Измена. Горечь предательства

Быстро переодеваюсь, забрасываю вещи в сумку и выхожу из больницы. Андрей обхватывает ручки моей сумки, и я тут же одергиваю свою ладонь, лишь бы не коснуться его.

В дороге я молчу, да и Андрей ничего не говорит. Не пытается что-то объяснить, попросить прощения… Так даже лучше. Мне все равно не нужны его слова, они только ранят еще больнее. Да и голос его я слышать тоже не желаю, чтобы лишний раз не получать напоминание о том, как сильно я любила этого мужчину. Любила и до сих пор люблю, несмотря на то что он сделал со мной, сделал с нами. Но любовь эта больше не приносит никакой радости, она лишь причиняет жуткую и невыносимую боль.

В частной клинике нас приветливо встречает медперсонал. Слишком приветливо, особенно на контрасте с моим уже бывшим лечащим врачом в гинекологии.

Молоденькая девушка-регистратор быстро оформляет мои документы и любезно предлагает проводить меня в мою палату.

─ Тай, постой, ─ хватает меня за руку Андрей, когда я без прощальных слов хочу поскорее уйти от него.

Он разворачивает мою ладонь и вкладывает в нее мои ключи от дома:

─ Ты забыла их взять, когда мы уезжали в больницу.

─ И зачем они мне? ─ хмыкаю я, хотя сама еще не знаю, куда поеду после выписки.

─ Чтобы ты могла вернуться домой, когда тебя выпишут. Дело в том, что я уезжаю в длительную командировку и не уверен, что успею вернуться к тому моменту, когда ты поправишься. И на этот случай у тебя будут ключи от нашего дома.

─ Твоего дома, ─ поправляю его.

─ Нет, Тая, нашего дома. Ты вернешься домой и будешь жить там. Других вариантов я не допускаю.

С этими словами он целует меня в лоб, а я даже отшатнуться не успеваю. А затем он быстро уходит, оставив меня в полной растерянности.

Он решил оставить квартиру мне после развода? Нет, это вряд ли. Скорее всего, он все еще верит в то, что я останусь с ним и закрою глаза на его измену и беременную любовницу.

Глава 9

Два дня проходят, словно вечность, в которой мне нет покоя. Аппетита совершенно нет, еще и утренняя тошнота началась, поэтому я с трудом запихиваю в себя еду, чтобы не навредить ребенку еще и своей голодовкой.

Ничего не хочется. Ни есть, ни спать, ни смотреть телевизор, который есть в палате, ни с кем-либо говорить. Но в одиночестве, как оказалось, мне еще хуже, чем с кучей собеседниц, раздающих странные советы. Потому что на едине с самой собой я просто пожираю себя бесконечными размышлениями, которые не приносят никакого облегчения.

Вот только общаться все же приходится ─ Андрей без конца донимает меня сообщениями. Еще в тот день, когда я легла в клиниту, сразу заблокировала его номер и соцсети. Вот только он стал названивать лечащему врачу с вопросами, все ли со мной в порядке. Мне стало очень неудобно перед Валентиной Сергеевной, потому что было очевидно ─ Андрей не успокоится и будет ей названивать, пока я сама ему не стану отвечать. Пришлось снять с него блокировку в соцсети, чтобы была возможность кидать ему редкие отписки, при этом не слышать его голос.

Просто мучаться от своих мыслей о разрушенном баке и муже-предателе ─ это одно дело. И совсем другое ─ видеть его и слышать этого предателя. Становится совсем невыносимо, потому что все еще люблю, и это меня просто убивает. Хочу саму себя придушить за это чувство! Как можно любить того, кто тебя предал?

Но чувства почему-то обострились и просто сводят меня с ума. Может, это все гормоны, или еще что-то, не знаю. Но, как бы то ни было, хочется максимально оградить себя от контактов с Андреем. Только так я смогу вырвать его из своего сердца. Пусть и не сразу, но я подожду. Потому что другого выхода у меня нет, или я просто его еще не вижу. Но я должна пытаться сделать хоть что-то, чтобы ад, в котором я внезапно очутилась, наконец, закончился.

