Лезвие Бо

Несмотря на то, что ржавая нейросеть вела себя как назойливый спамер, у неё обнаружился один жирный плюс. Проснувшись на следующее утро в вентиляции, Яр с удивлением осознал, что мир вокруг перестал быть набором непонятных звуков и мигающих лампочек. За железной стенкой послышался хриплый лай пиратов, и Яр, к своему шоку, понял каждое слово — они яростно материли его на своем космо-жаргоне. Более того, бросив взгляд на сложную панель с проводами под боком, он мгновенно узнал, что это резервный клапан сброса давления жидкого азота. Информация просто всплывала в голове сама собой, будто он всю жизнь учился в космической академии. Чип намертво вшил в его мозг общие знания о галактическом быте, технологиях и языках. Яр теперь понимал всё, но понятия не имел, какая тайная сила внутри его затылка заставила этот ржавый хлам работать.

Счастье от внезапной эрудиции длилось недолго — ровно до тех пор, пока у Яра со свистом не свело желудок. Шел пятый день его подпольной жизни, и первобытный, дикий голод бесцеремонно погнал парня на новые «подвиги». Жрать хотелось так, что даже сырые пиратские пайки казались деликатесом.

Ночью Яр, урча животом на всю вентиляцию, выполз на охоту в сторону камбуза. Проблема была в том, что грация у землянина по-прежнему оставалась на уровне пьяного медведя. Пытаясь бесшумно вскрыть автоматический раздатчик еды, Яр слишком сильно дернул за блестящую ручку и с корнем выдрал главный гидравлический шланг. Камбуз и половину жилой палубы мгновенно затопило тонной склизкого, пахнущего тухлой рыбой синтетического супа.

Убегая от катящейся волны баланды, Яр попытался обесточить лазерные сенсоры охраны. Действуя по наитию, он наугад рванул пучок толстых кабелей из ближайшей стены. Навигатор в его голове в этот момент запоздало пискнул, что это был блок климат-контроля. Раздался громкий хлопок, и во всем правом крыле корабля температура резко упала до минус двадцати.

В итоге Яр, стуча зубами от холода и жуя на ходу добытый в бою сухой брикет неизвестно чего, кое-как уполз обратно в свою нору. Он чувствовал себя победителем, ведь добыл еду и спасся. Парень даже не подозревал, что пираты теперь люто мерзнут, скользят по колено в супе и бьются в истерике на капитанском мостике. Ведь во время своего первого эпичного побега Яр в хлам разнес навигационный сервер. Корабль летел в полную неизвестность, обратного пути к Земле больше не существовало, а проклятый розовый баннер в его голове уже приготовился весело мигнуть ровно в три часа ночи.

Глава 3

На капитанском мостике пиратского судна царила атмосфера глубокого уныния и легкого обморожения. Капитан, укутанный в три слоя термоплащей поверх своего скафандра, сидел в кресле и мелко дрожал. Из его пасти при каждом вздохе вырывались густые клубы пара. Температура на корабле после ночного налета Яра на проводку климат-контроля упала до арктических минимумов. Вдобавок из коридора несло отчетливым запахом протухшего рыбного супа — тонна этой склизкой жижи намертво замерзла на нижних палубах, превратив коридоры в идеальный каток для пингвинов.

— То есть, как это — мы не знаем, где мы? — синея от холода, прохрипел капитан, глядя на главного инженера.

Четырехрукий техник, чьи лапы были упрятаны в толстые меховые рукавицы, уныло шмыгнул носом. Нижняя челюсть у него всё еще была завязана бинтом после памятного знакомства с земным кулаком.

— Навигационный сервер мертв, босс, — простуженным басом ответил инженер. — Этот дикарь не просто на него упал. Он пробил спиной титановый кожух и приземлился своей... кхм, филейной частью точно на кристалл памяти. Все звездные карты, координаты баз и обратный путь к его планете стерты. Мы дрейфуем по инерции в неизведанный сектор. Связи нет, тепла нет. Единственное, что у нас осталось — это три тонны замороженного супа под ногами и сумасшедший землянин в вентиляции.

Капитан издал глухой рык, проклиная тот день, когда решил связаться с этой «перспективной двуногой добычей». Объявить охоту на Яра в вентиляции они не могли — трубы были слишком узкими для пиратов, а запускать туда поисковых дронов было бесполезно: Яр ломал их голыми руками и использовал батарейки, чтобы согреться.

Пока на капитанском мостике пираты пытались согреться мыслями о сожжении виновника их бед, сам виновник чувствовал себя не сильно лучше. В узком жестяном коробе вентиляции Яр свернулся в три погибели. На нем были натянуты какие-то обрывки пиратского брезента, а под бок он подложил пару теплых, едва живых батареек, выдранных из пойманного накануне поискового дрона. Дрон, кстати, пал смертью храбрых: Яр просто скрутил ему шею-камеру, когда железка попыталась посветить ему в глаз своим лазером.

