Красотки Нечаева

Лада оказалась в клетке. Она начала задыхаться.

Институт к тому времени был уже закончен, Захар устроился на работу к отцу. «Занимаюсь автомобильным бизнесом», – любил говорить он малознакомым людям, пытаясь произвести на них впечатление. Лада устроилась корреспондентом в местную газету, но быстро уволилась, потому что Захар оказался против. «Моя женщина не будет работать, я обеспечиваю тебя всем».

В детстве папа называл Ладу птичкой-огоньком. Может, из-за цвета волос, может, из-за живости характера. Лада вспомнила об этом после очередной ссоры, когда Захар заявил, что она слишком заигрывала с его партнером по бизнесу – парнем, который согласился перегнать через Беларусь из Польши немецкую иномарку. А Лада всего лишь улыбнулась на приветствие и задала пару вежливых, ничего не значащих вопросов.

Птицы в неволе перестают петь. Лада решила, что это не ее вариант, и в один прекрасный день заявила Захару, что уходит.

Что тут началось! Скандалы, оскорбления, уговоры, даже предложение руки и сердца. А после сообщения с угрозами.

Но Лада уже приняла решение. Она как-то поняла, что дальше будет только хуже, а брак свяжет ее еще крепче, и тогда совсем не вырваться.

Перед тем как объявить о разрыве, Лада изучила рынок вакансий в ближайших городах и увидела объявление о том, что в «Вести Нечаева» требуется журналист. Она села на электричку и поехала на собеседование. Зарплату предложили небольшую, но жить можно. К тому же Ладе обещали предоставить комнату в городском общежитии. Она согласилась.

Только после этого Лада объявила Захару о расставании, а родителям об отъезде. Собрала вещи, сменила номер телефона и укатила в Нечаев – за тридцать километров от родного городка.

Мама решение дочери не приняла и обозвала ее идиоткой. Брак родителей сложно было назвать счастливым. У мамы всегда были амбиции. Папа воплотить их в жизнь не сумел. Он был очень хорошим человеком, но не воякой, папа не умел налаживать отношения с нужными людьми и взбираться по карьерной лестнице вверх. «Главное разочарование моей жизни», – говорила мама. И отец, чувствуя свою несостоятельность, когда «у Вали новая иномарка, Оля улетела отдыхать в Турцию, а у нас летом деньги только на частный сектор в деревне под Геленджиком», – молчал.

Вторым маминым разочарованием, естественно, стала дочь. Такого парня отхватила – богатого, папа со связями, можно стать королевой города, так нет – вертит хвостом. Ну потерпела бы, не переломилась, зато жила бы в большом доме, а не в двухкомнатной хрущевке, одета была бы во все модное, с иголочки – подружки обзавидовались бы.

Но дочь пошла в отца, такая же упертая. Тот взятки брать в своей геодезии так и не научился, и эта решила тоже нищенствовать.

Брак родителей не был счастливым, но они не разводились. Привычка и, как подозревала Лада, понимание, что никому мама, кроме отца, не нужна, делали свое дело.

В первое время в Нечаеве пришлось непросто. Новый город, новые люди, комната в общежитии. Но помогли библиотечные вечера – так Лада познакомилась с девчонками и приобрела друзей. А еще она взяла подработку: писала рефераты студентам, сочинения старшеклассникам и по воскресеньям репетиторствовала – подтягивала школьников по русскому языку. Все это позволило ей снять однокомнатную квартиру в старой кирпичной пятиэтажке.

Мама с решением дочери не смирилась. Много позже Лада узнала, что Захар делал попытки ее найти и наказать (его еще «никогда не кидала баба»), но тут подключился папа, который пригрозил своей сестрой, она работала в Москве в налоговой, и обещал неприятности. Отец Захара, видимо, неприятностей не хотел и сына осадил. Во всяком случае, история утихла, ее родителей больше не беспокоили, и новый номер телефона Лады никто не спрашивал.

А сообщение от мамы с упреком, что из-за Лады они теперь стали врагами влиятельной семьи, она стерла.

