скачать книгу бесплатно
Учебник. Правовое регулирование недвижимости
Николай Михайлович Голованов
Владимир Борисович Гольцов
Учебник «Правовое регулирование недвижимости» предназначен для студентов высших и средних профессиональных учебных заведений в соответствии с федеральными государственными образовательными стандартами соответствующего уровня и профиля с учетом специфики изучаемых предметов по специальности.В учебнике нашли отражение опубликованные ранее авторские работы, связанные с предлагаемой тематикой. В основе учебника находятся исторические аспекты недвижимости в России, распространенные виды сделок с недвижимостью; условия действительности сделок с недвижимостью; сделки с недвижимостью, признаваемые недействительными; наиболее известные договоры, заключаемые с недвижимым имуществом. Учебник снабжен образцами наиболее востребованных в практике заключения договоров с недвижимостью.Текст учебника базируется на законодательстве по состоянию на 01.01.2024 года.
Николай Голованов, Владимир Гольцов
Учебник. Правовое регулирование недвижимости
Учебник «Правовое регулирование недвижимости» предназначен для студентов высших и средних профессиональных учебных заведений в соответствии с федеральными государственными образовательными стандартами соответствующего уровня и профиля с учетом специфики изучаемых предметов по специальности.
В учебнике нашли отражение опубликованные ранее авторские работы, связанные с предлагаемой тематикой.В основе учебника находятся исторические аспекты недвижимости в России, распространенные виды сделок с недвижимостью; условия действительности сделок с недвижимостью; сделки с недвижимостью, признаваемые недействительными; наиболее известные договоры, заключаемые с недвижимым имуществом. Учебник снабжен образцами наиболее востребованных в практике заключения договоров с недвижимостью.
Текст учебника базируется на законодательстве по состоянию на 01.01.2024 года.
© Гольцов В.Б., Голованов Н.М.
2024
ВВЕДЕНИЕ
Юридическая конструкция недвижимости, определяемая в законодательстве как имущество, находящееся в гражданском обороте и связанное с земельными участками и участками недр, в том числе капитальные здания, иные дорогостоящие и предназначенные для длительного использования сооружения, нуждается в совершенствовании, поскольку не отражает всех признаков, характеризующих другие объекты недвижимости, которые, могут быть и не связаны с землей. В то же время необходимо отметить, что правильное понимание и определение юридической конструкции недвижимости, является одним из важнейших условий нормального функционирования российской экономической системы. Именно поэтому правовому регулированию отношений, которые касаются недвижимости, уделяется особое внимание законодателем в целях надлежащей организации современного гражданского оборота. Пробелы в правовой основе недвижимости, ошибочные решения в данной области общественных отношений неминуемо отрицательно скажутся на многих факторах экономического и социально-политического развития Российской Федерации и, соответственно, требуют устранения.
В настоящее время сфера правового регулирования оборота недвижимости переживает период интенсивного реформирования, осуществляемого на основе Концепции развития законодательства о недвижимости, разработанной в 2008 году Советом при Президенте РФ по кодификации гражданского законодательства, в составе ведущих специалистов в области цивилистики. В том числе В. В. Витрянского, В. М. Жуйкова О. М. Козырь, А. А. Маковской, Е. А. Суханова и др.
Несмотря на то, что в Концепции определены общие рамки и начала реформирования законодательства о недвижимости, тем не менее многие противоречия правового плана в ней разрешение не нашли.
Вызывает одобрения, что в Концепции разработаны меры для уточнения определения недвижимости и расширения круга объектов, подлежащих регулированию, а также введено подробное регулирование их статуса. Важно отметить, что применяются общие положения гражданского законодательства о вещах к недвижимости; ограничиваются случаи возникновения общего права долевой собственности на недвижимость; устанавливается принцип "единого объекта" недвижимости, объединяющего земельный участок и построенные на нем сооружения, принадлежащие одному владельцу; установление чёткого определения объектов общего пользования в нежилых зданиях; закрепление правил о консолидации помещений в здании как способа образования одной недвижимой вещи (здания); введение понятия объекта незавершенного строительства; процесс установления новой системы вещных прав, которая включает в себя различные виды прав.
Часть приведённых выше положений нашла своё отражение в действующем гражданском законодательстве, и об этом пойдёт речь в предлагаемом учебнике, другая часть еще нуждается в нормотворческой реализации и включения в правоприменительную практику.