Одного не могу понять: почему Андрей так настаивает на том, чтобы я осталась с ним? У него ведь есть новая возлюбленная, и она скоро подарит ему ребенка. Ну, не счастье ли? Зачем ему еще и жена-стерва, которую не устраивает любовница на стороне?

От одной мысли мне тошно ─ у моего мужа будет ребенок от другой. Я никогда не думала, что со мной может такое случиться. Звучит это жутко, но понять меня сможет только тот, кто оказался в такой же ситуации. Вообще, в жизни много страшных вещей, о которых думаешь с опаской, сочувствуешь людям, пережившим это, и тихо молишься, чтобы тебя подобное никогда не коснулось. И лишь пережив это, начинаешь понимать всю горечь и боль случившегося.

И сейчас я думаю о том, чтобы произошедшее оказалось самым большим горем в моей жизни. Ведь если взглянуть правде в глаза, то бывают вещи и пострашнее: серьезные болезни, смерть близкого человека… Так или иначе, все сложилось так, как сложилось, и ничего уже не изменить. Ко всем бедам в жизни невозможно подготовиться, остается только их пережить, дав себе время.

Мой телефон вибрирует, вырывая меня из размышлений, и я уже знаю, от кого пришло сообщение. Беру смартфон в руки и убеждаюсь, что пишет мне Андрей:

«Привет. Как ты себя чувствуешь сегодня? Как малыш?»

Заботливый какой. Интересно, Машке он то же самое пишет? Можно добавить нас в одну рассылку, чтобы зря не тратить время, удобно же.

Злюсь на себя, что вообще об этом думаю, и сухо отвечаю на его смс:

«Нормально. Но было лучше до того, как ты написал».

Со злостью закидываю телефон в тумбочку к своим вещам и ложусь обратно в постель, уставившись в потолок. Хватит с него и одного сообщения от меня. Только нервничать заставляет лишний раз.

Да, получаю я сообщения только от Андрея. Как оказалось, мне даже не с кем теперь поговорить: лучшая подруга предала, а прежний круг общения я потеряла, когда ушла с работы и с головой погрузилась в семью.

Остается только сестра ─ Соня. Раньше наше с ней общение сводилось к минимуму, но за последний год мы сильно сблизились. И случилось это как раз тогда, когда она оказалась в очень сложной жизненной ситуации, похожей на мою. Вот только она со своим мужчиной провстречалась недолго, а мы с Андреем уже десять лет вместе. Были вместе.

И сейчас самое время обратиться бы к Соне за поддержкой, но мне совсем не хочется ее тревожить. Она только вернулась на работу и едва успевает Ванечкой заниматься, а тут еще и я со своими проблемами свалюсь. Не хочу еще больше усложнять ее жизнь.

─ Таисия, доброе утро, ─ постучавшись в дверь, в палату входит Валентина Сергеевна. ─ Как вы себя чувствуете?

Всегда улыбчивая и добродушная, сейчас она кажется очень нервной и озабоченной какой-то проблемой.

От ее настроя и вопроса о моем самочувствии меня тут же накрывает паника. Вдруг с моим ребенком что-то не так?

─ А что-то случилось? ─ дрогнувшим голосом тут же спрашиваю я, надеясь, что ее поведение никак не связано со мной.

─ Пришли ваши анализы, ─ осторожно произносит она и добавляет: ─ Хочу отправить вас прямо сейчас на УЗИ.

Глава 10

─ А что с моими анализами? ─ сердце стучит в горле, и я глотаю воздух ртом, словно рыба, которую выбросило на сушу.

─ Без УЗИ-диагностики я пока ничего не могу вам сказать. Вполне возможно все в норме, ─ отвечает Валентина Сергеевна, но слова ее ни разу не успокаивают, а, скорее, наоборот.

