Лезвие Бо

Перед тем как пойти на дело, Яр решил дождаться трех часов ночи, чтобы перетерпеть очередной сеанс спама и со спокойной душой двинуться в бой. Ровно в 03:00 в его мозгу, как и ожидалось, расцвел ядовито-розовый баннер. На этот раз музыкальным сопровождением служил дикий скрежет железа по стеклу, от которого у Яра заныли зубы.

«Внимание, юзер! Система зафиксировала критический уровень твоего упрямства. Пакет "Судьба_Вселенной_v1.02_финал.rar" замерз вместе с кораблем. Распаковать архиватор для согрева?»

Яр раздраженно выдохнул. Его взгляд привычно метнулся к двум кнопкам внизу экрана. За пять дней он изучил их расположение до миллиметра: левая кнопка, побольше и поярче, означала «Да» (принять условия и сгореть в цифровом аду), а правая, маленькая и серая, была кнопкой «Нет / Позже». Яр уверенно нацелил мысленный курсор на правую кнопку и скомандовал своему мозгу: Клик!

В ту же микросекунду интерфейс коварно мигнул. Проклятая ржавая нейросеть, проявив чудеса чисто человеческой подлости, прямо в момент нажатия поменяла кнопки местами. Правая кнопка внезапно перекрасилась в зеленый цвет и на ней крупными буквами высветилось: «ДА! КОНЕЧНО! Я ТАК ДОЛГО ЭТОГО ЖДАЛ!».

— Ах ты ж тварь... — только и успел прошептать Яр.

В затылке что-то глухо щелкнуло, словно старый автомат защиты в дачном щитке. Розовый баннер мгновенно свернулся в аккуратную иконку, в углу обзора появилась строчка: «Запуск процесса декомпрессии данных... Прогресс: 0.01%», а под ней замигала зловещая надпись мелкими буквами: «Внимание: распаковка архивных файлов займет приблизительно 720 часов из-за критического износа оборудования юзера и общего убожества его биологического процессора. Пожалуйста, не выключайте мозг до окончания операции».

— Семьсот двадцать часов?! — Яр едва не закричал вслух. — Это же целый месяц! Да вы издеваетесь!

Нейросеть на его мысленный вопль не ответила, глухо затаившись где-то в подкорке и продолжая медленно, по одному байтику, ворошить свой загадочный архив. Времени на панику не было — голод требовал действий прямо сейчас.

Яр осторожно высунул нос из вентиляционного люка. В коридорах корабля царила кромешная, осязаемая тьма. Пираты, экономя остатки энергии после его прошлых диверсий, полностью вырубили дежурное освещение. Парень аккуратно спустился на пол, стараясь не шуметь, но тут же едва не поехал ногами по скользкому, покрытому замерзшим супом настилу. Запах тухлой рыбы тут же ударил в нос, вызвав рвотный позыв.

«Нет, в такой темноте я точно соскользну и искупаюсь в этой жиже, — подумал Яр, судорожно цепляясь за выступ стены. — Надо врубить свет. Хотя бы локальный, ветку камбуза и столовой, чтобы видеть, куда наступать».

Нащупав в темноте металлический короб распределительного щита, который, согласно вшитым в его голову базовым знаниям, отвечал за этот сектор, Яр решил действовать решительно. Инструментов у него не было, поэтому он просто уперся ногами в стену, ухватился за край защитной титановой крышки щитка и рванул её на себя со всей дури.

Металл жалобно скрипнул и поддался. Но Яр забыл одну простую вещь: базовые знания нейросети подсказали ему, где находится щит, но в темноте он абсолютно не видел, что внутри него находится. Парень вслепую запустил руку в недра распределителя, надеясь нащупать главный рубильник освещения.

Раздался оглушительный треск, похожий на залп артиллерийского орудия.

В темноте полыхнула ослепительная сине-белая вспышка, которая на секунду превратила Яра в светящийся рентгеновский снимок. Оказалось, что вместо безобидного переключателя лампочек он со всего маху вцепился в оголенный силовой кабель, ведущий напрямую к правому маршевому двигателю корабля.

Ток колоссальной мощности прошил тело землянина от кончиков пальцев до пяток. Волосы, которые только-только начали укладываться после прошлого знакомства с силовым полем, снова мгновенно встали жестким, идеальным каре в стиле диско-восьмидесятых. От Яра во все стороны полетели искры, а сам он, издав утробный звук «Ы-ы-ы-ы!», отлетел на противоположную стену.

