Любовь дьявола

Natali Sh

Любовь дьявола

глава 1

Стефания

Мы праздновали конец первого учебного года в ночном клубе. Подружки-однокурсницы пригласили меня, чтобы я попробовала студенческую жизнь. Они знали, что я не люблю такие места, но, учитывая их настойчивость, было проще согласиться, чем спорить.

Время перевалило уже за полночь. Клуб всё больше напоминал консервную банку с килькой — было не протолкнуться. Танцевать я не любила, так что сидела за нашим столом, курила кальян и потягивала «безалкогольный» коктейль, который почемуто на вкус был явно с алкоголем. Но сейчас меня это совсем не волновало. Допивая коктейль, я поплелась за ещё одним.

Бармен только что вручил мне мой заказ, как вдруг какой-то человек врезался в меня. Всё моё платье мгновенно промокло.

— Ты, блядь, совсем слепой? Не видишь, куда прёшь? — заорала я на него.

— А мама с папой не учили, что с незнакомыми людьми нужно разговаривать вежливо? — сказал парень.

— А не пойти бы тебе на хуй?!

Он хотел что-то сказать, но я развернулась и направилась к туалету, чтобы спасти свой наряд. После того как платье высохло, я всё же решила поехать в общагу. Не позволю какому-то высокомерному типу испортить мне вечер.

Выйдя из туалета, я вновь столкнулась с ним. Он прислонился к стене. Я попыталась пройти мимо, но его сильные руки схватили меня за локоть.

— Далеко собралась?

— Ты больной? Отпусти руку или тебя ещё раз послать? — выплюнула я, вложив всю свою уверенность в ответ.

— А ты знаешь, что бывает с девочками, которые грубят взрослым дяденькам? — спросил он.

— А ты знаешь, что бывает с дяденьками, которые пристают к девочкам? — парировала я. — И отпусти мою руку, иначе я буду кричать!

— Кричи, тут так громко, что тебя вряд ли ктото услышит, — сказал он, вселяя страх в мою душу.

Действие алкоголя придавало смелости, и я со всего размаху залепила ему по лицу. Он явно не ожидал такого, ослабил хватку — и мне удалось убежать.

Уже сидя в такси, я написала девочкам, что у меня случилось ЧП, и я уехала в общагу. Всю дорогу до общежития мне казалось, что за мной ктото следит.

«Это всё нервы, просто тот псих напугал меня», — думала я.

Переодевшись и умывшись, я легла и тут же заснула. Конечно же, всю ночь мне снились кошмары.

Мне приснился сон: я бежал по лугу с яркими ромашками под палящим солнцем. Вдруг всё замерло, солнце потускнело. Стало холодно и мрачно. К мне подошла огромная тёмная фигура. Чем ближе она подходила, тем сильнее холодело. На траве появлялся иней. Мои губы побледнели, ресницы покрылись каплями. Я чувствовал, что скоро замёрзну. Когда она приблизилась, сняла капюшон плаща, и я удивился — это был парень из моего клуба. «Не бойся. Я спасу тебя, а ты спасёшь меня», — сказал он.

глава 2

Марк

Пять грёбаных лет я только и делал, что заслуживал своё место. Добивался, чтобы при упоминании моего имени люди боялись.

Каждый день с начала моих пятнадцати лет я только и делал, что выживал. Когда моя жизнь изменилась на 180 градусов, мне было 15: обеспеченная семья, семейный бизнес и никаких забот. В один миг рухнуло всё. Родители и мой младший брат разбились на машине, а я в тот вечер, как обычно, зависал на какой-то вписке и узнал обо всём только утром. Полиция повезла меня на опознание, а мне казалось, что я всё ещё пьян и это просто глюки. Опознание. Похороны. Какие-то люди, которых я не знаю. Всё как в тумане, проносилось в какой-то замедленной съёмке. Я не понимал ничего.

Из всей родни у меня остался только дядя — брат моего отца. Он и взял меня к себе. У него не было семьи, поэтому он с большой ответственностью взялся за моё воспитание. Помимо школьных занятий, каждый день я тренировался по боксу, самообороне и стрельбе. Честно говоря, я не понимал, зачем всё это нужно, и иногда сбегал с тренировок. Но за каждую провинность меня строго наказывали. К восемнадцати годам я стал универсальным бойцом: не только умным, но и физически сильным, способным превзойти трёх-четырёх бойцов спецназа.

Поступил в университет на факультет управления бизнесом, как хотел дядя. Я не возражал.

