НЕ ПО ДОГОВОРУ. Книга первая

- Между нами ничего нет.

- Я не спрашивала.

Он понял ошибку слишком поздно. Нора улыбнулась почти доброжелательно.

- Ужин сегодня в восемь. Постарайтесь не доказывать ничего журналистам языком.

- Выйди.

- С удовольствием.

После ее ухода Дин взял телефон. Чат с Лизой был открыт с субботы. Последнее сообщение от нее: «Доехала. Спасибо». Он набрал: «Как ты?»

Он стер вопрос, набрал: «Нора прислала расписание», снова стер и положил телефон.

Через десять секунд взял снова. «Во сколько закончишь сегодня?» Ответ пришел через минуту. «В шесть. А что?»

«Заеду в семь пятнадцать». Три точки появились, исчезли, появились снова. «Очень рискованно. У меня будут ресницы». Он улыбнулся.

Проблема была не в поцелуе. Проблема была в том, что ему нравилось все вокруг него. Ужин у Картеров проходил в частном доме за городом. Никаких фотографов, только будущие партнеры, несколько членов совета Aster и супруги. Формально присутствие Лизы здесь было даже важнее, чем на галерее: люди смотрели не на картинку, а на то, как они ведут себя, когда никто не снимает.

Дин знал, как вести себя. Он не ожидал, что Лиза сделает это легче. Она не пыталась понравиться. Когда один из директоров начал объяснять ей рынок ресторанов, она спокойно спросила, сколько смен он провел за барной стойкой. Через пять минут они уже спорили о себестоимости меню, а еще через десять тот приглашал ее посмотреть новый ресторан в одном из отелей.

Дин слушал и чувствовал странную, нелепую и незаслуженную гордость. Позже они вышли на террасу. Ночь была холодной. Лиза обхватила себя руками, и Дин снял пиджак, накинув ей на плечи.

- Не надо.

- Ты замерзла.

- А ты нет?

- Нет.

- Еще один сверхчеловеческий навык богатых людей?

- Именно. Выдают вместе с первым миллионом.

Она улыбнулась. В полумраке, без камер и чужих взглядов, эта улыбка ощущалась слишком личной.

- Про субботу, - начал он.

Лиза сразу перестала улыбаться.

- Не надо.

- Я хотел убедиться, что ты в порядке.

- Я в порядке.

- Ты стала другой.

- Прошло три дня.

- Именно.

Она отвернулась к саду.

- Дин, мы поцеловались перед двадцатью людьми и тремя камерами. Это произошло по работе. Я не хочу разбирать это как школьница после выпускного.

- Я тоже.

- Отлично.

Почему это «отлично» раздражало его так сильно?

- Но ты мне не ответила.

- На что?

- Тебе было неприятно?

Проблема была не в поцелуе. Проблема была в том, что Дину нравилось все, что происходило вокруг него.

- Нет.

Ответ прозвучал слишком быстро. Что-то внутри Дина отпустило.

- Хорошо.

- Теперь тебе легче?

- Да.

Лиза рассмеялась тихо, без веселья.

- Поразительная прямота.

Он хотел спросить, почему она выглядит так, будто его ответ сделал ей хуже. Но дверь террасы открылась. Сэм вышел с двумя бокалами вина.

- Я вас искал.

- Почему ты здесь? - спросил Дин.

- Меня пригласили консультировать ресторанную часть проекта. Ты читаешь письма своей компании?

- Иногда.

Сэм протянул один бокал Лизе.

- Твой любимый пино.

Она взяла.

- Вот поэтому ты мой лучший друг.

Дин посмотрел на них. Сэм улыбнулся ей. Лиза толкнула его бедром, освобождая место у перил. Он встал вплотную, привычно обняв ее за плечи от холода. Дин почувствовал раздражение мгновенно и совершенно неразумно. Он знал, что они не пара.

Сэм сказал. Но знание не делало их близость менее очевидной.

- Мы уезжаем, - сказал Дин.

Лиза удивилась.

- Сейчас?

- Уже поздно.

Сэм посмотрел на часы.

- Девять сорок.

- Завтра рабочий день.

- Тебе восемьдесят?

Дин посмотрел на брата.

- Не начинай.

Сэм вдруг улыбнулся той самой улыбкой, которую Дин ненавидел с детства.

- Конечно.

В машине Лиза молчала почти десять минут. Потом спросила:

- Ты всегда так реагируешь на Сэма?

- Как?