Папа, кстати, Ладу поддержал. Не при маме (зачем очередной скандал?), а наедине. Лада часто разговаривала с ним по телефону и переписывалась ежедневно. Она понимала, что при маме папа не афишировал их общение, поэтому переписка стала оптимальным вариантом. А через год, когда Лада сказала папе, что пошла на курсы по вождению, он вдруг перевел ей деньги. Сказал: «На машину». Лада была тронута до слез. Конечно, той суммы на покупку нового автомобиля было недостаточно, официальная же зарплата Лады не позволяла взять большой кредит. Но тут в дело включилась Жанна и заявила, что знает, кто может им помочь.

Этим человеком оказался Степан – в прошлом боксер, а сейчас владелец местного автосервиса. Его в городе все так и звали – Степан. Сразу понимали, о ком речь. Привезти деталь на замену? Степан. Выправить крыло? Степан. Посмотреть, что с тормозными колодками? Степан.

Высокий лысый мужик лет тридцати пяти – тридцати семи выглядел не слишком приветливо. Но это оказалось лишь первое впечатление.

Выяснилось, что Степан хорошо знает автосалон отца Захара и пообещал присмотреть там подходящую машинку. На просьбу Лады не говорить, для кого она, ответил понимающим взглядом. Степан умел не лезть в чужие дела. В итоге, вернувшись, он предложил три варианта, показал фото. И Лада остановилась на «жуке». Просто влюбилась в него. Машину официально продали Степану, а Степан потом – Ладе, после чего взялся за приведение автомобиля в порядок. Когда Лада села в свой «жук» в первый раз и поехала, то сразу поняла – это абсолютно ее машина. А чуть позже выяснилось, что прежний владелец забыл вынуть из проигрывателя диск. Лада включила музыку, и по салону обволакивающе полилась песня:

В день ненастный, в час, когдаПостучится в дом бедаИ не справиться тебе одной,Две монеты брось в огоньИ перо три раза тронь,И Жар-птица прилетит со мной…

В детстве, когда мама была еще не настолько разочарована жизнью и в доме фоном звучала музыка, папа часто ставил диск с группой «Браво». Ему очень нравился этот альбом. И эту песню они не раз пели хором. Ведь песня про птицу. А Лада – птичка-огонек. Значит, это песня про нее.

Много лет спустя, сидя в салоне старого «жука» и слушая знакомую композицию, Лада плакала. Папин подарок, папина любимая песня, сердце сжималось и щемило.

Спасибо, папа.

Потом она сказала Степану, что хочет оранжевый цвет автомобиля и чтобы на дверках были белые перышки. Тот лишь пожал плечами. Девчонка, что с нее взять?

А Нечаев Ладу принял. Маленький, но чистый городок, где почти все друг друга знают. Всего двадцать восемь тысяч жителей. Можно пешком пройти и не устать. Зато здесь есть своя старая улица, три восстановленные церкви, два торговых центра, городской парк, дворец культуры времен СССР и даже свой кинотеатр. А еще ночной клуб – самое тусовочное место для молодежи. В ночной клуб Лада не ходила, а вот в кинотеатр время от времени с девчонками выбиралась. В основном с Алей. Тая из-за маленького ребенка еле выкраивала время для зефирной, а Жанна пропагандировала активную личную жизнь. Зато Аля, тонкая натура, стала идеальным компаньоном, с которым можно обсудить увиденное.

Иногда Лада задумывалась о том, что, наверное, не дело все время платить за съемное жилье. Что, возможно, пора задуматься об ипотеке. Тем более что ее позиция в редакции укрепилась, зарплата повысилась, да и подработка никуда не делась. Писать сочинения и рефераты Лада перестала, зато увеличила количество учеников. Это оказалось гораздо выгоднее.

Только ипотека предполагает, что ты связываешь свою жизнь с данным местом надолго. Или даже навсегда. Ответить же на вопрос, как долго она собирается жить в Нечаеве, Лада не могла. Поэтому мысль о собственном жилье появлялась и исчезала.

А сейчас и вовсе стало не до нее. Может, в скором времени отсюда вообще придется бежать.

Кто знает, как повернется дело с Орловым?

