Дед Мороз. Путь Волшебника

А сам Ваня все чаще грустил и вспоминал о волшебном мастере, которого повстречал на ярмарке:

«Мне непременно нужно попасть в город и разыскать его. Я откроюсь отцу и попрошу отпустить меня. Он должен мне поверить!»

Оставалось несколько дней до назначенного отплытия «Чайки», и Ваня решил, что тянуть больше нельзя. Он встал пораньше, чтобы выполнить все поручения отца и порадовать его перед важным разговором. Но Рыбник не заметил Ваниных стараний, засветло он ушел из дому, а когда вернулся, принялся загружать телегу.

— Обоз из соседней деревни уже сегодня выезжает, надо успеть передать им товар, — пояснил Рыбник.

— В город? — спросил Ваня.

— Да, на ярмарку.

«Неужто это знак?» — подумалось Ване, и он выпалил:

— Отец, можно я тоже поеду? Я очень хочу повидать Митю… и еще по одному важному делу.

— Самое важное дело у тебя на корабле. А брата по возвращении повидаешь.

— Помнишь, я рассказывал тебе про мастера, который делает шкатулки со снежинками? Он звал меня в ученики.

— Твое место тут. Мы уже это решили, — резко ответил Рыбник, отворачиваясь.

Рыбник много раз слышал, как за его спиной шептались соседи, называя его младших сыновей чудными. И если над Митей больше посмеивались, то Ваню будто побаивались. Но последние пару лет ему казалось, что наконец-то судьба на его стороне. Митя устроился в городе на приличную работу и не маячил зазря перед глазами, а Ваня делал успехи на корабле. Рыбник был уверен, что Ваня станет его достойным преемником. Иногда он подмечал, что младший сын сам не свой, но не хотел разбираться с этим, полагая, что море и честный труд все исправят. Потому что именно так всегда говорили его отец и дед.

— Это ты решил. Это тебе нравится, — ответил Ваня.

Глаза юноши вспыхнули голубым свечением. Но Рыбник этого не видел, он стоял к сыну спиной.

— Мне надоела эта блажь, — отчеканил Рыбник ледяным тоном. — Ты и так не делаешь многое из того, что должен!

— Нет, я не должен! Я не убийца! — выпалил Ваня.

Он не хотел обижать отца, но вырвавшуюся фразу было не вернуть.

Рыбник стал пунцовым от гнева. Он резко бросил шкуры на телегу и посмотрел на Ваню.

«Мальчишка взялся судить меня, старосту? Что ж, я проучу его». И Рыбник залился нехорошим злым смехом, а потом сказал:

— Завтра пойдем в лес. И ты наконец поступишь, как мужчина.

— Я не пойду, — тихо себе под нос сказал Ваня.

— Пойдешь! — еще больше зверея, приказал Рыбник. — Придумал тоже: шкатулки со снежинками. Я выбью из тебя эту дурь. На оленя пойдем!

— Нет, ты не заставишь меня! — закричал Ваня.