть творчества. Значит, это правильно… переживать?

Она неуверенно взглянула на него.

– Эмоции, безусловно, важны и нужны, но, – Ловаль сделал паузу, подняв указательный палец с длинным загнутым ногтем цвета морской волны, – если постоянно страдать из-за того, на что ты неспособна повлиять – можно застрять в этом состоянии и лишиться полета фантазии, за который, собственно, я тебя и выбрал.

– Я поняла вас, лэдледро.

Таис потупила взор. Будь она на ногах, сделала бы вежливый книксен, а так лишь склонила голову и чуть закусила губу, чувствуя свою неправоту. Портить отношения с маэстро высокой моды, на которого готова была молиться, она не хотела.

В конце концов переживания можно и спрятать: глубоко и надолго, чтобы никто о них не узнал, даже этот до жути внимательный человек.

Или не человек – среди радарийцев ведь так много оборотней. Так что с расой, к которой принадлежит ее новый хозяин, ящерка пока не определилась.

– Вовсе нет, леда! – подозрительно весело воскликнул наниматель. – Вы совершенно меня не поняли, – огорошил он. – Я не хочу, чтобы вы забыли о своей подруге в угоду моей прихоти. Я предлагаю вам начать что-то делать, как-то решать эту проблему, а не грустить, ничего не предпринимая. Действие – лучшее лекарство от хандры, поверьте опыту. – Его накрашенные черной краской губы раздвинулись, обнажив ряд ровных белоснежных зубов. – Так понятней? – И без того угловатая бровь, казалось, заострилась сильнее, когда он ее вопросительно изогнул.

– Что, на ваш взгляд, можно предпринять? – оживилась саламандра, меняя позу.

До этого она растекалась по удобному сиденью, испытывая усталость и тревогу. Сейчас же вся подобралась, распрямила спину, расправила плечи и чуть наклонилась вперед, будто хотела стать ближе к собеседнику.

– А что в ваших силах, Таис? – Он впервые назвал ее по имени, как старую знакомую. – Вырвать подругу из лап убийцы? Сомневаюсь. – Девушка пожала плечами, невольно думая, что, окажись этот теневой урод рядом без его магического портала, она именно так бы и поступила – злость всегда придавала ей сил. – Но выяснить судьбу похищенной принцессы и, если она до сих пор жива, перекупить ее… хм, это можно устроить, – продолжал рассуждать лэдледро, задумчиво поглаживая подушечкой указательного пальца один из своих роскошных «когтей».

– Перекупить? – не поверила собственным ушам Таис.

– Почему нет? Тень – наемник, позер и далеко не дурак. Не просто же так он лишь ранил вашу подругу. – Достав из саквояжа, украшенного сине-зелеными бабочками, свой личный скай-хрон, мастер протянул его Таис. – До города еще далеко, а тебе, как я вижу, не спится, – перешел на «ты» Ловаль. – На вот, посмотри последние новости в магической «паутине», поищи сведения о Тени и его жертвах. Давай, леда, действуй! Не заставляй меня пожалеть о контракте, который мы с тобой заключили, – странно улыбаясь, проговорил он.

Саламандра непременно бы насторожилась, заметив эту улыбку, не будь она так поглощена сокровищем, попавшим в ее руки.

Это же целый мир на ладони! Нет! Не мир – всемирьян! Море информации и уникальная возможность найти след Натали, который она точно не упустит.

В пещере…

Я очнулась от совсем невежливой встряски и в первый момент даже не поняла, где нахожусь, и что происходит. Хотелось, чтобы кошмар последних суток оказался просто сном, но сном была маленькая студия, где я жила пару лет, реальность же продолжала «радовать» мрачными красками и внезапно ароматом свежей выпечки.

Растерянно моргая, я села на постели, с которой ночью киллер снял покрывало, чтобы уложить меня после купания.

Эта кровать, как и каменный бассейн со стекающей в него водой, и стол, на котором меня оперировал крибикус, являлись неотъемлемой частью скалы.

