Провидица. Наперекор судьбе

Оба понимали, что, если его величество прижмет, сохранить секрет станет невозможно. А значит, лучше его и вообще не знать. Так что даже Дешаль не был в курсе, куда с завидной регулярностью выезжает Тео, хотя, не будучи дураком, скорее всего, догадывался. Вот только и ему не пришло бы в голову, что тайная любовь его высочества — верховная жрица.

Принц пришпорил коня, с удовольствием подставляя лицо ветру. Резиденция Дара Богов находилась в удалении от столицы. Но что такое полтора часа скачки для того, кто влюблен?! Тео их не заметил!

***

После крайне утомительного празднества Джанин оставалась достаточно бодрой. Наверное, восторг, огонь в крови и осознание важности своей роли придавали сил. Однако по мере возвращения в резиденцию она чувствовала себя все более разбитой. И лишь мысль, что скоро прибудет Тео и они смогут хотя бы ненадолго остаться наедине, удерживала ее от того, чтобы погрузиться в глубокий сон.

Дар Богов освежилась в так своевременно приготовленной для нее ванне, надела новое, специально отложенное для этой встречи платье и, сообщив мьере Арете, что очень устала от шума и планирует прогуляться одна, уже собиралась улизнуть в огромный сад.

— Погодите, ваше верховносвященство, я, пожалуй, пройдусь с вами, — неожиданно сообщила наставница.

У Джанин в первую секунду аж пропал дар речи. Сопровождение пожилой мьеры в ее планы совершенно не входило. Да и гуляла она в одиночестве по саду всю жизнь, как только ей минуло двенадцать.

Что вдруг сегодня изменилось? Может, наставница желает что-то с ней обсудить?

— Дорогая мьера Арете, — с как можно более ласковой улыбкой проговорила Джанин. — Мне необходимо остаться наедине со своими мыслями. Обдумать будущее. Я с удовольствием обсужу с вами любую тему сразу, как вернусь. Но сейчас мне требуется некоторое время.

— Негоже юной незамужней девушке одной гулять в саду.

— До вчерашнего дня я постоянно это делала, и вы не волновались. Что изменилось?

Джанин готова была во что бы то ни стало отстаивать независимость. Во-первых, ей очень хотелось увидеться с Тео, а во-вторых… да пожалуй, тянуть больше некуда. Именно сегодня она наберется смелости и спросит, даст ли Теобальд согласие взять ее в жены, если она на ближайшем богослужении назовет именно его имя.

Наставница мягко улыбнулась и заговорила таким тоном, словно объясняя очевидные вещи неразумному ребенку. Хотя, похоже, так это и было.

— До совершеннолетия я могла за вами отправить магический шар. Он прозрачный, бесшумный, незаметный. Вы чувствовали себя взрослой и свободной. Я же могла наблюдать за вами через зеркало издалека. Принц — очень достойный юноша и никогда не позволял себе лишнего. Однако сейчас, пока боги не скрепили ваш союз, мне будет спокойнее находиться где-то поблизости.

Джанин замерла, словно на нее упал камень с крыши главного храма.

То есть мьера Арете все знает?!

Краска молниеносно и густо залила лицо юной жрицы. А еще... еще… получается, она за ней шпионила?!

Неприятное разъедающее ощущение шевельнулось у Джанин внутри. Наверное, это была злость. Недопустимое чувство для посланницы богов. Девушка глубоко вдохнула, чтобы обуздать эмоции, прочитала про себя несколько полагающихся в таких случаях мантр и, вроде бы расслабившись, проговорила:

— Дорогая мьера Арете, раз вы неоднократно уже убедились, что мои встречи с принцем на протяжении нескольких лет не несут угрозы, может, и сегодня я пойду на нее одна? Вы хорошо меня воспитали, я полностью осознаю свою роль для благоденствия Сольяди, и, как вы успели заметить, Тео очень порядочный молодой человек.

Мьера тяжело вздохнула и... неожиданно сдалась.

— Что уж, идите. И я не всегда была старой… Только не заставьте меня пожалеть о собственной глупости! Вы отвечаете за будущее всего острова!

Джанин порывисто обняла наставницу и уже почти выбежала из комнаты, но остановилась на пороге.

— А что бы случилось, если бы вы, наблюдая через шар, решили вмешаться?