Содержание учебника соответствует федеральному государственному образовательному стандарту специалистов, подготавливаемых уровней, с учетом специфики изучаемых предметов по специальностям, связанным со строительством. В учебнике освещаются исторические аспекты недвижимости в России, понятие и виды недвижимости; сделки с недвижимостью и условия их действительности; договоры, заключаемые с недвижимым имуществом.
В настоящем учебнике представлены точки зрения и работы, которые ранее были опубликованы авторами в статьях и иных учебных источниках. Учебник снабжен образцами договоров с недвижимостью, представляющих определённую сложность в описании предмета договора, прав и обязанностей его сторон, ответственности за нарушение договорных условий, форс-мажорных обстоятельств.
Учебник рассчитан на студентов высшего и среднего профиля обучения. Его содержание может представлять интерес для преподавателей, ведущих курс гражданского права в учебных заведениях среднего и высшего образования, практикующих юристов, иных лиц, интересующихся проблемами частноправового регулирования сложных отношений с недвижимостью.
РАЗДЕЛ 1. ОСНОВЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ НЕДВИЖИМОСТИ
ГЛАВА 1. ИСТОРИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ РАЗВИТИЯ НЕДВИЖИМОСТИ В РОССИИ
1.1.История становления и развития норм гражданского законодательства об объектах недвижимости
Термин «недвижимость» впервые появился в отечественном гражданском законодательстве в 1714 году, в изданном Петром I Указе «О порядке наследования в движимых и недвижимых имуществах». К последним относились:
– «вотчина» (наследственное владение землей с находящимися на ней постройками, инвентарем, а также «правами на холопов»);
– «поместье» (личное земельное владение, предоставлявшееся под условие несения воинской или государственной службу, на период такой службы);
– «имение» (земельное владение с усадьбой – комплексом жилых и хозяйственных построек, садами и т.п., полученное в дар, по наследству, в виде приданого, за военные заслуги от царя, приобретенное при покупке, в том числе на торгах, и т.п.);
– дом;
– «двор» (участок земли, прилегающий к дому, с жилыми или хозяйственными постройками);
– «лавка» (помещение для торговли);
– земля (в виде земельного участка);
– деревня (небольшое селение, где не было церкви, в отличие от сел, где церковь была)1.
По сути дела, к объектам недвижимости в этот период времени относились некоторые земельные ценности, будь то земельные участки с расположенными на них строениями и насаждениями, а в случаях, специально указанных в законе, и с проживающими на них людьми. Такой подход к пониманию недвижимости, с незначительными изменениями, сохранялся вплоть до конца ХIХ века. При этом каких-либо определений недвижимости, недвижимому имуществу и недвижимой вещи законодатель не давал. Все они рассматривались как однопорядковые. Корректировался только перечень своеобразных объектов недвижимости.
Так, по Своду законов Российской империи 1832 года2 из недвижимостей были исключены «вотчина», «поместье», «имение», сблизившееся к тому времени по своему содержанию. Заменил эти понятия термин «земельный участок». В перечень недвижимостей были добавлены «угодья», заводы, фабрики, «всякие строения», пустые дворовые места. Сохранились в качестве недвижимостей «двор», «лавка», «деревня» (ст. 384).
Земли по Своду законов подразделялись на населенные и ненаселенные. Принадлежностями населенных земель считались расположенные на них церковные строения, господские и крестьянские дома, дворы, мельницы, мосты, плотины, «гати» (ст. 386). Принадлежностями как населенных, так и ненаселенных земель объявлялись реки, озера, дороги, мосты, недра (ст. 387).
Особо выделялись принадлежности фабрик и заводов, к которым относилось имущество, необходимое для производственной деятельности, а также приписанные к ним деревни и крестьяне, земли, покосы, леса, «руды» и «другие ископаемые» (ст. 388).
Как видим, недвижимостями считалось всё то, что вообще не подлежало перемещению в силу их физических свойств (земельные участки, водные объекты, недра, дома, церкви, дороги), и то, что можно было разобрать и перенести (гати), а также имущество, используемое в производственной сфере, включая людей (заводы, фабрики, деревни).
В последующих изданиях Свода законов содержалось «Положение о сельском состоянии», где были сосредоточены нормы о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости, и «Положение о бывших государственных крестьянах», что ознаменовало их исключение из принадлежностей недвижимости.
Поскольку понятия «недвижимое имущество» и квалифицирующих его признаков, по которым можно было бы непосредственно определить разницу между движимыми и недвижимыми вещами, в приведенных законодательных актах не содержалось, постольку в вопросах недвижимости приходилось ориентироваться только на их исчерпывающие перечни, установленные законодателем. Это дало повод правоведам, разрабатывавшим теорию гражданского права, обратиться к критериям выделения возводимой на земле недвижимости из общей массы вещей.