─ Хорошо, я уже иду, ─ быстро накидываю халат поверх сорочки и спешно иду на выход из палаты, уже по пути влезая ногами в тапки.

Еле сдерживаюсь, чтобы слишком сильно не нервничать. Все еще стараюсь верить, что с малышом все нормально. Но, Боже, как это тяжело!

В голове вспыхивают воспоминания со словами врачей, которые говорили, что забеременеть мне будет очень сложно. Но сложность оказалась не только в том, чтобы забеременеть, но и выносить. Все только началось, а уже гора проблем. Еще вчера я винила во всем Андрея, который заставил меня перенервничать, но теперь думаю, что дело во мне.

Неужели я настолько слабая и дефектная, что не в состоянии дать своему ребенку жизнь? Почему эти страдания вообще выпали на мою долю? На мою, а не Машкину! Чем я заслужила такое наказание? Я мечтала об этом малыше и делала все, лишь бы моя места исполнилась.

От Маши же я никогда не слышала слов о том, что она хочет ребенка. Она вечно мыкалась в поисках какого-то идеального мужчины, и это было ее единственной целью. Идеальный, конечно, только по ее меркам. Чтобы был богатый, красивый и удовлетворял все ее желания, начиная с плотских утех, заканчивая дорогими вещами, украшениями и поездками на Мальдивы.

Я пыталась донести до нее: то, что она ищет, не имеет отношения к семье, потому что в каждой ее реплике было только «я». А семья ─ это не «я», это «мы»! Но отчаянно желая помочь подруге, я оказала медвежью услугу себе. Она больше не стала тратить свое драгоценное время, а просто прибрала к рукам мужчину, который до недавнего момента был идеальным для меня.

─ Раздевайтесь и ложитесь на кушетку, пожалуйста, ─ мягко произносит Валентина Сергеевна.

Никогда не думала, что беременность ─ это может быть настолько сложно. Сколько историй про и алкогольно-зависимых женщин, которые рожают одного за другим. Они губят свой организм, но при этом не испытывают никаких сложностей с вынашиванием ребенка. Почему? Что за несправедливость? Ведь многим из них дети даже не нужны, и они беспечно сдают их в детские дома!

Я всегда вела правильных образ жизни, почти не употребляла алкоголь, а в последние годы вообще про него забыла. А о курении и более вредных и губительных веществах даже и не думала! Питалась правильно, принимала витамины, но… Я буквально выстрадала эту беременность, а теперь на грани того, чтобы лишиться ее.

─ Скажите, что там? ─ умоляюще спрашиваю я доктора.

Еле дышу, потому что сама себя уже извела плохими мыслями. И врач так долго осматривает меня, что это еще больше наводит на дурные мысли.

─ Еще немного потерпите, ─ просит Валентина Сергеевна. ─ И прекращайте нервничать. Лучше расскажите про своего мужа. Давно вы вместе? Он у вас такой заботливый, постоянно звонит, спрашивает о вашем самочувствии.

Если это была попытка отвлечь меня от дурных мыслей, то получилось скверно, потому что разговоры об Андрее меня уж точно не успокоят.

─ И сегодня звонил? ─ уточняю я.

─ И сегодня, ─ улыбается доктор.

Видимо, зря я пыталась освободить Валентину Сергеевну от назойливости мужа и принять удар на себя. Он так и продолжает ей названивать. Что ж, тогда я умываю руки. Больше не стану отвечать на его сообщения.

─ Ну, так расскажете, или как? ─ настаивает Валентина Сергеевна, перемещая датчик из одного положения в другое.

Не понимаю, что вообще можно разглядеть на этом экране? Белые пятна, черные пятна…

─ Да нечего особо рассказывать, ─ все же отвечаю я, ведь грубо будет с моей стороны просто промолчать. ─ Десять лет вместе, последние года четыре пытались завести ребенка, а теперь…

На глаза наворачиваются слезы. И, нет, сейчас вовсе не из-за беременности. Просто в голове на быстрой перемотке мелькает вся наша совместная жизнь, и мне так горько осознавать, что всего этого больше не будет никогда.

