Как наши установки создают реальность

Когда мы говорим про установки, которые формируются в детстве, есть большой соблазн свалить всё на родителей, школу и социум. И это справедливо. Но есть одна фундаментальная вещь, которую мы часто упускаем. Это то, с чем мы уже пришли в эту жизнь. Твой личный, заводской настрой. Не программа, а операционная система. В психологии это называется темпераментом.

Представь себе такую картину. В роддоме лежат два новорожденных.

Малыш А. Его только что покормили, он лежит в кроватке, обозревает мир спокойным, внимательным взглядом. Потом медсестра включает яркий свет. Он медленно поворачивает голову к источнику, моргает, смотрит, привыкает. Заходит шумная толпа родственников – он настораживается, но не плачет, а прислушивается, изучает новые лица.

Малыша Б. кормят в той же позе, тем же молоком. Он лежит, но его взгляд более острый, беспокойный. Он часто вздрагивает. И вот включают тот же яркий свет. Малыш Б резко откидывается всем телом, зажмуривается, его личико краснеет, и он заходится громким, пронзительным плачем. Шум родни? Это катастрофа. Он не может успокоиться еще полчаса.

Что это было? Никто их не учил так реагировать. Они еще не слышали от мамы «не кричи» или «будь смелее». Это их врожденные настройки чувствительности. Их темперамент.

Темперамент – это не характер. Характер – это уже надстройка, здание, которое строится из установок, опыта, воспитания. А темперамент – это фундамент и скорость интернета в этом здании. Это биологическая основа: насколько ты чувствителен к миру, как быстро «заводишься», как долго «остываешь», какой у тебя общий энергетический уровень и ритм.

Ученые выделяют несколько осей, по которым мы все различаемся с пеленок:

Чувствительность (порог восприятия). Это то, как сильно нужно толкнуть, чтобы ты отреагировал. Для кого-то громкая музыка – это бодро. Для другого – физическая боль. Один ребенок не заметит мокрых штанов, другой будет орать от одной песчинки в носочке. Взрослый с высокой чувствительностью будет «считывать» малейшие нюансы интонации в голосе шефа, тогда как его коллега даже не заметит, что что-то не так.

Интенсивность реакций. На одно и то же событие люди выдают разную «мощность» отклика. Один, расстроившись, тихо вздохнет. Другой будет рыдать, биться головой о стену и говорить, что жизнь кончена. Это не спектакль – это просто разная «громкость» эмоциональных колонок.

Активность. Одни дети с пеленок – моторчики, везде лезут, всё хватают, им нужно бегать, а не ходить. Другие – созерцатели, им хорошо сидеть и наблюдать. Во взрослом возрасте это превращается в разную потребность в движении, скорости, количестве дел.

Адаптивность (приспособляемость). Как быстро ты перестраиваешься. Одного ребенка легко перевести с груди на кашу, перевести в другую кроватку, повезти в отпуск – он «въезжает» за пару дней. Другому нужны ритуалы, стабильность, предсказуемость. Любое изменение планов для него – стресс. Во взрослом мире это люди, которые легко меняют работу и города, и те, для кого смена маршрута до офиса – целое испытание.

Настроение (общий эмоциональный фон). Да-да, есть врожденный оптимизм и пессимизм. Одни младенцы чаще улыбаются, больше лепечут, смотрят на мир с интересом. Другие – более серьезны, настороженны, чаще хмурятся. Это не плохо и не хорошо – это просто разный стартовый потенциал.

И вот что здесь самое важное: твой темперамент – это ПЕРВЫЙ ИСХОДНЫЙ МАТЕРИАЛ для формирования установок.

Представь высокочувствительного, медленно адаптирующегося ребенка с яркими реакциями (условно – нашего Малыша Б). Что с ним происходит в «обычном» мире?

Его легко перегружают шум, толпа, новые впечатления. Он плачет, потому что ему действительно больно от этого обилия стимулов.

Взрослые (сами, возможно, с другим темпераментом) не понимают этого. Они интерпретируют его поведение через свои фильтры: «Он капризный», «Он манипулирует», «Он слабак», «Что-то не так с его здоровьем».