Дядя был не просто предпринимателем, а криминальным авторитетом, контролировавшим город. Все, кто хотел чего-то добиться в Петербурге, шли к нему. Слово моего дяди Алексея Леонидовича Фомина, известного как Фома, было решающим.

А я стал его правой рукой — жестоким, безжалостным. При одном упоминании Дьявола люди готовы были отдать всё, что могли, лишь бы я оставил их в живых. Я решал все вопросы в поставках оружия, наркоты и других товаров, которые кто-то хотел провозить через наш город. Люди меня боялись и уважали. Несмотря на мой юный возраст, я был весьма значимой фигурой в городе — ничего не проходило мимо меня. Ведь никто не хотел, чтобы его труп нашли изуродованным, если кто-то решит меня обмануть. Моя жажда крови не знала границ, когда кто-то переходил мне дорогу.

В тот вечер я находился в своём клубе, обсуждая дела с партнёрами. Со второго этажа открывался прекрасный вид на танцпол и бар. Когда все вопросы были решены, мы решили спуститься вниз, чтобы расслабиться и выпить по бокалу виски. Я уже подходил к бару, как какой-то придурок налетел на меня. Я пошатнулся и задел девчонку. Её платье тут же стало мокрым.

— Ты, блядь, совсем слепой? Не видишь, куда прёшь? — заорала она на меня.

— А мама с папой не учили, что с незнакомыми людьми нужно разговаривать вежливо? — парировал я.

— А не пойти бы тебе на хуй?! — От её ответа я реально знатно охуел. Но когда хотел добавить, что непременно заставлю её сходить туда, она развернулась и пошла в сторону туалета.

Я остановился у входа и решил выяснить, с какого хуя какаято девка послала меня на хуй. Никто никогда не смел на меня даже голос повысить — люди даже мысленно боялись меня послать. А тут она.

Я стоял, прислонившись спиной к стене, когда она спустя 10 минут вышла из туалета.

— Далеко собралась?

— Ты больной? Отпусти руку или тебя ещё раз послать? — выплюнула она с явным страхом в голосе, хоть и вкладывала всю свою уверенность в ответ.

— А ты знаешь, что бывает с девочками, которые грубят взрослым дяденькам? — спросил я.

— А ты знаешь, что бывает с дяденьками, которые пристают к девочкам? — парировала она. — И отпусти мою руку, иначе я буду кричать!

— Кричи, тут так громко, что тебя вряд ли кто-то услышит, — сказал я, продолжая крепко держать её за локоть.

Она влепила мне пощёчину, от чего я немного растерялся и ослабил хватку. Она же, воспользовавшись моей заминкой, убежала. «Далеко не убежишь», — подумал я и направился в сторону кабинета охраны. Найдя её по камерам, сделал фотку, отправил лучшему другу и по совместительству лучшему хакеру страны и сказал собрать всю информацию к утру.

На утро я знал о девушке из клуба всё, вплоть до паролей от социальных сетей и выписок банковских счетов. Как же занесло эту маленькую мышку в мой клуб? Если судить по предоставленной информации, то она — та самая правильная домашняя девочка.

Я установил за ней слежку, взломал её телефон и установил камеры в общежитии. Стал сталкером. Каждый вечер просматривал и прослушивал записи, став зависимым от компьютера. Неделю ходил сам не свой, зная, что стоит только приблизиться — и она станет мишенью. У меня достаточно врагов. Чем могла зацепить эта правильная девочка? Женским вниманием я не был обделён: знал все элитные бордели и имел своих постоянных партнёрш. А что до семьи — в моём мире завести её мог только безумец.

Для себя решил: сегодня же вечером сниму наблюдение. Но не тут-то было. Просматривая прямую трансляцию из её комнаты, я видел, как она собирает вещи. «Куда же ты собралась, маленькая мышка?» Конечно же, я знал ответ на этот вопрос: квартира на Невском была подарком от родителей. Какой-то чёртов мудак помогает моей мышке перевозить вещи.

глава 3

Стефания

За отличную учёбу на первом курсе родители подарили мне студию рядом с Невским проспектом. Отец сказал: «Пусть у моей дочери будет свой уголок».

Собирая вещи и прощаясь с общагой, было както грустно. Тут столько вечеров прошло за просмотром фильмов, столько сплетен, выпитых бутылок вина и пролитых слёз соседок изза расставаний с парнями Но меня ждёт моя квартирка.

