Милосердие

Увидев как незнакомка вышла из комнаты, я сразу же поспешил к ней. Подхватив ее под руку я помог ей дойти до кресла и сесть.

– Тебе нужно отдыхать, – с заботой сказал я, – У меня не было цели тебя ранить, я просто защищался. Прости меня за это. – говорил я.

Незнакомка молча смотрела на меня.

– Ладно, пей чай, поможет от боли.

Девушка не проронила ни слова. Она лишь безмолвно таращилась на меня. Саманта тоже активизировалась, подошла к девушке и стала нюхать ее ноги. Девушка от страха попытался задрать ноги на кресло, но застонала от боли.

– Сэм! Не приставай, – крикнул я на Саманту. – Не бойся ее, она не укусит. Она агрессивная только когда нужно, а так она милашка.

Саманта легла рядом с креслом и пристально уставилась на девушку. Я накрывал на стол и только треск горящих дров в камине разносился по дому. За все это время девушка так и не заговорила. Я отварил макароны и открыл баночку консервированных овощей. Сделав две порции, я поставил их на стол. Отдельно порцию еды я поставил рядом со своим стулом, для Саманты.

– Кушать подано! – сказал я.

Саманта сразу же подорвалась со своего места и принялась уплетать свои макароны. Я помог девушке пройти к столу. Усадив девушку за стол, мы принялись ужинать. Девушка недоверчиво поглядывала то на меня, то на Саманту, которая уже вылизывала свою миску до блеска. Сэм гавкнула.

– Хватит обжора! – засмеялся я.

В этот момент я посмотрел на девушку, и заметил, что по ее лицу скользнула улыбка, и у меня появилась надежда что незнакомка скоро заговорит. После ужина, я убрал со стола и вымыл всю посуду. Закончив с уборкой, я достал из аптечки несколько таблеток с антибиотиками, обезболивающие и несколько бинтов. Протянув таблетки и стакан воды девушке, та насторожилась.

– Будь у меня намерения тебя убить, это случилось бы по–другому. – иронично сказал я.

Девушка с ужасом посмотрела на меня, после таких слов, и все таки выпила лекарства.

– Теперь пойдем в комнату, я посмотрю твои раны.

Ей было тяжело подняться, она и так слишком много сегодня ходила. С осторожностью я поднял девушку на руки и перенес в спальню. Посадив ее на кровать, я в первую очередь осмотрел ее голову. Тут все хорошо, пластырь больше не нужен, ссадина затягивается.

– Заражения и воспаления нет, это хорошо, – подметил я.

Обмакнув кусочек ватки в спиртовом растворе, и обработал рану на ее затылке.

– Теперь снимай штаны.

Девушка отрицательно покачала головой.

Мы переглядывались несколько секунд, пока до меня не дошло, что наверное стоит отвернуться. Сделав это, девушка легла на кровать и сняла штаны. Прикрывшись одеялом, она оставила открытой только ту часть, где была рана. Выждав пару минут, я повернулся, снял с ее ноги повязку и стал осматривать рану.

– Тут тоже все хорошо. – сказал я.

Я аккуратно обработал ногу девушки спиртовым раствором и наложил чистую повязку.

– Ладно отдыхай, если что понадобится зови, я рядом.

Собирая остатки ваты и бинтов, я уже уходил, и у самого выхода, услышал вслед, тихое «Спасибо».

Глава 3

Прошло несколько дней с тех пор, как незнакомка оказалась у меня дома. Она так и не произнесла ни слова. Я по–прежнему ухаживал за ней, кормил, поил, обрабатывал ее раны и менял повязки. Мы даже стали выходить с ней на прогулки. Раны постепенно затягивались. В свободное время, девушка читала книги, иногда просто лежала разглядывая свою свадебную фотографию. Однажды я заметил слезы на ее лице. Я знал, что это такое–потеря любимого человека. Пандемия унесла жизни всех моих близких. Отец, мать, брат. Никого не осталось. Так что, это чувство было мне слишком хорошо знакомо. Я пытался утешить ее, разговаривал с ней, но безуспешно.