- Будто его присутствие - личное оскорбление.

- Он мой брат. Это близко к правде.

Она засмеялась. Дин посмотрел на нее и неожиданно понял, почему Сэм занимал в ее жизни такое место: с ним Лиза смеялась легко, не обдумывала слова и не натягивала на себя осторожность.

- Он важен для тебя, - сказал Дин.

- Очень.

- Насколько?

Лиза повернулась.

- Что это за вопрос?

Он мог спросить прямо. «Ты его любишь?» Но это было бы слишком личным. И, главное, ответ был очевиден.

- Забудь.

Она вздохнула.

- У вас обоих аллергия на законченные разговоры.

Дин отвернулся к окну. Он уже знал ответ. Почему же ему так не хотелось его слышать?

Глава 9

ЛУЧШИЙ ДРУГ

СЭМ

Еще в субботу вечером Сэм понял, что поцелуй был не по плану, - до того, как Лиза написала ему.

В воскресенье утром Дин вошел в ресторан в восемь сорок. Сам по себе этот факт был подозрительным: старший брат считал ранний завтрак разновидностью рабочего совещания и почти никогда не появлялся без ноутбука.

Сегодня ноутбука не было.

- Она здесь? - спросил Дин.

Сэм продолжил резать лимон.

- Доброе утро тебе тоже.

- Сэм.

- Очень теплое приветствие. Семейное.

Дин посмотрел на закрытую дверь в зал.

- У нее смена с десяти?

- Ты знаешь ее расписание?

- Я умею читать.

- Пугающий навык.

Дин забрал у него дольку лимона и съел. Сэм уставился.

- Ты ненавидишь лимоны.

- И?

- Ничего. Просто фиксирую симптомы.

Дин наконец посмотрел прямо на него.

- Какие?

- Тебе лучше не знать.

Сэм шутил, потому что так было проще. На самом деле ему было тревожно.

Он слишком хорошо знал Лизу. Вчера ночью она написала ему четыре сообщения, удалила три и оставила одно: «Твой брат - придурок». Для любого другого человека это ничего не значило. Для Лизы означало, что она напугана.

Не самим Дином. Надеждой.

- Не играй с ней, - сказал Сэм.

Улыбка исчезла с лица брата.

- Я не играю.

- У вас буквально контракт на игру.

- Ты понимаешь, о чем я.

Сэм отложил нож.

- Я понимаю больше, чем ты думаешь.

Дин нахмурился.

На секунду Сэму захотелось рассказать все. Что Лиза смотрит на него четыре года. Что пережила десятки его коротких романов, делая вид, что ей все равно. Что согласилась на этот идиотский договор не только ради денег на свой будущий бар.

Но это была не его правда.

- Если она скажет стоп, ты остановишься, - сказал он.

- Конечно.

- Даже если тебе не понравится.

- Сэм.

- Я серьезно.

Дин помолчал, затем кивнул.

- Я тоже.

Это немного успокоило.

Сэм машинально посмотрел в окно кухни.

На противоположной стороне улицы стоял черный седан. Таких в городе были тысячи. Именно поэтому память не имела права мгновенно вернуть его на четыре года назад - к Лизе, застывшей у двери, и мужчине в темном пальто.

Но вернула.

Сэм вытер руки о полотенце и подошел ближе к стеклу. Номер был другой. Или он просто плохо помнил старый.

Машина простояла еще минуту и плавно отъехала от тротуара.

- Что там? - спросил Дин.

- Ничего.

Сэм почти усмехнулся собственной интонации. В их компании это слово определенно использовалось слишком часто.

Он решил пока ничего не говорить Лизе. Одна черная машина еще не была угрозой.

Но последние четыре цифры номера Сэм запомнил.

На всякий случай.

В десять ноль три Лиза вошла через служебную дверь. Увидела Дина. Остановилась.

Сэм очень внимательно занялся кофемашиной.

- Ты рано, - сказала она.

- Я принес кофе.

- Мы работаем в ресторане.

- Ваш кофе ужасный.

- Уходи, - вмешался Сэм. - Я только что простил тебе лимон, не злоупотребляй.

Лиза засмеялась, и Дин тоже.

И Сэм вдруг увидел то, чего раньше не замечал: рядом с Лизой старший брат смеялся иначе - не вежливо и не коротко. У него становилось моложе лицо, и на несколько секунд он переставал быть человеком, который отвечает за восемьсот сотрудников и всегда знает следующий шаг.