Ребенок, постоянно слыша это, начинает формировать установки о себе и мире: «Со мной что-то не так. Я не такой, как надо. Мир – это опасное, подавляющее место, от которого нужно защищаться. Мои чувства – неправильные, их нужно скрывать».

Его природная чувствительность, которая могла бы стать суперсилой – тонким восприятием искусства, глубокой эмпатией, – становится основой для установок тревоги, неуверенности и недоверия к себе.

А теперь представь активного, шумного, упрямого ребенка (моторчик). Его постоянно одергивают: «Сиди смирно!», «Не лезь!», «Помолчи!». Какие установки он вынесет? «Быть собой – плохо. Моя энергия – разрушительна. Чтобы меня любили, мне нужно зажать себя в тиски».

Что со всем этим делать? Осознать и пересобрать.

Раздели зерна от плевел. Посмотри на свои самые болезненные установки. Спроси себя: а где тут мой врожденный темперамент, а где уже наросшие поверх него убеждения? Может, твоя «социальная тревожность» – не потому что ты «неудачник», а потому что ты высокочувствительный человек, и шумные тусовки для тебя – как прогулка по цеху с отбойным молотком? А твоя «лень» – не дефект характера, а просто природный низкий уровень энергии, который требует другого, более мудрого ритма жизни?

Прими свою ОС. Бороться со своим темпераментом – все равно что бороться с ростом или цветом глаз. Можно всю жизнь комплексовать из-за высокого роста, а можно начать играть в баскетбол. Высокая чувствительность – это не клеймо, это дар тонкой настройки. Медленная адаптация – не тупость, а основательность. Яркие реакции – не истеричность, а мощная жизненная сила.

Строй установки, которые дружат с твоей природой, а не воюют с ней. Установка для чувствительного человека должна звучать не «Я должен быть душой компании и не обращать внимания на ерунду», а «Моя сила – в глубине. Я даю себе право уходить рано, отдыхать в тишине и слушать свои ощущения – они мои главные советники».

Для «моторчика»: не «Я должен сидеть смирно и не высовываться», а «Моя энергия – это топливо. Моя задача – найти ей достойное применение в спорте, работе, творчестве, а не пытаться её уничтожить».

Твой темперамент – это не конституция, по которой тебя осудили. Это техническое задание для построения твоей уникальной, подходящей именно тебе жизни. Понять его – значит перестать ломать себя об коленку, пытаясь стать кем-то другим. И начать, наконец, собирать установки, которые не подавляют твою природу, а помогают ей расцвести.

Роль детства: родительские программы, культурный контекст, значимые фигуры

Мы все выходим из детства, как из длинного, извилистого тоннеля. А в тоннеле этом тебе, пока ты был маленьким и беззащитным, в мозг встраивали софт. Не спрашивая. Без лицензионного соглашения, которое можно пролистать и нажать «не согласен». Просто устанавливали. И этот софт – родительский, культурный, социальный – до сих пор тихо гудит в твоей операционной системе, определяя, какие окна у тебя открываются, а какие программы зависают.

1. Родительские программы: Что звучало в твоём первом мире

Ребёнок не фильтрует слова родителей. Он их впитывает кожей. Для него мамин голос – это закон физики, как гравитация. Папино молчание – это погода, как гроза или солнце.

Прямые установки (то, что говорили в лоб):

«Не плачь, ты же мужчина!» → Установка: «Проявление чувств = слабость. Быть мужчиной = быть каменным».

«Будь хорошей девочкой» → Установка: «Моё значение – в том, чтобы нравиться другим. Свои желания – на последнем месте».

«Думай о других! Ты что, эгоист?» → Установка: «Заботиться о себе = стыдно. Мои границы не важны».

«У нас нет на это денег» (сказанное с болью и страхом) → Установка: «Деньги = боль, стресс, нехватка. Мир скуден».

Это не просто слова. Это – первичное программирование реальности. Ребёнок верит, что мир именно такой. И начинает под него подстраиваться.

Непрямые, но самые сильные программы (то, что показывали):

Как родители относились к самим себе. Если мама жертвовала всем, не имела своих интересов и говорила «я живу только для вас» – это мощнейший сигнал: «Любить = терять себя. Быть хорошим = забыть о своих нуждах».

Как они общались друг с другом. Если папа подавлял мать, а мама молча терпела – у ребёнка записывается модель: «Любовь = неравенство и страдание» или «Решать конфликты = молчать/кричать».