6

Роман Алексеевич Орлов вошел в дом. Дом стоял безмолвный. Он практически всегда был безмолвным, если не звучал телефонный звонок, включенный телевизор или не хозяйничала Галина Петровна, которая приходила дважды в неделю «прибраться и приготовить борща». В общем-то, Орлов здесь только ночевал, порой к нему приезжали в гости друзья, чтобы пропустить по стаканчику виски. Периодически появлялась женщина, даже на какое-то время укоренялась, но… как появлялась, так через определенный срок и исчезала. После развода не завязывались новые по-настоящему серьезные отношения. То ли у новых женщин не хватало хитрости и мудрости удержать Орлова, то ли он просто не хотел во второй раз проходить то, через что ему пришлось. Поэтому жил теперь Роман Алексеевич на работе. Агрокомплекс, база отдыха, торговый центр – хозяйство большое, везде надо успеть, все держать под контролем.

День выдался сложный, сломалась система отопления в парнике. Если посаженная там зелень не вызреет в срок, то будут сорваны поставки в одну известную продуктовую сеть. А это – штрафные санкции. Сама система – хитроумная, зарубежная, пока разбирались, пока искали, чем можно заменить вышедшие из строя детали. Выяснилось, что на базу отдыха «инкогнито» пожаловал один очень известный актер. Он требовал к себе повышенного внимания и устроил скандал, заявив, что его безобразно обслуживают. У звезды подписчиков больше миллиона, так что дать антирекламу туристической базе на всю страну ему как нечего делать. С актером пришлось выпить коньяку и выслушать монолог о тяжести актерской жизни и неподъемной ноше всенародной любви. Запчасти от совсем другого механизма удалось приладить к системе отопления благодаря уму и сообразительности Лёни – отличного инженера и человека, который работал в агрокомплексе со дня его основания. Золотой человек!

Осталось только раздеться, принять душ и лечь спать, чтобы завтра снова начать борьбу с обстоятельствами.

Но тут зазвонил телефон. На экране высветилось имя абонента. «Степан». В такое время?

– Слушаю тебя, – ответил Орлов.

– Извини, что поздно, но только зашел домой, а из автосервиса говорить не хотелось.

Однако.

– Все нормально, я еще не сплю.

– Ко мне сегодня приходили люди из земельного комитета. Интересовались, как я получил разрешение на строительство автосервиса. Говорили, что земля под ним принадлежит городу. Я им ответил, что все верно, земля принадлежит городу, и у меня есть договор на ее долгосрочную аренду с правом выкупа, а также разрешение на строительство с утвержденным администрацией проектом. Только знаешь… не понравился мне этот визит.

– Почему?

– Не знаю, смотрели на меня как-то недобро. У меня все по-честному, документы в порядке, только сам понимаешь, если хочешь прикопаться – прикопаешься. Есть ощущение, что хотят у меня отжать то ли сервис, то ли землю, то ли все вместе.

– Я попробую узнать, что там с твоим сервисом, – Орлов положил руку на затылок и погладил коротко стриженные волосы.

– Узнай, а? Должен буду. Но я это к чему все, раньше такого не было. Может, времена меняются? Предчувствие у меня, Ром. А оно, ты знаешь, почти никогда не подводит.

– Предчувствие, говоришь? Ладно. Завтра заскочу в администрацию, поговорю с кем надо.

После разговора со Степаном Орлов прошелся по просторной гостиной, посмотрел на камин. Когда-то он мечтал, что холодными вечерами в нем будет гореть огонь, создавая уют его жилищу. Но зажигался камин крайне редко, обычно зимой, когда этого хотела новая женщина. Дрова догорали, галочка «сделано» ставилась, и на этом все.

Орлов подошел к камину, коснулся его рукой. Степан по пустякам звонить не будет. Значит, этот визит ему действительно не понравился. В последнем разговоре с мэром никаких земельных вопросов не всплывало. Глава города умышленно промолчал или это целиком и полностью инициатива земельного комитета? Пару месяцев назад комитет возглавил молодой амбициозный парень Виталий Ситников. Виталик этот одевался с шиком, явно ходил в спортзал, а еще был очень смазлив и начал ухлестывать за дочкой мэра. Похоже, метил в зятья.

Тут у любого сорвет крышу от успеха. Умный притаится, а ослепленный может почувствовать себя всемогущим и начать собственную игру.

Впрочем, все это только домыслы. Завтра стоит узнать об этом Виталике подробнее.

А сейчас – спать.

Чат «Красотки Нечаева»

Аля цветочек: Девочки, забыла вам сегодня сказать, я такую книгу начала читать классную. Там главный герой – мечта-мечта.

Жанна вамп: Кубики пресса, спортивная тачка и куча денег?

