Проект «Весна» Часть 3: Северная Звезда

Это задевало самолюбие соло-гитариста Рику, так как его игра не так впечатляла, как движение и голос новой вокалистки.

Доигрывая партию, в его голове мелькнуло: «Сейчас ты обломаешь зубы. Эту песню мы играли пару раз. Она новая, и ты вряд ли сможешь спеть её не по порядку!»

Он резко перешёл к их хедлайнеру, пропустив две партии.

В его ловушку попался Ясуо: сбившись поначалу, он процедил под нос:

— Рику, мразь! Какого чёрта ты творишь?!

Сая, выдохнув, запела. Наклонившись к Лили и Ами, она коснулась их рук. В этот момент зал притих, а в её мыслях всплыло: «Странно… У нас же ещё две песни до финала».

Глаза Лилиан сверкали от восторга — от голоса, который заполнял своей глубиной все уголки пространства в зале.

После выступления Сая, всё ещё стоя на сцене, смотрела на посетителей в зале. Её сердце быстро колотилось, но уже не от страха, а от радости. Рику, забрав гитару, сразу спустился за сцену.

Ясуо, пробегая и махая рукой, тихо похвалил её:

— Молодец, Булочка!

Он догнал Рику, толкнул его, а следом ударил по лицу:

— Гад, я из-за тебя сбился! Если будешь так играть, все твои фанатки уйдут… Ты сегодня погано звучал!

— Если тебе нравится, что этот слюнтяй трогает твой бас, — это твоё дело. А я не хочу, чтобы эта крашеная мартышка прикасалась к моей гитаре, — ответил Рику, сплюнув.

Тут Ясуо рассмеялся, оттолкнув его:

— Ну ты и придурок. Он настраивает и очищает инструмент — то, что мне делать неохота. Не нравится — ходи к настройщику, плати за то, что этот чудик делает бесплатно! Но только не позорь нас такой игрой…

Сая, ухватив Рэна за руку, потянула за собой. Из глубины сцены они вышли на поклон вместе с Акирой и вернувшимся Ясуо.

Когда все разошлись, Сая ждала Рэна у входа в клуб. Он, выходя, окликнул её:

— Сая, прости, что я в таком виде… Ты готова?

— Да… Но если не хочешь, мы можем пойти в другой раз… — сказала Сая, помявшись. — На мне этот растянутый свитер под пальто…

Он возразил с улыбкой, рассмеявшись так легко, что её тревога будто осела, как пыль после дождя.

— Не переживай! А с этой заколкой он выглядит очень мило!

— Заколка! — Нащупав на голове корону, она икнула. — Я не отдала Акире заколку его сестры… Я так увлеклась, что забыла…

Рэн украдкой заметил:

— Она тебе очень идёт! Вы же друзья с Акирой!

— Да. Мы учимся в одной школе, — ответила она с улыбкой.

Рэн, вздохнув, произнёс грустно:

— Жаль, что мы в разных школах…

Сая промолчала, лишь опустив, отвела взгляд. Они прогуливались до кафе неспешно. Адреналиновый раж Саи спал, и она снова стала стеснительной. В кафе пахло свежей выпечкой и корицей. Она долго не решалась сделать заказ, разглядывая меню.

— Сая, — покраснев, произнёс Рэн, предлагая, — хочешь горячий шоколад с пирожным?

— Угу, — тихонько ответила она и подняла взгляд, не пряча улыбки, как обычно.

Официантка вернулась с заказом, принеся угощение для Саи.

— Рэн, а ты…? — произнесла она.

Он пристыженно отвёл взгляд, признаваясь:

— Прости, у меня не так много… Но я могу позволить себе угостить тебя. Не переживай, я…

Официантки переговаривались между собой:

— Снова его отошьёт очередная… Несчастный!

Это сильно резало слух Сае. Она подвинула чашку на середину стола и коснулась его руки.

— Не стоит из-за меня тратиться, — произнесла она.

— Неудачник! — кто-то из посетителей усмехнулся.

— Это её дело, почему ты смотришь на них! — девушка сделала замечание, но в ответ лишь услышала:

— Она просто жалеет его. Какой он ничтожный! На его месте я бы сейчас просто сдох от стыда! — произнёс парень уже громче, не стесняясь внимания.

Резко встав, она с грохотом ударила по столу руками, опершись на него.

— Хватит… Довольно! Как можно так бесстыдно поливать грязью… И кто посмел за моей спиной говорить такую мерзость… — слезливо выдавила она.

Официантки притихли, а посетители уставились на парочку, сидящую недалеко от них. Раздался звук быстрых шагов — Сая уже стояла у соседнего столика, схватив парня за ворот рубашки и сжав ткань в кулаке. Она замахнулась, но в последний миг замерла, глядя ему прямо в глаза. Её лицо покраснело, а по щекам скатывались слёзы.

