Мастер Заточки: Предел Прочности

На первый взгляд архитектура казалась абсолютно герметичной, монолитной и непробиваемой. Чем яростнее ты бьешь врага, тем быстрее разрушаются молекулярные связи твоего собственного оружия. Неумолимый закон возрастания энтропии в действии.

Но Марк Левин не был бы ведущим аудитором криптографических модулей, если бы слепо верил в безупречность человеческих творений. Годы работы в лабораториях реального мира приучили его к железному правилу: везде, где программисты пытаются оптимизировать вычисления ради экономии серверных ресурсов, неизбежно возникают системные бреши.

Он углубился в подпрограмму вычисления динамического трения. Чтобы снизить вычислительную нагрузку на квантовые процессоры ядра при одновременном расчете десятков тысяч ударов в масштабных рейдовых замесах, разработчики не стали моделировать физику каждого атома. Вместо этого они применили стандартную тригонометрическую аппроксимацию для вычисления тангенциального смещения кристаллических узлов.

Марк развернул формулу динамического сопротивления материала:

mu(omega) = mu_0 * [1 - cos(omega * t + phi)] / [1 + beta * (omega / omega_res)^2]

Взгляд аналитика мгновенно зацепился за фазовый сдвиг phi и собственную резонансную частоту решетки omega_res.

— Стоп... — дыхание Марка перехватило, а зрачки сузились.

Он выделил системную переменную beta. Это был безразмерный демпфирующий коэффициент, отвечающий за рассеивание энергии упругой деформации в окружающую среду. В спешке экстренного развертывания обновления инженеры «Праксис» задали переменную beta как стандартное число одинарной точности с плавающей запятой — классический тип float32.

Марк мгновенно запустил симуляцию предельных состояний в изолированном вычислительном потоке своего нейроинтерфейса.

Что произойдет с материалом, если частота внешнего гармонического воздействия omega в точности совпадет с собственной резонансной частотой колебаний кристаллической решетки сплава, а фазовый угол phi будет принудительно смещен ровно на число пи радиан?

Числитель формулы вел себя предсказуемо: косинус угла (omega * t + pi) неизбежно обращался в минус единицу, давая в скобках удвоенное значение: [1 - (-1)] = 2. Но знаменатель... При точном совпадении частот на микроскопическом интервале времени дискретизации серверного тика — ровно 1/128 секунды, или 7.8125 миллисекунды — значение волнового сопротивления попадало в узкую зону локального экстремума.

Из-за неизбежной ошибки машинного округления в регистре float32 демпфирующий делитель совершал скачкообразный переход через математическую сингулярность, мгновенно меняя знак всего расчетного выражения на противоположный!

Марк рывком поднялся из кресла. Его ладони слегка подрагивали от бешеного выброса адреналина.

— Отрицательный коэффициент трения... — хрипло выдохнул он, глядя на полыхающие трехмерные графики, развернувшиеся в полумраке кузницы. — Вы оставили открытой дверь в самое сердце мироздания!

Если коэффициент динамического трения mu становился строго меньше нуля (mu < 0), весь знак базового дифференциального уравнения износа инвертировался!

Два математических минуса при перемножении неизбежно давали абсолютный плюс!

dD/dt = - (-k) * (F * v) / (H * rho) = + k * (F * v) / (H * rho)

Это означало фундаментальный переворот всех представлений об игровой механике.

При отрицательном коэффициенте трения кинетическая энергия удара больше не разрушала молекулярные связи закаленного металла, а с чудовищной силой сжимала их! Вектор деградации разворачивался ровно на сто восемьдесят градусов. Вместо того чтобы терять крупицы материи в виде энтропийного распада, кристаллическая решетка начинала жадно поглощать рассеянную в пространстве свободную энергию столкновения, намертво запечатывая микротрещины и колоссально уплотняя собственную структуру!

Каждый нанесенный удар по такому клинку не отнимал прочность, а увеличивал ее!

И самое восхитительное заключалось в том, что системный код разработчиков не содержал встроенного предохранителя на ограничение максимального предела прочности. Создатели патча были настолько свято уверены, что износ может быть только отрицательным процессом, что прописали проверку граничных условий исключительно для нижней планки: if (D <= 0) DestroyItem().

Проверки на превышение максимального запаса if (D > D_max) в блоке контактного разрушения попросту не существовало в природе!

— Они не поставили ограничитель сверху, — Марк не сдержал победного смеха, и его голос гулким торжествующим эхом раскатился под высокими каменными сводами мастерской. — Они были убеждены, что материя способна лишь деградировать и умирать. Ни один из этих сытых корпоративных архитекторов даже в кошмарном сне не мог представить, что прочность предмета можно разогнать выше ста процентов!

Однако для практической реализации этого математического парадокса требовалось запредельное, поистине ювелирное мастерство. Обычный кузнечный молот не был способен воспроизвести гармонические колебания строго на частоте 128 герц с фазовым сдвигом в три целых четырнадцать сотых радиана. Для этого требовался инструмент богоподобного класса, способный точно модулировать плазменный импульс в момент механического контакта с заготовкой.

Марк медленно подошел к верстаку и перевел взгляд на «Молот Первородного Пламени».

Реликтовый артефакт древних титанов обладал идеальной, лишенной структурных дефектов решеткой из первородного адамантина. Его боек мог генерировать высокочастотные тепловые и кинетические волны, чутко подчиняющиеся мысленным командам мастера.

Марк открыл герметичные ящики с заготовками и редкими катализаторами.

Для проведения первого рискованного полевого эксперимента категорически нельзя было использовать ценное боевое снаряжение. Если расчетная модель содержала хотя бы микроскопическую погрешность в сотые доли герца, резонансный взрыв нестабильного тензора напряжений разнесет заготовку вместе с наковальней в мельчайшую радиоактивную пыль за долю секунды.

Требовался дешевый, бросовый, абсолютно неприметный подопытный образец. Что-то настолько изношенное и никчемное, чья возможная аннигиляция не вызовет ни малейшего сожаления.

Марк опустился на одно колено и выдвинул нижний деревянный ларь, куда обычно сбрасывал серый мусорный лут, оставшийся после зачистки низкоуровневых катакомб.

Его пальцы нащупали шершавую, рассохшуюся рукоять из дешевого болотного ясеня, грубо обмотанную истлевшей полосой свиной кожи.

Мастер извлек предмет на тусклый свет магического светильника.

Это был старый, невзрачный кинжал с широким зазубренным клинком, густо покрытым бурыми язвами ржавчины и въевшейся сажей.

Марк вызвал идентификационную панель:

[Кинжал «Ржавый Жнец»] [Качество: Низкое (Мусорный предмет)] [Тип: Одноручное колюще-режущее оружие] [Базовый урон: 8-12 единиц] [Базовая прочность: 10/10] [Текущая прочность: 2/10 (Состояние критического распада)] [Особые свойства: Отсутствуют] [Описание: Дешевое оружие наемников нижних ярусов. Металл сильно поврежден коррозией, лезвие тупое, хвостовик едва держится в рукояти.]

Две единицы прочности из десяти возможных. Еще один неловкий удар о деревянную колоду — и ветхое железо рассыплется в серый пепел.

Идеальная тестовая мишень для проверки невозможности.

Марк бережно положил ржавый клинок на зеркальную гладь наковальни из белого лунного камня. Камень слабо отозвался мягким перламутровым свечением, сканируя кристаллическую матрицу заготовки.

Затем мастер аккуратно расставил вокруг наковальни сосуды с катализаторами: щепоть тончайшей звездной пыли для удержания эфирного контура, каплю очищенной алхимической ртути для снижения поверхностного натяжения металла и граненый кристалл глубинного резонансного кварца, способный служить камертоном для гармонических волн.

Марк глубоко вдохнул, закрыл глаза и полностью очистил разум от лишних мыслей.

Он должен был добиться абсолютной синхронизации: биение собственного виртуального пульса, мышечный импульс руки, частота модуляции молота и тайминг квантового процессора «Праксис». Задержка нейролинка в его капсуле высшего поколения составляла ничтожные 0.08 миллисекунды. Этого с лихвой хватало, чтобы перехватить такт серверного времени.

— Частота — строго сто двадцать восемь герц, — тихо, но твердо произнес Марк в звенящую тишину мастерской, поднимая «Молот Первородного Пламени». — Фазовый сдвиг — ровно пи радиан. Начинаем переписывать законы вашей вселенной.

Пламя на граненом бойке молота плавно изменило цвет: яростный оранжево-багровый огонь угас, уступив место ледяному, ослепительно-белому сиянию первородного вакуума. Воздух над наковальней сжался в плотную линзу, загудев от чудовищного напряжения.

Глава 03. Предел прочности

Белое пламя на граненом бойке «Молота Первородного Пламени» не обжигало ладонь, но пространство вокруг него дрожало и непрерывно преломляло падающий свет, словно раскаленный воздух над полуденным солончаком. Марк стоял перед массивной наковальней из лунного камня, не сводя сосредоточенного взгляда со старого клинка. «Ржавый Жнец» в полумраке кузницы казался откровенной насмешкой над кузнечным искусством: бурые хлопья въевшейся коррозии, выщербленное острие, рассохшаяся деревянная рукоять и всего две жалкие единицы остаточной прочности из десяти возможных. Один неверный жест, одна десятая доля миллиметра отклонения бойка — и этот мусорный предмет растворится в воздухе серой окалиной.

Но для Марка этот нож был ключом к взлому фундаментальных законов новой физики Арканума.

Мастер методично разложил подготовленные катализаторы по четырем сторонам лунной наковальни, формируя геометрически выверенный резонансный контур. Тяжелая капля очищенной алхимической ртути легла на основание клинка, растекаясь по холодному металлу тончайшей серебристой пленкой поверхностного натяжения. Щепоть звездной пыли вспыхнула на воздухе от жара молота, образовав вокруг рабочего поля едва заметный мерцающий купол электростатического барьера. В левую руку Марк взял граненый кристалл глубинного резонансного кварца, прижав его плоскую грань к ребру обуха в качестве акустического волновода.

— Калибровка частоты, — тихо скомандовал Марк, посылая импульс прямому нейролинку.

[Синхронизация с тактовым генератором ядра: Частота 128 Гц.] [Вектор ускорения зафиксирован: Фазовый сдвиг строго Пи радиан.] [Задержка нейроинтерфейса: 0.08 мс. Пакетная стабильность: 100%.] [Готовность к принудительной модификации кристаллической структуры заготовки.]

Марк плавно поднял молот над головой. Мышцы правого плеча налились тяжелой, контролируемой силой. Зрение аналитика мгновенно подсветило в теле кинжала хаотичную сеть микротрещин и усталостных разрывов, окрашенных ядовито-красными маркерами критического напряжения.

Первый удар.

ЗВЯК!

Звук получился абсолютно не похожим на привычный грохот кузнечного ремесла: не глухой звон железа о сталь, а чистый, хрустальный тон, напоминающий звук гигантского камертона из горного хрусталя. От полированного монолита наковальни во все стороны разошлась полупрозрачная ударная волна сжатого воздуха.

[Аугментация начата. Уровень заточки: +1.] [Статус прочности: 2/10 -> 2/10. Износ заблокирован резонансной волной.]

Марк не останавливался ни на долю секунды. Он вошел в жесткий, безупречный ритм, в котором биение его собственного пульса идеально сливалось с работой процессоров метавселенной. Каждый удар наносился строго через равные интервалы времени — ровно через 7.8125 миллисекунды, секунда в секунду, тик в тик с квантовым процессором сервера «Праксис».

Удар. Еще удар.

ЗВЯК! ЗВЯК! ЗВЯК!

Боек молота опускался на лезвие с нарастающей силой, не позволяя металлу остыть или рассеять кинетический импульс в атмосферу. Пламя на гранях артефакта стремительно переливалось из ослепительно-белого в глубокий, насыщенный ультрамарин. Серебряная пленка ртути на клинке закипела, превращаясь в сверхтекучий пар, который под давлением молота вбивался глубоко в микропоры ржавого железа. Кристалл кварца в левой руке Марка завибрировал с такой яростью, что кожу на пальцах обожгло ледяным холодом высокочастотного отклика.

[Уровень заточки: +4. Безопасный порог пройден.] [Уровень заточки: +7. Структурная решетка стабилизирована.] [Уровень заточки: +10! Напряжение достигло критического уровня!]

Начиная с десятого уровня, пространство вокруг наковальни буквально закипело. Серверный движок наконец осознал, что в изолированном пространстве мастерской происходит вопиющее нарушение стандартной физической модели. В поле зрения Марка лавиной посыпались системные предупреждения наивысшего аварийного приоритета, окрашенные в тревожный оранжевый цвет:

[Внимание! Обнаружено аномальное распределение динамических напряжений в объекте #D-109284.] [Несоответствие физическому протоколу «Энтропия Материи»!] [Зафиксирован отрицательный градиент теплового рассеивания.] [Попытка ядра принудительно обнулить параметр прочности в соответствии с регламентом обновления 4.0...]

— Не выйдет, черта с два у вас получится! — сквозь зубы процедил Марк. По его вискам и скулам катился крупный градом пот, дыхание сбивалось, но руки удерживали рукоять молота с непоколебимой твердостью гранитной скалы. — Ваш аварийный обработчик исключений опаздывает на три сотых такта! Я вхожу в фазу отрицательного трения!

Он изменил угол удара на три градуса по часовой стрелке и вложил всю доступную силу персонажа в один решающий нисходящий импульс.

«Молот Первородного Пламени» обрушился на обух кинжала на пике четырнадцатого серверного тика.

УДАР!

Воздух в мастерской лопнул с оглушительным звуком, словно разорвалась высоковольтная вакуумная дуга. Ослепительная вспышка фиолетового света на мгновение превратила кузницу в негатив. В ушах зазвенело от пронзительного ультразвукового свиста, от которого задрожали каменные плиты пола.

На поверхности наковальни происходило нечто, полностью ломающее логику игровой реальности.

Ржавчина на старом клинке не осыпалась грязными хлопьями — она стремительно втягивалась обратно в глубинную структуру металла, словно время вокруг заготовки повернуло свой бег вспять! Бурые коррозийные язвы затягивались прямо на глазах, сменяясь зеркально-гладкой, иссиня-черной поверхностью первоклассной высокоуглеродистой стали. Искривленное лезвие кинжала идеально выпрямилось, зазубрины срослись в мономолекулярную режущую кромку, не дающую бликов, а вокруг острия закружился хоровод крошечных фиолетовых искр пространственной сингулярности.

Перед глазами Марка вспыхнул водопад системных логов, от которых любой системный администратор схватился бы за валидол:

[КРИТИЧЕСКИЙ СБОЙ ОБРАБОТЧИКА ЭНТРОПИИ!] [Параметр динамического трения mu принял устойчивое отрицательное значение: mu = -0.0418.] [Вектор деградации реверсирован в режим поглощения кинетической энергии.] [ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ ПРЕДЕЛ ПРОЧНОСТИ ПРЕОДОЛЕН!] [Кинжал «Ржавый Жнец» успешно аугментирован на сверхпредельный уровень!] [Текущая прочность: 15/10 единиц (150% от проектной нормы!)] [Присвоено уникальное системное свойство: «Отрицательный Коэффициент Трения» (Ранг 1).] [Присвоен пассивный эффект: «Квантовая Саморегенерация Материи».]

Марк медленно опустил боек молота на каменные плиты пола и шумно, прерывисто выдохнул. Сердце в груди колотилось с яростной силой, пальцы слегка сводило судорогой от вибрационной отдачи, но в душе разливалось ни с чем не сравнимое торжество победы.

Чистая математика и знание архитектуры кода снова оказались сильнее слепого административного диктата.

Он протянул руку и осторожно взял с наковальни преобразившийся кинжал. Оружие больше ни единой деталью не напоминало ржавый хлам уличного бродяги. Клинок лежал в руке с идеальным балансом, был обжигающе холодным, словно лед арктических вершин, и пульсировал ровным, бархатным низкочастотным гулом.

Марк развернул подробную информационную панель модифицированного артефакта:

[Кинжал «Ржавый Жнец (Модифицированный)»] [Качество: Уникальное (Преодоление предела)] [Тип: Одноручное колюще-режущее оружие] [Базовый урон: 48-65 единиц (+400% к базовому значению)] [Прочность: 15/10 (150% — Сверхпрочность)] [Особое свойство «Отрицательное Трение»: Любой физический контакт, сопротивление материала или парирование вражеской атаки преобразует кинетическую энергию удара в уплотнение кристаллической решетки.] [Пассивный эффект «Саморегенерация»: При получении урона восстанавливает прочность со скоростью +1 единица за каждые 500 единиц поглощенной кинетической энергии. Верхний предел прочности не ограничен.]

— Верхний предел не ограничен... — Марк тихо повторил эти слова, чувствуя, как по коже бегут мурашки.

Настало время полевых испытаний. Теория на экране выглядела безупречно, но бой в Аркануме требовал абсолютной практической надежности.

В дальнем углу кузницы стояла массивная наковальня для грубых работ, а рядом с ней покоился тридцатикилограммовый монолитный слиток сырой титановой руды высшей пробы. Этот материал славился чудовищной плотностью: в стандартных условиях обычные мечи тупились о него за два удара, а под действием патча «Энтропия Материи» мгновенно обратились бы в серую окалину.

Марк подошел к титановому блоку, перехватил рукоять «Ржавого Жнеца» обратным хватом и со всей силы нанес рубящий диагональный удар прямо в центр металлического монолита.

ДЗИНЬ!

Звук соударения отозвался в помещении чистым колокольным звоном высокой тональности.

Кинжал не раскололся. Он даже не замедлил движение. Тонкое иссиня-черное лезвие вошло в тридцатикилограммовый кусок монолитного титана, как раскаленный скальпель в мягкий кусок парафина, без малейшего видимого сопротивления рассекая кристаллическую решетку титанового сплава на атомарном уровне!

Верхняя половина титанового слитка с глухим стуком съехала по срезу и упала на пол мастерской. Линия разреза была зеркальной, лишенной малейших заусенцев или следов термического оплавления.

Марк с замиранием сердца взглянул на системную полосу прочности клинка:

[Зафиксирован физический контакт с объектом экстремальной плотности.] [Сработал модификатор «Отрицательное Трение».] [Поглощено входящей кинетической энергии: 1 450 единиц.] [Прочность увеличена: 15/10 -> 17/10 (170% от проектной нормы!)] [Микротрещины структуры затянуты свободным эфиром. Плотность кристаллической решетки повышена на 4.8%.]

Марк выдернул кинжал из оставшейся половины слитка. На лезвии не появилось ни единой микроцарапины. Напротив: темный металл стал еще чище, а тонкий фиолетовый ореол вокруг острия уплотнился, превращаясь в сияющую световую кромку толщиной в один атом.

Оружие не просто не разрушалось. Оно насыщалось силой встречного удара! Любое столкновение, любая попытка сломать его лишь делали этот клинок прочнее, острее и смертоноснее!

В этот момент в потайную дверь мастерской, ведущую в заброшенные подземные акведуки Оренгарда, тихо постучали. Условный стук: три коротких, пауза, два длинных.

Марк подошел к двери, отодвинул тяжелый кованый засов и впустил гостью.

В проеме показалась стройная, грациозная фигура Лилит. Девушка была одета в дорожный маскировочный плащ цвета болотного мха, из-под глубокого капюшона выбивались серебристые пряди волос, а за спиной висел ее великолепный составной лук из лунного ясеня. Лицо лучницы было непривычно бледным, под глазами залегли тени усталости, а в цепком взгляде застыла неподдельная тревога.

— Марк... — выдохнула она, быстро переступая порог и плотно прикрывая за собой дубовую створку. — В городе форменное безумие. «Пантеон» через подставных скупщиков за гроши забирает склады разорившихся гильдий. Они скупают руду, зелья, ингредиенты. Они прекрасно осведомлены о патче и ждут, пока вольные игроки окончательно сложат оружие.

Она внезапно замолчала, заметив разрубленный пополам тридцатикилограммовый титановый слиток и сияющий фиолетовым светом кинжал на верстаке.

— Это... что такое? — Лилит нахмурилась, осторожно подойдя ближе. — Ты нашел новый артефакт в сокровищницах? — Это «Ржавый Жнец», Лилит. Тот самый серый нож за две медные монеты, который валялся на дне сундука, — Марк спокойно протянул ей кинжал рукоятью вперед. — Взгляни на параметры.

Лилит с недоверием взяла оружие. Едва ее пальцы коснулись оплетки, перед глазами всплыла системная плашка. Спустя секунду ее зрачки расширились, а из груди вырвался судорожный вздох.

— Прочность... семнадцать из десяти?! Сто семьдесят процентов?! — ее голос сорвался на шёпот. — Марк, этого не может быть. Предел прочности любого предмета в Аркануме жестко зашит на уровне ста процентов. Это база! — База для тех, кто не умеет обращать в спять тензоры динамического трения, — спокойно улыбнулся Марк. — Пока весь сервер дрожит над остатками снаряжения, я инвертировал формулу износа. Теперь каждый нанесенный или заблокированный удар не разрушает этот клинок, а делает его прочнее. Металл затягивает энергию удара и наращивает собственную решетку.

Он взял со стойки короткий вспомогательный стилет лучницы, положил его на лунную наковальню и тремя быстрыми, четкими ударами на частоте 128 герц прошил его матрицу отрицательным коэффициентом. Стилет вспыхнул чистым ультрамарином.

[Стилет Ночной Тени аугментирован!] [Прочность: 75/50 (150%)] [Присвоено свойство: Авторегенерация лезвия.]

Марк вернул оружие ошеломленной девушке. Лилит провела пальцем по тонкому лезвию, завороженно слушая, как металл отзывается легкой вибрацией на тепло ее кожи.

— Ты безумец, Марк, — покачала головой она, но в ее взгляде вспыхнула надежда. — Ты только что сломал цепи, которыми они хотели задушить весь мир. Но ты ведь понимаешь, что произойдет, когда об этом прознает администрация? Они спустят на тебя не троих Патч-Хранителей, а целую армию ликвидаторов. Они сотрут этот город, чтобы запечатать утечку. — Они уже нацелили на меня протокол зачистки, — Марк вернул молот на плечевую перевязь. — Вопрос лишь во времени. Чтобы выстоять против их «Кода Дезинтеграции», нам нужно не просто оружие со сверхпрочностью в сто пятьдесят или двести процентов. Нам нужно снаряжение с вечной прочностью. Заточка на плюс двадцать, двадцать пять, тридцать. Уровень квантовой сингулярности, способный разрезать исходные системные скрипты. — Но обычный металл не выдержит такого разгона, — покачала головой Лилит, мгновенно уловив технический тупик. — При попытке загнать мифрил или адамантит за триста процентов внутренняя плотность энергии просто разорвет предмет на куски. — Верно. Нам нужен материал, лишенный фиксированных кристаллических связей. Вещество, сочетающее текучесть воды и несокрушимость первородной тверди, — Марк развернул карту континента. — Сверхтекучее адамантовое железо титанов. Оно есть только в одном месте — в глубинах Пылающих Недр. — Вулкан Черной Короны... — тихо произнесла Лилит, и ее лицо стало предельно серьезным. — Там температура прожигает даже стандартную экипировку, а лавовые элементали выжигают прочность с каждым касанием. И еще кое-что, Марк. Мои дозорные докладывали: в том же секторе замечены разведчики «Пантеона». Межсерверный альянс уже высадил свои передовые группы. Они тоже охотятся за реликтовыми ресурсами. — Тем хуже для «Пантеона», — Марк защелкнул пряжки нагрудника. — Мы идем туда прямо сейчас. Бери походный запас зелий огнеупорности и зачарованные термоконтейнеры. Сегодня ночью мы добудем кровь титанов.

Лилит решительно кивнула и спрятала обновленный стилет в ножны на бедре. Сквозь полумрак подземного хода они бесшумно покинули Оренгард, устремляясь навстречу жерлу огнедышащей бездны.

Глава 04. Сверхтекучее адамантовое железо

Жар Пылающих Недр ощущался еще за две мили до входа в центральный кратер вулкана Черной Короны. Пепельная пустошь, некогда бывшая суровым горным предгорьем, под воздействием глубинных тектонических сдвигов превратилась в безжизненную пустыню из черного обсидианового песка и застывших лавовых рек. Воздух здесь был настолько плотным, тяжелым и едким, что обычные игроки без специальных алхимических масок начинали терять здоровье уже через несколько минут, а мелкие частицы вулканического пепла забивали шарниры латных доспехов, вызывая непрерывные системные микроповреждения.

Под действием глобального патча «Энтропия Материи» окружающая среда стала вдесятеро опаснее, чем в прежние времена.

[Внимание! Экстремальная термическая зона: «Кальдера Титанов».] [Фоновый урон окружающей среды: 450 ед./сек. (Урон огнем).] [Активирован износ снаряжения от непрерывной термической эрозии.] [Скорость деградации стандартной экипировки: -3 ед. прочности в минуту.]

По обе стороны от узкой тропы виднелись брошенные лагеря и обугленные скелеты высокоуровневых монстров. Но страшнее всего выглядели груды брошенного снаряжения: расколотые латные кирасы, треснувшие ростовые щиты, рассыпавшиеся в серый шлак мечи. Некогда могущественные рейдовые группы пытались пробиться к вулкану в первые часы после обновления, надеясь выбить редкие огнеупорные ингредиенты, но жестокая физика нового износа сожрала их амуницию прямо на марше.