Зубы Яра выстукивали зубодробительную чечетку. После того как он случайно пустил под откос систему климата, вентиляция превратилась в морозильную камеру промышленного хладокомбината. Иней красиво блестел на металлических стенках трубы прямо перед его носом, но эстетика парня не радовала. Его радовал только сухой космический брикет, который он грыз с глухим хрустом. На вкус это было как прессованный картон со вкусом старой резины, но желудок, получив хоть что-то, перестал выдавать звуки раненого кита.

— Ну и вляпался, — пробормотал Яр, разглядывая свои пальцы, которые постепенно синели. — Дома сейчас лето... На речку бы. Или лучше бы к в баньку.

Благодаря ржавому чипу, засевшему в затылке, он теперь слишком хорошо понимал масштаб устроенного им хаоса. В голове, словно назойливые сноски в плохом учебнике, всплывали технические термины. Он точно знал, что труба, в которой он сидит, называется «магистральный воздуховод сектора Б-4». Он знал, что пираты за стеной — это раса гроксов, мелких, но злобных наемников, которые славятся своей тупостью и любовью к сушеной рыбе. Но самое главное, нейросеть внутри его черепа обладала внутренними часами. И эти часы неумолимо приближались к заветной отметке.

Яр со страхом посмотрел на виртуальный таймер, который услужливо тикал в правом верхнем углу его обзора.

02:58...

02:59...

Парень зажмурился, вжал голову в плечи и приготовился к неизбежному.

Ровно в 03:00 судового времени тишину вентиляции разорвал звук, от которого у Яра едва не лопнули барабанные перепонки. На этот раз проклятая «деловая» сетка решила сменить пластинку. Вместо старого советского будильника в его мозгу заиграл оглушительный, фальшивый оркестр, исполняющий что-то среднее между похоронным маршем и свадебной полькой, причем на расстроенных синтезаторах.

Перед глазами с сумасшедшей скоростью замигал огромный кислотно-зеленый плакат:

«Здорово, юзер! Ты не спишь? И правильно, ведь космос не ждет! Напоминание №5: Твой архив "Судьба_Вселенной_v1.02_финал.rar" покрывается виртуальной пылью. Распаковать? Ну нажми "Да", тебе что, жалко что ли? P.S. Если нажмешь "Позже", завтра в это же время мы включим аудиозапись брачного сезона болотных жаб с планеты Вумба. Тебе понравится, честно».

Да чтоб тебя дезинтегратором переехало! — взмолился Яр, наугад тыкая мысленной указкой в кнопку отказа.

Экран погас, но в левом глазу остался отчетливый зеленый отпечаток букв. Парень тяжело задышал, вытирая рукавом холодный пот со лба. Нейросеть явно издевалась. Это не было похоже на стандартный вирус или обычный софт, который пираты могли выковырять из металлолома. Сетка вела себя слишком... настойчиво. Почти как живое, невероятно занудное существо, у которого отобрали любимую игрушку и заставили сидеть в заперти. Яр пока еще отчаянно боялся распаковывать этот архив — мало ли, вдруг там вирус, который окончательно выжжет ему мозги или превратит в послушного зомби. Но его терпение уже трещало по швам.

Терпение Яра лопнуло на шестые сутки, когда желудок от затяжной диеты на сухих брикетах начал издавать звуки, подозрительно похожие на азбуку Морзе. В вентиляции воняло холодом, сыростью и безысходностью. Но хуже всего было то, что снизу, из коридоров, поднималось неописуемое амбре. Тонна замерзшего пиратского супа из тухлой рыбы под воздействием сломанного климат-контроля превратилась в монолитный ледяной каток, который начал слегка подтаивать от тепла работающих систем корабля. Запах стоял такой, что у Яра слезились глаза. Меньше всего на свете он хотел вляпаться в эту космическую баланду, а потом притащить её на подошвах в свою чистую, выстраданную вентиляционную нору. Ему нужна была нормальная, сухая человеческая (или хотя бы гуманоидная) еда из офицерского блока. И для этого требовался свет.

Перед тем как пойти на дело, Яр решил дождаться трех часов ночи, чтобы перетерпеть очередной сеанс спама и со спокойной душой двинуться в бой. Ровно в 03:00 в его мозгу, как и ожидалось, расцвел ядовито-розовый баннер. На этот раз музыкальным сопровождением служил дикий скрежет железа по стеклу, от которого у Яра заныли зубы.