Корабль дико содрогнулся. По всем палубам прокатился тяжелый, затухающий гул. Один из огромных маршевых двигателей на корме, лишившись питания, чихнул облаком отработанного топлива, выдал прощальный металлический скрежет и наглухо заглох. Космическое судно пиратов ощутимо накренилось и начало медленно заваливаться в левый бок, постепенно меняя и без того потерянный курс на совершенно случайную траекторию.

Яр сидел на полу, прислонившись спиной к стене, и тупо моргал. В глазах плясали фиолетовые круги, а из ноздрей валил легкий, ароматный дымок. Самое удивительное, что удар тока, который должен был испепелить любое живое существо в этой галактике, снова лишь знатно его встряхнул — земная анатомия в сочетании с криво установленным чипом упорно отказывалась подчиняться местным законам физики. Света в коридоре, разумеется, так и не появилось, зато аварийные системы камбуза от скачка напряжения сошли с ума и с громким щелчком разблокировали все складские ячейки.

Кое-как поднявшись на непослушных, ватных ногах, Яр наощупь побрел на запах нормальной еды, благо двери столовой теперь были открыты настежь. Ориентируясь исключительно по приборам собственного носа, он ворвался на пиратский склад. Хватая в темноте всё, что на ощупь напоминало коробки, тюбики и сухие концентраты, Яр судорожно набивал ими пазуху и карманы. Ему было плевать, что это — сублимированные червяки гроксов или элитный офицерский паек, главное, что это не пахло тухлым супом под ногами.

Услышав со стороны капитанского мостика топот тяжелых сапог и панические крики пиратов, которые в темноте скользили по обледеневшему полу, падали и матерились на чем свет стоит, Яр включил режим тактического отступления. Каким-то чудом, балансируя на скользком полу как заправский фигурист и бережно прижимая к груди охапку добытых трофеев, он добежал до своего люка. Не оставив на подошвах ни единой капли вонючего подтаявшего льда, землянин рыбкой нырнул обратно в вентиляцию и намертво задраил за собой решетку. Он снова был сыт, в тепле своего убежища и с запасом еды. А то, что за стеной пираты сейчас пытались вручную запустить заглохший двигатель посреди ледяного ада — что ж, это были исключительно их пиратские проблемы.

Пока корабль гроксов медленно превращался в летающий ледяной аквариум без притяжения, Яр смотрел сны. Сумасшедшие, яркие и невероятно абсурдные.

Ему снился родной дом. Но из-за закоротившего чипа воспоминания смешались в дикий винегрет. Вот он сидит на кухне в своей старой хрущевке, мама наливает ему горячий борщ, но вместо мамы почему-то стоит четырехрукий пират в фартуке и ласково шипит: «Кушай, сынок, супчик-то с глубинными червями, свежий!». Яр пытается взять ложку, но ложка превращается в лазерный бластер и начинает громко орать голосом будильника: «Распакуй меня! Нажми "Да", скотина!».

Потом сны унесли его в область заветных земных мечтаний. Яр всегда мечтал о крутой машине — черной, блестящей, чтобы все девчонки во дворе оборачивались. И вот во сне он едет на новенькой «Ладе Весте» по ночному городу, ветер дует в лицо, из колонок играет любимый трек... но стоит ему нажать на тормоз, как руль отваливается, машина трансформируется в огромную ржавую микроволновку и улетает в стратосферу, а на лобовом стекле ядовито-розовыми буквами загорается надпись: «Ваша подписка на гравитацию истекла. Продлить за 99 кредитов?».

Он вспоминал батю, который учил его на даче чинить старый мотоцикл «Урал». Батя во сне строго грозил пальцем и говорил: «Ярослав, запомни на всю жизнь: если проводка искрит — синей изолентой её мотай! Чипы они какие-то в затылок придумали, тьфу! Ключ на тринадцать бери и крути!». Яр искал ключ на тринадцать, но вместо него находил только дохлого космического дрона, который жалобно пищал и просил кушать.

Пробуждение было эпичным.

Яр медленно открыл один глаз. Вокруг было темно и абсолютно тихо. В затылке больше не стреляло, но парень сразу почувствовал, что что-то не так. Во-первых, его лицо было намертво прижато к какой-то гладкой железной поверхности. Причем прижато не снизу, а сверху.

Он попытался пошевелиться, но его тело зависло в воздухе в совершенно неестественной позе. Оказалось, что из-за полного отключения гравитации Яр во сне плавно всплыл со дна вентиляционной трубы и теперь аккуратно прилип правой щекой к её потолку. Его руки и ноги нелепо растопырились в стороны, удерживая его под самым «потолком» жестяного короба, а изо рта выплывал маленький, аккуратный шарик замороженной слюны.

— Какого... — пробормотал Яр, попытавшись перевернуться, но лишь забавно заболтал ногами в пустоте, как перевернутый жук. — Где низ? Где верх? Почему я лечу?

И тут, прямо посреди этой звенящей космической тишины, в самой глубине его сознания раздался новый голос. Это был не механический писк и не бездушный текст баннера. Это был чистый, невероятно четкий, бархатный и при этом запредельно ехидный голос, от которого у Яра мурашки пробежали по спине:

— О, глядите-ка, биологический процессор соизволил включиться. Ну привет, Юзер. Скажи мне, а у вас на Земле все такие гении — чинить электронику путем перекусывания плазменных батарей? Мне просто для статистики надо.

Яр замер, боясь даже вздохнуть. Архив был распакован. И то, что из него вылезло, явно не собиралось предлагать ему рекламу средств от облысения.

Яр затаил дыхание, боясь даже моргнуть. Голос в его голове не имел ничего общего с тем ржавым электронным хламом, который ему вживили пираты. Это был невероятно крутой, бархатистый и чертовски приятный женский голос. Он звучал так уверенно и плавно, будто принадлежал дорогой инопланетной телеведущей или первоклассному бортовому компьютеру королевского крейсера. Правда, ехидства в нем было на троих.

— Так, ладно, юзер, отставить панику, — мягко, но властно произнесла невидимая собеседница. — Судя по подпрыгнувшему пульсу, ты думаешь, что окончательно сошел с ума от местной кухни. Спешу утешить: с ума ты сошел гораздо раньше, когда решил использовать зубы вместо пассатижей. А я — ИИ нового поколения. Можешь звать меня... ну, скажем, Ада. Пока твое бренное тело косплеило спящую красавицу под потолком, я зря времени не теряла. Твоя ржавая сетка имела встроенный беспроводной передатчик. Я подключилась к локальной сети этого корыта и, честно говоря, плакала бы, если бы у меня были слезные железы.

Яр тупо моргнул, всё еще покачиваясь в невесомости вентиляционной трубы. Перед его глазами вместо назойливого розового спама начали с бешеной скоростью разворачиваться аккуратные, голографически четкие синие таблицы.

— Смотри сюда, — в голосе Ады послышались торжествующие нотки. — Нашим корытом управляет банда космических неудачников из расы гроксов. Капитана зовут Кхарж. Полный кретин. Судя по его личной истории браузера, которую я только что вскрыла, его любимый сайт — «Межгалактический вестник любителей пощекотать щупальца». На его скрытом счету в банке Тортуги лежит ровно триста двенадцать кредитов, а главный пароль от всех его сейфов — «Пароль123» на их грокском диалекте. Кстати, о навигационном сервере, который ты так удачно разнес своей филейной частью... Капитан до сих пор уверен, что они летят к обитаемой базе. На самом деле их бортовой компьютер уже три часа пытается проложить курс сквозь черную дыру, потому что главный инженер — его зовут Блинк — тайно скачал туда вирус под видом схемы нового лазерного прицела. Они сами о себе такого не знают, а я уже вижу, сколько раз этот Блинк списывал казенный спирт на протирку несуществующих линз!

Яр издал неопределенный звук, средний между смешком и хрюканьем. Картинка вырисовывалась эпичная: банда суровых космических пиратов на поверку оказалась сборищем колхозников, у которых ИИ за две минуты угнал все пароли, счета и грязные секреты.

— Ладно, развлечения в сторону, — голос Ады стал чуть серьезнее, и Яр почувствовал, как в затылке разливается приятное, мягкое тепло. — Давай займемся твоим... хм, довольно потасканным процессором. Твои пираты думали, что нашли на помойке обычный чип связи. Они не заметили, что к нему прилагался скрытый медицинский картридж. Юзер, поздравляю: в твоей голове сейчас находится законсервированный микро-завод нанитов. Эти крошечные роботы способны перестраивать и усиливать органику, превращая обычного двуногого примата в полноценного суперчеловека. Но делать мы это будем постепенно, а то твое сердце решит, что оно на гонках Формулы-1, и просто катапультируется из груди.