Так, значительная группа ученых, и, в частности, К. Д. Кавелин3, К. И. Малышев4, К. Н. Анненков5, отстаивала мнение, что недвижимость – это такая вещь, которая, будучи прочно связана с землей, «не может быть перенесена из одного места в другое без ее повреждения». Степень прочной связи с землей, как и характер возможных повреждений при перемещении вещи не уточнялись.
Н. Ф. Рождественский предложил дополнить критерий прочной связи недвижимой вещи с землей указанием на такие ее повреждения при перемещении, которые влияют на «сущность и форму» вещи6. Однако эти добавления мало что изменили в понимании недвижимости. И действительно, жилой дом при перемещении мог потерять «сущность жилого», но приобрести «сущность производственного», лишиться одних своих фрагментов, но восстановить их или приобрести другие.
Ряд ученых не соглашался с безусловной привязкой недвижимости к невозможности ее передвижения, апеллируя к развитию технических средств, которые могут позволить это сделать в будущем. Данной точки зрения придерживались Г. Ф. Шершеневич7, В. И. Синайский8, Е. Н. Трубецкой9 и др. Г. Ф. Шершеневич, например, полагал, что критерий тесной связи объекта недвижимости с землей является дискуссионным, указывая на то, что данный вопрос не может быть принципиально решен с абсолютной точностью10.
Пытаясь преодолеть теоретические и практические сложности разграничения движимых и недвижимых вещей, К. П. Победоносцев предложил дополнить критерий прочной связи возводимого на земле объекта указанием на удовлетворение им «постоянной, а не временной хозяйственной цели»11. Л. А. Кассо полагал возможным дополнить этот критерий вещными и обязательственными правами на недвижимость12. Все эти добавления находились, однако, за пределами признаваемой всеми сущности недвижимости как имущества, состоящего из земли и находящихся на ней и неотделимых от нее объектов, и потому большинством правоведов поддержаны не были. То же самое касалось и высказанной В. Б. Ельяшевичем мысли о необходимости рассматривать в качестве объектов недвижимости «рукотворные» вещи, совпадающие с хозяйственным назначением самого земельного участка13. В соответствии с этим положением всё созданное человеком и находящееся на земельном участке независимо от прочной связи с ним становится недвижимостью, в том числе и то, что таким свойством не обладает.
Описание недвижимости, предложенное К. П. Победоносцевым, Л. А. Кассо и В. Б. Ельяшевичем, которое включает земельный участок, на котором находятся другие недвижимые и движимые объекты, объединенные с ним для общей хозяйственной цели и принадлежащие собственнику участка, не было признано законодателем ХIХ века, но получило признание российского законодателя конца ХХ века в терминах «предприятие» и «имущественный комплекс».
В связи с образованием СССР и принятием в 1922 году Гражданского кодекса РСФСР (ГК), произошли изменения в системе права, и деление вещей на движимые и недвижимые было отменено. Однозначно указывалось в примечании к статье 21 ГК РСФСР, что с отменой частной собственности на землю и ее переходом в собственность государства, такое деление стало неприменимым и необязательным для правового регулирования. Это связано с изъятием земли из отношений экономического оборота и ее признанием государственной собственностью.
Отвергнув деление вещей на движимые и недвижимые, советская правовая доктрина оперировала категориями «вещи потребляемые и непотребляемые», «личная собственность», «государственная собственность», «кооперативно-колхозная собственность», собственность кооперативных объединений», «собственность профсоюзных и других общественных организаций». В принятом в 1964 году Гражданском кодексе РСФСР был установлен правовой режим указанных объектов. Таким образом, в скрытой форме, в других терминах, но был сформирован свой (советский) перечень объектов недвижимости, ибо последнюю отвергнуть нельзя в силу того, что она носит объективный характер.
К личной собственности граждан относились: жилой дом, часть жилого дома, квартира в доме жилищно-строительного кооператива. Регулирование этих объектов осуществлялось ст. 105-110 ГК РСФСР.
В собственности колхозов, других кооперативных организаций и их объединений, профсоюзов и иных общественных организаций могли находиться здания и сооружения. Их регулировали главы 9-10 ГК РСФСР.
В исключительной государственной собственности, согласно главе 8, находились земля, ее недра, воды и леса, предоставлявшиеся другим лицам только в пользование. Здания, сооружения, основной городской жилищный фонд также относились к государственному имуществу, но без привязки к исключительной собственности государства.