— О! Я бы дала ему специальную команду, и тогда раздался бы громкий протяжный вой, на который в считаные минуты прибежал бы отряд охраны.

Джанин снова почувствовала, как краснеет, и поспешила скорее прочь. Как же удачно, что до этого представления с воем не дошло!

Дар Богов быстро добралась до дальней стены сада. Здесь было небольшое озеро, а чуть левее ветвистые кроны деревьев скрывали маленькую уютную беседку: их привычное, но тайное для других место.

Девушка с минуту подождала, чтобы обуздать дыхание, и запела. Тут же над высоким каменным забором появилась улыбчивая голова с разлохмаченной от долгой скачки шевелюрой.

Принц подтянулся и легко перемахнул через преграду. И Джанин сразу заметила горящие в его глазах восхищение и радость. Не зря она долго выбирала фасон этого платья! То, что для церемонии, было красивым и… правильным, однако встретить принца ей хотелось в чем-то таком… что понравилось бы именно ему.

— О боги, Джанин! — простонал Тео, притягивая девушку к себе. — Ты бесподобна! И наконец-то смотришь только на меня.

Дар Богов таяла от одного его голоса, в груди начинали кружить теплые вихри, а на лице — сама по себе расползаться улыбка.

— Какой же ты собственник! — засмеялась она. — А мне ведь еще несколько лет придется участвовать в обрядах.

Принц наигранно рыкнул, потершись щекой о ее волосы.

— Я с этим справлюсь. Зато потом ты будешь только моя.

Сердце Джанин подскочило и ринулось галопом. Это же ответ на незаданный вопрос, да?! Но лучше все-таки сразу обрести полную ясность.

Девушка собралась с духом, чуть отстранилась и, заглянув в любимые ярко-зеленые глаза, спросила:

— Если я назову на воскресном богослужении твое имя… ты… согласишься?

Кажется, в этот момент ее сердце резко затормозило. Тео же казался обескураженным. С минуту они оба молчали, вперившись взглядами друг в друга. Потом принц как-то кашлянул, словно пытаясь восстановить голос, и хрипло проговорил:

— А что, ты разве в этом сомневалась?

И он потянулся к ее губам. Мир качнулся, и словно все перевернулось с ног на голову. Джанин летала и задыхалась от счастья. Как же хорошо, что этот проклятый шарик больше не работает!

***

Прибыв во дворец, Саймон Третий решил не терять времени. Он быстро написал письмо, адресованное лично королю Гвартии, и, секунду подумав, запечатал его не только сургучом, но и магией. Когда ставки так высоки, предусмотрительность не может быть лишней. А потом приказал вызвать к нему старшего сына.

Приближенные его величества осмотрели весь дворец: Теобальда на месте не оказалось. Крепко выругавшись, король отправил вооруженный эскорт в гавань, приказав привести принца, даже если тот не будет изъявлять желания. Воины в итоге вернулись через несколько часов. На их удачу — с Теобальдом.

— Отец, ну что за представление ты устраиваешь? — заплетающимся языком произнес его высочество, который был явно навеселе. — Сегодня же праздник! Разве я не имею права отметить его со своими ребятами в море? Не успели вернуться в порт, как меня сцапали, чуть ли не как воришку-карманника!

Саймон презрительно скривился. А ведь в таком неприглядном виде принца наверняка лицезрела не только охрана, но и весь порт. Как часто тот вообще напивается? Почему ему раньше не докладывали?! Упустил он сына… Упустил.

Лет двадцать назад, доверив опеку над наследником графу Белконти. Ведь высокообразованным человеком считался и магом талантливым. Но какое вольнодумство он посеял в неокрепшем уме принца!

Жаль, это тлетворное влияние удалось распознать, когда стало слишком поздно.

— Вышли все вон! — рявкнул его величество на охрану и свиту. — А с тобой у меня сейчас отдельный разговор будет, — грозно сообщил он принцу.

Теобальд и бровью не повел. Каков нахал! Однако, когда зал опустел и они остались вдвоем, вместо воспитательной беседы король протянул сыну свиток.

— Это письмо передашь лично его величеству Физелю Гвартийскому. Отправляйтесь немедленно. В порту стоит «Русалочка», она уже нагружена зерном и другими продуктами первой необходимости. На материке неурожай и голод. На днях я получил просьбу о помощи, сам понимаешь, отказать соседям было бы негуманно. Отплываете сейчас же. Промедление стоит гвартийцам жизней.

Принц как-то сразу подобрался и как будто даже ощутимо протрезвел.

— Кроме «Смелого», я возьму для сопровождения груза еще пару военных кораблей? Из-за неурожая на материке и в море может стать неспокойно.

— Чушь! Между нами и Гвартией пираты несколько десятилетий не появлялись. Все знают, что мы защищаем наши торговые пути. А вот гвартийцы, увидев военные корабли, могут подумать о начале боевых действий. Так что «Смелый» останется в гавани. Поедешь с грузом просто как сопровождающий и посол. И графа Эскапе возьмешь с собой, он кого угодно заболтает.

— Боюсь, если нам таки встретятся пираты, его красноречие нам не поможет, — сквозь зубы проговорил Тео.

— А ты не бойся. Мой наследник не должен быть трусом!

Саймон видел, как слова ударили по сыну, словно пощечина, и как тот до скрежета сжал зубы. И испытал от этого моральное удовлетворение. Щенок должен знать место. Ишь, спорить надумал! Будь проклят Белконти с его идеями прогрессивного воспитания! Впрочем, на том свете, хоть проклят, хоть благословен, все едино. Хотя есть надежда, что граф там корчится в вечных муках!

— Я могу на «Русалочке» заменить команду на свою? — выдавил Тео.

— Это излишне.

— А взять графа Сальваторе? Он маг воздуха, мы сможем добраться до Гвартии быстрее. Вы же сказали, что от этого зависят жизни?

Ловко вывернул, да только у Саймона опыта в таких играх намного больше.

— Я бы с радостью, — притворно вздохнул его величество, — однако Дешаль к тому же лучший лоцман королевства. А нам срочно надо провести корабли к Жемчужным рифам.

Теобальд взял свиток и чуть поклонился, собираясь уйти. Но Саймон не смог отказать себе в удовольствии сообщить:

— Если письмо будет вскрыто кем-либо, кроме короля Гвартии, буквы с него тут же сдует. Следи за документом хорошо.

Тео уже тяжело дышал, и по его лицу расползались красные пятна.

— Я надеюсь, отец, это не намек на то, что вы мне не доверяете?

— Ну что ты! Просто вынужденная мера предосторожности.

— Могу узнать его содержание?

— Пока нет. Всему свое время, Теобальд. Всему свое время.

…Его высочество покинул кабинет и, с трудом сдерживая гнев, сел в поджидающую его карету. Разговоры с отцом никогда не приносили Тео радости, но, кажется, сейчас Саймон Третий в желании уязвить сына превзошел сам себя.

Да, принц, конечно, выпил пару глотков граппы и брызнул ее на одежду, чтобы закрепить алиби, хотя вряд ли разозлило его величество именно это. В конце концов, Чарли охрана привозила во дворец вообще в беспамятстве после гулянок в увеселительных домах, и не сказать чтобы Саймона это хоть как-то тревожило.

Неужели узнал о них с Джанин? Нет, этого не может быть. Они с Даром Богов были очень, очень осторожны. Да и отец бы тогда не смолчал.

Под эти тягостные мысли Тео добрался до порта. Вопреки распоряжению отца и воплям едущего с ним графа Эскапе, он остановился сперва около «Смелого» и, поднявшись на борт, отдал Дешалю один на один важное распоряжение.

Деваться было некуда: пришлось рассекретить, где Тео пропадал столько времени, чтобы друг мог посетить Джанин и предупредить ее о плавании. Увы, в ближайшее воскресенье Тео не будет на службе, значит, объявление о выборе мужа придется перенести. Но, когда ждешь годы, пара недель не имеет значения.

Глава 3

Настоящее время

Джанин медленно, словно сомнамбула, вышла из зала благословений и направилась в парк. Легкий ветерок шелестел листьями деревьев, и щебетали прячущиеся от жары в кронах птицы, однако она сейчас ничего не замечала.

«Так не может быть! Не может!» — металась одна-единственная мысль в ее голове. Только что, меньше часа назад, все в ее жизни было прекрасно. А что теперь? Тео в плавании. Значит, у нее не получится огласить на службе его имя, ведь избранник Дара Богов должен присутствовать в зале и сразу дать ответ.