До катастрофы я не успел обзавестись собственной семьей. Все мое время было посвящено работе и саморазвитию. Я работал в крупной компании и считал, что это единственный путь к успеху и стабильности. Каждый день я просыпался рано утром, ехал в офис, садился за компьютер и работал до глубокой ночи. Моя жизнь была похожа на бесконечный марафон, где я стремился обогнать всех. Но чем больше я достигал, тем больше понимал, что успех не приносит счастья. Потому что совсем не оставалось времени на личную жизнь. Я видел, как многие из моих коллег жертвуют своими семьями ради карьеры, и это казалось мне абсолютно нормально. Работая в этой компании, я чувствовал, что сам становлюсь как они. Я этого искренне не желал. Однажды вечером, когда я возвращался домой после тяжелого рабочего дня, меня стали посещать странные мысли. Я вспомнил, как мечтал о семье, о доме, где будет тепло и уютно. Но теперь это казалось недостижимым. Я остановился у кафе на углу, заказал стаканчик кофе с собой, и по пути к дому, стал понимать, что упускаю, наверное, самое главное в жизни. И в этот самый вечере, уже у самого дома, я встретил ее. Девушка, которая стала для меня всем, настоящей поддержкой и вдохновением. Мы стали встречаться, и я понимал, что нашел человека, с которым хочу провести свою жизнь. Мы строили планы на будущее, мечтали о детях и о том, как будем вместе создавать наш собственный мир. Но пандемия лишила меня всего этого. Я даже не знал где сейчас моя возлюбленная, жива она или нет. В день, когда все началось, она была дома, а я на работе. Без каких-либо предупреждений, правительство устроило полный блэкаут во всем городе. Нельзя было позвонить или даже отправить сообщение, и в этот роковой день меня не было рядом с ней. Как только мне удалось выбраться из офиса, я сразу же отправился домой, но там ее уже не было. Каждый день я искал ее, продираясь сквозь толпы людей и военных. Я искал везде, в наших любимых и знаковых местах, в домах наших общих друзей, даже у родственников я ничего не нашел. Постепенно, я уходил все дальше и дальше от города. И вот, в какой–то момент, я осознал, что поиски не имеют смысла, и отправился в путь. Моя возлюбленная, также дала мне возможность переосмыслить свои приоритеты и понять, что действительно важно в этой жизни. Я научился ценить каждый момент которые дарит мне жизнь. Теперь, оглядываясь назад, я понимаю, что, возможно, это и к лучшему. После катастрофы я стал другим. Странствия изменили меня, я стал замкнутым и нелюдимым. Встречая выживших, я старался избегать их, но это не всегда мне удавалось. Мир изменился, и те, кто выжил, тоже. Одни прятались, не находя сил жить дальше, они просто ждали конца. Другие объединялись в банды, грабили и убивали, в основном тех, первых–отчаявшихся. Именно поэтому я избегал людей и не хотел присоединяться к кому-либо. Мне нравилось быть всегда в движении, до тех пор, пока я не нашел едва живую Саманту на заброшенной ферме. Теперь мы жили по новым правилам. Борьба за выживание, а как правило, выживает сильнейший–естественный отбор. И я стал одним из них.

Однажды утром, когда солнце едва пробивалось сквозь серые облака, воздух был влажным и прохладным. Природа оживала после зимнего сна: набухали почки на деревьях, пробивались первые зеленые ростки. Птицы наполняли воздух трелями. Незнакомка постепенно восстанавливалась от полученных травм. Она даже стала помогать мне в домашних делах. И вот мы складывали дрова на склад, чтобы те не отсырели на улице, тогда и случился этот самый момент. Наш первый разговор.

– Меня зовут Анна, – неожиданно сказала девушка, складывая поленья друг на друга. – Анна Фл… – хотела добавить она, как вдруг на нее посыпались дрова с верхнего ряда.

Я быстро среагировал, и оттащил ее к себе.

– Никан, просто Никан. – ответил я, держа девушку в своих объятиях. – А это Саманта или просто Сэм. – продолжил я, указывая на собаку, которая лежала у двери.

– Спасибо. – дрожащими от страха голосом сказала Анна.

Мы замолчали и смотрели друг на друга. Наступила неловкая пауза. Девушка оттолкнула меня, и стала быстро, суетливо, складывать упавшие поленья.

– Приятно познакомиться. – пробормотала Анна, не отводя взгляд от упавших поленьев.

Я принялся помогать ей.

– И мне приятно, наконец–то, с тобой познакомиться. Почему ты молчала так долго? Неделя уже прошла.

– Не знаю. – несмотря мне в глаза, отвечала Анна. – Я просто не знала, можно ли тебе доверять. – говорила она. – Но увидев, как ты заботишься о Саманте, и обо мне, я решилась.

– Понимаю. Прости меня еще раз, за то, что подстрелил тебя.

– Не извиняйся. Мне не стоило тогда убегать и нападать на вас. Так глупо все получилось.

– Мы тоже не ожидали.

Саманта не поднимая головы, гавкнула, как будто подтверждая мои слова, после чего Анна засмеялась.

– Умная она у тебя.

– Точно. Мы хорошо понимаем друг друга.

– Это здорово. А зачем вы погнались за мной? – спросила девушка.

– Не хотел рисковать. Вдруг ты была не одна, тогда нам пришлось бы худо.

– Я искала своего мужа, Питта. Он пропал год назад, мне кажется его похитили жнецы.

– Жнецы?! – удивленно переспросил я.

– Это группа выживших, они так себя называли. Мы наткнулись на них когда путешествовали. Муж заболел, ему нужна была помощь. Они приютили нас, и поставили Питта. Казалось бы, все хорошо, есть еще добрые люди, пока они не потребовали оплату. – Анна резко замолчала.

– Что за оплата? – переспросил я.

Тишина. Девушка застыла.

– Ладно, можешь не говорить.

– Они хотели меня. – сквозь зубы пробормотала Анна.

– Какой ужас! – возмутился я.

– Мой муж отказал им, в грубой форме. На что жнецы сначала напряглись, а потом почему-то решили отпустить нас. Ночью, Питт случайно подслушал разговор двоих, что они хотели убить его, а меня оставить себе. Поэтому мы сбежали, забрав у них часть припасов и лекарств. А через несколько дней, я проснулась, но Питта уже не было. – рассказал Анна.

– Может уже стоит бросить поиски? – спросил я.

Девушка заплакала.

Забросив последние поленья, мы вышли, я запер склад на ключ, и мы вернулись в дом. Анна приняла душ, переоделась и сменила себе повязку на ноге, рана заживала. Пока она приводила себя в порядок, я приготовил обед и растопил камин, чтобы прогреть дом на ночь. Пригласив Анну к столу, мы приступили к еде и этот день уже не был такой безмолвный. Обед был простой, но сытный, рисовая каша с консервированной рыбой. За столом царила атмосфера неловкости. Я думал о том, что, мог обидеть Анну своими словами, что нужно прекратить поиски. Нужно как-то растопить лед, подумал я. Как вдруг мне в голову пришла идея. Я встал из–за стола и пошел в сторону склада. Через несколько минут, я вернулся с двумя бокалами в одной руке, а в другой была бутылка красного вина.

– Хочешь выпить? За знакомство, так сказать. – с улыбкой произнес я.

Анна улыбнулась, и в знак одобрения кивнула головой. Открыв бутылку и наполнив оба бокала, я протянул один Анне.

– За знакомство! – подняв бокал произнес я.