В последние 10-15 лет существования СССР, термин «недвижимое имущество» вновь стал использоваться в нормотворческой практике. Сначала это происходило на уровне подзаконных нормативных правовых актах, о чем свидетельствует, например, Инструкция «О порядке учета, обеспечения сохранности, содержания, использования и реставрации недвижимых памятников истории и культуры» (объявлена приказом Министерства культуры СССР от 13 мая 1986 года № 203)14.
В конце 1990 году понятие «недвижимость» впервые после длительного отсутствия вернулось в действующее гражданское законодательство. Данный термин применительно к приобретательной давности был упомянут в п. 3 ст. 7 Закона «О собственности в РСФСР» от 24 декабря 1990 года № 443-1. Сопровождалось это снятием ограничений с возможности иметь в частной собственности граждан, причем в любом количестве, таких объектов, как земельные участки, жилые дома, квартиры, дачи, садовые дома, гаражи, здания, сооружения, предприятия, имущественные комплексы (ст. 10). Общественные организации могли иметь в собственности здания, сооружения и жилищный фонд (ст. 17).
В 1991 году на законодательном уровне введено деление имущества на движимое и недвижимое. В пункте 2 статьи 4 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик от 31 мая 1991 года № 2211-115 определены критерии для такого деления: для недвижимости – наличие прочной связи с землей, а для движимого имущества – возможность перемещения без существенного ущерба его хозяйственному назначению. Таким образом, если вещь нельзя переместить без значительного ущерба, это дополнительный критерий для ее отнесения к недвижимости.
Согласно Основам, недвижимым имуществом считаются земельные участки, здания, сооружения, предприятия, а также другие имущественные комплексы и многолетние насаждения. Особым новшеством являлось включение предприятий, других имущественных комплексов и многолетних насаждений в список недвижимости.
В пункте 2 статьи 4 также отмечалось, что законом может быть определено и другое имущество как недвижимое, то есть критерий прочной связи с землей не является единственным. Аналогично, закон позволял объявить недвижимым движимое имущество.
После распада СССР и принятия Гражданского кодекса 1994 года, который в последующие почти тридцать лет многократно дополнялся и уточнялся, в том числе в отношении недвижимости, все вышеперечисленные объекты в настоящее время рассматриваются как имущественные объекты, включая объекты незавершенного строительства, воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания, жилые и нежилые помещения, а также части зданий или сооружений, предназначенные для размещения транспорта.
Такие понятия как «недвижимое имущество», «недвижимая вещь», «недвижимость», рассматриваются в Гражданском кодексе РФ как идентичные, как и в законодательстве ХIХ века.
В п. 2 статьи 130 ГК РФ воспроизведена норма, известная Основам, которая допускает отнесение законом к недвижимым вещам и иного имущества. Эта возможность реализована в абз. 2 п. 1 ст. 132 ГК РФ и в ст. 133.1 ГК РФ указанием, что «недвижимостью является соответственно предприятие как имущественный комплекс и единый недвижимый комплекс».
Особенность предприятия как имущественного комплекса заключается в объединении в рамках данного понятия «всех видов имущества, необходимого для его производственной деятельности», причем как движимого, так и недвижимого, а также «прав требования, долгов, средств индивидуализации производимых товаров, работ, оказываемых услуг», исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности (абз. 2 п. 2 ст. 132 ГК РФ). Однако в практике встречаются достаточно курьезные случаи объявления предприятием, а значит и недвижимостью, такого имущественного комплекса, который, кроме счета в банке на незначительную сумму и права аренды помещения, ничего более может не иметь. С учетом особой ценности недвижимости для отношений экономического оборота, приравнивание к ней указанных предприятий выглядит нелогичным, и не соответствует отражаемому смыслу ст. 132 ГК РФ.
К единому недвижимому комплексу, по закону, относится совокупность зданий, сооружений, других вещей, связанных физически или технологически и объединенных единым назначением (железные дороги, линии электропередач, трубопроводы и др.) (ст. 133.1 ГК РФ). Отличие от предприятия заключается в том, что в единый недвижимый комплекс входят только вещи, а не права и обязанности, как в предприятии.
На сегодняшний день, текущее законодательство также пополняет перечень недвижимого имущества. К таковому отнесены:
– многоквартирные дома (п. 1 ст. 1 Федерального закона от 30 декабря 2004 года № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости»;
– жилые дома, квартиры и части жилых домов и квартир, состоящие из одной или нескольких изолированных комнат; дачи, садовые дома, гаражи и другие строения потребительского назначения (пп. 3-4 #E п. 1 ст. 5 Федерального закона от 16 июля 1998 года №102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)»;
– гидротехнические и иные сооружения, расположенные на водных объектах (ст. 22.1 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним»16 (далее Закон о регистрации).