Представить страшно, кто и сколько времени убил на выдалбливание из камня такой фундаментальной мебели. Месяцы или даже годы. Ведь каждая деталь имела характерный узор и, уверена, была настоящим произведением искусства.

Тень обустроил свою нору по высшему разряду. Даже запасся несколькими сортами волшебной пыли. Щепотка одной опресняла воду, другой – подогревала, третьей – очищала.

Пещера напоминала просторную квартиру со всеми удобствами. Тут были и большая ванная комната, и отдельная уборная, и спальня, совмещенная со столовой, а еще огромный зал, напоминавший склад.

Сунуть туда нос мне, увы, не дали, но, проходя мимо, я заметила свечение, идущее от разбросанных повсюду предметов, и мысленно назвала эту запретную комнату сокровищницей чудовища.

Не имея возможности увидеть интерьер во всей красе, я вообразила себе похожую на вампирский замок обстановку. И только постельные принадлежности оказались самые что ни на есть обычные: пара подушек, одеяло, простыня поверх матраса. Наверное, поэтому мне и приснился дом, а не логово убийцы.

Вздохнув, я вопросительно посмотрела на призрачного монстра, возвышавшегося над ложем подобно мрачной черной горе. А запах сладких булочек продолжал щекотать ноздри, прогоняя сонливость.

Живот предательски заурчал, напоминая о голоде. Когда я последний раз ела? То ритуалы странные, то нервный мандраж перед ярмаркой талантов, потом операция, купание и сон. Даже обещанный ужин мне так и не достался.

– Одевайся. – Тень бросил на кровать вещевой мешок, по которому я провела рукой, чтобы изучить подарок. – Кстати… я кое-что тебе задолжал, – добавил он, положив рядом бумажный пакет с тем самым умопомрачительным ароматом, который будил лучше любой тряски.

Судя по всему, после очередной порции обезболивающего зелья дрыхла я тут одна, наемник же шастал по магазинам.

– Булочки? – сглотнула, разворачивая угощение.

– Вообще-то, пирожки, но точно вкусные, – с иронией ответил мой кормилец.

А что? Все правильно! Мы в ответе за тех, кого приручили. Хотя в его случае правильней сказать – кого не добили. Раз похитил, пусть теперь обеспечивает: лекарствами, одеждой, едой. Не вечно же мне в его рубашке ходить!

– Вкусные, – прожевав кусочек, подтвердила я. – Очень-очень вкусные! – И даже глаза прикрыла от удовольствия. Как молодой воспитанной леде, мне, конечно, следовало сначала умыться и расчесаться, ибо волосы за ночь сильно спутались, несмотря на косу, заплетенную после мытья. Потом сесть за стол (или где тут принято обедать?), а не трескать теплую сдобу прямо в постели, еще и второпях. Но есть хотелось так сильно, что я ничего не могла с собой поделать. – А там… – неопределенно махнула рукой, указывая на принесенные им вещи, но не договорила, ибо с набитым ртом это сделать оказалось сложновато.

– Еще пирожки. – Тень усмехнулся, наблюдая за мной.

– Да не там! – Я ткнула пальцем в мешок, лежавший рядом с пакетом. – Тут!

– Вода в дорогу, комплект женской одежды твоего, надеюсь, размера и обувь. Не тащить же тебя на остров семи богов в босоножках и моей рубахе.

– Куда-куда тащить?

Я чуть не подавилась от таких новостей. Так и застыла с надкусанным кулинарным шедевром, растерянно глядя на призрачное чудовище, посулившее мне только что очередную незабываемую пакость. Я ведь едва поверила, что жизнь налаживается… Зря!

– А что ты хотела, принцесса? – Тень сунул руку в пакет, и я невольно поймала себя на мысли, что с жадностью прислушиваюсь к его шуршанию. Видать, и правда оголодала, раз готова была покусать его за один украденный пирожок. – Ритуал по изъятию элы следует проводить под строгим контролем жрецов там, где есть божественное присутствие. Таких мест немного, и остров из них ближе всего.