Одногруппник, вызвавшийся мне помочь, доставил меня до квартиры, помог занести вещи и напросился на чай. Наконецто он уехал, и я выдохнула. Он не давал мне проходу полсеместра: дарил цветы и вкусняшки, приглашал на кофе. Но меня как парень он не интересовал — только как друг. Хотя я всё же пользовалась тем, что он запал на меня, хоть и не отвечала взаимностью.

Наконецто оставшись одна, я сходила в душ и устроилась на кровати, решив никуда сегодня не выходить. Заказала доставку любимых роллов.

Когда раздался звонок в дверь, я не ожидала увидеть никого, кроме курьера с заказом. Но каково было моё удивление и страх, когда в квартиру вошёл парень из клуба.

— Ну привет, невоспитанная девочка, — усмехнулся он.

От страха и внутренней паники я не могла сказать ни слова. А он продолжил:

— Я тут ужин нам привёз. Роллы заказывала?

Я так и стояла, уставившись на пакет в его руках.

— Ну и долго стоять будем? Роллы стынут. И некрасиво держать гостя на пороге.

С этими словами он прошёл в комнату и развалился на диване.

— Какого чёрта ты тут делаешь и как узнал мой адрес? Если ты сейчас не уйдёшь, я вызову полицию!

— Да брось, детка. Мы и вдвоём замечательно проведём вечер, а может, и ночь, — ухмыльнулся он. — Незачем беспокоить стражей порядка.

— Убирайся из моей квартиры! — я почти кричала.

— Ну же, детка, незачем кричать. Я всего лишь приехал в гости к своей девушке, а ты будто не рада меня видеть.

— Какая я тебе, к чёрту, девушка? Ты что, псих?

— Ну как же, в клубе мы познакомились, и я решил, что ты моя.

— Ты реально псих! Выметайся на хуй из моей квартиры!

— Аяйяй, детка, тебя и так ждёт наказание, так что не стоит материться и прибавлять ещё больше наказания.

— Так всё, я звоню в полицию! — и бросилась к телефону, который лежал на столе. Но не успела пройти и двух шагов, как крепкие руки обхватили мою талию, и я оказалась у него на коленях, а к моему горлу был приставлен нож.

— Мы с тобой не с того начали. Для начала успокойся и будь хорошей девочкой, и, может, тогда я уберу нож. Поняла?

Я молчала, боясь пошевелиться. По щекам бежали слёзы. Было безумно страшно.

— Ты поняла?

— Дааа, — тихо сказала я.

глава 4

Марк

— Хоть одно лишнее движение — и я, не задумываясь, перережу твою прекрасную шею. Поняла? — Она кивнула. Я убрал нож от шеи. Она тут же попыталась встать, но я усадил её обратно.

— Пожалуйста, можно я встану? Пожалуйста, — всхлипывая, спросила Стеша.

— Нет, мне так удобно, а ты обещала вести себя хорошо. Начнём знакомство сначала? Я — Марк.

— А я.. Я — Стефания, для друзей — Стеша, — тихо проговорила она.

— Я не буду звать тебя Стешей, потому что не собираюсь быть твоим другом. Я же уже сказал: ты моя, и никакой дружбы не будет.

— Ты меня убьёшь?

— Если будешь послушной девочкой — нет. А если нет, то наказание будет незамедлительным.

Она тихо плакала. Я наклонился к ней и провёл языком по щеке, слизывая слёзы. Стефания вся задрожала и ещё сильнее заплакала.

— Ну хватит разводить сырость, не люблю женские слёзы. Ты вроде есть хотела? — Она замотала головой.

— Что ты хочешь от меня? Как ты узнал мой адрес? — спросила она. Её голос звучал так тихо. Она боялась, и мне это нравилось. Я провёл рукой по её бедру. Стефания задрожала ещё сильнее. — Пожалуйста, не надо.

— Не надо чего? — с усмешкой спросил я.

— Ничего не надо, что бы ты ни хотел сделать.

— Пока я хочу лишь, чтоб ты поела. Я был так любезен и принёс тебе ужин лично. Ты ешь, я отвечаю на вопросы. Идёт? — Она кивнула.

— Я хочу тебя, — сказал я. Она подавилась и закашляла. Я продолжил: — Ответ на твой вопрос: «Что я от тебя хочу?»

— Что? — её голос дрожал.

— Хочу, чтоб ты была моей. Хочу тебя наказывать, если будешь вредной и непослушной. Хочу тебя трахать в разных местах и позах. А потом, если ты будешь хорошей девочкой, я, может, даже на тебе женюсь.