Упоминание в первом варианте Гражданского кодекса РФ о лесах, многолетних насаждениях, обособленных водных объектах и космических объектах как недвижимых вещах в 2006 и 2015 годах из Гражданского кодекса РФ было исключено, что следует признать обоснованным.
Дело в том, что если иметь в виду принадлежность лесов, многолетних насаждений и водных объектов субъектам предпринимательской деятельности, то тогда они подлежат включению в имущественные комплексы, если же их соотносить с другими целями, не связанными с предпринимательством, то тогда они относятся к обычным земельным участкам.
Относительно «космических объектов» следует заметить, что употребление данного термина в ст. 130 ГК РФ являлось крайне неудачным, поскольку позволяло относить к таким объектам любое тело, перемещающееся в космосе, а не только летательный аппарат, созданный, запускаемый и управляемый человеком, на что приходилось обращать внимание в комментариях к этой статье. Кроме того, эти аппараты находятся, в основном, в собственности государства и имеют ограниченное использование в договорных отношениях контрагентов. Других причин исключения космических аппаратов из перечня недвижимостей не усматривается, так как другие летальные аппараты под названием «воздушные суда» в этом перечне ГК РФ сохранены.
В современном гражданском законодательстве все объекты, которые классифицируются как недвижимость, можно разделить на две группы: вещи с обоснованным статусом недвижимости и вещи с необоснованным статусом недвижимости17.
Вещи с обоснованным статусом недвижимости исторически утвердились и не вызывают сомнения. Данная группа вещей включает объекты, чей статус недвижимости подтверждён законом (абз. 1 п. 1 ст. 130 ГК РФ). В основном эти объекты ориентированы на их неперемещаемость в пространстве в силу того, что созданы либо самой природой (земля, недра), либо человеком для долговременного использования (здания, сооружения), не предполагающего их дальнейшего постоянного перемещения в пространстве, а потому воспринимаемых как единые (целостные) с землёй, хотя примеры сдвижения указанных объектов с их основного места в истории имеются. В науке для выделения таких недвижимостей из общей массы имущества используются в основном два критерия: прочная связь вещи с землей и невозможность перемещения вещи в пространстве без несоразмерного ущерба её основному хозяйственному назначению. Все они подлежат кадастровому учету, что можно считать дополнительным критерием для определения недвижимых вещей.
Вещи с необоснованным статусом недвижимости,включают в себя объекты, которыеприравнены к недвижимости по закону (абз. 2 и 3 п. 1 ст. 130 ГК РФ). По своей природе такие вещи не могут с полной уверенностью характеризоваться как недвижимость, или быть таковыми вообще, либо представляют собой совокупность движимого и недвижимого имущества, связанного общим хозяйственным назначением, а потому этот их статус вызывает сомнения и необходимость уточнения18. По сути дела, это юридические фикции. Применительно к ним используется критерий назначения вещи в соответствии со специальным указанием законодателя, а в ряде случаев и дополнительный критерий – подтверждение государственными органами статуса вещи как недвижимой. К недвижимостям с необоснованным статусом могут быть отнесены:
– жилые и нежилые помещения, а также части зданий и сооружений, предназначенные для размещения транспортных средств (машино-места). Данные объекты призваны удовлетворять бытовые потребности людей и производственные потребности юридических лиц и требуют описания в кадастровом учете (абз. 3 п. 1 ст. 130 ГК РФ). В отношении них нельзя четко сказать, кому принадлежат стены, полы и потолки соседних с ними помещений, частей зданий и сооружений, поскольку, все они – это некий объем пространства;
– совокупность движимого, недвижимого и другого имущества, связанного общим хозяйственным назначением (единый имущественный комплекс – предприятия (ст. 132 ГК РФ), а также единый недвижимый комплекс – линии электропередач, трубопроводы, железные дороги и другие подобные объекты (ст. 133.1 ГК РФ), требующие для своего возведения специального разрешения и кадастрового учета (никакие иные критерии, как то: временный или постоянный характер, протяженность, связь с иными объектами кроме земли, не используются).