– Но он же опасен, – прошептала я, вспоминая лекции, которые нам читали в пансионе.

– Жизнь вообще штука опасная. Кому, как не тебе, это знать. – Он снова иронизировал, а я недовольно сопела и старательно пережевывала ягодную начинку, вкус которой скрашивал ситуацию.

Еще бы жизни не быть опасной, когда все вокруг жаждут моей смерти, а кто не хочет убить, тому все равно что-нибудь да нужно.

И я еще считала, что участь вундеркинда тяжела? Ха, наивная! Вот оказаться похищенной принцессой с мишенью на лбу – действительно тошно. А ненавистной малолеткой для одноклассников и одногруппников – фигня!

Я прекрасно понимала, почему меня не любили в школе и сторонились в консерватории. Кому понравится пигалица, которая младше всех минимум на два года, но при этом учится на равных, а местами и лучше остальных. Таких не любят: им завидуют, их презирают, а порой и гнобят.

Оглядываясь назад, я все больше думала, что учеба мне давалась легко вовсе не из-за большого ума, а благодаря магии, которая жила все это время во мне, никак себя не проявляя. Или проявляя – ведь особое зрение тоже не просто так появилось.

– Сама оденешься или помочь? – отвлек меня от размышлений Тень.

– Доесть хотя бы можно? – пробормотала я, недовольно покосившись на своего мучителя.

– Доедай, – милостиво разрешил тот.

Странно, но бояться его я перестала – поверила, что убивать меня он не станет, во всяком случае, пока. И воспоминания из детства, полные таких же черных чудищ, как-то сами собой отделились от Тени.

Я смотрела на него, видела знакомый силуэт, но не связывала наемника с убийцами моей семьи, хотя, наверное, стоило. Если не он, то его сородичи семь лет назад устроили бойню в нашем дворце.

Так что расслабляться мне точно нельзя. Одежда, пирожки, беседы – все это лишь иллюзия заботы, призванная усыпить мою бдительность. Киллер печется обо мне, пока не получил мою силу, а я ведусь на эти крохи внимания, как дурочка, подсознательно ища защитника.

Пора уже повзрослеть, Натали!

– Что будет потом… когда мы проведем ритуал? – спросила я, доев пирожок.

– Потом и узнаешь, – сказал гадский гад, лишний раз убедив меня в своей гадостности.

Что ему стоило рассказать о планах? Или игра на нервах – его любимое развлечение?

– Мерзавец, – процедила я на русском, уверенная, что он не знает земные языки.

– Принцесса, – бросил Тень с пренебрежением. – Одевайся, соня. Я не намерен ждать тебя до утра. Чем скорее закончим наши дела, тем быстрее расстанемся. Ты же хочешь избавиться от моей компании?

– Очень! – Я с сосредоточенным видом принялась разбирать вещи, которые мне принес киллер.

Елки-моталки! Я что… в ЭТОМ должна идти на туманный остров, полный разных хищных тварей?! Да он издевается!

Утром…

Золотисто-розовые разводы окрасили посветлевшее небо, одели в лиловые наряды горы, зажгли яркие блики на их острых макушках и высекли искры на тихой воде. Погода стояла на редкость благоприятная для этого края, а вид, открывающийся с палубы летучего корабля, поражал воображение.

Но Эртану Рилю было не до красот чужого мира. Он смотрел на пейзаж не потому, что хотел полюбоваться природой – созерцание скалистого берега, похожего на разинутую пасть гигантского левиафана, и безмятежного моря, в котором, как в зеркале, отражались камни, притупляло желание убивать.

Порой дракон ловил себя на мысли: застрели Тень принцессу прямо на сцене, ему было бы легче смириться. Неизвестность давила на нервы, и затянувшееся ожидание новостей лишь усугубляло положение.

– Вы нашли ее, леда Мора? – в который раз за их продолжительный полет поинтересовался Эртан.

