Тайны крови и амбиций

Телефон он выбросил, но перед этим вытащил сим-карту, убрав ее к себе в ящик.

Пока он возился с телефоном, на время даже забыл, зачем ему пластырь, вспомнил лишь тогда, когда заметил на постельном бельё каплю крови.

– Почему от тебя так много проблем… – Раздражённо прошипел Девид.

Заклеив рану Эшли, мужчина подтянул на ее полуживое тело одеяло и сам лёг на диван.

Наконец в его доме царила привычная тишина. Теперь у него было время подумать о завтрашнем дне и наконец решить, что делать с Эшли. Просто убить ее нельзя было – столько проблем упадёт на его плечи, что он до конца жизни с этим не расправится. Он не был уверен в том, что она не сдаст его, но деваться было некуда. Его безумно раздражал тот факт, что нужно было довериться кому-то… Особенно, когда этот кто-то – глупая девчонка, думающая только о шмотках и деньгах. И где он так провинился…

Девида успокаивало лишь то, что уже завтра он отвезёт её домой, а после снова будет заниматься своими делами.

По привычке Лев направился на кровать, где обычно спал его хозяин. Он немного по-ластился на одном месте и только потом понял, что это не Девид. Спрыгнув с кровати, кот запрыгнул на диван. Он ласково подошёл к хозяину, сев ему на грудь, уткнулся носом в его шею. Обычно кот лежал возле руки, но было слишком мало место, из за чего пришлось лечь на грудь. Он не мог остаться без внимания и контакта хозяина.

***

В окно заглянули лучи солнца, которые упали на мое лицо, заставив меня поморщится и приоткрыть глаза. В квартире было холодно, будто здесь никогда не включали отопление. Может Девид хладнокровный? Это имело смысл, особенно если знать, какой он чёрствый и холодный внутри. Сев в кровати, я подтянула одеяло и укрылась им по плечи.

Вспоминая вчерашнего дня волной нахлынули на меня и по телу вновь пробежали мурашки. Юбилей тети. Смерть Вильяма. Лес. Труп. Мама Девида. Девид. Девид…

Я перевела взгляд на диван, где как раз и спал хозяин квартиры. На нем так же мирно спал его кот. Я машинально начала искать телефон, чтобы посмотреть время, но ничего не нащупала. В груди все сдавило, когда я вспомнила, что произошло с моим телефончиком.

Вдруг на своем пальце я заметила пластырь. Не припомню, чтобы надевала его. Я даже не до конца помнила, как уснула и как зашла в комнату. Похоже, под вечер мозг совсем опьянел.

Поморгав, чтобы рассеять туман перед глазами, я взглянула на настенные часы. 8 часов утра. Вставать так рано не было моим любимым занятием, но продолжать спать в этом доме я больше точно не собиралась.

Тихо встав с кровати и волоча за собой одеяло, я ушла в ванную. Окатила себя прохладной водой и направилась на кухню.

Я все ещё была одета в свое красное, подчеркивающие талию платье. Оно уже все помялось и напоминало больше мешок, чем элегантное и дорогое платье.

Манеры у меня были, отец бы так просто не отпустил меня в свет, если бы я не умела вести себя прилично при уважаемых людях, но Девида, хоть он и был моим преподавателем, я уважаемым не считала, так что к черту манеры!

Открыв холодильник, я пробежалась взглядом по продуктам и сильно расстроилась, когда не увидела ничего готового. Только желудок возбудила. Достав два яйца, я начала искать сковородку, масло, так же нашелся небольшой кусочек сыра и половина колбасы. Этого мне хватит. Когда я последний раз готовила? Было сложно вспомнить…

Уставившись непонимающими глазками на плиту, я пыталась понять, как включить ее. Догадалась не сразу, но после трех попыток нажать на случайную кнопку, у меня это получилось!