Что они делали, когда у них были трудности. Пили? Работали сутками? Впадали в беспомощность? Так формируется «дорожная карта на случай шторма»: «Стресс = нужно заглушить себя / уйти с головой в дело / сдаться».

Родители – первые боги. Они создают для ребёнка картину мира. И часто они передают тебе не свою мудрость, а свои нерешённые травмы, свои страхи и свои незавершённые сценарии. Ты получаешь в наследство не только фамилию, но и их внутренние драмы, записанные на твой внутренний жёсткий диск.

2. Культурный контекст: Невидимый воздух, которым ты дышал

Пока родители программировали тебя напрямую, культура делала это фоново, как климат. Ты рос не в вакууме. Ты рос в конкретном месте, в конкретное время, с конкретными «сказками», которые все вокруг считали правдой.

Советское/постсоветское наследие (для многих из нас): «Не высовывайся», «Инициатива наказуема», «Всё равно ничего не изменишь», «Главное – стабильность». Это не просто поговорки. Это культурные установки выживания, которые въедались в поколения. Они создают фильтр недоверия к миру, страх выделиться, убеждение, что система сильнее тебя.

Религиозный или светский контекст. Чувство вины как инструмент управления или, наоборот, идея, что ты сам – творец своей судьбы. Установки про грех, долг, смирение или про успех, индивидуализм и личную ответственность.

Местные «правила игры». В одном дворе ценилась сила и умение дать сдачи. В другом – ум и начитанность. Ты бессознательно усваивал, каким нужно быть, чтобы тебя приняли, чтобы выжить в этой стае. Это формировало установки про то, что такое «хорошо», а что – «плохо».

Культура – это огромный, молчаливый соавтор твоей личности. Ты можешь даже не осознавать, как многие твои «личные» убеждения на самом деле – просто типичные установки твоего поколения и среды.

3. Значимые фигуры: Другие программисты

Потом пришли Они. Не родители. Те, кого ты сам выбрал в боги. Первая учительница, которая сказала: «У тебя золотые руки!» или «Из тебя ничего путного не выйдет». Друг детства, который предал. Тренер, который верил в тебя. Первая любовь, которая посмеялась над твоими чувствами.

Эти люди в ключевые, уязвимые моменты ставили эмоциональные печати на твоём самоощущении.

Учитель-тиран мог за одну насмешку над ответом у доски построить целую установку: «Публично говорить = быть униженным. Лучше молчать».

Предательство друга могло записать: «Доверять = быть обманутым. Дружить – опасно».

А поддержка того самого тренера могла заложить кирпичик: «Если стараться – получится. Кто-то может в меня верить».

В подростковом возрасте эти фигуры иногда влияют сильнее родителей. Потому что через них ты проверяешь мир за пределами семьи. Их реакции – это «полевые испытания» твоих первых установок. И в зависимости от того, что ты получил в ответ, твои дорожки в мозгу либо укреплялись, либо рушились, либо давали мощные ответвления.

Что со всем этим делать? Не быть архивом.

Смысл этого погружения в детство – не чтобы обвинить родителей, культуру или Петю из 5 «Б». Смысл – в инвентаризации.

Найти исходный код. Вытащить на свет эти старые, часто детские, записи. Посмотреть на них взрослым взглядом. Отделить тогдашнюю детскую правду (которая была для выживания) от сегодняшней взрослой реальности.

Фраза «Мир опасен» могла спасать тебя в небезопасном дворе 90-х. Но нужна ли она тебе сейчас, в твоей защищённой взрослой жизни?

Установка «Главное – не выделяться» помогала не стать мишенью в школе. Но помогает ли она сейчас построить карьеру или отношения?

Переписать сценарий. Ты больше не тот беспомощный ребёнок, который полностью зависит от слов мамы или оценки учителя. Ты взрослый. У тебя есть власть. Ты можешь взять этот старый, потрёпанный диск с родительскими и культурными программами, посмотреть на него и сказать:

«Эта запись – не моя. Это был страх моей мамы. Я оставляю его ей».

«Эта программа – устарела. Она была для другого времени и другого места. Я устанавливаю обновление».

«А вот эта мелодия – про то, что я сильный, – она моя. Я её оставляю и усиливаю».