Это было хорошим знаком - и очень плохим.

Потому что теперь разбить сердце могли уже не одному человеку.

Глава 10

КЛАРА

ЛИЗА

Клара вошла в зал, и Лиза сразу поняла, кто она.

Не столько потому, что Лиза видела фотографии - хотя видела, - сколько потому, что Дин изменился. Совсем немного: плечи не напряглись, улыбка не исчезла, но пальцы на бокале замерли, и на секунду его лицо стало тем, каким Лиза еще ни разу его не видела, - открытым прошлому. Клара Вейл была высокой, светловолосой, в темно-красном платье без единого лишнего украшения. Не юная модель и не карикатурная светская красавица, а женщина, которая входила в комнату так, будто точно знала, где ее место.

Лиза мгновенно почувствовала себя официанткой в чужом платье.

- Дин, - сказала Клара.

- Клара.

Они обнялись коротко и спокойно - слишком спокойно для людей, которые когда-то прожили вместе почти два года. Клара перевела взгляд на Лизу.

- А это, полагаю, причина, по которой журналисты наконец оставили меня в покое.

Лиза улыбнулась.

- Рада быть полезной.

В глазах Клары мелькнуло веселье.

- Уже нравишься.

Дин представил их. Через десять минут Лиза ненавидела Клару значительно меньше, чем планировала. Это было крайне неудобно. Она была умной, язвительной и совершенно не пыталась вернуть Дина. Более того, рассказывала о своем новом проекте и мужчине, с которым собиралась лететь в Португалию. Дин слушал спокойно.

Никакой незавершенной любви. Почему-то это не облегчало.

- Я украду Лизу на минуту, - сказала Клара ближе к середине вечера.

Дин нахмурился.

- Зачем?

- Видишь? - Клара повернулась к Лизе. - Он всегда подозревает, что женщины без него обсуждают заговор.

- Потому что обычно так и есть.

- Именно. Пойдем.

Они вышли в маленький зимний сад рядом с залом. Лиза взяла бокал воды, чтобы занять руки.

- Если ты собираешься предупредить меня, что он ужасный человек, - сказала она, - лучше не надо. Я уже подписала договор.

Клара медленно повернула голову. Лиза замерла. Черт.

- Интересно, - произнесла Клара.

- Я пошутила.

- Нет.

- Да.

- Лиза, я прожила с Дином два года. Он никогда не берет женщину за руку так, как держит тебя, когда знает, что на него смотрят.

Лиза почувствовала холод.

- Что это значит?

Клара отпила воды.

- Что вы слишком хорошо играете.

- Ты ошибаешься.

- Возможно.

Она не давила. От этого было хуже.

- Зачем ты меня увела?

Клара посмотрела через стекло в зал. Дин разговаривал с председателем фонда, но его взгляд на секунду нашел их.

- Потому что ты смотришь на него знакомо.

Лиза стиснула бокал.

- И как же?

- Как человек, который уже проиграл и надеется, что никто этого не заметит.

Слова попали слишком точно. Лиза выпрямилась.

- Мы едва знакомы.

- Тогда считай, что я просто очень невоспитанная.

- Считаю.

Клара улыбнулась.

- Хорошо. Но все равно скажу одну вещь.

- Не надо.

- Надо. Не потому, что он плохой. В этом как раз проблема.

Лиза молчала.

- Дин умеет быть прекрасным мужчиной, - продолжила Клара. - Внимательным. Надежным. Он помнит, какое вино ты любишь, вызовет врача твоей матери и решит проблему до того, как ты поймешь, что она существовала.

Лиза почти рассмеялась от точности.

- Звучит ужасно.

- Это и делает все сложным. Он дает тебе все, кроме той части себя, которая позволила бы причинить ему боль.

Клара посмотрела ей в глаза.

- Он никогда не выбирает женщину, без которой не сможет. Он выбирает ту, от которой сможет уйти.

Лиза почувствовала, как пальцы похолодели. Безопасный вариант. Она не знала этих слов, но сразу узнала смысл: тридцать тысяч, двенадцать недель, нейтральное сообщение о расставании.

Женщина, от которой можно уйти по расписанию.

- Почему вы расстались? - спросила она.

Клара не отвела взгляда.

- Потому что однажды я поняла: он всегда оставляет дверь открытой. Даже когда говорит, что остается.

- И ты ушла.

- Да.

- Он пытался вернуть тебя?

На лице Клары появилась грустная улыбка.

- Он пытался решить проблему.