Помыв и разбив яйца в миску, я перемешала желток с белком, посыпала солью, а после налила в разогретую сковородку. Сделав пару надрезов на колбасе, я так же кинула их в омлет, натерев и сверху посыпав сыром. Выглядело вкусно, но почему то яичница сопровождалась запахом гарью.

Тем временем, я достаточно взбодрилась и начала наливать себе чай. Мне было не страшно шуметь и греметь посудой. Тем более я не боялась разбудить Девида, нечего так долго спать. Я даже сделала ему небольшую услугу: помыла за собой посуду.

Вдруг я услышала мужской кашель и улыбка сама собой появилась на моем лице.

Забежав на кухню, Девид взглянул на меня, а после быстро распахнул шторы и открыл окно.

– Ты решила медленно нас убить и потом, в следующий жизни, отомстить мне за свой телефон? – Иронично проговорил мужчина, выставляя меня не особо разумной личностью.

Но я с тотальным безразличием смотрела на него.

– Не нас, а только тебя. Думала, оставить включённую плиту и уйти из дома, к сожалению, ключи не нашла.

Моё недолгое молчание прервал резкий вылит хлеба из тостера. Я взяла поджаренный тост когтями, чтобы не обжечься, и положила на тарелку.

Если честно, я думала, что весь этот беспорядок выведет Девида из себя, но он выглядел спокойным. Сделав себе горячий кофе, (Такой же горький, как и сам человек) он с показательным отвращением смотрел на мой завтрак.

– Эшли, как часто ты… Готовила? И готовила ли вообще? – Он облокотился на столешницу, смотря на меня. – Я не сомневаюсь что ты умеешь, но здравомыслящий человек не ест угли в чистом виде.

Не слушая его, я доделала переложила кусочки омлета в тарелку и села за стол.

– Помнишь, ты дал мне условия, чтобы ничего не говорила? Так вот, я подумала и решила, что у меня тоже есть свое условие. – Чуть помолчала, чтобы убедиться, что Девид меня внимательно слушает. – Ты, грубо говоря, украл меня с дня рождения моей тёти. Я уже молчу про то, что ты убил одного из ее гостьей. Но отцу будет интереснее узнать ни куда делся этот дурак, а куда пропала его дочь, и ты ему все объяснишь.

– Ого, ты вспомнила что можешь ставить свои условия? – Он выпрямился и подошёл к столу.

– Если бы я был таким жестоким как ты говоришь… То твоё условие не имело бы право быть, ведь когда я предлагал ты ничего такого не ответила.

Допив кофе, мужчина со звоном поставил пустую кружку.

– Но… Поскольку ты ничего не потребовала, я с лёгкостью могу твоему отцу что-нибудь ляпнуть…

Вдруг, взяв мою тарелку, к которой я даже не успела притронуться, он выкинул мою яичницу.

– Эй!

– Знаешь, что сырыми яйцами можно отравиться? Да глупый вопрос… Многое ты знаешь конечно.

Я смотрела на него с такой злостью, с какой только голодный человек может смотреть на того, кто только что выкинул его еду! Заметив мой взгляд, он немного помолчал, а затем произнес:

– Я куплю тебе по пути домой нормальной еды, успеешь еще отравиться, но давай не в моём доме.

Убрав кружку в раковину, он посчитал, что разговор закончен и вышел из кухни. Я поспешила за ним и в середине коридора успела схватить того за запястье.

– Твоя самая глупая черта, что ты не умеешь слушать. – Сказала я, когда он повернулся. Отпустив руку мужчины, я уставилась на него, в темноте его зрачков почти не было видно. – «Что-нибудь ляпнуть» ты можешь своей маме или тем, кто посылает тебя убивать, а моему отцу ты скажешь, почему забрал меня, предупреждаю, если ты не придумаешь ничего стоящего, он будет очень зол. Также ты скажешь про мою успеваемость в институте, что я хорошо учусь, вот тут разрешаю «что-нибудь наплести».