Промолчать? Но что если король не блефует? Он так спокойно говорил о казни. Неужели можно вот так просто взять и лишить жизни ни за что другого человека? Собственного сына?!

У Джанин это не укладывалось в голове, и она очень постаралась напрячься и вспомнить, какие слухи ходили про его величество. Ей, конечно, хорошо было известно, что слушать досужую болтовню — недостойное занятие для верховной жрицы, и она честно старалась избегать таких ситуаций, но все же…

Есть поговорка на этот счет, что дыма без огня не бывает. Интересно, если спросить у мьеры Ареты, она расскажет? Джанин, сама не зная как, оказалась снова у входа в резиденцию. Она тихо прошла в свою комнату и села у окна. Буквально через минуту появилась Мади.

— Ваше верховносвященство желает холодный чай? Или, может, щербет?

— Чай на двоих, пожалуйста, и передай мьере Арете, что я прошу составить мне компанию.

— Ой, тогда, может, лучше накрыть на террасе?

— Нет, Мади, я очень устала.

Служанка с пониманием кивнула и удалилась. Дар Богов никогда не болела, но устать… устать она вполне могла. Тем более если разговор с королем вышел тяжелым. На самом деле Джанин не хотела выходить из комнаты по другой причине. Ей казалось, что на открытом пространстве их беседу с наставницей проще будет подслушать.

Мьера Арете прибыла еще до того, как вернулась Мади с подносом. Она молча расположилась в кресле напротив воспитанницы, вопросов не задавала. Наконец служанка, расставив напитки и вазочки с орехами и сухофруктами, ушла. Джанин открыла было рот, но мьера Арете, улыбнувшись, приложила палец к губам, призывая ее молчать. А потом нарочито громко произнесла:

— Мади, если ты сейчас же не бросишь подслушивать, я наколдую тебе немоту!

С той стороны двери искренне охнули, и послышалось затихающее шуршание юбок.

— Вы же маг земли? Какая немота?! — шокированно переспросила Джанин.

— Ой, да никакая, — со смешком отмахнулась наставница. — Главное, чтобы Мади об этом не знала. Она неплохая девочка, старательная и проворная, только уж слишком любопытная. Боюсь, однажды это ее погубит. Но мне кажется, дитя, вы не об этом хотели поговорить?

Джанин аккуратно расправила кружевной манжет на рукаве, собираясь с мыслями.

— Скажите, мьера Арете, правдивы ли слухи, что король убил свою первую жену? Вы же тогда еще жили во дворце.

Наставница, которая успела отхлебнуть чая, подавилась и закашлялась так, что Дар Богов, испугавшись, вскочила и постучала ей по спине.

— Джанин, вы же знаете, про короля или хорошо, или ничего, — отдышавшись, едва слышно проговорила пожилая мьера, в этот раз опасливо взглянув на дверь.

Дар Богов на цыпочках неслышно подошла ко входу в комнату и резко дернула ручку. В коридоре никого не оказалось, и она успокоенно вернулась к столику. В конце концов, даже если ее застанут за такими сплетнями, что ей сделают?

Ничего хуже, чем навязанный брак, и так быть не может.

— Дорогая Арете, поймите меня правильно, у меня не праздный интерес! Мне очень, очень нужно знать правду! — прошептала она почти над самым ухом наставницы.

— Король попросил благословения на что-то… богопротивное? — едва шевеля губами, ответила вопросом на вопрос пожилая мьера.

— Вы же знаете, что я не могу нарушить тайну благословения, — слегка укоризненно произнесла Джанин.

— Я не ездила на ту охоту в горах, когда Вирнетта погибла. Вроде бы они поссорились с его величеством, она пошла прогуляться без охраны и угодила под камнепад. Во всяком случае, во дворце излагалась именно эта версия.

— Судя по голосу, вы сами же в ней сомневаетесь?

— Король неделю пил, не выходя из кабинета, но… да простят меня боги, не как скорбящий муж. Он был в безумной ярости! Прислуга боялась к нему заходить. Когда же несколько протрезвел, вместо того чтобы найти утешение в сыне, он даже его не проведал. Вызвал вашего отца и приказал ему взять на себя обязанности по воспитанию наследника.