─ А что теперь? ─ повторяет мои слова Валентина Андреевна, выгнув брови домиком.

На эмоциях я едва соображаю. Не знаю, что ответить ей на этот вопрос. И на фоне этого смятения, запоздало замечаю, что раздается какой-то шум.

─ Это сердцебиение вашего малыша, ─ с теплой улыбкой поясняет врач, и я, наконец, замечаю, что в этом шуме раздается стук сердца.

─ Это точно его? ─ с сомнением спрашиваю я, ведь уже трудно поверить во что-то хорошее.

─ Точно, ─ усмехается она. ─ Можете одеваться.

─ А анализы? С ними ведь что-то не так? ─ спрашиваю я, одевшись, ведь не просто же так меня привели на УЗИ-осмотр раньше запланированного.

─ Идите пока в свою палату, а я чуть позже зайду к вам и все расскажу, ─ отвечает она и тут же добавляет, заметив, как я переменилась в лице: ─ Не волнуйтесь вы так, пожалуйста. Ничего серьезного.

Выхожу из кабинета и плетусь в свою палату. Ничего серьезного… Ничего серьезного… Эти слова застыли у меня в голове и крутятся, словно пластинка на повторе. Она же не сказала «ситуация тяжелая», или что-то в таком духе. Но почему я все равно воспринимаю сказанное, как что-то ужасное?

─ Ничего серьезного, ─ бормочу себе под нос, ложусь в постель и любовно оглаживаю еще совсем плоский живот. ─ Все хорошо, твое сердечко стучит, значит, с тобой все должно быть в порядке. Ты ведь не оставишь меня, права? Когда ты родишься, я буду очень сильно тебя любить, заботиться о тебе, правда-правда. Да я уже тебя очень люблю! Видишь, как мама сильно переживает из-за тебя? Знаю, переживать нельзя, для тебя это вредно. Но я не могу иначе, понимаешь? Просто я очень сильно жду тебя и боюсь потерять!

Произношу это, и сразу становится легче на душе. Представляю себе, как живот будет расти, и как нынешние переживания станут просто неприятными воспоминаниями ─ тем, что мне пришлось преодолеть на пути к своему счастью.

Улыбаюсь, а по щекам стекают слезы, но на сей раз от радости. Сердечко моего малыша уже бьется, значит, все будет хорошо. Теперь я точно со всем справлюсь!

Достаю из тумбочки телефон, чтобы поделиться радостной новостью с сестрой, и замечаю сообщение от Андрея:

«Доктор сообщил, что тебе делали УЗИ. Жаль, что я тоже не смог услышать, как бьется сердце нашего малыша. Прости меня за все. Люблю тебя».

Снова плачу, но уже не от радости. О какой любви он теперь может говорить? Ну зачем он это написал?!

Глава 11

Время, действительно лечит. За две с лишним недели улучшилось не только мое физическое, но и душевное состояние. Я уже так свыклась со своей беременностью, что, кажется, уже ничто не может измениться, и мой малыш обязательно появится на свет здоровым, а я стану самой счастливой мамой на свете.

Правда, слова Валентины Сергеевны все же внесли коррективы в мое душевное спокойствие. Оказалось, уровень гормонов у меня повышается не так, как должен, и одной из причин могла быть замершая беременность. Именно поэтому меня первым делом отправили на УЗИ.

Как сказала врач, иногда такое бывает и при нормальном течении беременности, но может быть и признаком других проблем. Но Валентина Сергеевна заверила, что мне не стоит волноваться из-за этого, и в моем случае это произошло из-за угрозы. Причин не доверять у меня не было, поэтому я поверила ей на слово, но тревожные мысли все же остались.

А еще к душевному покою меня приблизила полная блокировка Андрея по всем фронтам. После того сообщения, где он написал мне о своей любви, меня жутко переклинило, и я проревела до самого вечера, не в силах успокоиться. И это стало для меня последней каплей.

Мысли о подлом предательстве двух близких людей по-прежнему не выходят у меня из головы, но ощущения уже совсем иные. Кажется, будто внутри у меня огромная дыра, и я ничего не чувствую, кроме трепета к своему малышу. Вряд ли мое нынешнее состояние можно назвать хорошим, но я хотя бы больше не плачу и не ощущаю всепоглощающей боли.

Но рано или поздно мне все же придется увидеться с Андреем вновь, и я пока не представляю, что буду ощущать в этот миг. Надеюсь, что глухая пустота не оставит меня, и я с уверенностью смогу сказать себе самой, что больше не люблю этого мужчину и не желаю его больше видеть никогда.

Но это лишь надежда, а как будет на самом деле ─ не знаю. Лишь бы не впасть в прежнее отчаяние и вновь не навредить ребенку.

─ Доброе утро, ─ отзывается медсестра, заглядывая в мою палату. ─ Готовы?

─ Да, ─ улыбаюсь я, бросив взгляд на собранную сумку.

Такое странное ощущение, будто меня не из клиники выписывают, а выпускают из заточения на свободу. И, нет, сама клиника-то хорошая, и обращались со мной замечательно. Просто здесь я пережила самые страшные моменты в моей жизни, и здесь же их хочу оставить. Но теперь меня ждет совершенно новая жизнь, в которой подобного больше никогда не произойдет. По крайней мере, именно на это я себя и настраиваю.

Подхватываю сумку и выхожу из палаты следом за медсестрой.

─ Сейчас зайдем к Валентине Сергеевне, она даст вам рекомендации, а потом уже пойдем на выписку, ─ сообщает она.

─ Хорошо, ─ киваю я, и в голове промелькивает мысль: интересно, Андрей уже ждет меня у дверей клиники?

Очень не хотелось бы этого, и я надеюсь, что он по-прежнему в командировке, ведь сейчас я собираюсь ехать домой. Мне нужно немного времени, чтобы определиться, куда съезжать, а еще собрать свои вещи, потому что новые я смогу позволить себе нескоро. А в идеале еще и работу успеть найти. И было бы здорово, если бы Андрей отсутствовал дома еще какое-то время, и чем дольше, тем лучше для меня.

─ Доброе утро, Валентина Сергеевна, ─ приветствую я своего лечащего врача, и вхожу в ее кабинет.

─ Доброе, ─ улыбается она. ─ Присаживайтесь, сейчас все расскажу.

Послушно сажусь рядом с доктором и ставлю сумку на колени.

─ Вот список витаминов, которые нужно будет принимать, ─ она протягивает мне листок с внушительных перечнем названий. ─ Гормональный препарат вы продолжаете принимать, чтобы поддерживать беременность. Дозировка и название также написаны здесь. Будем смотреть по вашему состоянию, но, вероятнее всего, отмена будет только к концу беременности.

─ Хорошо, ─ киваю я. ─ Буду пить столько, сколько вы считаете нужным.

─ Отлично. Скажите, а вы дальше планируете наблюдаться у нас?

─ Не уверена, ─ честно отвечаю я.

Денег на частную клинику у меня нет, вернее, их сейчас нет вообще. А брать подачки Андрея я не намерена. В бесплатной женской консультации сделают все то же самое, что и в платной клинике, разве что в очередях придется сидеть, но с этим я уж точно справлюсь.

─ Хорошо, ─ понимающе кивает Валентина Сергеевна. ─ Тогда вам нужно поскорее встать на учет в вашей ЖК, чтобы своевременно проводить все необходимые обследования. Если будут какие-то вопросы ─ звоните. Мой номер есть у вашего мужа.

─ Конечно, ─ отвечаю я и поджимаю губы от легкой досады. ─ Спасибо вам еще раз! Я очень вам благодарна за помощь.