Его взгляд был холоден, он предпочел промолчать. Внезапно Девид с силой схватил меня за обе щеки и, сжав их, притянул к себе. Я вскрикнула, пытаясь убрать его руки. Он был так близко, что я ощущала его горячее дыхание и едва уловимый аромат только что выпитого кофе. Он стоял и смотрел сверху вниз прямо в мои черные глаза.

– Я, по-моему, говорил, что будет, если ты ещё раз заикнешься про мою мать. – почти прорычал он, продолжая сжимать меня все сильнее и сильнее. Сквозь зубы он едва ли проговорил: – Иди одевайся… Коффин.

Выпустив меня из своей холодной хватки, он ушёл в комнату.

Я погладила тыльной стороной ладони щеки, не отрывая от него злых и, казалось, немного мокрых глаз.

Мне было больно, обидно, тошно. Мне хотелось уже снять это чёртово платье, желательно выкинуть его: вряд ли обычная стирка смоет все то, что оно пережило. Утонуть в своей огромной теплой ванне и лечь спать на свою просторную двуспальную кровать. И не просыпаться годик другой.

Но реальность была такова. Щеки горели от рук Девида, ноги дрожали, отказываясь меня держать, ладони тряслись. Сжав их в кулак, я сглотнула и, закрыв глаза, начала считать. Это помогало успокоиться. Не буду скрывать: я посмотрела этот метод у отца. Чаще всего он так делал, когда мы с Эмили что-то вытворяли. Перед тем как начать ругать нас, он закрывал глаза и считал. Мог считать долго. Иногда мы даже начинали думать, что он погружался в другую реальность, именно ту, где нет нас. Но, открывая глаза, возвращался снова домой, где его обязанностью было отругать меня с сестрой.

56

57

58

59

60

Я медленно открыла глаза. Пришлось вернуться в реальность, где моей обязанностью было вернуться домой и поставить Девида Графского на место.

Глава 16 "Чай для любимой сестры"

Я ждала Девида, стоя на пороге в полном облачении. Прежде чем открыть дверь, он окинул меня привычным бесстрастным взглядом с головы до ног.

– Босиком на этот раз… – Он задержался на моих ногах. – Ты уже достаточно смелая, чтобы ходить самостоятельно, не считаешь?

– Я и не собиралась просить у тебя помощи. – В моем голосе больше звучало безразличие, чем грубость. Я хотела показать, как мне все равно на него.

Даже когда мы спускались и пока шли до машины, я старалась сохранять невозмутимое лицо, несмотря на то, как сильно мне было холодно в ногах. Кто в здравом уме будет ходить босиком по снегу? Кажется, за одну ночь в этом доме я окончательно сошла с ума.

Запрыгнув на переднее сиденье, я начала ждать Девида, который, почему-то задержался на улице. Вдруг, открыв дверь с моей стороны, он положил мои каблуки.

– Удивительно, что они всё ещё остались там и не превратились в сосульки.

Сев на водительское сиденье и, на удивление, включив отопление, Девид наконец выехал со двора.

Моему счастью не было предела. Я так сильно хотела попасть домой, что кажется, даже забыла, с кем нахожусь в одной машине.

– Ты уверена, что хочешь сейчас поехать к отцу? – Спросил Девид и я почувствовала подвох. – Ты вроде как бормотала, что я украл тебя со дня рождения тёти, не хочешь заехать к ней?

Он не хочет вести меня домой? Или боится отца? В прочем, пусть боится, лишь благодаря его влиятельности я ещё жива.

– Нет. Поехали домой, к отцу. – Твердо сказала я, сама удивляясь тому, что так рвусь домой.

Отвернувшись к окну, я смотрела на проезжающие машины. Протирая иногда холодные ноги в тонких копронках друг об друга. Ледяные каблуки, которые провалялись всю ночь в сугробе, я одевать тоже не горела желанием.