К единому имущественному комплексу в действительности относится общее имущество многоквартирного дома, включающее в себя такие элементы, как помещения общего пользования (лестничные площадки, лифты, чердаки, подвалы и крыши), различное оборудование (механическое, электротехническое, санитарно-техническое) и земельный участок, на котором расположен многоквартирный дом, а также включающее приборы учета для отслеживания потребления коммунальных ресурсов и другие элементы;
– движимые по своим физическим свойствам вещи, предназначенные для передвижения по воздуху и воде и требующие государственной регистрации (абз. 2 п.1 ст. 130 ГК РФ).
Следует отметить, что и в западноевропейских странах, и в США также по- разному подходят к определению недвижимых вещей.
Так, в Великобритании право не знает деления вещей на движимые и недвижимые. Сами эти термины употребляются судами только при рассмотрении дел с участием иностранных лиц, согласно нормам международного частного права. На национальном уровне имущество подразделяется на реальное (realproperty) и персональное (personalproperty), в зависимости от вида иска, подаваемого в защиту нарушенного права. Реальное имущество защищается вещным иском о восстановлении владения; персональное – иском о возмещении убытков (получении денежной компенсации). Соответственно, в качестве реального может рассматриваться и недвижимое по своим свойствам имущество (земля, здания, сооружения) и движимое имущество, связанное с землей (урожай на корню, рабочий скот на ферме, сельскохозяйственный инвентарь), а также все права, связанные с принадлежностью этого имущества. Персональное имущество образуют арендные права, другие права, вытекающие из обязательственныхправоотношений, авторские права, патентные права.
В США, в отношении правового режима недвижимости, играют роль и федеральные законы, и законодательство отдельных штатов, причём последнее имеет преимущественное значение. Относительно недвижимости, однако, имеется общее понимание, что это земля и все объекты, связанные с ней, а также права на эти объекты, независимо от того является ли имущество материальным или нематериальным, находится ли оно на территории федерации или в любом другом месте, то есть независимо от юрисдикции других государств19.
Германское Гражданское Уложение (ГГУ) оперирует делением вещей на движимые (§ 923, 929, 937, 946) и земельные участки (§ 873, 925, 1113). Термином «недвижимость» ГГУ не оперирует, но в теории он присутствует. Недвижимыми, по ГГУ, являются только земельные участки. Все, что с ними связано, объявляются их составными частями (принадлежностями), которые рассматриваются как существенные или несущественные. К существенным составным частям относятся возведенные на земельном участке строения (жилые дома, дачи, производственные корпуса, капитальные ограды, мосты, бетонные пьедесталы и др.). Несущественными частями являются те, которые изначально предполагаются к отделению, то есть они соединены с земельным участком на временной основе (строительные леса, помосты, трибуны и т.п.) (§ 94). Составными, но не существенными частями земельного участка являются также права на него (§ 96). Речь идет о сервитутах, других обременениях земельного участка.
Французский гражданский кодекс (ФГК) относит к недвижимости вещи, являющиеся таковыми по своей природе, назначению или в силу «предмета», принадлежность которого они составляют (ст. 217 ФГК). Данное нормативное установление конкретизируется в нормах статей 517-526 ФГК, в которых указываются объекты недвижимости и обстоятельства, определяющие их правовой режим. К недвижимым вещам относятся и те, что прочно связаны с землёй (недвижимость по природе), и те, что не имеет к ней никакого отношения, но объявляются таковыми (недвижимость по назначению), и права, относящиеся к недвижимости – узуфрукт20 на недвижимые вещи, сервитуты, земельные повинностии возможность подавать иск для восстановления правомерного владения недвижимым имуществом, находящимся в чужом незаконном владении (недвижимость вследствие предмета, к которому она относится)( ст. 517 – 525 ГК РФ)
В других странах Западной Европы законодательство о недвижимости тяготеет или к германской, или к французской модели правового регулирования.
Таким образом, подходы российского законодателя к определению недвижимости в большей степени совпадают с подходами французского законодателя, хотя более последователен в определении недвижимости законодатель германский, который исходит из того, что к недвижимости относится только земельный участок с его существенными принадлежностями, неотделимыми от него. Думается, что в этом направлении должно развиваться и российское гражданское законодательство, в противном случае оно будет обречено на постоянное отнесение к недвижимости все больших и больших объектов, не являющихся таковыми по своим физическим свойствах. Во Франции к недвижимости уже стали относить животных, передаваемых их собственниками фермеру для эксплуатации (ст. 522 ФГК), а также земледельческие орудия, семена для посева, голубей в голубятнях, пчелиные ульи, солому и удобрения, как и ряд других движимых вещей, используемых в сельском хозяйстве (ст. 524 ФГК).