─ Удачи вам и легкой беременности, ─ желает она мне напоследок, и когда я уже собираюсь выйти из кабинета, добавляет: ─ Кстати, чуть не забыла сказать. Звонил ваш муж и просил передать, что, к сожалению, не сможет приехать за вами в клинику.

─ Это ничего. Спасибо, что сказали, ─ искренне радуюсь я, ведь это значит, что Андрей все еще в командировке, и меня ждет абсолютно пустой дом.

Забрав выписку, я вызываю такси и еду домой. День сегодня удивительно солнечный и теплый для середины весны. И даже на душе становится спокойно и уютно, впервые за несколько недель.

Расплачиваюсь с таксистом и иду домой. Открываю дверь, предвкушая тишину и спокойствие, но уже с порога понимаю: дома я не одна. Везде горит свет, а с кухни доносится запах подгоревшего хлеба. Видимо, Андрей решил не забирать меня из больницы, а дождаться дома.

Сердце тут же заходится в панике. Устало опускаюсь на кушетку и стягиваю обувь, судорожно размышляя над тем, какие вещи самые необходимые, чтобы быстро собрать их и как можно скорее покинуть дом.

─ Тая? А ты что здесь делаешь? За вещами своими приехала? ─ раздается ядовитый голос Маши, и внутри меня все обрывается.

Глава 12

─ Ты… ─ цежу я и сглатываю колючий ком, вставший посреди горла. ─ Это что ты здесь делаешь?!

─ Живу, ─ будничным тоном отвечает Маша, и мне просто хочется придушить ее на месте!

Поднимаюсь с кушетки и становлюсь прямо напротив этой нахалки:

─ Маша, не заставляй меня брать грех на душу. Быстро одевайся и проваливай!

─ С чего вдруг? ─ строит она глазки, словно святая наивность. ─ Мы теперь с Андреем вместе живем здесь, он сам так захотел. Поэтому я никуда не уйду.

─ Не смеши меня, ─ заискивающе улыбаюсь Машке, которая, похоже, с Андреем даже не разговаривала, потому что ее слова никак не вяжутся с тем, что он говорил мне. ─ Ты сама заявилась сюда без спросу.

Если бы Андрей хотел поселить ее здесь, то не стал бы требовать моего возвращения домой и не вручил бы ключи от квартиры. Более того, не стал бы заверять меня в том, что Маша больше не появится в нашей жизни.

─ Не веришь мне ─ сама ему позвони! ─ фыркает она. ─ И вообще, какое теперь твое дело? Ты ведь разведешься с ним. Вот и не мешай нашему счастью!

─ А кто тебе сказал, что мы будем разводиться? ─ серьезно произношу я, стирая наглую ухмылку с физиономии бывшей подруги.

─ У тебя что ли совсем нет гордости? ─ пренебрежительным тоном отзывается она. ─ Он тебе изменяет! И не собирается со мной расставаться. И ты все это молча проглотишь?

─ Это ты будешь молча глотать слезы, рыдая ночами в подушку. Потому что Андрею ты больше не нужна. Он сделал выбор, и он оказался не в твою пользу, дорогая. Так что подбирай свою гордость с пола и уходи, не хочу тебя больше видеть.

─ Ты сама сделала такой глупый вывод, или помог кто-то? ─ ядовито смеется она. ─ Я ношу его ребенка, и он ни за что нас не оставит! Зачем ему бесплодная опостылевшая жена, у которой на уме только уборка и готовка? Если бы он хотел быть с тобой, то он не искал бы утешения в моей постели. Так что выбрось свои наивные фантазии и сама уезжай отсюда. Ты здесь больше никому не нужна! А шмотки я твои уже собрала, чемодан в спальне.