— А я Моего мнения спросить не нужно? Может, я не хочу.

— Детка, твоё мнение не имеет значения. Главное — чего я хочу, а ты будешь принимать всё, что я буду тебе давать.

— А на хуй тебе не надо пойти?! Я всё равно заявлю в полицию, как только ты уедешь

— Аяяй, ты снова сквернословишь, а мне это не нравится. Или так ты напрашиваешься на очередное наказание?

— Как ты узнал адрес?

— Это было легко. Даже очень. И я знаю не только твой адрес, но и всё о тебе — начиная с рождения и заканчивая сегодняшним днём. Также знаю всё о твоих родных: адреса, имена, места, где бывают. Будешь меня слушать — и никто из них не пострадает, — и уже чуть грубее добавил: — Ясно?

— Да.

— Вот и умничка. А знаешь, какая часть из того, что я о тебе узнал, понравилась мне больше всего? Что ты девственница. Это так чертовски меня завело, что я дождался, когда ты приедешь сюда. Но не бойся, я не сделаю ничего, чего бы ты сама не хотела.

— Да ну, серьёзно? Я хочу, чтоб ты ушёл, а ты до сих пор в моей квартире.

— Я здесь, потому что тебя ждёт наказание за твой длинный язык и пощёчину. Будь уверена, тебе понравится. Ко мне подойди. — Она не пошевелилась. — Я сказал: сюда подойди! — рявкнул я.

Она тихо всхлипнула и подошла ко мне. Я провёл по её бедру рукой, сжимая её круглую попку.

— Даю тебе право выбрать наказание. Или я трахаю тебя в твою очаровательную попку, или ты делаешь мне минет.

— А может, не надо? Я просто извинюсь на словах? — с надеждой спросила она.

— Нет уж, милая моя. Варианта только два. Я считаю до трёх, и ты даёшь мне ответ. Или я выберу сам. Раз Два

— Минет.

— Вот и чудненько. Хочу предупредить тебя сразу: хоть раз попытаешься сомкнуть зубы — и сразу же их лишишься.

— Но я никогда этого не делала. Пожалуйста, не надо. Это же так унизительно.

— Я буду помогать тебе, и в этом нет ничего унизительного. Кроме моего члена, ты не увидишь никакого другого. И сделай так, чтоб мне понравилось.

глава 5

Стефания

— На колени, — это прозвучало как приговор.

Он встал. Я встала на колени у его ног.

— Расстегни ремень, — я думала, что ничего унизительнее я ещё не испытывала. Потянулась к ремню и дрожащими руками расстегнула и выдернула его. Дальше пуговица на брюках никак не хотела поддаваться моим дрожащим пальцам. Марк терпеливо ждал. Коекак справившись, я расстегнула и молнию и спустила брюки. Всё надеялась, что он передумает и скажет, что это просто глупая шутка. Под боксерами выступал внушительный член.

— Чего зависла? Дальше.

— Пожалуйста

— Продолжай, ты сама выбрала своё наказание.

Я спустила боксеры, и он сел обратно в кресло.

— Подползи ближе. Оказавшись между его ног, возьми его в руку, проведи вверхвниз. — Я делала всё, как он говорил: размазывала смазку по всему члену. Хотя я вообще впервые держала настоящий член в руках.

Я сглотнула, чувствуя, как дрожат руки. Всё происходящее казалось какимто кошмарным сном, от которого никак не получалось проснуться.

— Пожалуйста — снова прошептала я, но Марк лишь усмехнулся в ответ.

— Ты уже выбрала своё наказание, — холодно напомнил он. — И я жду, чтобы ты выполнила свою часть сделки.

Я закрыла глаза на мгновение, пытаясь собраться с силами. Медленно наклонилась ближе и коснулась губами головки его члена. Марк шумно выдохнул.

— Вот так, умница, — его голос стал мягче, почти ласковым. — Не бойся, я помогу. Просто расслабься.

Его рука легла мне на затылок — не сжимая, но уверенно направляя. Я начала двигаться, стараясь следовать его указаниям. Внутри всё кричало от унижения, но гдето глубоко, вопреки всему, нарастало странное, пугающее возбуждение.

Марк глухо застонал, когда я взяла глубже. Его пальцы слегка вцепились в мои волосы, но не тянули — скорее поддерживали ритм.

— Да, вот так — его дыхание участилось. — Ты быстро учишься, мышка.

