Букет из Ялты

Он нес пустую корзину в одной руке, а второй держал ее за руку.

Они ещё ничего не знали о будущем. Но в этот вечер, на набережной Ялты, держась за руки, они были просто двумя людьми, у которых было только здесь и сейчас. И этого было достаточно.

Глава 4. Желание у маяка

Они отошли от пирса и пошли вдоль набережной туда, где море встречалось с огнями вечернего города. Эмиль всё ещё держала ее за руку, и её ладонь была тёплой, мягкой, она не пыталась вырваться.

Закат медленно угасал, уступая место сумеркам. Небо из розового становилось лиловым, потом тёмно-синим, и одна за другой зажигались первые звёзды. На набережной загорались фонари, отражаясь в воде золотыми дорожками.

— Ты голодна? — спросил он.

Алиса улыбнулась:

— Немного. Я сегодня даже не обедала — всё пыталась продать цветы.

Он остановился у начала длинного деревянного пирса, который уходил далеко в море. В конце его горели огни — маленькое кафе с белыми столиками, где можно было сидеть прямо над водой. Волны тихо плескались о сваи, и ветер доносил запах соли и водорослей.

«— Тогда нам туда», — сказал он, кивая в сторону кафе.

— На пирс? — удивилась Алиса.

— А ты боишься воды?

— Нет, — улыбнулась она. — Просто никогда не сидела в кафе на пирсе.

— Тогда сегодня будет первый раз.

Они пошли по деревянному настилу, и под ногами чуть скрипели доски. Пирс уходил в море, оставляя набережную позади. Вокруг была только вода, небо и огни.

Они сели за столик у самого края. Волны плескались прямо под ними, и Алиса смотрела вниз, где в темноте угадывалась вода.

«— Здесь так красиво», — сказала она. — Я бываю в Ялте каждое лето, но никогда не сидела на этом пирсе.

— Почему?

— Не знаю... — задумалась она. — Наверное, ждала особого повода.

Он улыбнулся:

— Я рад, что стал этим поводом.

К ним подошёл официант и принёс меню. Эмиль взял его и протянул Алисе:

— Выбирай.

Она смутилась, но взяла меню, пробежала глазами по строчкам.

— Я даже и не знаю, что выбрать...

— Тогда я помогу, — улыбнулся он. — Что ты любишь? Морепродукты? Пасту? Салаты?

Алиса задумалась, и он заметил, как она покусывает губу, разглядывая названия блюд.

«— Наверное, пасту», — сказала она. — С морепродуктами.

— Отличный выбор, — кивнул он. — Я возьму то же самое.

Он сделал заказ, добавив белое вино и лимонад с мятой.

«— Ты сказала, что бываешь в Ялте каждое лето», — сказал он, глядя на неё. — А где ты живёшь в остальное время?

Она улыбнулась, но в глазах мелькнула лёгкая грусть.

— В Москве. С родителями. Я учусь на флориста-дизайнера. Последний курс остался.

— Флориста-дизайнера? — переспросил он. — Это когда составляют букеты?

— Не только, — улыбнулась она, и глаза её засияли. — Это оформление пространства цветами. Свадьбы, выставки, интерьеры. Я учусь создавать красоту. Настоящую. Живую.

Он смотрел на неё, и в её голосе звучала такая любовь к своему делу, что ему захотелось слушать её вечно.

— А каждое лето я приезжаю к бабушке, — продолжала она. — Она живёт здесь, в старом городе. Я помогаю ей, торгую цветами на набережной, собираю деньги...

Она запнулась, и он заметил, как её взгляд стал мечтательным.

«— Чтобы открыть свою цветочную студию», — сказала она тихо, но в голосе звучала уверенность.

— Цветочную студию? — переспросил он.

— Да, — кивнула она, и глаза её загорелись. — Маленькую, уютную, с видом на море. Чтобы пахло цветами, чтобы в витрине стояли авторские букеты, чтобы люди заходили и улыбались. Я хочу создавать красоту, понимаешь? Не просто продавать цветы, а делать из них искусство.

Она говорила, и он видел, как она светится

— И ещё, — добавила она чуть тише, — — Я хочу остаться здесь навсегда. Поэтому я продаю цветы каждое лето. Каждый букет приближает меня к моей мечте.

Эмиль смотрел на неё и чувствовал, как в груди разливается тепло. Она была такой сильной и такой хрупкой одновременно.