Ее слова об измене мужа режут по больному, но сейчас не время раскивать. Хочется мне сказать, что и я ношу ребенка Андрея, чтобы утереть этой гадине нос. Но сейчас не тот случай, чтобы мериться своими превосходствами и сообщать ей о своей беременности. Мало ли, какую подлость она еще может придумать? И не дай бог навредит моему малышу.

─ Я уже от тебя устала, ─ вздыхаю я и достаю из кармана телефон.

─ Кому собралась звонить? Андрею? Ну, позвони, услышь все от него лично, ─ с победной ухмылкой заявляет она, но глазки-то бегают.

Очевидно, она понимает, что ее трюк не удался, но продолжает блефовать, чтобы я почувствовала себя неуверенно и не стала позориться перед мужем, который якобы выбрал ее, а не меня.

─ Зачем Андрею? ─ кривлю я губы. ─ Он сейчас в командировке и не сможет приехать прямо сейчас и выставить тебя за дверь. Но есть другие люди, которые мне помогут с этим.

─ О чем это ты? ─ взволнованно произносит она. ─ Если ты навредишь ребенку…

─ Никому не нужен твой ребенок, чтобы ему вредить, расслабься. Я просто позвоню в полицию и заявлю, что в моей доме неизвестная, которая хотела меня обворовать, но я вовремя пришла домой и застала ее с поличным. Ну, что, звоню? Или сама уйдешь по-хорошему?

─ Ничего они мне не сделают, ─ самоуверенно отвечает Маша. ─ Я скажу, что я твоя подруга, и даже фотографии наши покажу на телефоне. Как бы тебя в итоге за клевету ни забрали!

В чем-то она права. Посадить-то меня за это никто не посадит, а вот за ложный вызов штраф точно будет. Без доказательств факта воровства никто не будет заниматься этим делом. Да и полиция, обшаривающая квартиру, мне точно не нужна. Но Маша-то может об этом и не подумать, а мне просто нужно доиграть свой спектакль без реального вызова полиции.

─ Как хочешь, я предлагала по-хорошему, ─ пожимаю я плечами и принимаюсь набирать номер на мобильном. ─ У меня прописка есть в этой квартире, а у тебя? Вот и ответ на все твои вопросы. В самом безобидном случае, тебя просто насильно выведут из моей квартиры. А я потом еще в суд обращусь, чтобы тебе запретили приближаться ко мне. А за нарушение судебного решения тебя уж точно заберут в места не столь отдаленные.

Договариваю это и прикладываю трубку к уху.

─ Я, вообще-то, беременная! ─ вскрикивает она, и словно ураган несется в спальню. ─ Беременных не сажают!

─ Еще как сажают, ─ ехидно протягиваю я, видя, как Маша несется обратно в коридор вместе с дорожной сумкой в руках.

─ Я Андрею все расскажу! ─ выплевывает она, просачиваясь мимо меня к входной двери. ─ Он заставит тебя пожалеть о том, что ты так обращаешься с матерью его ребенка! А если с нами что-то случится, ─ она хватается за живот и корчит гримасу боли, которая у нее выходит очень скверно, ─ Ты очень сильно поплатишься, запомни мои слова. Змея!

С последним ругательством она громко хлопает дверью, а я плюхаюсь на кушетку, не в силах уже стоять на трясущихся ногах. Я очень старалась выглядеть уверенно и даже чувствовала себя так же, но только до того момента, как этот тихий ужас закончился. Теперь внутри все дрожит, а меня одолевает жуткая слабость, будто всю энергию высосали.

Я заранее знала, что будет нелегко сделать так, чтобы Машка не получила моего мужа. Но теперь вижу, что она просто так не сдастся и будет бороться за него до конца. Но я не готова на бессмысленную борьбу за того, кто уже никогда не будет моим. И не готова изо дня в день трепать себе нервы из-за этой гадины.

Похоже, мне придется смириться с неизбежным и как можно скорее начать новую жизнь подальше отсюда. Вопрос только в том, как скоро отступится от меня Андрей и даст спокойно жить? Или он уже отступился, и все слова Маши были правдой?