«Внимание, юзер! Система зафиксировала критический уровень твоего упрямства. Пакет "Судьба_Вселенной_v1.02_финал.rar" замерз вместе с кораблем. Распаковать архиватор для согрева?»

Яр раздраженно выдохнул. Его взгляд привычно метнулся к двум кнопкам внизу экрана. За пять дней он изучил их расположение до миллиметра: левая кнопка, побольше и поярче, означала «Да» (принять условия и сгореть в цифровом аду), а правая, маленькая и серая, была кнопкой «Нет / Позже». Яр уверенно нацелил мысленный курсор на правую кнопку и скомандовал своему мозгу: Клик!

В ту же микросекунду интерфейс коварно мигнул. Проклятая ржавая нейросеть, проявив чудеса чисто человеческой подлости, прямо в момент нажатия поменяла кнопки местами. Правая кнопка внезапно перекрасилась в зеленый цвет и на ней крупными буквами высветилось: «ДА! КОНЕЧНО! Я ТАК ДОЛГО ЭТОГО ЖДАЛ!».

— Ах ты ж тварь... — только и успел прошептать Яр.

В затылке что-то глухо щелкнуло, словно старый автомат защиты в дачном щитке. Розовый баннер мгновенно свернулся в аккуратную иконку, в углу обзора появилась строчка: «Запуск процесса декомпрессии данных... Прогресс: 0.01%», а под ней замигала зловещая надпись мелкими буквами: «Внимание: распаковка архивных файлов займет приблизительно 720 часов из-за критического износа оборудования юзера и общего убожества его биологического процессора. Пожалуйста, не выключайте мозг до окончания операции».

— Семьсот двадцать часов?! — Яр едва не закричал вслух. — Это же целый месяц! Да вы издеваетесь!

Нейросеть на его мысленный вопль не ответила, глухо затаившись где-то в подкорке и продолжая медленно, по одному байтику, ворошить свой загадочный архив. Времени на панику не было — голод требовал действий прямо сейчас.

Яр осторожно высунул нос из вентиляционного люка. В коридорах корабля царила кромешная, осязаемая тьма. Пираты, экономя остатки энергии после его прошлых диверсий, полностью вырубили дежурное освещение. Парень аккуратно спустился на пол, стараясь не шуметь, но тут же едва не поехал ногами по скользкому, покрытому замерзшим супом настилу. Запах тухлой рыбы тут же ударил в нос, вызвав рвотный позыв.

«Нет, в такой темноте я точно соскользну и искупаюсь в этой жиже, — подумал Яр, судорожно цепляясь за выступ стены. — Надо врубить свет. Хотя бы локальный, ветку камбуза и столовой, чтобы видеть, куда наступать».

Нащупав в темноте металлический короб распределительного щита, который, согласно вшитым в его голову базовым знаниям, отвечал за этот сектор, Яр решил действовать. Инструментов у него не было, поэтому он просто уперся ногами в стену, ухватился за край защитной титановой крышки щитка и рванул её на себя со всей дури.

Металл жалобно скрипнул и поддался. Но Яр забыл одну простую вещь: базовые знания нейросети подсказали ему, где находится щит, но в темноте он абсолютно не видел, что внутри него находится. Парень вслепую запустил руку в недра распределителя, надеясь нащупать главный рубильник освещения.

Раздался оглушительный треск, похожий на залп артиллерийского орудия.

В темноте полыхнула ослепительная сине-белая вспышка, которая на секунду превратила Яра в светящийся рентгеновский снимок. Оказалось, что вместо безобидного переключателя лампочек он со всего маху вцепился в оголенный силовой кабель, ведущий напрямую к правому маршевому двигателю корабля.

Ток колоссальной мощности прошил тело землянина от кончиков пальцев до пяток. Волосы, которые только-только начали укладываться после прошлого знакомства с силовым полем, снова мгновенно встали жестким, идеальным каре в стиле диско-восьмидесятых. От Яра во все стороны полетели искры, а сам он, издав утробный звук «Ы-ы-ы-ы!», отлетел на противоположную стену.

Корабль дико содрогнулся. По всем палубам прокатился тяжелый, затухающий гул. Один из огромных маршевых двигателей на корме, лишившись питания, чихнул облаком отработанного топлива, выдал прощальный металлический скрежет и наглухо заглох. Космическое судно пиратов ощутимо накренилось и начало медленно заваливаться в левый бок, постепенно меняя и без того потерянный курс на совершенно случайную траекторию.