Как представляется, к недвижимостям в России должны относится только земельные участки и объекты, возведенные на них (здания, сооружения и другие строения), при условии их прочной связи с землёй, невозможности перемещения без несоразмерного ущерба хозяйственному и иному назначению, описанию в кадастровом учете.
Принадлежностями земельных участков и возведенных на них недвижимостей целесообразно считать:
– в отношении земельных участков: линейные объекты (линии связи, линии электропередач; автомобильные и железные дороги; нефтепроводы, газопроводы и т.п.);
– в отношении возведенных на земельных участках недвижимостей: части этих недвижимостей, жилые и нежилые помещения различного назначения, общее имущество многоквартирного дома, места для размещения транспорта,
Для получения статуса принадлежности земельного участка в наличии должно быть разрешение уполномоченного государственного органа на возведение соответствующего объекта и описание его в кадастре применительно к тому земельному участку, на котором располагается сам объект, его части, помещения, другое имущество, машино-места.
Упоминание в законе о возможности отнесения к недвижимым вещам иных объектов, помимо тех, которые отвечают критериям недвижимости, необходимо устранить. В частности, не должны относиться к недвижимости предприятия, поскольку они включают в свое содержание имущественные права, хотя и требующие соответствующей регистрации. Входящие в состав предприятия недвижимые вещи будут принадлежностями соответствующего земельного участка.
Изложенное видение решения проблемы недвижимости позволит более четко отграничить недвижимые вещи в силу их естественных свойств от всех других вещей и гражданско-правовых объектов, не обладающих указанными свойствами, и перевести последние в разряд принадлежностей недвижимых вещей, перечисление которых при необходимости будет вполне уместным.
1.2. Правовой статус самовольной постройки по действующему законодательству
Правовое регулирование самовольной постройки в России имеет достаточно длительную историю. Отдельные нормы о самовольной постройке, предусматривавшие возникновение права собственности на нее при определенных условиях, содержались уже в Судебнике 1589 года, Соборном уложении 1649 года и Межевой инструкции 1766 года. Такими условиями вплоть до принятия Свода законов Российской империи (1832 г.) являлись: для владельца земельного участка – выплата застройщику стоимости самовольно возведенного строения; для застройщика – выплата владельцу земли компенсации за использование его участка под самовольное строительство21. Столь длительное сохранение довольно простых, но предельно понятных норм о самовольной постройке можно объяснять неразвитостью межевания и, соответственно наличием многочисленных споров о принадлежности земли22, слабым вовлечением ее в гражданский оборот, отсутствием массового строительства объектов недвижимости.
С принятием Свода законов, и в частности тома 10, посвященного вопросам гражданско-правового регулирования отношений, в том числе связанных с землей, а в последствии и специального Закона «О праве застройки» (1912 г.), правовая основа самовольного строительства в России была в основном сформирована. Она базировалась на нормах римского права, устанавливавших, что все строения, находящиеся на земельном участке, являются его принадлежностями как главной вещи (ст. 424, 425 тома 10 Свода законов)23. Отсюда следовало, что право собственности на самовольно построенное сооружение изначально принадлежит собственнику земельного участка, на котором оно расположено. Возведение постройки третьим лицом на основе договора о владении и пользовании участком для возведения на нем соответствующего строения не порождало у застройщика права собственности на него. Он вправе был требовать лишь возмещения понесенных при строительстве расходов (ст. 574, 609, 610). При желании приобрести постройку в собственность необходимо было решать вопрос о купле-продаже занимаемой ею части земельного участка.
В Гражданском кодексе РСФСР 1922 г. не было положений, регулирующих этот вопрос. Строительство должно было осуществляться только после получения специального разрешения от уполномоченных государственных органов. Предполагалось, что этих мер достаточно для предотвращения появления “самостроя” в стране. В результате, иски о подтверждении права собственности на самовольные постройки не рассматривались.
Практика, однако, разительно отличалась от требований действовавшего законодательства и правоприменения. Самовольно возводимые строения возникали с завидным постоянством. Это требовало выработки условий их введения в гражданский оборот. Решение проблемы на подзаконном уровне сопровождалось неоднозначными подходами к легализации самовольных построек в сходных ситуациях. Требовалось вмешательство законодателя, и оно последовало. В 1964 году был принят новый Гражданский кодекс РСФСР (ГК). В ст. 109 ГК закреплялось понятие самовольной постройки, под которой стал пониматься жилой дом (дача), часть дома (дачи), построенные гражданином без надлежащего разрешения или без утвержденного проекта, либо с «существенными отступлениями от проекта или с грубым нарушением строительных норм и правил». Критерии «существенного» и «грубого» в законе не раскрывались, что открывало простор для усмотрения местных органов власти, которым поручалось решать вопросы привлечения правонарушителей к ответственности и судьбы самовольных построек. Правовым последствием возведения таковых был их снос за счет виновного лица или безвозмездное изъятие и зачисление в государственный жилищный фонд. Для применения этих административных санкций достаточно было наличие любого из приведенных оснований.