Детство дало тебе стартовый набор. Но оно не имеет права диктовать тебе финиш. Ты можешь провести ревизию в этом внутреннем архиве. Выкинуть то, что стало ядом. И с любовью переписать на чистых листах свои собственные, взрослые, обдуманные установки. Те, которые будут вести тебя не в прошлое, из которого ты вышел, а в будущее, которое ты хочешь построить.

Влияние общества, культуры, религии, СМИ

Хорошо, мы разобрались с семьёй и личными историями. Теперь представь что-то побольше. Представь, что ты не просто ребёнок своих родителей. Ты – личинка, которая росла в огромном, сложно устроенном инкубаторе. Этот инкубатор называется Обществом. А его климат, температура и состав воздуха – это Культура, Религия и Медиа. Они не спрашивали, хочешь ли ты дышать этим воздухом. Ты просто им дышал. И с каждым вдохом впитывал невидимые правила, по которым, как оказалось, должен жить.

Это уже не личное. Это коллективное программирование. И оно коварно тем, что, когда все вокруг дышат одним и тем же, это начинает казаться не воздухом, а самой реальностью. «Так принято». «Так все живут». «Так правильно».

1. Общество и культура: Неписанный устав, который все знают

С самого детства тебе, даже без слов, объяснили «как тут у нас».

Что такое успех? В одном обществе – это свой дом, семья и стабильная работа. В другом – мировая известность и стартап за миллиард. Ты с детства видишь, на кого равняются, кого хвалят. И бессознательно начинаешь подгонять под эту мерку свою жизнь. Установки: «Чтобы быть ценным, я должен… (иметь Х, достичь Y)».

Что такое «нормальная» жизнь? Сценарий: школа → институт → работа → свадьба → ипотека → дети. Любое отклонение от маршрута (не женился в 30, сменил 10 работ, не хочешь детей) – метка «странный». Это создаёт установку «Я отстаю от графика» и фоновую тревогу, даже если твой собственный путь тебе нравится.

Что можно, а что нельзя чувствовать? В некоторых культурах поощряется яркая, почти театральная эмоциональность. В других – холодная сдержанность и стоицизм. Тебя не напрямую учили, что злиться – некультурно, а радоваться слишком громко – неприлично. Ты просто видел это вокруг и настраивал свои внутренние «допустимые диапазоны» чувств.

Твоё место в иерархии. Пол, национальность, происхождение, даже твой район – всё это с самого начала навешивало на тебя социальные ярлыки. И через отношение других (ожидания, взгляды, возможности, которые тебе давали или не давали) ты формировал установки о себе: «Такому, как я, это не светит» или «Мне можно больше, потому что я.…».

Культура – это гигантский набор идей-вирусов, которые выживают, потому что все их повторяют. И ты, сам того не желая, становился их носителем.

2. Религия и духовные традиции: Программа со смыслом (и последствиями)

Религия – пожалуй, самый мощный создатель установок в истории человечества. Она даёт ответы на главные вопросы: кто я, зачем я здесь, что хорошо, что плохо, что будет после смерти.

Установки про вину и грех. Идея о том, что ты с рождения «порочен» или постоянно ошибаешься перед высшими силами, может создать глубинное ощущение «я не в порядке с самого начала». Это фундамент для перфекционизма, самобичевания и страха быть наказанным жизнью.

Установки про смирение и судьбу. С одной стороны, это может давать покой и устойчивость. С другой – может превратиться в пассивность: «всё в руках Божьих», «от меня ничего не зависит», «на всё воля свыше». Зачем стараться, менять, рисковать?

Установки про любовь и принятие. Но та же религия может давать и обратное: ощущение безусловной любви, поддержки, смысла и всеобщей связи. Установка «я часть чего-то большего, я не один, меня любят» – одна из самых исцеляющих.

Догмы и духовность. Ключевой момент: часто установки формирует не глубина учения, а его бытовое, ритуализированное, часто искажённое применение в семье и обществе. Тебе могли передать не любовь к Богу, а страх перед церковным авторитетом и список запретов. Разница – как между небом и землёй.

Религиозные установки часто самые прочные, потому что они претендуют на абсолютную истину и подкреплены мощными эмоциями (страхом, благоговением, надеждой на спасение).