Голос его звучал ровно и холодно, хотя эмоции внутри клокотали. Глава Дома тысячи лиц чувствовал себя униженным и оскорбленным. Все его грандиозные планы шли к Тахэ под хвост! В то время как в каждом из девятнадцати миров ему сейчас перемывали кости, обсуждая «великого и ужасного» дракона, неспособного отбить у киллера собственную избранницу.

Это бесило до звездочек перед гневно прищуренными глазами. Неудивительно, что он не мог проникнуться великолепием морского пейзажа – голова была занята другим. Сжимая деревянные перила, Эртан думал о мести, которой жаждал ничуть не меньше, нежели возвращения невесты.

– Вы нашли Натальеру или нет?! – повторил дракон с нажимом и обернулся, чтобы окинуть взглядом ведьму. Она делала какие-то пассы руками, сосредоточенно всматриваясь в скалистую гряду и что-то тихо бормотала себе под нос, не реагируя на его слова. Утомила! – Сколько можно колдовать? – теряя терпение, рявкнул Эртан. – Она здесь или нет? Просто ответь мне!

– Нет! – огрызнулась хозяйка пансиона, сверкнув глазами.

Он снова ей тыкал, но указывать ему на невежливое обращение леда Мора не стала – ну его к дьяру… этого чешуйчатого психа!

– Тогда зачем мы сюда явились? – обманчиво спокойно уточнил дракон.

– Моя воспитанница была здесь, – упрямо заявила ведьма.

– А сейчас нет?

– Именно! И не смотрите на меня так, будто хотите испепелить, – гордо вскинула голову она, безошибочно угадав его мысли. – Я сделала свою работу – нашла район, где наемник держал Натальеру. И ее бы тоже отыскала, не исчезни она так внезапно из этого мира.

– Исчезла! И почему я не удивлен? – Смех дракона был хриплым и злым, а когти, впившиеся в перила, оставили след на дереве. – Что теперь? Начнете заново плести свои дурацкие заклинания, гоняясь за ускользающими нитями-связями?

– У вас есть лучшее предложение?

– Есть. – Он смерил ее взглядом, уделив особое внимание бледному узкому лицу без единой морщинки, на котором, как два уголька, горели черные, чуть раскосые глаза. – Я намерен обратиться к снотворцам.

– Они же заказали убийство вашей невесты, – удивилась леда Мора.

– Снотворцев много – заказчик один. Сомневаюсь, что весь Дом тысячи снов участвовал в заговоре против меня, – криво улыбнулся дракон. – Есть пара друзей, которые не откажут мне в услуге, – сказал он и вспомнил: в Доме тысячи теней у него тоже были друзья, что не помешало их всех убить во славу мнительного императора.

– Поиск через сны, конечно, эффективен. – Ведьма задумчиво погладила острый подбородок, переведя взгляд с физиономии лэда Риля на водную гладь. – Но я бы на вашем месте не рисковала. Есть и другие способы найти Натальеру. Нанять «псов»[11] из четвертого мира, обратиться к проверенным ясновидящим или, к примеру, созвать ковен белых ведьм, чтобы общими усилиями вычислить место, где сейчас прячет пленницу Тень.

– Еще можно попробовать связаться с ним через магическую «паутину» и поинтересоваться: какого дьяра он это делает, – подсказал чародей из свиты лэда Риля. Его дракон вызвал к себе, как только покинул пансион. Эртан и ведьма уставились на седеющего бородача с редким даром странника, а тот невозмутимо произнес, не испытывая никакой неловкости от бесцеремонного вмешательства в чужой разговор. – Полагаю, этот ушлый киллер решил отдать добычу тому, кто больше заплатит. И если мои догадки верны…

– Я разорюсь! – мрачно буркнул дракон, покосившись на леду Мору. – Одной заплати, другому заплати… а девчонки как не было, так и нет. Стоит ли маленькая принцесса таких усилий?