В зале кто-то из посетителей узнал её:

— Это же та певица…

— Она крутая не только на сцене!

— А парень — их бэк-гитарист…

Рэн остановил её, легонько обняв, тихо сказал:

— Не надо… Я правда жалкий… Не могу позволить сводить тебя в приличное место…

Сая прижалась к нему, обняла и тихо произнесла:

— Мне ничего не нужно. Достаточно того, что ты рядом…

В зале раздался звук пощёчины.

— Ты меня унизил своей болтовнёй! — произнесла девушка, уходя. — Жаль, что она сдержалась!

В груди Саи разливалось тепло, и от этих объятий всё на мгновение стихло — будто мир замер. Но резкий звонок матери вернул её в реальность.

— Сая, где ты? Почему ещё не дома? — строго произнесла Сакура.

Сая уже могла говорить с матерью более уверенно и спокойно:

— Простите, матушка, меня друг в кафе пригласил отметить моё первое выступление. Я скоро буду дома.

Разделив пирожное, Сая извинилась перед Рэном:

— Прости, у меня мама очень строгая. Было время, когда я общалась с плохой компанией… Я благодарна тебе за вечер, но мне нужно бежать. Проводишь меня до автобуса?

Рэн покраснел от смущения и, подавая ей пальто, тихо кивнул:

— Конечно. Я провожу.

Когда подъехал автобус, уже начало смеркаться. Рэн шагнул вперёд, чтобы помочь ей подняться по ступенькам. Сая остановилась и, поднявшись на одну ступеньку, повернулась, помахав рукой на прощание.

— Спасибо, Рэн, за чудесный вечер! — улыбнулась она.

Он стоял, глядя, как двери автобуса закрываются, отделив её от него тонкой полосой стекла. Ему с трудом верилось, что на него обратила внимание девушка, которая не насмехалась над ним, не смотрела с жалостью и не отводила взгляд в отвращении. Внутри Рэна что-то дрогнуло и согрелось. Он стоял, пока красные огоньки не растворились в сумерках, а потом медленно побрёл прочь.

Дома её встретила Сакура, пристально глядя на дочь. В её взгляде не было гнева — только эта вечная, изматывающая тревога.

— Добрый вечер, матушка. Простите, что заставила волноваться, — произнесла Сая, поклонившись.

Подойдя, Сакура обняла её:

— Прости… — тихо сказала она, уткнувшись в волосы Саи. — Я всё ещё боюсь, что твоё прошлое тебя не отпустит, что-то случится, и я потеряю тебя… Знаю, когда ты дружила с этой мерзавкой, у меня опустились руки. Но теперь мне ещё страшнее — ведь ты тогда не знала, с кем дружила.

Сая молча прижала её ладонь к своей щеке. После недолгого молчания она выдохнула тёплым воздухом:

— Не переживай. Теперь я больше не оступлюсь.

Сакура закрыла глаза, пытаясь удержать слёзы, и просто кивнула.

— Хорошо, — прошептала она. — Просто… возвращайся вовремя. Мне нужно знать, что с тобой всё в порядке.

— Я не буду больше затавлять вас тревожится матушка, — пообещала Сая.

Придя в школу после выходных, она зашла в класс к Акире, принеся завёрнутую заколку. Кику побледнела, увидев Саю. Её трясло от злобы, но поделать она ничего не могла.

— Прости, я забылась, — произнесла Сая, протянув маленькую корону Акире. — Я впервые ощутила такое и не отдала заколку твоей сестры…

Он, рассмеявшись, успокоил её:

— Ты можешь оставить себе. Хьёка всё равно хотела продать. Поэтому я и попросил отдать её. — Он вздохнул. — Это был последний кусочек той Хьёки, которая водила меня с собой на свои выступления, научила играть на ударных и гитаре. Но такой её больше нет… Теперь она просто напивается после работы и часто, не доползая до комнаты, спит на диване.

— Я тогда сохраню её… — произнесла Сая, сжав в пальцах заколку.

Это сильно разозлило Кику.

— Достали! — Подойдя, она вырвала корону из рук Саи и швырнула не глядя, попав в одну из девушек, пришедших в класс компанией.

— Эй, ты что! Кику совсем башкой двинулась! — произнесла та, в которую попала корона. Подняв её с пола, она подошла к Сае.

— Ты же Кадзэяма! — передав заколку, произнесла она.

Девушки столпились вокруг Саи, расспрашивая её:

— Кику, отвали! Все знают, что Кадзэяма лучше тебя подходит группе! Твои визги никуда не годятся!

— Сая, тебе не было страшно?

— Ты так уверенно двигалась… Сложно представить, что впервые вышла на сцену.