Яр сидел на полу, прислонившись спиной к стене, и тупо моргал. В глазах плясали фиолетовые круги, а из ноздрей валил легкий, ароматный дымок. Самое удивительное, что удар тока, который должен был испепелить любое живое существо в этой галактике, снова лишь знатно его встряхнул — земная анатомия в сочетании с криво установленным чипом упорно отказывалась подчиняться местным законам физики. Света в коридоре, разумеется, так и не появилось, зато аварийные системы камбуза от скачка напряжения сошли с ума и с громким щелчком разблокировали все складские ячейки.

Кое-как поднявшись на непослушных, ватных ногах, Яр наощупь побрел на запах нормальной еды, благо двери столовой теперь были открыты настежь. Ориентируясь исключительно по приборам собственного носа, он ворвался на пиратский склад. Хватая в темноте всё, что на ощупь напоминало коробки, тюбики и сухие концентраты, Яр судорожно набивал ими пазуху и карманы. Ему было плевать, что это — сублимированные червяки гроксов или элитный офицерский паек, главное, что это не пахло тухлым супом под ногами.

Услышав со стороны капитанского мостика топот тяжелых сапог и панические крики пиратов, которые в темноте скользили по обледеневшему полу, падали и матерились на чем свет стоит, Яр включил режим тактического отступления. Каким-то чудом, балансируя на скользком полу как заправский фигурист и бережно прижимая к груди охапку добытых трофеев, он добежал до своего люка. Не оставив на подошвах ни единой капли вонючего подтаявшего льда, землянин рыбкой нырнул обратно в вентиляцию и намертво задраил за собой решетку. Он снова был сыт, в тепле своего убежища и с запасом еды.

А то, что за стеной пираты прямо сейчас пытались вручную запустить заглохший двигатель посреди ледяного ада, Яра не волновало. Пытаясь с горем пополам оживить движок, горе-разбойники окончательно доломали то, что не починил бы ни один станционный техник — модуль гравитации.

— Что ж, это были исключительно их пиратские проблемы, — меланхолично подумал он.

Корабль Гроксов медленно, но верно превращался в летающий ледяной аквариум в полной невесомости. Пытаясь заесть стресс, Яр в темноте перепутал обычное печенье с мощной батарейкой. Тело тут же прошило диким разрядом тока. Волосы под мышками снова задымились, но у этой глупости обнаружился неожиданный плюс: из-за лавинного прихода энергии время установки архива стремительно сократилось. Сам же Яр мгновенно вырубился, распластав конечности в невесомости, словно пятиконечная звезда.

Яр смотрел сны. Сумасшедшие, яркие и невероятно абсурдные. Ему снился родной дом. Но из-за закоротившего чипа воспоминания смешались в дикий винегрет. Вот он сидит на кухне в своей старой хрущевке, мама наливает ему горячий борщ, но вместо мамы почему-то стоит четырехрукий пират в фартуке и ласково шипит: «Кушай, сынок, супчик-то с глубинными червями, свежий!». Яр пытается взять ложку, но ложка превращается в лазерный бластер и начинает громко орать голосом будильника: «Распакуй меня! Нажми "Да", скотина!».

Потом сны унесли его в область заветных земных мечтаний. Яр всегда мечтал о крутой машине — черной, блестящей, чтобы все девчонки во дворе оборачивались. И вот во сне он едет на новенькой «Ладе Весте» по ночному городу, ветер дует в лицо, из колонок играет любимый трек... но стоит ему нажать на тормоз, как руль отваливается, машина трансформируется в огромную ржавую микроволновку и улетает в стратосферу, а на лобовом стекле ядовито-розовыми буквами загорается надпись: «Ваша подписка на гравитацию истекла. Продлить за 99 кредитов?».

Он вспоминал батю, который учил его на даче чинить старый мотоцикл «Урал». Батя во сне строго грозил пальцем и говорил: «Ярослав, запомни на всю жизнь: если проводка искрит — синей изолентой её мотай! Чипы они какие-то в затылок придумали, тьфу! Ключ на тринадцать бери и крути!». Яр искал ключ на тринадцать, но вместо него находил только дохлого космического дрона, который жалобно пищал и просил кушать.

Пробуждение было эпичным. Яр медленно открыл один глаз. Вокруг было темно и абсолютно тихо. В затылке больше не стреляло, но парень сразу почувствовал, что что-то не так. Во-первых, его лицо было намертво прижато к какой-то гладкой железной поверхности. Причем прижато не снизу, а сверху.

Он попытался пошевелиться, но его тело зависло в воздухе в совершенно неестественной позе. Оказалось, что из-за полного отключения гравитации Яр во сне плавно всплыл со дна вентиляционной трубы и теперь аккуратно прилип правой щекой к её потолку. Его руки и ноги нелепо растопырились в стороны, удерживая его под самым «потолком» жестяного короба, а изо рта выплывал маленький, аккуратный шарик замороженной с