Через несколько минут он напрягся всем телом, резко выдохнул и кончил мне в рот. Я послушно проглотила всё до капли, как он и приказал, потом осторожно отстранилась и вытерла губы тыльной стороной ладони.

Марк молча встал и оделся. В тот момент я отчаянно надеялась, что он уйдёт и оставит меня в покое. Но он вдруг одним рывком поднял меня с пола, усадил на кресло, где только что сидел сам, и встал между моих ног.

— Я же обещал, что ты кончишь, — произнёс он. — Ты хорошо постаралась, и я готов помочь тебе.

— Не надо, — тихо сказала я, пытаясь убрать его руки. — Пожалуйста, просто уйди.

Но он схватил обе мои руки и крепко сжал:

— Ещё раз попытаешься убрать мои руки или оттолкнуть — я тебя свяжу. Ясно? — грубо сказал Марк. — А теперь просто расслабься. Сегодня ты останешься девственницей — это будет пока гарантом того, что ты не пойдёшь ни к какому другому хрену.

Глава 6

Марк

Я стянул её домашние шорты и провёл указательным пальцем по чёрным кружевным трусикам. Они были чертовски мокрыми — так и хотелось сорвать их и войти во всю длину. Но я решил не торопить события и наслаждаться этой маленькой девственной девочкой.

Вырисовывал круги по её клитору через ткань.

— Ооо, да. Ты охрененно мокрая, — сказал я, глядя ей в глаза. — Тебя возбудила моя грубость или то, как ты мне сосала?

Она молчала, закрыла глаза и лишь тяжело дышала. Я убрал руку — Стеша выдохнула с явным разочарованием и открыла глаза.

— Я задал вопрос: что тебя возбудило? Ответишь — и я продолжу.

— Как я тебе — тихо сказала она. Если бы её щёки не были красными от возбуждения, она бы, наверное, сгорела от стыда, произнося это.

— Что — как ты мне? — издеваясь, переспросил я.

— Как я тебе сосала Меня это возбудило. Доволен? — раздражённо сказала Стеша и попыталась свести ноги. Что, конечно же, я не дал ей сделать.

Сдвинул трусики в сторону и провёл пальцем по складкам. Она застонала. Я приблизился к её киске и вдохнул её запах.

— Что ты дела — она не успела договорить: я провёл языком по клитору.

— О чёрт! — простонала она снова, но не отстранилась.

Я ласкал её, как самый вкусный десерт на свете. Она и не заметила, как начала сама насаживаться на мой язык, всё громче стонать. Я чувствовал, что она почти на грани.

И вдруг отстранился.

Стеша тут же осознала, что только что делала, и попыталась взять эмоции под контроль. Я начал выводить круги на внутренней стороне её бедра и спросил:

— Ктото делал тебе так?

Она молчала, явно сгорая от стыда. Я легонько шлёпнул её по влажной киске. Стеша вскрикнула.

— Отвечай.

— Нет, никто, — наконец прошептала она.

Я медленно ввёл в неё один палец. Она резко вдохнула, её пальцы вцепились в подлокотники кресла.

— Расслабься, мышка, — прошептал я. — Я только начинаю

Стефания

Каждое его движение отзывалось во мне волной противоречивых ощущений: страх смешивался с возбуждением, стыд — с нарастающим наслаждением. Я пыталась убедить себя, что это неправильно, что я должна сопротивляться, но тело предательски откликалось на его прикосновения.

Когда он ввёл второй палец, я не смогла сдержать стон. Марк улыбнулся — эта улыбка была одновременно хищной и какой-то заботливой?

— Видишь? — прошептал он. — Твоё тело знает, чего хочет. Даже если разум ещё сопротивляется.

Он начал двигать пальцами, одновременно лаская клитор большим пальцем. Ритм был медленным, почти мучительным. Я закусила губу, пытаясь сдержать звуки, рвущиеся из груди.

— Не сдерживайся, — приказал Марк. — Я хочу слышать тебя. Хочу знать, что тебе хорошо.

И я сдалась. Позволила стонам вырваться наружу, откинула голову назад, отдаваясь ощущениям. Мир сузился до его рук, его дыхания, его голоса, шепчущего что-то ободряющее и одновременно порочное.

Волна наслаждения накрыла меня внезапно — я выгнулась дугой, задрожала всем телом, а из глаз брызнули слёзы. Марк продолжал ласкать меня, продлевая оргазм, пока я не обмякла в кресле, совершенно опустошённая.