По пути домой Девид заехал в небольшой магазинчик, который только недавно открылся. Это было что-то вроде кафе. Когда он вернулся, то нёс с собой небольшую коробку и два стаканчика кофе, из которых исходил приятный пар. Он молча сел в машину, положил тёплую коробочку мне на ноги и поставил один из стаканчиков в специальный отсек в салоне. Свой стакан он держал в руках, завел машину и вновь выехал на дорогу. Я не притронулась ни к еде, ни к кофе. Сама по себе я больше любила чай, а что в коробке, я даже не знала. Хоть меня и манил сладкий запах, я держалась. Мне не хотелось, чтобы Девид думал, что меня так легко задобрить или подкупить.

Наконец мы доехали до огромных ворот. Мужчина поправил волосы, протер глаза и устало выдохнул:

– Машину здесь оставить? Я не знаю, на сколько долгий должен быть разговор, парковка возле ворот запрещена.

Убрав с ног коробку, я вышла из машины и направилась к воротам. Поёжившись от холода, я позвонила в домофон. Вскоре мне ответил дворецкий. Он сразу узнал меня и с радостью поприветствовал.

Ворота открылись, и я снова села в машину.

– Заезжай.

Без промедления Девид въехал во двор. Это был роскошный и просторный участок, где даже в снежный день деревья, подстриженные заботливым садовником, выглядели безупречно. Кончики веток были аккуратно и ровно обрезаны, чтобы не осталось ни одного повода для придирок.

Мужчина припарковал свой автомобиль рядом с дорогими иномарками: среди них затерялась моя Ауди.

Мы вышли почти одновременно.

Дворецкий открыл нам дверь, но, увидев идущего за мной мужчину, машинально прикрыл её.

– Он со мной, – кинула я через плечо. Дворецкий снова посмотрел на Девида и, поклонившись, впустил его.

Не успели мы войти, как из комнаты выглянула девушка со светлыми прямыми волосами. Ее ярко-розовые линзы сильно выделялись на общем фоне бледного лица. Даже дома она не обделяла себя в выборе одежды и, будто ожидая гостей, нацепила лавандовое платье с таким глубоким декольте, что мне стало тошно. Вроде, она была чертами похоже на меня, но одновременно моя полная противоположность.

– Эшли? – Спросила сестра и полностью вышла из комнаты. – Что за повод? Зачем пожаловала?

– Мне уже нельзя прийти в собственный дом? – Приподняла я одну бровь, вешая шубу на крючок.

– А, ой, извини, забыла, что ты тоже тут живёшь. – Наигранно улыбнулась Эмили.

Я закатила глаза, но промолчала.

– Отец дома?

– Уехал.

Я тихо выругалась про себя и, взяв Девида за руку, повела его на кухню.

– А это кто? – Спросила Эмили нам вслед, но ответа не последовало.

Войдя в просторную кухню, я закрыла за собой дверь и присела за стол, пытаясь сосредоточиться.

– Ничего не говори. – Предупредила я Девида, заметив, что тот открыл рот.

– Почему? Это же твоя сестра? Кажется, ей очень интересна твоя жизнь… А ты ей ничего не рассказываешь, – Он явно пытался вывести меня из себя. Ему бы стоило поучиться у моей сестры, которая умела делать это без слов.

Чтобы не сорваться на него (а я понимала, что это ни к чему хорошему не приведёт), я встала и подошла к шкафчикам с чаем. Взяв пакетик и свою любимую кружку, я налила себе чай и, прислонившись спиной к столешнице, сделала небольшой глоток.

Спокойнее…

Я ощутила, как тёплый травяной чай разлился по моему телу.

Внезапно поймала на себе недовольный взгляд Девида. Я приподняла бровь, после чего он закатил глаза и посмотрел на наручные часы.