— А родители? Я помню обрывки фраз после их гибели. Никто не верил, что такой сильный маг воды, как мой отец, мог погибнуть во время шторма.

— Джанин, лучше вам обо всем этом забыть. Доказательств нет никаких, да и кому бы вы их предъявила? Саймону Третьему?!

— Мне надо знать исключительно для себя, что за человек его величество и как далеко он может зайти.

— Я вам так скажу, лучше делайте, как король велит: просит благословения — благословите. Когда Саймон в гневе, для него вообще не существует границ. В конце концов, если боги будут не согласны, они его накажут. А вам еще в этом мире жить.

— Спасибо, мьера Арете, — и Джанин крепко обняла наставницу и чмокнула в сморщенную щеку. — Я, пожалуй, пойду сегодня спать пораньше. Завтра утренняя служба, а у меня что-то совсем нет сил.

— Тяжелые мысли отравляют тело. Забудьте вы уже про этот визит и сосредоточьтесь на чем-то приятном, — и мьера Арете, позвонив в колокольчик, чтобы вызвать Мади, вышла из комнаты.

Джанин приняла ванну, переоделась в ночную сорочку и после того, как служанка с вечными комплиментами расчесала ее волосы, легла в постель. Времени для принятия решения у нее почти не оставалось.

Если Саймон Третий действительно таков, как думает наставница, то он вполне может сдержать свое слово. Что ему нелюбимый сын, если он убил вроде как любимую жену?

А может, все-таки наветы?

Джанин вспомнила абсолютно холодные, не выражающие никаких чувств глаза короля и вздрогнула. Разве может она рисковать жизнью Тео?!

Потом представила канцлера. Графу Эрози исполнилось сорок два. Она не слышала, чтобы он был когда-то женат, да и детей не завел. Порядком обрюзгший, с уже заметной проплешиной на голове и маленькими юркими глазками. Этот мужчина был ей чисто по-человечески неприятен, а ведь с ним придется жить всю жизнь и, о боги, делить ложе!

Паника снова накатила, словно шторм в девять баллов. Джанин резко села на кровати, потерла виски и принялась читать мантры, подавляющие негативные эмоции, в том числе и страх. Через некоторое время ей и правда стало лучше.

Нельзя судить о человеке по одной его внешности. Раз король дал ему такую должность, значит, граф Эрози очень умен, ответственен и наверняка обладает и другими талантами. Возможно, раз канцлер не был до сих пор женат, он полностью увлечен работой, ценит свободу, и брак в его планы вовсе не входит?

Может, встретиться с ним пораньше до службы и договориться, что она назовет имя, а он откажет?

Глупо… Наверняка король это заранее продумал и ему есть чем пригрозить своей правой руке. Но должны же быть еще какие-то варианты?!

Сбежать?

Если это получится, она не произнесет пророчество и, вероятно, обречет остров на незавидное будущее: боги отвернутся от Сольяди. Разве имеет она право ставить личное счастье выше судеб десятков тысяч людей?! К тому же, поступи она так, нет никакой гарантии, что разгневанный король пощадит сына.

Джанин снова легла. Она думала и думала, но ощущала себя при этом белкой в колесе. Все мысли возвращались к одной и той же точке: Тео могут казнить.

Измученная поиском выхода из сложившейся удручающей ситуации, Дар Богов наконец забылась тревожным сном. Только и в нем ее не ждало успокоение. Она видела громадные волны, отца, стоящего на палубе корабля и пытающегося их усмирить, и жуткий смех короля, перекрывающий рокот стихии.

***

Тео знал чуть ли не поименно команды всех военных кораблей и даже многих моряков с торговых и рыбацких судов. Как-никак среди этих людей он варился большую часть своей жизни, и, положа руку на сердце, здесь принцу было куда комфортнее, чем во дворце с его условностями и подковерными играми. Так что, поднявшись на борт «Русалочки», он поздоровался и первым делом уточнил у ее капитана:

— Люций, скажите, у вас маг воздуха в команде есть?

— Что вы, ваше высочество! — смутился мужчина. — Откуда?! Мы же торговое судно.