Аля цветочек: Нет, там про Средневековье. Он рыцарь и очень благородный.

Жанна вамп: Рыцари по ходу остались только в книжках, но для здоровья все-таки лучше реальный мужик.

Тая искусница: Боюсь, реальный мужик пока не светит. Особенно когда сидишь с маленьким ребенком(((Так что книжный тоже ничего, сойдет.

Лада огонек: Аля, как книжка называется?

Аля цветочек: «Клятва верности».

Жанна вамп: Пафосно.

Аля цветочек: Есть немного, но роман правда очень хороший.

Тая искусница: Когда прочитаешь, мне дашь?

Аля цветочек: Конечно.

Жанна вамп: Ладно, девы, я спать. Мне завтра утром для орловской базы фото делать.

Лада огонек: Рыцарь нашего времени – Орлов. Богат, умен и популярен. Но насчет благородства неизвестно.

Жанна вамп: Факт. Завтра познакомимся с ним поближе.

Тая искусница: Насколько поближе?

Жанна вамп: А это уж как получится.

Глава 2

1

На фотосессию Жанна прибыла вовремя, хоть и не выспалась.

Из-за отсутствия машины пришлось взять такси. По дороге Жанна позвонила Степану, не стала разводить политес и ждать более позднего времени.

– Привет. Что там с моей красоткой? Дела продвигаются?

– И тебе доброе утро, – ответили ей на том конце. – Ночью мастерская была закрыта, так что со вчерашнего вечера изменений нет. Но думаю, в конце дня сможешь забрать.

– Это точно?

Степан рассмеялся:

– У тебя голос женщины, которая с утра уже с кем-то поссорилась.

– Я и ссорюсь, – пробубнила Жанна. – С тобой. Знаешь, как неудобно на такси ехать со всей амуницией?

– А ты куда едешь-то?

– На базу отдыха к Орлову.

– Так сказала бы мне. Я бы отвез.

Он так просто это произнес, что Жанна даже не сразу нашлась что ответить, только в груди чуть защемило. Они были знакомы давно, почти всю жизнь. Степан был старше, но в детстве они жили в одном дворе и, конечно, знали друг друга. Повзрослев, он ушел в спорт, еще что-то болтали про уличные гонки, в итоге Степан нашел себя, организовав собственный автосервис.

Жанна же закончила школу, выучилась на юриста, ни дня не проработала по специальности, зато очень помогли курсы фотографов. Она вышла замуж, открыла маленькую фотомастерскую, развелась.

Они давно уже не жили в одном дворе. Жанна теперь обитала в новостройке, Степан купил в частном секторе участок земли с домом. Наверное, хотел, чтобы все было как у людей, чтобы дом, сад, свои огурцы-помидоры, но по факту отстроил там большой гараж, а участок напоминал филиал мастерской.

Жанна чувствовала, что нравится ему. Ощущение это появилось примерно года два назад. Степан тогда пришел к ней в студию сделать фото для визы – собирался за границу на море, и так на нее смотрел… Наблюдал, как она настраивает фотоаппарат, как слегка хмурит брови, как командует:

– Правое плечо ниже, еще… ага… хорошо… лицо расслабь, а то тебя никто с таким выражением не пропустит… отлично!

Она тогда в связи с разводом и человеком-то себя почти не чувствовала, разочаровалась во всем мужском роде окончательно и бесповоротно. Жанна очень хотела ребенка, но у них с мужем не получалось, она ходила по врачам, сдавала анализы, готовилась к разговору, что мужу тоже надо бы пойти на консультацию, пора заниматься этим вопросом серьезно, а потом вдруг выяснилось, что все это время он жил на две семьи. И в той, неофициальной, ребенок был. Просто неофициальная семья жила в поселке городского типа за пятнадцать километров от Нечаева, и с работой там не очень. А в Нечаеве дела Жанны шли в гору, квартиру они снимали хорошую, обсуждали вопрос ипотеки, по субботам случалась сауна с пивом и друзьями, да и работа таксиста давала свой доход. А раза два в неделю под предлогом межгородских маршрутов муж уезжал туда, где его ждали молодая глупая девчонка и их общая новорожденная дочь. Он оставлял ей денег. А что? Удобно. Ни бессонных ночей с младенцем, ни бытовых проблем, приехал – переспал – оставил деньги – уехал.