– Эшли, у меня есть и другие дела чем тут стоять и ждать чуда… Твоего отца здесь нет, поэтому давай обязательно поговорю с ним позже.

– В мои планы тоже не входило закапывать с тобой трупы, я планировала отсидеться на празднике тёти!

Громко поставив кружку с чаем на стол, я с вызовом посмотрела ему в глаза.

Нет, тут даже чай не поможет.

– Ты будешь сидеть здесь, пока не приедет отец, и мне глубоко насрать на твои планы!

– Хорошо… Я понял тебя, Коффин, дома ты куда нервозней, чем обычно. – Мужчина скрестил руки на груди и наконец замолчал.

Вдруг в комнате раздался другой женский голос:

– Здравствуйте. – Любопытство этой сороки не заставило себя долго ждать. – Вы, как я понимаю, молодой человек моей сестрёнки?

– Выйди! – прикрикнула я на Эмили, но она лишь глубже зашла на кухню.

– Я знала, что сестрёнка любит постарше, но не настолько… – Блондинка хихикнула, говоря так, будто меня и вовсе не было здесь.

Я сжалась когтями в столешницу.

– Я понимаю что вы очень общительная девушка, Эмили Коффин, – Вдруг заговорил Девид. – но ваша сестра очень четко попросила вас уйти.

Я удивлённо взглянула на него, но быстро поняла, что удивляться тут нечему. Даже серийного убийцу успела задолбать моя сестра. Чего тут удивительного? Вероятно, он осознавал, насколько неразумно было затевать ссору только из-за того, что у блондинок нет мозгов.

Эмили, к счастью, не умела читать чужие мысли. Подняв свои большие глаза и поморгав длинными ресницами, она мило улыбнулась Девиду.

– Вы плохо знаете сестренку, она большая шутница.

Пройдя мимо него, засранка села за стол и потянулась к конфетам в небольшой миске.

– Да и тем более, это мой дом, не красиво гостью выгонять хозяйку.

Девушка, не сводя с меня взгляда, развернула обертку и положила конфету в рот.

– Сестренка, а где ты была вчера? Тебя хотели наградить… Только вот ты сбежала… – Она снова перевела изучающий взгляд на Девида. – Хотя, смотря на него, я бы тоже ушла с этого скучного мероприятия.

Я просто ждала, пока Эмили наговорится и замолчит, не добившись ничего стоящего. Но Девид почему-то продолжал с ней разговаривать, и это выводило меня из себя ещё больше.

– Вы меня неправильно поняли, я ни кем не являюсь для Эшли. – В голосе Девида не было и тени раскаяния. Ему было безразлично, что думает о нём эта девушка. – Вы правы, Эмили, не красиво гостю выпроваживать хозяйку, позвольте в знак моих извинений сделать вам вкусный чай.

Девид встал и стремительно подошёл ко мне, заставив меня напрячься. Обняв меня за плечи, он направился к шкафчикам с чаем.

– Эшли, дорогая, не подскажешь ли где у вас тут сахар и корица?

– Не нужно поддакивать этой дуре. – Прошипела я, зная, что Эмили все слышит.

Открыв ящик, я достала сахар и корицу, с ударом поставив все на столешницу.

– Надеюсь, у тебя будет в кармашке яд. Буду рада закопать ее тело рядом с Вильямом. – Сказала я уже чуть тише.

– Эшли, – позвала сестра, и пока Девид химичил над кружкой, я с неохотой повернулась к Эмили. – Вчера тётя хотела тебя наградить… Отдать тебе половину акций от своей компании. А ты… Ну знаешь, я хочу сказать тебе спасибо, ведь тётя решила отдать их мне.

Эмили улыбнулась и я скривилась от ее противной улыбки. Я ненавидела эту улыбку. Ненавидела, когда ей было хорошо.

– Яда нет, но, думаю, это тоже тебя порадует, – вдруг прошептал мне Девид и добавил громче: – Отнесёшь своей любимой сестре чай?Повернувшись к мужчине, я взяла кружку и внимательно заглянула в глаза. Его загадочный взгляд дал мне понять, что всё не так просто. Разве будет наёмный убийца готовить чай в чужом доме для какой-то глупой выскочки? Наверняка Эмили и сама его раздражала.

Повернувшись к сестре, я поставила перед ней чай и села напротив.

– Я так рада за тебя, Эмили, – сказала я с лёгкой иронией в голосе. – Ведь тебе так не хватает денег, которые даёт отец. К сожалению, у меня и в самом деле была серьёзная причина для этого.

Эмили вопросительно посмотрела на меня и только когда она взяла в руки чашку с чаем и начала пить, я сказала:

– Надо было закапать парочку трупов в лесу, понимаешь?

– Не строй из себя крутую, сестренка! – Рассмеялась она, совсем не веря мне. Оно и к лучшему.

– Я не строю, просто предупреждаю тебя.

– К чему это? – Продолжала улыбаться блондинка, делай ещё один глоток.

– Просто надейся не стать следующим трупом, которого я закапаю. – Я посмотрела на нее, а после перевела взгляд на чашку.

Эмили хотела снова звонко рассмеяться, но не смогла. Выронив чашку, она с грохотом упала на пол. Чай разлился по всему столу, а я, не сдержав раздражение, тихо простонала.

– Она больше не проснётся? – Мои глаза были полны надежды. – Правда же?

Девид поднял тело Эмили и посадил обратно за стол. Она выглядела как человек, который не смог добиться успеха в жизни и ведёт неразумный образ жизни, злоупотребляя алкоголем. Мне стало смешно от ее жалкого вида.

– Она проснётся… Но не скоро. – После небольшой паузы Девид серьёзно посмотрел на меня. – Давай-ка проясним кое-что, Коффин… Мы договорились никому не рассказывать про это, но как только тебя вывели из себя, твой язык тут же расплелся… Ты ведешь себя крайне не скрытно.

Я подняла глаза на него и чуть улыбнулась, как надоедливый голос сестры пропал, мне стало лучше.

– Эмили ни за что мне не поверит, она никогда мне не верит… – Я перевела взгляд на сестру. – Глупая девчонка, которая не понимает, что я никогда не вру.

Я взяла свою кружку с недопитым чаем и сделала глоток.

Мужчина, казалось, смягчился и произнёс с лёгкой хитринкой в голосе:

– Ты ей хвасталась, что копала трупы? И если подумать, то ты ей угрожала мной… И это та самая невинная девушка, которая говорила "каждая жизнь дорога".

– Не бойся, она даже не вспомнит мои слова. И знаешь, забудь, что я говорила тогда. – Поставила уже пустую кружку на стол и встала. – Я говорила это на эмоциях, мне все равно на людей.

Мне все равно на их жизни.

Я пыталась убедить его в этом.

Или себя?

Подойдя к Эмили, я тыкнула в нее красным ногтем.

– Особенно на тех, кто называется моей семье… Эх, если бы не отец, ее можно было бы закопать заживо…

Я грустно вздохнула, оперевшись локтями об стол. Не знаю, решилась бы я на такое, но, вспоминая всё, что эта стерва сделала, я имею право задуматься.

– Если бы не уголовная ответственность, весь мир ничего бы не сдерживало от насилия. – Произнёс Девид и подошел ближе. – Допустим… Но таблетки подействовали слишком быстро, видимо две капсулы это много, я не знаю во сколько она может очнуться. Но её нужно отнести в комнату.

– Давай, твоя работа. —Выпрямившись, я повернулась к нему. Настроение у меня явно поднялось.

– Я покажу, где ее комната. – И направилась к двери.

Глава 17 "Тайна отцовского сердца"

– Противно смотритесь вместе, – подчеркнула я, когда Девид положил Эмили на кровать. – Запомни, тебе не подходят блондинки.