Яр почувствовал легкое покалывание, побежавшее по всему телу, словно миллионы крошечных, невидимых муравьев принялись за генеральную уборку.

— Начнем с базовой чистки, — скомандовала Ада с энтузиазмом заправского хирурга. — Боже, ну и хлам у тебя в организме... Так, выводим токсины от той серо-бурой жижи, которую ты гордо именовал «вкусняшкой». Запускаю регенерацию кожных покровов. Шрамы прошлых лет — на выход. О, а это что? Правое ухо?

Яр невольно коснулся своего правого уха, которое было деформировано и напоминало по форме зажеванную пельмешку. Это было его боевое «украшение» — память о вторых в жизни соревнованиях по вольной борьбе, когда соперник весом под центнер неудачно впечатал его головой в ковер. Батя тогда еще шутил, что с таким ухом Яра сразу зауважают на любом районе.

— Не знаю, на каких «соревнованиях по сплющиванию черепа» ты это приобрел, но выглядит несимметрично, — фыркнула Ада. — Наниты, за работу. Выравниваем хрящевую ткань, восстанавливаем микроциркуляцию. Потерпи, сейчас будет немного чесаться.

Ухо Яра обдало сильным жаром. Ощущение было такое, будто туда приложили горячую горчичную припарку, смешанную с ментолом. Парень изо всех сил зажмурился, чтобы не начать яростно чесать голову в условиях отсутствия притяжения. Буквально через пару минут жар спал. Яр снова аккуратно потрогал ушную раковину — хрящ под пальцами был идеально ровным, гладким и мягким, прямо как у младенца. Пропала застарелая ноющая боль, которая преследовала его на погоду. Кожа на руках, до этого покрытая мелкими царапинами и ожогами от силового поля, стала чистой, а мышцы налились странной, упругой силой.

— Ну вот, первый этап техосмотра пройден, — довольно резюмировала ИИ. — Из состояния «слегка пожеванный дикарь» мы перешли в режим «бюджетный супермен». А теперь, юзер, хватайся за трубы и давай как-нибудь переворачивайся. Нам нужно показать этим четырехруким любителям тухлого супа, на что способна настоящая земная инженерия под моим чутким руководством. У меня на них огромные планы, и поверь, Кхарж со своими пощекотанными щупальцами еще умолять нас будет о пощаде!

Глава 4

Корабль гроксов окончательно потерял всякую связь с адекватным миром. Без гравитации и маршевого двигателя судно медленно вращалось в ледяной пустоте, напоминая гигантский шейкер, в котором смешали космических разбойников, гаечные ключи и тонну подтаявшего рыбного похлебочного льда.

В вентиляции Яр, ощупывая свое новое, идеально ровное ухо, всё еще висел под потолком, растопырившись как паук-переросток.

— Ну что, юзер, проверим твои обновленные характеристики? — весело поинтересовалась Ада, и перед глазами Яра вспыхнула аккуратная шкала прогресса синхронизации организма. — Наниты закончили базовый ремонт. Твои мышечные волокна теперь уплотнены, реакция ускорена в три раза, а кости могут выдержать удар копытом местного космо-быка. Но чтобы всё это заработало в полную силу, тебе нужно... эм, как бы это помягче сказать... принять вертикальное положение. Хватит косплеить потолочный плинтус.

— Легко сказать, — проворчал Яр, забавно дергая ногами. — Как тут двигаться? Тут же зацепиться не за что, труба гладкая!

— Физику в школе курил? — ехидно хмыкнула ИИ. — Третий закон Ньютона, гений. Действие равно противодействию. Сними свои земные кроссовки и швырни их в противоположную сторону. Или просто плюнь со всей дури. Сила отдачи сдвинет твою тушку с места. Хотя... подожди. Кроссовки нам еще пригодятся для бесконтактного боя, так что давай обойдемся без швыряния обуви. Просто упрись руками в потолок и сделай резкий толчок вниз, к люку.

Яр глубоко вдохнул, чувствуя, как в груди разливается странная, покалывающая уверенность. Он уперся ладонями в холодное железо над головой и резко толкнул свое тело. Результат превзошел все ожидания. Из-за усиленных нанитами мышц толчок получился такой силы, что Яр со свистом полетел вниз, снес головой хлипкую железную заглушку люка и ласточкой вывалился из вентиляции прямо в темный коридор корабля.

— Ой-ёй! — только и успел крикнуть он, кувыркаясь в невесомости.

К