Все открылось совершенно случайно. Когда муж был в ванной, зазвонил его телефон с абонентом «Постоянный клиент», и Жанна решила ответить – помочь, записать заказ. Она нажала на соединение, а там, не дождавшись ответа, начали истерично всхлипывать:

– Приезжай скорее, у Анечки температура тридцать девять, ее надо в больницу, такси к нам не едут по такому дождю, наври своей жене что хочешь, но приезжай! Это ведь твоя дочь, Олег, твоя дочь!

И рыдания. Жанна впала в ступор. Сначала ей показалось, что ошиблись номером, потом… потом она вообще отказывалась верить, потому что принять то, что услышала.

В трубке продолжали рыдать и требовать ответа с надрывом:

– Олег, не молчи! Олег, ты приедешь?

Когда муж вышел из ванной и застал замершую с трубкой в руках Жанну, спросил:

– Что случилось?

– Это тебя, – как-то на удивление спокойно ответила Жанна и протянула ему трубку.

Что было потом, она плохо помнила. Он, конечно, поехал, сказав перед этим: «Позже поговорим» и «Я все объясню». Только объяснять было нечего.

Ее любовь к мужу, ее вера в семью, ее понимание жизни – все рассыпалось. Жанна была дезориентирована, она чувствовала себя преданной и растоптанной. Она чувствовала себя убитой. Конечно, ни понять, ни простить не смогла. Потом был мучительный развод и долгое восстановление.

Иногда Жанна встречала бывшего мужа – город-то маленький. Он снял квартиру в хрущевке, перевез туда новую семью, женился или нет – Жанна не знала, да и знать не хотела. Однажды к ней в фотомастерскую пришла эта девушка. Симпатичная, да. Привела с собой дочку. Хотела закрепить успех? Показать себя победительницей в глазах бывшей жены?

– Пошла вон, – тихо, но четко проговорила Жанна и так посмотрела, что вся бравада с «победительницы» вмиг слетела.

А вечером понизился рейтинг ее фотостудии в Сети и появился разгромный отзыв.

Но Жанна и это пережила.

Сейчас она думала, что не родила тогда к лучшему. Был бы ребенок счастлив? Жанне казалось, что нет.

Но ребенка она все равно хотела. Возраст был уже такой, когда материнства не просто хотелось – требовалось. Иногда Жанне дети снились. И Степан, кстати, был вполне себе неплохим кандидатом на роль отца. Только к новым серьезным отношениям она была не готова, а использовать старого знакомого как донора спермы не хотела. Это было бы несправедливо и жестоко.

В тот день, когда она фотографировала его для визы, разговор возник сам собой. Жанна призналась, что заканчивает курсы по автовождению, но ей не хватает практики, и что стоит вопрос покупки машины. Так, слово за слово… Степан предложил потренироваться на одном из его стареньких автомобилей, потом помог выбрать и приобрести оптимальную для Жанны машину, потом был «жук» Лады. Да, можно сказать, что они стали друзьями. Все чаще Жанна ловила на себе его долгий, внимательный взгляд. Очень мужской. И все чаще его не выдерживала. Степан не был красавцем. Высокий, лысый, с кривоватым из-за старого перелома носом. Но было в нем притягательное ощущение силы. И, может, стоило бы попробовать, но Жанна боялась. Боялась разрушить те хорошие отношения, что у них были.

Вот и сейчас его «я бы отвез» прозвучало очень… будто она ему кто-то.

– Я уже большая девочка, Степан, – ответила Жанна чуть хрипло. – Лучше сделай машину.

– Сделаю. Я позвоню, когда можно будет забрать.

– Договорились. Все, мне пора.

Такси остановилось перед базой, и Жанна, поблагодарив водителя, забрала рюкзак с аппаратурой и вышла на улицу.

Несмотря на утро, было уже солнечно. День обещал быть хорошим – светлым и сухим. Стоял сентябрь. Осень еще только начинала наводить свои порядки. Многие деревья оставались пока зелеными, с едва заметными вкраплениями желтизны. Но зелень их была уже старая, пожухлая. На клумбах яркими огненными пятнами цвели поздние цветы. Жанна удивилась георгинам. Современные флористы их сейчас почти не используют в оформлении зон отдыха. А здесь – пожалуйста. Вообще, территория базы была чистой, ухоженной. Мощеные дорожки, клумбы, лавочки, стенд с планом расположения корпусов, детская площадка, в отдалении – затерявшиеся в березовой роще домики. Жанна и сама была бы не прочь провести в этом месте выходные.

Но сегодня ее здесь ждала работа. Жанна направилась в главный корпус с ресепшеном, рестораном для завтраков и обедов и детской комнатой.

– Добрый день, чем я могу вам помочь? – приветствовала ее улыбающаяся девушка за стойкой.

– Добрый. Я фотограф. Сегодня у вас запланирована осенняя фотосессия.

– Да, нас предупредили. Пройдемте за мной.

Пришлось покинуть корпус и по одной из дорожек добраться до площадки, где располагался пункт проката велосипедов летом и лыж с коньками зимой. Невдалеке виднелось здание сауны.

Выяснилось, что работы на сегодня запланировано много. Необходимо сфотографировать территорию, спортивный зал, бассейн, сауну, пункт проката, экотропу для пеших прогулок, а после того, как закончится завтрак, – ресторан, затем еще один – отдельно стоящий и с меню, а не со шведским столом. Когда проходили предварительные переговоры по телефону, Жанне все это озвучили, но она не представляла масштабов. Ранее Жанна была здесь несколько раз – фотографировала молодоженов, однако возможности более подробно познакомиться с базой не представилось. А теперь намечалась полноценная фотосессия, кадры из которой чуть позже предполагалось активно использовать для осенних спецпредложений и в ежедневном ведении соцсетей базы.

Хорошо, что сегодня она надела удобные ботинки на низком каблуке. Ходить придется много.

– С чего начнем? – обернулась Жанна к администратору. – И мне нужен будет помощник, который проводит ко всем объектам.

– Да, конечно. Думаю, начать можно с пункта проката, вы пока тут готовьтесь, я сейчас пришлю к вам сотрудника.

С этими словами девушка направилась в административный корпус, а Жанна расстегнула рюкзак.

Пункт проката представлял собой аккуратный домик-сруб. Перед ним стояло несколько велосипедов, площадку украшали вазоны с еще цветущими яркими петуниями. А что, здорово! Если сентябрь выдастся сухой, то вполне можно совершать велопрогулки. И кадр красивый получится. Для полноты атмосферы хорошо бы еще найти человека, который встанет рядом с одним из велосипедов.

За спиной послышались шаги, и чуть позже послышался бархатистый мужской голос:

– Не знал, что красивую девушку с утра может заинтересовать фотографирование велосипедов.

– Могу сфотографировать вас, – не оборачиваясь, ответила Жанна. – Если встанете рядом с одним из них. Мне как раз нужен натурщик.

И тогда он вошел в кадр. Высокий, смазливый, с густыми темно-русыми волосами. Эффектно откинул упавшие на лоб пряди назад.

Жанна на секунду замерла, а потом опустила фотоаппарат.

– Однако, – пробормотала она.

– Подхожу?

– Не уверена.

– Почему?

– Можете запросить за фотосъемку бешеный гонорар, а я, знаете ли, неплатежеспособная.

Он весело и громко рассмеялся.

– Да, фотографии со мной стоят недешево.

Жанна все никак не могла вспомнить его имя. Лицо красавца в последнее время постоянно мелькало в Сети и на баннерах с рекламой нового детективного сериала. Неплохое такое лицо, а вот имя… Как же его зовут? Что-то такое старинное и не факт, что настоящее.

– Ну так что, подарить вам пару кадров? – сделала широкий жест звезда.

– А что взамен?

– Ужин в вашей компании.

Ни фига себе! Да он ее клеит! И кажется, ему даже в голову не приходит, что она может отказать.

– Обед, – ответила Жанна. – К сожалению, вечером я занята. А вот в обеденный перерыв с удовольствием пообщалась бы с гостем из столицы.

Это было не совсем то, на что рассчитывал звездный мальчик, поэтому пауза в ответе оказалась ощутимой.

– Уверена, что не хочешь ужин? – он поиграл бровями и перешел на «ты».

– Значит, так, – Жанна опустила фотоаппарат и окинула актера оценивающим взглядом с головы до ног. – Я девушка старомодная и как-то всегда думала, что мужчина должен получать не все сразу. Так что – обед как компромисс.