3. СМИ и цифровая среда: Громкие голоса в твоей гостиной (и в твоей голове)

Если раньше культура впитывалась медленно, из сказок, книг и разговоров, то теперь её внутривенно вливают через экраны. И делают это точечно, под твои страхи и интересы.

Интернет и культура успеха. Бесконечная лента идеальных тел, путешествий, карьерных взлётов и счастливых семей. Мозг, особенно молодой, делает простой вывод: «Все так живут. Кроме меня». Рождается установка хронической недостаточности: «Я недостаточно красив/успешен/интересен». Твоя обычная жизнь на фоне хайлайтов кажется серой неудачей.

Новости и культура страха. Мир в новостях – это постоянный поток катастроф, преступлений и кризисов. Это формирует установку «Мир – это опасное, враждебное место, где каждый сам за себя». Тревога становится фоновым состоянием. Доверие к незнакомцам, к будущему, к стабильности – падает.

Сериалы и романтические установки. Идеи о «второй половинке», которую ты встретишь, если будешь «достаточно хорош», о любви, которая должна быть страстной и безоблачной, создают нереалистичные ожидания. А когда реальные отношения оказываются сложными и требующими работы, включается установка: «Это не та любовь. Значит, ошибка. Надо искать дальше».

Алгоритмы как смотрители твоей реальности. Соцсети и поисковики показывают тебе то, с чем ты соглашаешься. Если ты кликаешь на негативные новости – тебе покажут ещё. Если ты смотришь видео о том, что всё бессмысленно – алгоритм подсунет ещё десяток. Ты постепенно оказываешься в информационном пузыре, который постоянно подтверждает и усиливает твои самые мрачные или самые радикальные установки. Твоя картина мира сужается до того, что продаёт клики.

Что со всем этим делать? Включить внутреннего цензора.

Ты не можешь сбежать из общества. Но ты можешь перестать быть пассивным приёмником.

Провести аудит информационной диеты. Спроси себя: что я потребляю каждый день? Что эти новости, блогеры, сериалы внушают мне о мире, о людях, о себе? Какие чувства я после этого испытываю – тревогу, зависть, злость или вдохновение, спокойствие, интерес? Беспристрастно, как учёный.

Отделять зерна от плевел в культурном коде. Осознать: «Этот сценарий успеха – не мой. Это навязанная обществом сказка. Мой успех может выглядеть иначе». «Эта «норма» – просто статистика. Моя жизнь – это моя личная уникальная траектория, а не отклонение от графика».

Пересмотреть духовные установки. Задать себе сложные вопросы: Во что я верю на самом деле? Что из того, что мне говорили, – страх и контроль, а что – настоящая, живая вера, которая даёт силы? Можно оставить второе и с благодарностью отпустить первое.

Создавать свою «экосистему». Осознанно окружить себя теми голосами (книги, люди, медиа), которые не ломают тебя, а поддерживают, расширяют картину мира, бросают интеллектуальный вызов, а не эксплуатируют твои страхи.

Общество, культура и медиа – это гигантская фабрика по производству установок. Но ты – не бездушный конвейерный продукт. Ты – смотритель на входе в свой собственный разум. Ты можешь решать, какие грузы этой фабрики пускать внутрь, а на какие повесить табличку: «Акция недействительна. Мне это не подходит». Это и есть акт взросления – взять на себя ответственность за то, чем ты каждый день кормишь свою душу.

Травматический опыт как мощный формирователь установок

Мы дошли до самой тёмной, но одной из самых важных комнат в подвале твоего сознания. Если родительские программы – это софт, а культура – операционная система, то травматический опыт – это взлом. Взлом, после которого система начинает работать по-другому. Начинает защищаться. Иногда – слишком хорошо. Иногда – ценой твоего счастья.

Травма – это не обязательно война, катастрофа или насилие. Хотя это, конечно, её самые страшные формы. Травма для психики – это любое событие (или череда событий), которое оказалось не по силам переварить в тот момент, когда оно случилось. Которое сломило твои обычные способы справляться. Для ребёнка это может быть развод родителей, унижение в школе, смерть питомца, болезненная медицинская процедура, эмоциональная холодность матери. Для взрослого – предательство, потеря работы, тяжёлые роды, ДТП.

Что происходит в этот момент в мозгу? Включается аварийный режим. Высшие, «думающие» отделы мозга (префронтальная кора) отключаются, а первобытный, эмоциональный мозг (миндалевидное тело) кричит: «СПАСАЙСЯ!». И он не просто кричит. Он в панике делает слепок со всей ситуации: запахи, звуки, образы, телесные ощущения, слова. Всё это спешно пакуется в единый файл под названием «ОПАСНОСТЬ! НИКОГДА БОЛЬШЕ!». И этот файл не ложится в архив памяти. Он становится активной, работающей установкой.

Вот как это работает на практике. Разбираем на костях.

1. Ожог от доверия: «Доверять = быть преданным»

Ситуация: В 15 лет ты рассказал лучшему другу свой самый постыдный секрет. А через неделю весь класс над ним смеялся.

Что записал мозг: Связка «раскрыться + доверить = получить боль, унижение, оказаться в одиночестве».

Родившаяся установка: «Доверять нельзя. Любая близость ведёт к предательству. Мои истинные чувства – это оружие против меня».

Как это живёт дальше: Ты можешь страстно желать близких отношений, но на подступах к ним будешь саботировать всё: то холодностью, то ревностью, то бегством. Потому что твоя глубинная система безопасности видит в любом сближении не любовь, а повторение того старого взлома. Лучше быть одному, чем снова так болеть.

2. Травма отвержения: «Чтобы меня любили, я должен… (быть идеальным/удобным/невидимым)»

Ситуация: Родитель давал любовь и внимание только за пятёрки, за помощь по дому, за «хорошее поведение». А просто за то, что ты есть, – не давал.

Что записал мозг: Связка «быть собой = быть отвергнутым, нелюбимым, ненужным. Чтобы выжить, нужно заслуживать любовь».

Родившаяся установка: «Моё естественное «я» – неприемлемо. Я должен постоянно ДЕЛАТЬ и СООТВЕТСТВОВАТЬ, чтобы меня терпели. Моя ценность – условна».

Как это живёт дальше: Перфекционизм, выгорание, неумение отдыхать, панический страх сделать ошибку. Или другая крайность – полный отказ от достижений («всё равно не оценят»). Внутри – вечный голод по безусловному принятию и тотальное неверие в то, что его можно получить.

3. Травма беспомощности: «От меня ничего не зависит»

Ситуация: в детстве тебя постоянно обесценивали, не давали выбора («надень эту кофту», «будешь учиться на юриста»), игнорировали твоё «нет», физически заставляли делать что-то против воли.

Что записал мозг: Связка «проявлять волю = быть сломленным. Моё мнение не имеет веса. Мир подавляет».

Родившаяся установка: «Я – пешка. Мои желания не важны. Проще не хотеть ничего и подчиниться, чем сопротивляться и проиграть».

Как это живёт дальше: Пассивность, отсутствие амбиций, неспособность отстаивать границы. Человек терпит токсичные отношения, хамство на работе, потому что внутренне уверен: «всё равно ничего не изменить». Это не лень. Это выученная беспомощность, ставшая мировоззрением.

4. Травма хаоса: «Мир непредсказуем и опасен, нужно всё контролировать»

Ситуация: Рос в семье, где родители были непредсказуемы: то кричали, то обнимали, то забывали забрать из школы, то вдруг устраивали сцену ревности. Атмосфера страха и нестабильности.

Что записал мозг: Связка «расслабиться = получить удар в спину. Ничему нельзя верить. Нужно быть настороже всегда».

Родившаяся установка: «Мир – это минное поле. Чтобы не подорваться, нужно всё просчитывать и держать под контролем: себя, других, обстоятельства».

Как это живёт дальше: Тревожное расстройство, недоверие к людям, потребность строить жёсткие планы и паника, когда они рушатся. Отношения превращаются в тотальный контроль над партнёром. Жизнь проходит в состоянии постоянного боевого дежурства. Усталость – хроническая, а покой – недостижим.

Что здесь главное понять? Травматическая установка – это не глупость и не слабость. Это гениальное, адаптивное решение, которое нашёл твой мозг тогда, в прошлом, чтобы выжить, чтобы выдержать невыносимое. Она спасала тебя. Она была твоим щитом.