Пока он нес ее, на нас косо посматривали горничные, кто-то даже опускал взгляд на мои ладони, ожидая, что я подам знак о помощи. Но я наоборот уверяла их, что все хорошо.

Я стояла в дверном проёме, когда Девид подошел ко мне.

– Вот именно, блондинки мне не подходят, они ко мне падают… Ну а если на то пошло, то отношения не для меня, так что без разницы кто и как со мной смотрится.

Он устало выдохнул и выключи свет в комнате Эмили.

– Отец точно придёт?

Я пожала плечами.

– Без понятия, но ты точно не уйдешь отсюда, пока он не придет. Так что, не мне одной страдать с тобой тут.

Отвернувшись, я направилась снова на первый этаж. Вот и мой любимый зал с большим диваном, камином и кресло качалкой. Жаль сейчас было не до уютного прочтения книги с чаем.

Наблюдая за тем, как Девид растянулся на диване, я закатила глаза и отправилась на кухню, чтобы убрать осколки от кружки, которую уронила Эмили. Мне повезло, что проворные горничные уже все убрали, тщательно протерли стол со столешницей и вымыли посуду. По их любопытным глазам я видела, как у них чешутся языки спросить у меня, кто этот мужчина? Но так и не решились.

Убедившись, что все убрано к приходу отца, я вернулась в гостиную, где уже устроился Девид, и присела в кресло рядом с ним.

– Давай уясним, что ты будешь ему говорить? Чтобы не наболтал всякой ерунды.

Мой взгляд внимательно прошелся по нему.

Он даже не поднял голову, все так же продолжал смотреть в потолок, не обращая на меня внимания.

– Я точно не расскажу твоему отцу то, что ты сейчас наговорила Эмили. – Наконец, он поднял голову, поправил рубашку и пристально посмотрел на меня. – Или у тебя есть пожелания относительно того, о чём я должен упомянуть? – Он приподнял бровь.

– У тебя проблемы с памятью? – Я так же приподняла бровь. – Я тебе сегодня утром об этом говорила. Тебе надо придумать, почему меня не было на мероприятии и сказать про мою «хорошую» успеваемость в институте! Ляпнешь что-нибудь не то, я ляпну про твое необычное хобби.

– Да помню… Просто твой голос настолько надоедливый, что я стараюсь его не слушать.

Я нахмурилась.

Он поправил воротник. Создавалось впечатление, что он собирался в спешке и надел то, что оказалось под рукой. Возможно, ему было не по себе и душно в этом помещении, что было не удивительно.

– Скажу твоему отцу, что ты была на олимпиаде и я тебя подвёз… Только не знаю уж где ты была всю ночь, может с парнем гуляла? Это уже твоя личная жизнь. – Он лукаво улыбнулся. – Я обычный преподаватель… Я не могу знать что происходит у тебя, верно?

– Слово обычный тут явно лишнее. – Процедила я и отвела взгляд. В целом, несмотря на его грубость, меня устраивало то, что он придумал. К тому же, если бы я и захотела что-то изменить, все равно бы не успела.

В эту секунду в окно засветили фары. На дворе парковался отец.

Я быстро вскочила, поправила одежду и волосы и посмотрела на Девида:

– Достойно поприветствуй его. Он не любит не званых гостей, поэтому сделай это для своего же блага.

Он быстро встал и так же быстро привёл в порядок свою одежду и причёску.

– Не переживай, куколка, я то уж точно знаю, что такое манеры в отличие от тебя. – Он посмеялся.

– Что за дурацкое прозвище? – Нахмурилась я, но больше ничего спросить не успела. В дом зашел отец.

Высокий мужчина с широкими плечами. Тёмные волосы и карие глаза, которые в темноте казались чёрными, как две бездонные дыры. Большие и сильные руки, этот мужчина, несомненно, поддерживал свою форму ещё с молодости.