Ну да. Магов на Сольяди с каждым поколением рождалось все меньше. Тех, кто имел большую склонность к воде и воздуху, охотно брали в армию и флот. Талантами мага земли боги, как правило, одаривали женщин. В общем логично: урожай, красота — в основном это по женской части. Хотя немногих мужчин с таким даром тоже принимали на службу.

Маг, какой бы он ни был, все-таки маг.

Ходила легенда, что в незапамятные времена, до появления Дара Богов, на острове рождались и огневики. Но потом покровители Сольяди, видимо, решили, что без этого таланта людям будет спокойнее. А может, и выдумки, спустя несколько столетий разве разберешь?

— Обычно для плавания к материку вы нанимаете корабли охраны? — задал Тео еще один волнующий его вопрос.

— Как правило, нет. Это дорого, да и излишне. Эти воды и так патрулируются нашим флотом.

Принц кивнул и пошел в предоставленную ему каюту. Надо было хотя бы немного поспать и все обдумать. Отец точно что-то темнит, но, похоже, запретил брать сопровождение не потому, что мечтал от сына избавиться, а просто пожадничал ресурсы.

Однако к чему такая спешка?

Да, помочь продовольствием важно, только где резон отплывать среди ночи и при этом не дать воздушника в команду?!

Ладно, пусть Дешаль королю нужен как лоцман, принц мог взять и другого. Однако, получив от отца подряд несколько ответов «нет», он даже не стал что-то еще пытаться спрашивать. И так понятно — бесполезно.

Принц снял сапоги и, растянувшись на койке, осмотрелся. По всей видимости, капитан уступил ему собственную каюту. Не слишком тесно, но крайне аскетично: не чета его покоям на «Смелом». Впрочем, чистенько и на несколько дней сойдет. Задерживаться на «Русалочке» Тео не планировал.

Единственно нервировал ругающийся за переборкой Эскапе. Он-то явно на лучшие «хоромы» рассчитывал. Тео с силой ударил в общую стенку, и крики утихли, перейдя в недовольное бормотание. Принц повернулся набок и очень скоро заснул.

Ночь пролетела как одно мгновение, без сновидений. Умывшись и выйдя на палубу, Тео сразу подошел к парню у штурвала.

— С какой скоростью идем?

— Три узла, ваше высочество! — громким голосом отчитался рулевой.

— Всего?! — не сумел скрыть разочарования принц.

— Ну так груженые же, и ветра почти нет, — словно извиняясь за медлительность судна, куда тише проговорил парень.

Тео кивнул и, откликнувшись на предложение позавтракать, прошел в небольшую столовую. Здесь его уже ожидали капитан и граф Эскапе. Последний опять нервничал, поскольку, чтобы начать трапезу, им всем пришлось ожидать появления его высочества. Принц смутился, так как давно отучил от этого свою команду, но промолчал.

— Как вы находите сегодняшний день, ваше высочество? — пустился в застольную беседу граф, едва утолив первый голод.

Тео не сомневался, что Эскапе отправили с ним в качестве соглядатая, так что общаться с графом, пусть и на отвлеченные темы, желания не возникало.

— Солнечный, — ответил принц таким тоном, что даже полный болван понял бы: его высочество не в духе.

Эскапе, похоже, несмотря на общую болтливость и истеричность, болваном не был, потому что до конца завтрака они ели молча. Потом принц встал, поблагодарил гостеприимного хозяина и пошел на нос корабля. В среднем суда до материка шли пять дней. Но Тео ждала на Сольяди любимая девушка.

Его высочество чуть развел опущенные руки в стороны, ладонями вперед. Мысленно потянулся к воде, ощутил ее прохладу, передал свое желание и чуть подтолкнул. Вода у носа корабля забурлила и словно образовала течение посреди моря. Судно скользнуло в него и стремительно стало наращивать скорость. Это было ясно всем, кто находился на палубе.

Послышались восхищенные вздохи, но Тео старался не ради них. Сейчас, судя по ощущению, судно шло порядка пятнадцати узлов в час. Конечно, он не сможет удерживать такой темп постоянно, но сократить переход с пяти дней до двух с половиной — трех он рассчитывал. Еще сутки на разгрузку и чтобы передать королю Гвартии послание. При таком раскладе они вполне успеют вернуться к следующей воскресной службе, чтобы Джанин объявила его своим избранником.