«— Я верю, что у тебя всё получится», — сказал он тихо.

— Правда? — она улыбнулась.

— Правда.

Они замолчали, глядя друг на друга. Волны плескались внизу, ветер играл с её волосами, и мир вокруг них казался застывшим.

«— Теперь твоя очередь», — сказала она. — Расскажи мне о себе.

Он помедлил, глядя на море. Оно было тёмным, бесконечным, и в нём отражались огни.

— Мое имя ты уже знаешь, — начал он. — Я из Стамбула. У нас семейный бизнес — сеть отелей. Отец хочет, чтобы я управлял этим.

— А ты чего хочешь? — спросила она, глядя в его глаза.

«— Я хочу свободы», — сказал он тихо. — Я хочу сам выбирать свою жизнь. А не жить по чужому плану.

Алиса смотрела на него, и в её глазах мелькнуло понимание.

«— Поэтому у тебя грустные глаза», — сказала она негромко. — Я заметила это в первый день. Даже когда ты улыбаешься.

Эмиль не знал, что ответить. Она видела его насквозь.

«— Были грустные», — сказал он, глядя на неё. — Но не сейчас. Когда ты рядом.

Она опустила глаза, и на её губах появилась лёгкая улыбка.

— А почему ты выбрал Ялту? — спросила она, меняя тему.

Он на мгновение замолчал, глядя в куда-то в даль.

«— Я хотел увидеть Крым», — сказал он просто. — Моя бабушка родилась и провела детство в Бахчисарае. Она очень любила Крым и много о нём рассказывала. И всегда говорила: «Крым — это моя душа, Эмиль. Ты обязательно должен его увидеть».

Он повернулся к ней, и в его глазах мелькнула лёгкая улыбка.

— И, знаешь... я рад, что выбрал именно этот город.

Они замолчали, глядя друг на друга.

В этот момент официант принёс заказ. Две тарелки с пастой, белое вино в ведёрке со льдом и лимонад с мятой.

«— Это выглядит невероятно», — сказала Алиса, глядя на еду.

— Тогда давай есть, — улыбнулся он.

Она засмеялась и взяла вилку.

— А ты уже успел что-то посмотреть в Ялте? — спросила она.

— Почти ничего, — признался он. — Только набережную. И этот пирс.

«— Тогда я должна тебе показать настоящую Ялту», — сказала она. —У меня завтра выходной. Могу стать твоим гидом, если хочешь.

Он смотрел на неё, и в его глазах мелькнул интерес.

— Хочу, — ответил он, не раздумывая.

Она улыбнулась:

— Тогда завтра. Встретимся здесь, на набережной.

— Во сколько?

— Давай в десять. Утром. Пока не жарко.

— В десять, — повторил он, запоминая. — Я буду ждать.

Они ели, говорили. Он рассказывал о Стамбуле — о мечетях, чьи минареты уходят в небо, о шумных базарах, где пахнет специями и сладостями, о Босфоре, который разделяет и соединяет два континента. Она слушала, затаив дыхание, и представляла себе этот город, который она никогда не видела.

Алиса рассказывала о Москве — о бесконечных улицах, о людях, которые всегда куда-то спешат, о том, как она любит смотреть на огни города из окна, когда едет в метро. Он слушал и улыбался, потому что она говорила о своём городе с такой теплотой, что ему казалось — он тоже его знает.

— Знаешь, — сказал он, когда она замолчала, — я никогда не был в Москве. Но мне кажется, я её уже увидел. Твоими глазами.

Она засмеялась:

— А я никогда не была в Стамбуле. Теперь хочу.

— Я покажу тебе, — ответил он, и в его голосе на мгновение мелькнула грусть. — Когда-нибудь.

Она заметила эту тень, но не стала спрашивать. Просто улыбнулась и взяла бокал с вином.

«— За новые города», — сказала она.

— За новые города, — ответил он, чокаясь с ней.

Они ещё долго сидели, говорили, смеялись, смотрели на море.

Когда тарелки опустели, а бокалы с вином были допиты, Эмиль посмотрел в сторону моря. Там, чуть поодаль от пирса, покачивалась белоснежная яхта, вся в огнях.

— Хочешь прокатиться на яхте? — спросил он вдруг.

Алиса удивлённо подняла брови:

— На яхте?

— Прямо сейчас?

— Прямо сейчас, — улыбнулся он.