Сая, улыбаясь, призналась, чуть покраснев:

— Раньше я состояла в музыкальном кружке, но, правда… Это было впервые — выйти на сцену вне школы. Я сильно нервничала, но, кажется, всем понравилось.

— Конечно, понравилось! — воскликнула компания. — Ты была главной звездой выступления!

Кику выбежала из класса, стиснув зубы. Стоя перед зеркалом в тулете, она умывалась, пытаясь успокоиться, стирая слёзы дрожащей рукой.

— Вот как… Теперь кролик — главная звезда в школе… — процедила она.

Рэн, помогая в пекарне, остановился у кондитеров, глядя, как девушки делают сладости. Рассмеявшись, они начали подшучивать над ним.

— Что встал? Или влюбился?

— Смотрите, девочки, франт какой! И кто же из нас тебе нравится, что ты взгляд не отводишь?

— А может, хочешь в ресторан пригласить или замуж позвать!

Рассмеявшись, одна из них — та, что пришла недавно и только училась мастерству, — выдала:

— Да кому такой сдался! Мать вечно пашет как лошадь на заводе, да ещё две сестры, что его без гроша оставляют! Их нищая семейка только и ждёт, чьей крови пососать!

В пекарне повисла тишина.

Лицо Рэна исказилось; нервная улыбка дёргалась на губах. «Неужели я правда такой мерзкий… Но почему тогда…» — крутилось в его голове.

— Смотрите, он сейчас заплачет, — добавила новенькая. Но, поймав на себе пристальные взгляды старших, она тут же притихла и продолжила заниматься формовкой, будто ничего не произошло.

Его рука скользнула в карман и вытащила конверт с деньгами за неделю. «Да, пусть я слабак, пусть отвратителен окружающим. Пусть так. Но Сая не должна заступаться за меня… Как хочется порадовать её чем-нибудь изысканным…»

Подойдя к старшей, на глазах у всех, он протянул ей шесть тысяч иен.

— Можно я куплю? — тихо произнёс он.

Она, усмехнувшись, пошутила:

— Что, Рэн, сладостей захотел? У сестёр-то дни рождения прошли!

— Это… это не для меня, — ответил он нервно. — Я просто хочу порадовать её…

Работницы аж опешили от такого, уставившись на него. Старшая принялась трогать его лоб.

— А неужто правда влюбился? Не лихорадит, а весь как в ознобе… — Собрав моти в коробочку, она сказала: — Убери. Вы и так концы с концами сводите с трудом. Нечего. От пяти-шести штук мы не обеднеем! Считай это за твою помощь!

— Но как же, я не могу так… — произнёс он.

Тут же та, что только что унизила его, оживилась:

— Купи мои! Я могу продать, если хочешь, за…

Её тут же подняли на смех:

— Помалкивала бы, бессовестная! Твоими-то только свиней да кур кормить, неумеха!

Старшая добавила:

— Если будет нужно — подходи. Мы никогда тебе не откажем.

— Спасибо, — прошептал он. — Я… я буду стараться!

Она вложила в его дрожащие руки коробочку:

— Да не трясись так! Они нежные, не то девочку расстроишь некрасивым угощением! И меня посрамишь!

Глубоко вдохнув, он всё же успокоил наконец-то нервную дрожь:

— Простите… Просто Сая — первая, кто не смотрит на меня с отвращением, кому я не противен…

— Значит, и ты должен быть для неё тем, на кого можно положиться.

Рику, стоя с гитарой на сцене, процедил:

— Снова этот слюнтяй опаздывает. Если так, то я пойду.

Сая не находила места от волнения, что вдруг Рэн сильно задержится. Она не сводила взгляда с часов, будто стараясь замедлить ход времени.

Акира, сев за барабаны, произнёс:

— Давайте разомнёмся пока.

— Что ты такой спокойный? — возмутился Рику, попирая его авторитет. — Твой хваленый гитарист снова опаздывает!

Акира встал, подошёл к нему и с насмешливой усмешкой процедил:

— Потому что я слышу, как он играет! Ему не нужно красоваться перед поклонницами. Рэн просто любит музыку и отдаётся ей полностью. Поэтому я уверен в нём. Даже если он пропустит пару репетиций, Рэн не подведёт. А твои партии как солиста требуют больше работы — и мы все помним, что ты нам устроил.

Рэн наивно протянул подбежавшей к нему Сае небольшую коробочку:

— Я хотел сделать тебе приятное… И попросил на работе у кондитеров помочь мне.

— Они же жутко дорогие… — воскликнула Сая. Смотря на красиво украшенные сладости в коробочке, она грустно вздохнула: — Рэн, не надо было…

Рику рассмеялся над ними:

— Он опоздал из-за того, что хотел накормить эту… — Он притих, потому что никто не смотрел на него.