Что касается самовольного возведения нежилых строений (гаражей, сараев, бань и т.п.), то об этом в ГК РСФСР 1964 года ничего не говорилось. Снос таких строений предусматривался Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 1.12.1977 года «Об ответственности за самовольное возведение гражданами хозяйственных и бытовых строений и сооружений»24.
В приведенном подходе не удалось осуществить кардинальные изменения в ситуации с самовольным строительством, поскольку юридические лица, такие как государственные предприятия и учреждения, кооперативные организации и их объединения, а также другие общественные организации (ст. 24 ГК), не рассматривались как субъекты такого строительства и поэтому они позволяли себе практиковать самовольное строительство, руководствуясь своими интересами.
В постсоветский период в институте самовольной постройки появились значимые изменения. В первой редакции Гражданского кодекса РФ 1994 года (ГК РФ) к самовольной постройке стали относиться здания, сооружения и другие строения без указания на гражданина, который их возвел. Соответственно, любое физическое или юридическое лицо, включая публично-правовые образования, могло нарушить закон и стать правонарушителем в контексте самовольного строительства.
В законодательстве были внесены уточнения относительно признаков самовольной постройки, включая те, которые касаются ее возведения на земельном участке, «не предоставленном в установленном порядке» для этих целей; на земельном участке, не допускающем «строительство данного объекта», без получения «необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил» (п. 1 ст. 222 ГК РФ).
Снос самовольной постройки допускался на основании решения суда, а если она располагалась на «межселенной территории», то – по решению органа местного самоуправления. В дальнейшем в Гражданский кодекс РФ неоднократно вносились изменения, приводящие нормы о самовольной постройке в соответствие с потребностями развивающегося гражданского оборота и взглядами ученых и практиков на то, как соответствующее правовое регулирование должно осуществляться.
В 2006 году в законодательство Российской Федерации была внесена поправка, позволяющая признавать право собственности на самовольно возведенное сооружение в судебном порядке, если строительство было осуществлено без соответствующих разрешений на земельном участке, принадлежащем данному лицу и предназначенном для этих целей, и не было совершено других нарушений со стороны этого лица25.
В 2015 году из определения самовольной постройки исчезла норма о необходимости получения «необходимых согласований»; стала допускаться возможность обращения в суд с иском о признании права собственности на самовольно возведенное строение при одновременном наличии определенных условий, и в частности: если лицо, которое возвело постройку, имело на земельный участок права, допускающие такое возведение; если на день обращения в суд постройка соответствовала установленным требованиям; если постройка не нарушала права и законные интересы других лиц и не несла угрозу жизни и здоровью граждан. Органы местного самоуправления дополнительно получили право принимать решение о сносе самовольной постройки, если она была «возведена на земельном участке, расположенном в зоне с особыми условиями использования» (ст. 222 ГК)26.
В 2018 году в определение самовольной постройки возвратилась норма о необходимости соответствующих согласований для ее возведения (абз. 1 п. 1 ст. 222 ГК РФ). Оценочный критерий «существенное нарушение градостроительных и строительных норм и правил»27, который неоднозначно толковался судебной практикой, был заменен на формальный критерий: «нарушение» указанных норм и правил.
Согласно пункту 1 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, если собственник земельного участка, на котором возведена постройка, не был осведомлен и не мог быть осведомлен о наличии ограничений на использование этого участка, то такая постройка не может считаться самовольной. Данное послабление в части «не знал», находится в противоречии с общеправовым принципом, гласящем, что незнание закона не освобождает лицо от ответственности за допущенное правонарушение. Данная норма позволяет собственнику земли именно этим и оправдывать свои действия по самовольному строительству. Послабления коснулись и собственника, осведомленного о существующих ограничениях, но, тем не менее, пренебрегающего ими при осуществлении строительства. Закон предоставил такому лицу право прибрести самовольную постройку в собственность при условии приведения ее параметров в соответствие с действующими правилами (п. 3.2 ст. 222 ГК РФ).