Этого было достаточно. Когда они вернулись, Дин сразу подошел.

- Все нормально?

- Конечно, - сказала Лиза.

Он посмотрел на нее внимательнее.

- Ты стала тихой.

- Просто устала.

Клара поцеловала его в щеку.

- Не допрашивай женщину на благотворительном вечере. Это плохой тон.

- Что ты ей сказала?

- Что у тебя отвратительный вкус в галстуках.

- Я без галстука.

- Вот. Уже помогло.

Клара ушла. Дин все еще смотрел на Лизу.

- Она тебя расстроила?

- Нет.

- Лиза.

- Дин.

- Что происходит?

Она улыбнулась так, как улыбалась гостям, которые жаловались на столик у окна.

- Ничего.

Он сразу понял, что это ложь. Но всю оставшуюся часть вечера Лиза играла идеально. Она держала его за руку перед фотографами. Смеялась, когда это требовалось.

Позволяла ему касаться ее талии. А стоило им оказаться вне чужих взглядов - отступала на шаг. Дин заметил к третьему разу. К четвертому начал злиться.

И Лиза впервые почувствовала, что слова Клары будут стоить им гораздо дороже, чем один испорченный вечер.

Глава 11

ЗДЕСЬ НИКТО НЕ СМОТРИТ

ЛИЗА

Лиза поняла, что совершила ошибку, в тот момент, когда двери лифта закрылись.

До этого все было просто: улыбаться фотографам, держать Дина под руку, позволять его ладони задерживаться на ее спине ровно настолько, чтобы окружающие поверили в близость.

Но сейчас вокруг не было ни журналистов, ни партнеров, ни Норы.

Только они вдвоем и зеркальные стены лифта, в которых слишком хорошо было видно, как далеко друг от друга они стоят. Дин нажал кнопку двадцать четвертого этажа. Лиза посмотрела на панель.

- Мой номер на восемнадцатом.

- Я помню.

- Тогда зачем двадцать четвертый?

- Потому что нам нужно поговорить.

- Сейчас почти два часа ночи.

- Именно поэтому.

Они вернулись с закрытого ужина Aster в загородный отель. Из-за позднего времени Нора забронировала номера всем участникам. Формально Лиза могла выйти на своем этаже и пожелать Дину спокойной ночи. Она собиралась именно так и сделать.

- Нам не о чем говорить, - сказала она.

- Последние два часа ты от меня шарахаешься.

- Я не шарахаюсь.

- Ты попросила водителя открыть тебе дверь с другой стороны машины.

- Может, мне нравится правая сторона.

Он медленно повернул голову.

- Ты всегда садишься слева.

Лиза сжала губы. Конечно, он заметил. Лифт дошел до двадцать первого этажа.

- Это из-за Клары?

- Нет.

- Тогда посмотри на меня и скажи.

Она посмотрела. Зря. Галстук он снял еще в машине, верхняя пуговица рубашки была расстегнута. Волосы чуть растрепались, и от этого он выглядел не менее собранным, а опасно живым.

- Это не из-за Клары.

- Врешь.

Двадцать третий.

- Ты сегодня удивительно самоуверен.

- Сегодня?

Несмотря на себя, она усмехнулась. Он заметил, и в этот момент двери открылись. Лиза вышла первой.

- Вот, - сказал он, догоняя. - Это.

- Что?

- Ты весь вечер смотрела на меня так, будто хочешь ударить, а сейчас снова улыбаешься.

- Может быть, я просто устала.

- От меня?

Она остановилась.

- В основном.

Дин открыл дверь номера и отступил, пропуская ее. Лиза осталась в коридоре.

- Я не зайду.

- Почему?

Она посмотрела на него так выразительно, что ответ был очевиден. Уголок его рта дрогнул.

- Боишься?

- Тебя? Нет.

- Себя?

Улыбка исчезла с ее лица. Он понял, что попал.

- Спокойной ночи, Дин.

Лиза развернулась. Он поймал ее за запястье - не сильно, просто остановил - и тут же отпустил. Но короткого касания хватило, чтобы по коже прошла горячая волна.

Она медленно повернулась.

- Не делай так.

- Как?

- Не трогай меня, когда нас никто не видит.

Что-то изменилось в его лице.

- Почему?

Она рассмеялась тихо, почти беззвучно.

- Потому что в этом нет необходимости.

Несколько секунд он ничего не говорил. Потом сделал шаг ближе.

- А если я не хочу делать только необходимое?

Лизе стало трудно дышать.

- Тогда у нас проблема.

- У нас уже есть проблема.

Еще один шаг. Теперь между ними оставалось совсем немного. Она могла отойти: коридор был пуст, никто ее не держал. И именно поэтому она осталась.

Его взгляд опустился к ее губам.

- Скажи мне остановиться.

У них был договор: двенадцать недель, никакого секса, никаких настоящих отношений.

Никаких осложнений. Она помнила каждую строчку.

- Ты сам должен остановиться, - прошептала Лиза.

Он посмотрел ей в глаза.

- Я пытался.

Признание оказалось опаснее прикосновения.

- Плохо пытался.

- Очень.

Его пальцы коснулись ее щеки. Медленно, почти вопросительно. Большой палец скользнул по скуле и остановился у уголка рта. Лиза закрыла глаза всего на секунду. Ошибка. Теперь она чувствовала его слишком отчетливо - тепло ладони, запах древесного парфюма, собственный пульс под кожей.

- Открой глаза.

Она открыла глаза. Он смотрел без привычной уверенности, будто ждал разрешения. Лиза могла выдержать его самоуверенность и игру, но не это.

- Здесь никто не смотрит, - прошептала она.

- Я знаю.

Он поцеловал ее. Первый поцелуй перед камерами был красивым. Этот - нет. Сначала осторожный, будто он все еще оставлял ей возможность передумать. А потом Лиза сама сжала пальцами его рубашку.

И все изменилось. Дин притянул ее ближе. Спиной она почувствовала стену, его ладонь - на талии. Поцелуй стал глубже, горячее, слишком настоящим для двух людей, которые договорились притворяться. Она провела рукой по его затылку. Он тихо выдохнул ей в губы.

Этот звук прошел через нее дрожью. Лиза прижалась к нему сильнее - всего на мгновение, и мгновения хватило, чтобы понять, как легко сейчас перестать думать. Дверь номера была в двух шагах. Она могла войти.

Получить наконец то, чего хотела несколько лет. А утром узнать, что для него это была просто ночь, которой не должно было случиться. Слова Клары ударили из памяти: «Он всегда оставляет дверь открытой». Лиза резко отстранилась.

Дин не сразу отпустил ее. Их лбы почти соприкасались. Оба дышали слишком быстро. Она заставила себя улыбнуться.

- Хорошо сыграно.

Его глаза потемнели.

- Не надо.

- Что?

- Не делай этого.

- Чего именно?

- Не называй это игрой.

Сердце ударило слишком сильно. Лиза посмотрела на него.

- А чем мне это называть?

Он молчал всего несколько секунд, но ей хватило. Она высвободилась из его рук.

- Именно.

Дин провел ладонью по лицу.

- Лиза…

- Я не злюсь. Правда. Мы просто нарушили одно правило. Не конец света.

- Для тебя это правда ничего не значит?

Она почти сказала «ты издеваешься?». Вместо этого выпрямилась.

- Это не тот вопрос, который ты имеешь право задавать в рамках нашего договора.

Он замер.

- А вне договора?

Вот теперь стало по-настоящему опасно. Лиза отступила.

- Спокойной ночи, Дин.

Она дошла до лифта, не оглядываясь. Только когда двери закрылись, позволила себе прислониться к зеркальной стене. На двадцать третьем этаже она все еще чувствовала его губы. На двадцатом - его пальцы на своей щеке.

На восемнадцатом призналась себе в самом страшном. Теперь одного притворства ей будет мало.

Глава 12

РАССТОЯНИЕ

ЛИЗА

На следующее утро Дин прислал ей чай. Не цветы и не сообщение - чай. В девять тридцать курьер вошел в ресторан с бумажным стаканом и пакетом теплых круассанов. На стакане маркером было написано: «Эрл грей. Без грибов. Серебро, не золото».

Лиза уставилась на надпись.

- У него проблемы, - сказал Сэм из-за ее плеча.

Она резко повернулась.

- Ты умеешь появляться без звука?

- Это мой ресторан. Я везде.

Он взял круассан. Лиза ударила его по пальцам.

- Не твое.

Сэм медленно поднял брови.

- Еще вчера ты отдавала мне последний хлеб.

- Эволюция.

- Понятно. Значит, все совсем плохо.

Она спрятала стакан за кофемашиной.

- Ничего не произошло.

- Я ничего не спрашивал.

- Но собирался.

- Собирался спросить, почему мой брат в восемь утра звонил мне и спрашивал, где в твоем районе нормальная кофейня.

Лиза закрыла глаза.

- Он тебе звонил?

- Дин в восемь утра не звонит мне даже в мой день рождения. Он ставит задачу ассистенту.

- Может, решил стать лучше.

- Конечно. И начал с чая для моей лучшей подруги.

Лиза отвернулась к кофемашине. Сэм перестал улыбаться.

- Лиз.

- Не надо.

- Ты в порядке?

Она хотела соврать. Сэм слишком хорошо различал версии ее «да».

- Нет.

Он молча забрал у нее полотенце, которым она уже третий раз протирала чистую чашку.

- Что случилось?

- Мы поцеловались.

Сэм ждал.

- Не тот поцелуй, - добавила она.

Понимание пришло мгновенно.

- А.

- Очень содержательно.

- Я выбираю между «я же говорил» и «убью его».

- Ни то ни другое.

- Хорошо. Тогда что хочешь услышать?

Лиза оперлась ладонями о стойку.

- Что я не идиотка.

Сэм задумался.

- Можно другой вопрос?

Она толкнула его. Он поймал ее руку и стал серьезным.

- Ты не идиотка. Но ты влюблена в него, а он об этом не знает. Это делает любое его движение для тебя в десять раз тяжелее, чем для него.

- Спасибо. Очень ободряюще.

- Я не закончил. Ты можешь остановить это.

Лиза посмотрела на стакан. «Эрл грей. Без грибов. Серебро, не золото».

- Я не хочу.

Сэм выдохнул.

- Вот это уже проблема.

Следующие пять дней они с Дином не виделись. Он не писал ничего личного, только короткие сообщения по делу. Лиза отвечала в том же стиле и почти убедила себя, что так лучше. В пятницу Дин появился в ресторане в десять вечера.

Без привычной брони костюма: темные джинсы, куртка, черная футболка. Он выглядел моложе и почему-то еще более недоступным. Лиза заметила его сразу, но сделала вид, что нет. Он сел не за привычный столик у окна, а у бара, прямо напротив нее.

- Кофе? - спросила она.

- Нет.

- Вино?

- Нет.

- Тогда ресторанный бизнес будет тебе благодарен, если освободишь место для платящего гостя.

Дин положил на стойку телефон.

- Мне нужно поговорить с Сэмом.

- Он на кухне.

- Я подожду.

Она пожала плечами. Следующие двадцать минут его присутствие ощущалось физически. Лиза принимала заказы, считала чек, спорила с барменом о лимонах - и все время знала, что Дин смотрит. В одиннадцать Сэм наконец вышел.

- Ты хотел поговорить?

- Да.

Дин взглянул на Лизу.

- Наедине.

- О, теперь вы будете обсуждать меня без меня? - сказала она.

Сэм моргнул. Дин слишком быстро ответил:

- Нет.

Это «нет» было таким подозрительным, что Лиза остановилась.

- Я шучу.

- Мы в кабинете, - сказал Сэм.

Они ушли. Лиза продолжила работать, но чувство тревоги не исчезло. Через пятнадцать минут Сэм вернулся один.

- Все нормально?

- Да.

- У вас семейный талант.

- Какой?

- Говорить «да» и выглядеть так, будто сейчас начнется война.

Сэм почесал подбородок.

- Он спрашивал про ресторан.

Лиза прищурилась.

- Врешь.

- Плохо?

- Ужасно.

- Черт.

- Про что он спрашивал?

Сэм посмотрел через ее плечо. Дин стоял у двери, застегивая куртку.

- Спроси у него.

- Сэм.

- Это не моя история.

Дин подошел.

- До завтра.

- Завтра? - переспросила Лиза.

- Нора добавила ужин с Астерами. Я писал.

Телефон лежал в ее шкафчике.

- Не видела.

- Заеду в семь пятнадцать.

- Хорошо.

Он смотрел на нее еще секунду. Потом ушел. Лиза повернулась к Сэму.

- Что он хотел?

Сэм поднял обе руки.

- Я обещал не вмешиваться.

- С каких пор тебя останавливают обещания?

- С тех пор как стало слишком интересно.

Она швырнула в него полотенцем. Сэм поймал его и рассмеялся.

Глава 13

НЕ ТВОЯ

ДИН

Пятнадцатью минутами раньше, за закрытой дверью кабинета, Дин наконец задал вопрос, который четыре дня убеждал себя считать исключительно практическим.