Анна подняла бокал в ответ и с удовольствием сделала несколько глотков. За обедом, мы обсуждали текущие дела, и чем будем заниматься завтра. Анна так же рассказывала мне о жнецах, где возможно стоит их искать. В глубине души, она скорее всего надеялась на мою помощь. Я догадывался, чего она добиваться, моего расположения и сочувствия. И мне действительно было жаль ее. Но я отвечал без особого энтузиазма, так как понимал, что это достаточно опасная затея, и нужно все хорошенько обдумать. Анна все больше и больше загоралась желанием начать совместные поиски, и мне пришлось сменить тему разговора на более нейтральную. Мы стали обсуждать возможности обучения Анны по стрельбе из лука, так как ее навыки оставляли желать лучшего. Разговор постепенно ушел от насущных проблем. В какой–то момент, мы были настолько увлечены, что даже забыли о времени, уже наступил вечер. Я подливал вино в бокалы, Анне нравилось легкое ухаживание с моей стороны. Наш разговор заходил в разные уголки наших жизней. Я рассказывал о своей работе, о том, как был с головой погружен в нее. Анна в свою очередь, рассказывала о своей жизни, как вышла замуж, что Питт был любовью с первого взгляда. Говорила о том, как видела свое будущее рядом с ним, в любви и согласии, но судьба распорядилась иначе. Красное вино придавало нашим разговорам особую атмосферу, делая вечер более теплым и душевным.

Спустя несколько часов, я убрал со стола и мыл посуду. Анна сидела в кресле перед камином, допивала вино и непрерывно смотрела как горит огонь, погрузившись в свои мысли.

– Ты можешь помочь мне с посудой? – спросил я.

Ответа не было.

Подойдя к креслу, я застыл в умилении, увидев, как девушка сладко спит. Осторожно убрав бокал из ее руки, который она несильно сжимала в руке. Я аккуратно поднял девушку на руки и отнес ее в спальню. Я уложил ее на кровать и накрыл одеялом. Она выглядела такой хрупкой и беззащитной. Саманта лежала рядом на полу. Похлопав по краю кровати рукой, я привлек ее внимание, и та забралась на кровать и прижалась к Анне. Сквозь сон, девушка обняла собаку. У меня же было свое пригретое место на полу возле окна, на старом потрепанном матрасе. Я доделал последние дела. Вытер насухо посуду, затушил камин, и запер дверь. Вернувшись в комнату, Анна и Саманта уже крепко спали. Я тоже устроился на своем месте и уснул.

На следующее утро, я проснулся значительно позже обычного, ощущая последствия вчерашнего вина. Обычно я просыпаюсь первый, но не в этот раз. Поднявшись, я потер глаза и постучал себя по щекам, чтобы хоть как–то прийти в чувства. В комнате царила тишина, Анна и Сэм уже успели встать и заняться делами, подумал я. Выйдя из комнаты, я был шокирован увиденным. Входная дверь была взломана, шторы разорваны, книги разбросаны по полу, а в воздухе витал запах тревоги. Быстро вернувшись в комнату, я схватил пистолет, который хранился в тумбе, и выбежал на улицу. Солнечные лучи ослепили меня, но я не обращал на это внимания. Взведя курок пистолета, я начал обходить территорию фермы, громко выкрикивая имена Анны и Саманты. Я обогнул дом несколько раз, но не обнаружил никаких следов их присутствия. Вернувшись в дом, я решил провести более тщательный осмотр. На первый взгляд, ничего не пропало. Склад оставался закрытым, и оружие находилось на своих местах. Это означало, что воров можно было исключить. Значит приходили за Анной. Жнецы! Осмотрев еще раз каждый уголок дома, я не нашел никаких зацепок, которые могли бы объяснить происходящее. В отчаянии я снова вышел на улицу и сел на крыльцо, обхватив голову руками. В этот момент я услышал собачий лай, доносившийся из леса. Подняв голову, я прислушался и огляделся. Звук становился все громче, и вскоре я увидел, как из леса на бешеной скорости бежала Саманта.

– Сэм! – тихо прошептал я.

Чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза.