Последний контракт

– Мне поступил телефонный звонок от майора Косоглазова, он работал в секретариате Совбеза на вшивой, в общем-то, должности. Раньше он был в моем подчинении, работая в РУБОПе.

– И что сказал Косоглазов? – Катя записала его фамилию на листке бумаги.

– Разговор был очень короткий. Из него я понял, что Косоглазов сбросил Матиасу какой-то секретный документ и теперь опасается за свою жизнь.

– Можно сделать вывод, что майора на «вшивую» должность устроил сам Матиас и приплачивал за конкретную информацию.

– Все так. Только не знаю, доказывает ли это убийство Косоглазова.

– Его убили? – Напротив фамилии майора Катя поставила жирный крест.

– Расстреляли из «калашникова». Официальная версия следствия – «перепутали» жертву. Он ехал на машине своего зятя или шурина, а у того были какие-то трения с конкурентами. Это случилось на следующий день после нашего разговора.

– Почему он обратился именно к вам?

– Мы пару раз беседовали с ним. Он знал, что я собираю на Матиаса материалы.

– И он, работая на Матиаса, не сообщал ему об этих беседах. Разумно. В вашем лице он приобретал тоже что-то вроде защиты на случай, если у него возникнут трения с банкиром. Тем более что вы лицо частное и «непробиваемое», и с серьезными намерениями.

– Так, наверное. Но если бы я зашел далеко, вот как сейчас, он бы сдал меня.

– Что его насторожило, может быть, почему он сопоставил слив секретной информации с покушением на него?

– Обычно Матиас возвращал бумаги, которые его не интересовали. Попросту говоря, не хотел марать руки.

– Звучит не очень убедительно.

Баженов развел руками: «Других объяснений нет».

– Хорошо. – Катя легонько хлопнула по столу. – Оставьте мне ваши бумаги, я поработаю с ними. Позвоните мне… скажем, через два дня. – Она черкнула номер своего рабочего телефона. – Если возникнут вопросы, я сама с вами свяжусь.

Она обошла стол и попрощалась с полковником за руку.

Оставшись в кабинете одна, Катя позвонила начальнику управления и попросила принять ее. Тот назначил на шесть вечера. Есть время подумать и ознакомиться с бумагами Баженова.

Те шесть финансовых организаций, о которых говорил полковник, оказались управляющими компаниями, они же «дочки» «Капитал Ренессанса», довольно приличное досье на каждую.

Первой из них значилась «Финансы Ренессанс», вторая по списку – ЗАО «Менеджмент-Плюс». Эта шестерка управляющих компаний не могла регулировать коррупцию и преступность в России «путем не только своих капиталов» – тут сильное преувеличение. А вообще тема не нова, и Катя допускала, что в принципе такое возможно. Он правильно заметил, думала она о Баженове: это сообщество никогда не устраивает ни съездов, ни сходок. И вот появилась возможность узнать организации, боком ли, задом ли, но все же стоящие за распределением финансов между преступностью, терроризмом, коррупцией, экстремизмом, что практикуют почти все преступные группировки.

На взгляд Скворцовой, эта шестерка походила на адвокатское сообщество, представляющее интересы преступных сообществ. Можно установить связь между ними и террористическими организациями, выявить факты финансирования, а что дальше?..

Скворцова приехала в управление за четверть часа до назначенного времени. В коридоре встретила знакомого подполковника и проговорила с ним десять минут. Вернулась в приемную как раз в тот момент, когда начальник военной контрразведки Котельников вышел из кабинета, передал секретарше какие-то бумаги и поманил Скворцову за собой.

Они сели за длинный стол заседаний, в середине которого стоял раскидистый куст алоэ. Первый раз Катя увидела его три дня назад, но спросить о его назначении не рискнула, была больше озабочена своим новым назначением.

Ее доклад начальнику управления занял пятнадцать минут. Котельников ни разу не перебил, не задал наводящих вопросов.

– Почему ты решила привлечь Марковцева?

– Евгений Антонович, на него можно смотреть двумя глазами.

– Открыто, что ли? – не понял генерал.

– Да нет. Одним глазом – как на бывшего главу группы особого резерва «Щита», другим – как на агента Главного разведывательного управления. – Скворцова для наглядности прикрыла сначала один глаз, потом второй.

– Он работает на ГРУ?

– Похоже, – неопределенно ответила она и подала совет: – Сделайте запрос через Главное управление контрразведки.

Котельников сделал проще – он связался с начальником разведуправления по спецсвязи.

– Чем вызван интерес к этому человеку? – спросил генерал армии.

– В данное время мы разрабатываем одну группу, на наш взгляд, причастную к финансированию террористов. В одном из вариантов, предложенных майором Скворцовой, рассчитываем на связи Марковцева с главным фигурантом.

– Много дыма. Рассчитываешь разогнать его с помощью женщины и на полном скаку? Более конкретно можешь пояснить?

– Извини, Игорь Александрович…

– Руками разводишь?

– Как ты догадался?.. После можешь поинтересоваться у Марковцева.

– Это само собой. Я перезвоню.

Начальник военной разведки перезвонил через десять минут. Перед этим Котельников с удивлением взирал на порозовевшие щеки Скворцовой. Мог поклясться себе, что слышит ее голос: «За каким чертом вы назвали мою фамилию?!»

Катя действительно негодовала на генерала. Она не готовила Марковцеву сюрприз, но ей было бы в сто раз легче встретить его иным образом.

– Скажи, куда и в какое время подойти моему человеку? – резко попросил начальник ГРУ.

– Профильный отдел на Большой Дмитровке.

– Наслышан об этой конторе. Хочу предупредить тебя, что Сергей Марковцев попал под правительственный указ, освобождающий его от уголовного преследования.

– Я преследую другие цели, – в тон собеседнику ответил Котельников. – Как оформим договоренность?

– Письмом на мое имя. Марковцева в нем отметь как подполковника.

И начальник ГРУ первым положил трубку.

6

Катя не могла настроиться на предстоящую встречу с Марковцевым. Она взяла за основу отправную точку, день 26 сентября 2001 года, когда они виделись последний раз. И мысли путались еще больше.

Она не переставала твердить Сергею: «Уезжай. Ты заработал денег, чего тебе еще надо?» А он все молчал. Один раз только воткнул, как всегда, что-то непроходимое: «Через три дня именины прабабушки Антихриста. Она родилась 29 сентября 1863 года. Отпраздную и уеду».

Тогда она вспылила: «Марковцев, у меня есть дела поважнее, чем просто смотреть на тебя. И мне не нуженделовой партнер». Сергей тоже поднял тучу пыли: «Ну и катись к черту!» Она обозвала его ослом.

Вот на этом они и расстались.

Катя любила Сергея. Она проплакала до самого дня рождения чертовой прабабушки. Как сопливая девчонка, она пыталась вспомнить другую дату, когда она полюбила Марковцева. Вот так, ни много ни мало. Наверное, поняла это, когда он, неожиданно остановив ее в коридоре профильного отдела, вдруг сказал: «Ты любишь меня?» Она покрылась румяной корочкой и… обозвала его дураком.

Прошло три года. Кого она увидит, осла или дурака? «Такую женщину просрал!» – ругалась Скворцова. У нее были мужчины, некоторые делали ей предложения, но ей хотелось настоящего уютного домашнего тепла.

Три года – это не три месяца. Оба изменились. Кате казалось – она поменялась больше. Вроде как состарилась. О, моль полетела. Не из вашего ли бюстгальтера?

Господи! – она ужаснулась сентябрю месяцу. Этот чертов Марковцев может поздравить с наступающим днем рождения. Не дай боже, открещивалась Катя.

Она в десятый раз подошла к зеркалу поправить прическу, одернуть рукав приталенного жакета из коричневого букле и всякий раз видела позади чуть насмешливые глаза Сергея: «Прихорашиваешься?» Да, блин, делать мне больше нечего. Пару раз посмотрела, как сидят на носу модные очки в тончайшей оправе, даже придумала шутку. Марковцев спросит: мол, слабое зрение? А она немощно так ответит: очень слабое – ноль пять, слабее не бывает. И только что не рухнет головой на стол.

Нет, очки сразу надевать не стоит, с ними у нее лицо телевизионной национальности. Лучше естественно прищуриться, взгляд будет малость беспомощный, чуточку хищный и натурально недальновидный. Дура дурой.

Она припасла еще одну домашнюю заготовку. Выставит на стол бутылку вина и скажет-намекнет: «Зажиточная тетенька ищет компаньона со стаканом». И тут же возникнет какая-то гармония. У нее эротичные, соблазняющие духи «Диор Аддикт», трогающие сердце самого неприступного мужчины, у него одеколон «Балдессарини», этакий проводник самых благородных и мужественных помыслов. Она такая чернобровая и такая белолицая, а он ужасно талантливый. Круто.

Она рассмеялась. Как раз в это время вошла секретарша. И доложила. О ком – понятно.

Скворцова не успела ни сесть за стол, ни надеть очки, ни прищуриться. Она гнала прочь улыбку, отчего губы сложились в бантик, а со стороны казалось, она целует Марковцева на расстоянии. Едва она ослабила этот коварный узелок, как губы поползли в разные стороны. И еще одна попытка убить это непроизвольное изъявление самых что ни на есть подлинных чувств. Она стояла с поджатыми губами, с ямочками на щеках, соблазнительно пахла и материлась про себя. А Марковцев, эта сволочь, даже не поздоровался. Стоит и молчит, смотрит, ждет, когда заговорит хозяйка кабинета.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Владимир Перекрест, «Известия».

2

Аналогом секретного подразделения «Группа «Щит», о котором идет речь, послужила реально существовавшая криминальная организация Федеральное сыскное бюро России, чьим делом занималось московское управление по борьбе с организованной преступностью. Она была создана по указу президента и министра внутренних дел России за номером 117-РПМ от 11 ноября 1992 года, в котором утверждалось «создание, регламентировался порядок присвоения этой тайной организации званий офицеров внутренних войск…». Задачи организации: «получение полной и достоверной информации оперативнее госведомств России и СНГ, внедрение сотрудников в органы власти, сбор информации из теневых структур, составление списка «нежелательных» граждан, физическое устранение лидеров преступных группировок». Членами этой организации стали видные авторитеты криминальных структур, которым выдавались удостоверения организации, оружие и разрешение на его применение, члены чеченских преступных группировок и высокопоставленные чиновники министерств и ведомств России. Во главе этой организации стоял бывший вице-премьер Российской Федерации.