Кишковорот: сплаттерпанк, боди-хоррор, гротеск

— Прикинь, опять. Труп на заднем дворе. Соседи заявили, что слышали крики. Думали, что пьяный или сумасшедший, поэтому не сразу вызвали наших. — рассказывал один из сотрудников.

— Мало нам было волнений в городе. — отмахнулся второй полицейский.

— Один из ребят сказал, что жертве разворотили челюсть отвёрткой. С ног так вообще чуть ли кожу не срезали. Слишком жёстко. Впрочем как и в других случаях. Кому вообще могла понадобиться смерть обычного архитектора? — не унимался первый мужчина.

— Слушай, не ищи логику там где её нет. Эти психи повсюду. Следствие разберётся. — заключил второй полицейский.

После этих слов в голове Евгения словно молнией прошибло. Его мобильный внезапно зазвонил, а голос на другом конце заскрежетал: «Убей!»

Булькающий кошмар

Утренняя суета сводила город с ума. Люди с остервенением неслись к рабочим местам, в надежде миновать час пик. Шум автомобилей перекрывал городской гул. Гена как обычно ехал на работу в автобусе. Он никогда не любил общественный транспорт, но это было удобнее, чем ежедневно преодолевать путь в пешем порядке по несколько километров. Ничто не предвещало беды, но его кишечник заговорил об обратном. Живот скрутило с такой силой, будто кто-то намеренно тянул Гену за кишки. Он был готов расплакаться из всех своих отверстий. До начала рабочего дня оставались считанные минуты.

На днях, в туалете шарашкиной конторы, где обитал основную часть своей жизни Геннадий, рабочие должны были установить новые унитазы. Похоже, что сегодня настало именно то самое время, чтобы испытать один из них. Ноги подкашивались, анус сжимался до размера игольного ушка. Сдерживая внутренние позывы, Гена, будто содержимое его желудочно-кишечного тракта вот-вот вырвется наружу, выскочил из общественного транспорта и словно ужаленный побежал в сторону «любимой» работы.

— Генка, совещание через минуту! — бодро сообщил на входе один из коллег.

Грязно выругавшись, Геннадий Петрович, кривой походкой направился в совещательный зал. Всё таки он не абы кто в этой конторе, а целый помощник заместителя директора, вес имеет знаете ли. Правда, другие коллеги всё равно всегда воспринимали его как Генку.

На совещании обсуждалась тема установленных недавно новых унитазов. Гена расстроился. Он героически держался целых десять минут, преодолевая границы человеческих возможностей, после чего со свистом вылетел из зала и пулей рванул в сторону туалета, сбивая все препятствия на своём нелёгком пути. Гена торопился: «поддав газку» он трёхкратно увеличил свою скорость, но возрастал риск оставить коричневый след на серых ковровых дорожках.

В уборной было пусто. Белые перегородки между кабинками, надёжно скрывали секреты своих постояльцев. Добравшись до источника радости каждого взрослого мужчины, Гена сел на новенький ещё никем не загаженный унитаз. Он чувствовал ни с чем не сравнимое удовольствие, делая своё грязное дело. Игольное ушко увеличилось до размера Марианской впадины. Ещё ни чему в жизни он так не радовался, как этому моменту. Стоявший как истукан «белый друг», как называют в простонародье унитаз, внезапно ожил.

Гена подумал, что это вибрации его нерадивого седалища, но из под ободка, словно просачиваясь, показались острые как бритва зубы. Они напоминали остро заточенные ножи — такие же холодные и опасные. Удовольствие от прекрасного сменилось резкой болью.