Он вытащил пальцы, медленно выпрямился и посмотрел на меня — в его глазах читалось что-то новое, не похожее на прежнюю жестокость.

— Теперь ты понимаешь? — тихо спросил он. — Мы с тобой связаны. И это только начало.

Я молча смотрела на него, не в силах ответить. В голове крутилась одна мысль: что будет дальше? И почему часть меня уже ждёт этого «дальше» с пугающим нетерпением.

Глава 7

Марк

Я убрал руку, медленно выпрямился и посмотрел на неё. Стеша всё ещё тяжело дышала, её глаза были полны слёз и противоречивых эмоций. В этот момент она выглядела невероятно уязвимой — и в то же время притягательной.

— Видишь, — тихо сказал я, — всё не так страшно, как казалось. Ты справилась.

Она подняла на меня взгляд — в нём читались страх, стыд и чтото ещё. Чтото, что я не мог точно определить.

— Теперь ты отпустишь меня? — прошептала она. — Ты получил то, что хотел.

Я усмехнулся:

— О, детка, это только начало. Я ведь уже говорил: ты теперь моя. И я не собираюсь отпускать тебя так просто.

Стефания вздрогнула, в её глазах снова появился страх.

— Но я не хочу быть твоей. У меня есть своя жизнь, учёба, друзья

— Всё это останется, — перебил я. — Ты продолжишь учиться, общаться с друзьями. Но теперь у тебя будет ещё коечто — я. И правила, которые ты будешь соблюдать.

— Какие правила? — её голос дрожал.

— Вопервых, ты всегда будешь на связи. Твой телефон — со мной. Вовторых, я должен знать, где ты находишься в любой момент. Втретьих, никаких парней. Совсем. И вчетвёртых, если я зову тебя — ты приходишь. Немедленно.

— Это это рабство! — воскликнула она.

— Называй как хочешь. Но помни: если ты попытаешься нарушить эти правила или обратиться в полицию, я выполню своё предупреждение. Твои родные пострадают. Ты поняла?

Стеша молчала, по её щекам катились слёзы. Наконец она кивнула.

— Хорошо, — прошептала она. — Я поняла.

Глава 8

Стефания

Марк ушел. Я слышала как захлопнулась входная дверь. Все произошедшее за сегодня медленно меня накрывалась, я кое как дошла до ванной, залезла прямо в одежде, включила воду и заплакала. Как это было унизительно. Страшно. Возбуждающее. « я шлюха»- мелькнула мысль. Заплакала еще сильнее, рыдала в голос, пока силы не покинула и я ну отключилась прямо в ванной. Проснулась от холода, стянула одежду и легла в кровать, накрылась с головой и снова заплакала. Так паршиво мне еще не было. Еще я знала что Марк вернется. Он ясно дал понять что знает обо мне все, и не только обо мне но и родителям и брате.

Марк

Выйдя из квартиры Стефании, я остановился на лестничной клетке. В голове крутились мысли. Что со мной происходит? Почему эта девчонка не выходит из головы?

Я достал телефон и набрал номер другахакера:

— Слушай, — сказал я, — собери всю возможную информацию о её одногруппниках. Особенно об этом парне, который помогал ей переезжать. Проверь его связи, соцсети, финансовые операции. Да, всё. И сообщи, если найдёшь чтото подозрительное.

Закончив разговор, я спустился вниз, сел в машину и закурил. Взгляд упал на часы — почти три ночи. Завтра предстоит непростой день: нужно заехать за ней, поговорить, расставить все точки над «i».

В голове снова всплыло её лицо — слёзы, страх, а потом потом чтото другое. То, что заставило меня на мгновение ослабить хватку.

«Она не такая, как все, — подумал я. — В ней есть стержень. И это заводит ещё сильнее».

Затушив сигарету, я завёл двигатель. Завтра я покажу ей, что значит быть моей. И, возможно, научу её видеть во мне не только угрозу, но и защиту. Потому что теперь она — моя. Надолго. Может быть, навсегда

Не спал всю ночь. Я перегнул палку со Стешей, запугал, заставил мне отсосать. Я же знал на сколько она невинна. Но черт, когда я увидел как она приехала к каким то мудаком на бэхе, мне чет так конкретно снесло башку, хотел тут же подняться в квартиру и скинуть его с лестницы. Ждал целый час в машине, пока он свалит. Потом услышав как она заказывает доставку и решил сам ей их принести.