В постели с врагом

Лера, уже с бокалом шампанского, кружила рядом и сияла:

— Ну всё! Теперь ты обязана! — шепнула она, но так громко, что я услышала только свою кровь в ушах.

Мы втроём вернулись к столику. Я не могла оторвать взгляд от его глаз — он словно колдовал, тянул куда-то далеко, туда, где нет границ и правил.

— Меня зовут Урмас, — сказал он, и я снова уловила странный мягкий акцент.

— Урмас.

— А вы что, француз? — сразу же ляпнула Лера.

Он едва улыбнулся:

— Нет, Я немец.

— У вас красивое имя, — пропела Лера и подняла бокал.

— За удивительное знакомство!

Мы приподняли бокалы. Я почти не почувствовала вкуса — только лёгкое покалывание на губах и ощущение, что рядом с ним всё становится слишком настоящим.

Заметив, что внимание Урмаса приковано не к ней, Лера быстро занялась поиском собственного счастья. Мы всего на минуту отвлеклись — и обнаружили, что она уже устроилась за соседним столиком в объятиях очередного «папы», смеясь так, будто знакома с ним вечность.

Урмас наклонился ко мне:

— Позвольте, я отвезу Вас домой?

Я машинально поймала взглядом Леру — и внутри кольнуло беспокойство.

— Не переживай. С ней ничего не случится. Я об этом позабочусь. Это мои друзья.

Он сказал это так уверенно, что спорить стало трудно.

— Пойдём. Я отвезу тебя, — повторил он.

— Спасибо…

Он крепко взял меня за руку.

Казалось, всё это происходит не со мной. Будто я смотрю кино, где героиня — другая. Через несколько минут мы были у дома.

Урмас вышел, открыл мне дверь, и когда я ступила на землю, он нежно прижал меня к своей груди. Так близко, что я слышала его дыхание и спокойный стук сердца.

Он вложил в мою ладонь тот самый бутон красной розы.

Я подняла глаза — и вдруг увидела: окно… и эта роза на окне… словно строка из стихов: