banner banner banner
Самый темный час
Самый темный час
Оценить:
Рейтинг: 0

Полная версия:

Самый темный час

скачать книгу бесплатно


Не представляю, какие протоколы у этих ребят, но могу догадываться, что, как только Инспектор дозвонится до больших боссов, они отдадут приказ, чтобы город был уничтожен. Никто не станет разбираться, сколько людей выжило, а сколько нет. Убьют всех и без разбора. Разве что Инспектора спасут, и то не факт.

Глава 5. Аарон

Я смотрю на темный проход вентиляции, и постепенно удовлетворение от выполненной работы сходит на нет.

Внезапно я ловлю себя на мысли, что я не прочь остаться в этом холодильнике, даже когда рядом бушует ураган по имени «Ева Мартин». Давно никто не пробуждал во мне столько эмоций разом, и, если честно, это сильно раздражает, но, с другой стороны, вызывает какое-то самоубийственное любопытство.

Повернувшись, я вижу выражение лица Евы и едва сдерживаюсь, чтобы не усмехнуться. Кажется, пока она рядом со мной, о рутинной жизни и апатии можно забыть.

Не успеваю я и слова произнести насчет выхода, как Мартин меня опережает и предлагает лезть первым.

Я пожимаю плечами и киваю. Она права: так лучше и безопаснее во всех отношениях – кроме одного, о чем я стараюсь тут же забыть, чтобы не покраснеть перед Мартин, которая за эти мысли в меня если и не выстрелит (в чем мы неоднократно убедились), то вполне может ударить по носу дробовиком.

Я отряхиваю руки, снимаю винтовку, убираю пальто в рюкзак и остаюсь в черной футболке, штанах и бронежилете. Затем сооружаю небольшую лестницу из коробок, чтобы добраться до вентиляции, дотягиваюсь до шара и отправляю его первым, а после, закинув в лаз винтовку и рюкзак, залезаю туда сам.

Увы, но и без пальто здесь тесно: мои плечи плотно упираются в гладкие металлические стенки. Никогда не страдал боязнью закрытых пространств, но застрять в вентиляции на пустующем заводе и заблокировать выход и себе, и Мартин, мне не улыбается.

Я проползаю пару метров и прислушиваюсь к звукам позади. Судя по шуму и недовольному сопению, Ева рядом. Отлично.

Наконец, мы с Мартин добираемся до относительно спокойного места. Я открываю решетку и выглядываю вниз. Похоже на какую-то подсобку, а прямо под выходом из вентиляции лежит куча картонных коробок и старых халатов. Но, главное, зараженных поблизости я не чувствую.

– Мы на месте. – Я отправляю шар вниз, скидываю на коробки рюкзак и оружие, а затем аккуратно спрыгиваю сам. Коснувшись пола, повторно осматриваюсь: дверь закрыта, справа у стены несколько шкафчиков – часть заперта, некоторые с распахнутыми или оторванными дверцами.

– Все чисто, – тихо говорю я. – Можешь спускаться.

Я убираю рюкзак и винтовку в сторону и вытягиваю руки, чтобы помочь Мартин. Но Ева, как женщина сильная и независимая, естественно, от помощи отказывается и грациозно приземляется в кучу коробок и халатов.

Неожиданно у меня вырывается смешок, но я быстро маскирую его кашлем (пыльно тут, знаете ли) и вновь протягиваю Мартин руку.

И на что я рассчитываю?

Взглянув то меня, то на мою ладонь, Ева с гордым видом самостоятельно выбирается на пол, и это немного уязвляет. Но ее прекрасное падение я обещаю себе запомнить надолго.

Убедившись, что она в порядке и от столкновения с коробками пострадала только ее гордость, я достаю из рюкзака пальто и надеваю, отмечая повышенное внимание Мартин к этому процессу.

– Нам нужно обратно в комнату управления, – говорю я, мельком поглядывая на Еву. – Не уверен, что там есть возможность выйти на связь за пределы города, но нам нужно связаться с моим отрядом. – Я закидываю рюкзак на плечо, беру винтовку и опять смотрю на Мартин. – Ты вроде хорошо обращаешься с радиоаппаратурой. Поможешь?

Ответ я знаю заранее. Глупо было надеяться, что Мартин с радостью поддержит мою идею, учитывая все происходящее в городе.

– Если ты думаешь, что я помогу тебе подписать всем нам смертный приговор, то даже не надейся.

– Мартин, – как можно спокойнее начинаю я, – не выйдем на связь – считай, мы уже трупы. Последний раз мы отчитывались перед окончанием проверки. Через три часа мы должны были доложить о статусе. До истечения этого срока осталось, – я сверяюсь с часами на правой руке, – примерно девяносто минут. Если Командование не получит от нас никакой информации, по протоколу они сначала проверят город со спутника и обнаружат активированный щит, а затем отправят сюда отряд подкрепления. Прибывшие военные не смогут выйти с нами на связь и найдут здесь только зараженных. Итог, я думаю, понятен. Масштабные поиски выживших они устраивать не будут.

– В таком случае, – Ева вновь подходит ко мне, нарушая свое же требование, – у нас есть девяносто минут, чтобы придумать, как спасти моих близких и всех выживших. До этого момента не надейся, что я позволю тебе связаться с кем-то извне, чтобы город залили напалмом. Моя семья где-то там, на площади или рядом с ней. Я не дам убить их – как и не уйду без них.

Я смотрю на нее, раздумывая над ответом. Решимость и непоколебимость суждений Мартин, конечно, поражает. Вряд ли она хоть в чем-то сомневалась в своей жизни. Ну, может, совсем немного.

– Я понимаю. – Кивнув, я решаю повременить с давлением. – Тогда давай для начала проверим местную станцию. Если она не работает или не подлежит ремонту, нам в любом случае нужно будет искать другой источник связи. Без тебя я все равно ее не запущу.

Мартин молчит, глядя на меня, а затем отвечает:

– Я помогу наладить связь, но ты должен пообещать, что не отдашь приказ уничтожить город. Ни ты, ни твой дружок. – Ева подходит ближе, угрожающе крепко сжимая несчастный дробовик.

Я замираю и почти перестаю дышать.

– Ты должен пообещать, что сначала спасут тех, кого еще можно спасти. Иначе, – она медленно поворачивает дробовик, и его дуло застывает в сантиметре у моего носа, – клянусь, я это сделаю.

В этот момент я так не вовремя жалею, что рано надел пальто. Кажется, здесь температура выше, чем была в запертом наглухо холодильнике.

Я опускаю взгляд на дуло дробовика, затем смотрю на решительную Еву и говорю:

– Я даю тебе слово.

Глава 5. Ева

Не знаю, на что я надеялась, угрожая мускулистому мужику ростом под два метра – при моих ста семидесяти и местами тощем телосложении.

– Я понимаю, – говорит Инспектор.

Понимает он, конечно.

– Тогда давай для начала проверим местную станцию. Если она не работает или не подлежит ремонту, нам в любом случае нужно будет искать другой источник связи. Без тебя я все равно ее не запущу.

К счастью (или нет), чтобы осознать, чем все закончится через полтора часа, не нужно быть гением или маршалом американской армии.

Беззвучно выдохнув, я смотрю на Инспектора.

– Я помогу наладить связь, но ты должен пообещать, что не отдашь приказ уничтожить город. Ни ты, ни твой дружок. – Я шагаю в его сторону, глядя ему в глаза для большей убедительности. Пусть знает, что шутить или отступать я не намерена. Не в случае, если все пойдет по худшему сценарию (то есть – через задницу). – Ты должен пообещать, что сначала спасут тех, кого еще можно спасти. Иначе, – я медленно переворачиваю дробовик и подношу его к носу Инспектора, – клянусь, я это сделаю.

Понятия не имею, как долго длится эта пауза, пока он принимает решение, но за ее время успеваю весьма неплохо изучить и его лицо, и рассеченную старым шрамом бровь (небось однажды доболтался с кем-то и получил причитающееся), и упомянутые ранее глаза, взгляд которых перемещается с дула оружия обратно на меня.

– Я даю тебе слово.

Не то чтобы я испытывала к этому человеку доверие, но решаю принять его обещание, мысленно оставив процент того, что он забьет на свои же слова (и тогда забить или застрелить придется его).

Я киваю, опускаю дробовик и собираюсь шагнуть назад, но из одного из шкафов внезапно доносится шум. Как по сигналу, мы с Инспектором одновременно поворачиваем головы, и в следующий момент он толкает меня за спину и наводит оружие на шкаф.

Что-то грохочет внутри – дверца открывается, и оттуда вместе со швабрами, метлами и какими-то тряпками выпадает мой друг.

– Нейт! – вскрикнув, я подбегаю к нему, пока он ворочается на полу в груде тряпок и швабр, как жук, перевернутый на спину. – Ты жив! – Я помогаю Нейту встать и обнимаю его так, будто мы не виделись целую вечность. – Где ты был, дурень?! Мы же бежали вместе!

– Я свернул не там, а потом появились зараженные, и мне пришлось спрятаться! – Нейт переводит все такой же ошарашенный взгляд на Инспектора, и тут до него доходит, кем является мой спутник. – Ой. Здрасти. – Нейт смотрит на меня и спрашивает одними губами: – Это же он?

Я молча и коротко киваю, не желая развивать эту тему. Надеюсь, Инспектор не умеет читать по губам. Хотя… плевать.

– Надо вернуться к станции и попытаться выйти на связь с отрядом… – я проглатываю «головорезов» и кивком указываю на Инспектора, – …его отрядом. А еще нужно вывезти из города выживших.

Нейт смотрит то на меня, то на Инспектора, и наверняка пытается понять, как из стадии «Пыталась зарезать на городской площади» мы переметнулись в «Работаем вместе».

– Ага. Супер. Только я туда не сунусь, – он указывает на дверь. – Они там повсюду! – говорит человек, который спасся от зараженных среди швабр.

Инспектор скептически смотрит на Нейта, затем на меня и подходит к двери, прислушиваясь к звукам снаружи.

– В коридоре тихо. Мартин, нужно уходить, если не хотим столкнуться с теми, кто слышал наше путешествие по вентиляции.

Честное слово, с лица Нейта можно сейчас комиксы рисовать. Настолько колоритно меняются его выражения при каждом новом услышанном факте. Хорошо, что он не комментирует ничего вслух (а при его диджейской болтовне это практически подвиг), но все равно довольно красноречиво смотрит в мою сторону.

– Идем, – я киваю ему.

А ведь фактически я предлагаю другу такое же умопомрачительное решение – довериться тому, кому бы я в жизни не подумала верить.

Я пожимаю плечами. А какие у нас варианты?

Проверив дробовик, я выхожу за Инспектором в коридор. Там время от времени показываю нужное направление, но на одном из поворотов нам приходится спрятаться в темном закутке, когда в соседнем коридоре проносятся зараженные.

Мы стоим в крохотном темном пространстве, я зажата между сопящим от страха Нейтом и сосредоточенном на чем угодно Инспекторе, которому мой нос упирается в плечо, и мне приходится задирать голову и отводить взгляд, чтобы избежать сомнительной радости визуально изучать его (вот еще). Поэтому я смотрю на воротник его пальто, на шею, которая толще моих рук и ног, вместе взятых, на цепочку, которая уходит куда-то под футболку; смотрю на коридор, откуда мы нырнули в закуток, и очень надеюсь, что шум бегущих зараженных скоро стихнет и наша вечеринка на троих, будто мы застряли в переполненном лифте, наконец-то закончится.

Когда наступает долгожданное затишье, мы выходим из временного убежища, я поправляю кофту и указываю, куда идти дальше.

Хорошая новость: в помещении со станцией и рядом нет зараженных. Плохая новость… ее мне приходится озвучить вслух.

– Связи нет. – Я в третий раз проверяю все рычажки, панель управления и провода, а затем поворачиваюсь к парням. – Даже местной, и это странно. Отсюда мы ни с кем не сможем связаться. – Я переглядываюсь с Нейтом, и следующая идея одновременно приходит в наши светлые (ну, почти светлые) головы. – Спутниковая станция! – мой взгляд перемещается на Инспектора. – Полгода назад мы собрали небольшую спутниковую станцию, чтобы… – я замолкаю, примерно представляя, как прозвучат мои следующие слова: – узнавать о визитах проверки заранее. Но потом у вас обновилось оборудование, и мы перестали использовать станцию, чтобы нас не, кхм, линчевали. – Я передергиваю плечами. – Если доберемся до нее, я смогу подключить тебя к твоему отряду, – и не только к нему. Но, помимо этого, нам еще предстоит спасти людей из города.

По сменяющемуся выражению лица Инспектора нетрудно догадаться, что он думает об этом, но вслух, как ни странно, задает лишь один вопрос:

– Насколько это далеко отсюда?

Я вздыхаю и выдаю не очень оптимистичное:

– В офисе нашей радиостанции. Это ближе к центру и… в паре кварталов от площади.

В этот момент я могу и затылком почувствовать, как Нейт мысленно произносит: «Черта с два, нет уж».

Глава 6. Аарон

– Я даю тебе слово.

Другого выхода я не вижу. Я не очень-то верю, что Мартин в меня выстрелит. Но что-то в тоне, голосе и взгляде Евы говорит, что лучше не проверять на прочность ее нервы, особенно когда речь идет о жизни близких. И я ее понимаю. Прекрасно понимаю.

Я наблюдаю, как Мартин опускает дробовик, но дышу через раз. Кажется, любое мое движение способно переубедить ее в правдивости моих слов, и, знаете, я не спешу рисковать. Это сродни приручению дикой кошки: не дергайся, не провоцируй, иначе можешь остаться без головы.

Я бы мог выбить дробовик у Евы, связать ее, взвалить на себя и унести к станции, а затем пуститься в угрозы, чтобы заставить настроить связь – в общем, последовать заветам великого стратега и переговорщика Фрэнка Донована. Но… с ней это не сработает. Чем больше буду давить, тем вероятнее и скоропостижнее умру сам. Я не хочу применять силу – по отношению к Мартин я, по всей видимости, и так уже натворил достаточно дерьма.

Я собираюсь выдохнуть, когда чувствую, что Ева отойдет от меня, но в этот момент в одном из шкафчиков раздается возня. Я быстро поворачиваюсь на источник шума, вскидываю винтовку и, утянув Мартин за спину, медленно подхожу к нужной дверце.

Что-что я там думал насчет того, что зараженные не могут прятаться за этими дверцами?

Но когда из шкафчика под громкое «Нейт!» вместе со швабрами вываливается долговязый темнокожий парень в джинсах и толстовке, я понимаю, что мои предположения все-таки были верны. Это тот самый таинственный друг, который помог Еве сбежать из полицейского участка. Честно говоря, я думал, он несколько… смелее и взрослее. Учитывая ту прорву зараженных, которая собралась там на «обед», мне представлялся бывший или действующий военный, не меньше. На крайний случай – офицер местной охраны. Но не тридцатилетний диджей радиостанции.

– Ой. Здрасти.

Боже, за что мне это?

– Это же он?

Возможно, Нейт думает, он хорошо скрывает свой вопрос, но у меня для него плохие новости: я все равно все вижу.

– Надо вернуться к станции и попытаться выйти на связь с отрядом… – говорит Ева, и я внимательно смотрю на нее в ожидании не самых лестных слов в адрес моих людей, – …его отрядом. Нужно вывезти из города выживших.

– Ага. Супер. Только я туда не сунусь. – Нейт тыкает пальцем в дверь. – Они там повсюду!

В этот момент на меня наваливается слабость вперемешку с раздражением.

Да вы издеваетесь? Мало мне было Мартин с ее «не пойду», «не буду», «я тебя ненавижу» и «вот тебе мой дробовик под нос», а теперь здесь появился и представитель группы «я лучше вернусь к своим швабрам». Если мне придется искать компромисс с каждым встречным выжившим, мы все останемся навечно в этом городе, пока нас не зальют напалмом.

Я подхожу к двери, внимательно прислушиваюсь к звукам и к интуиции, и обращаюсь напрямую к Еве, предлагая выдвигаться в коридор, пока по наши души не явились зараженные.

К счастью, сопротивлялся ее приятель недолго.

Аллилуйя, мать вашу.

Я отключаю светящийся шар, кладу его в карман пальто и, направив винтовку на дверь, первым выхожу из подсобки.

Мы быстро, но осторожно продвигаемся по коридорам. На удивление, на нашем пути не встречаются зараженные, но подобное везение, конечно, не длится долго. Я замечаю впереди угрозу, и мы втроем быстро прячемся в закутке.

Но через секунду я осознаю, что мы буквально прижаты друг к другу. Мартин утыкается носом мне в плечо, а Нейт сопит позади нее, явно желая уменьшиться в размерах еще сильнее. Я замираю, упираюсь затылком в холодную стену и стараюсь не обращать внимания на тот факт, что Ева Мартин в своем желании держаться от меня подальше оказалась настолько близко, что я опасаюсь опустить голову. Если наши лица окажутся рядом, мне такое испытание не удастся выдержать с достоинством. Поэтому я смотрю прямо перед собой, поверх растрепанной шевелюры Нейта, и очень надеюсь, что Мартин не слышит, как быстро колотится мое сердце.

Я почти не двигаюсь – только чувствую, как Ева поворачивает голову, и ее взгляд останавливается на моей шее.

Черт возьми, зараженные, а можно там бежать как-то побыстрее?

Но внезапно на меня накатывает смирение. Я чувствую тепло, исходящее от Мартин, и не ощущаю холода стены.

Черт…

Мой взгляд прикован к стене напротив. Все, о чем я заставляю себя думать – это топот зараженных в соседнем коридоре.

Один… Два… Три… Четыре… Пять…

Счет доходит до десяти, и шум, наконец, стихает – но не буря эмоций у меня внутри. Мы движемся дальше, и весь оставшийся путь я стараюсь не смотреть на Мартин и не вспоминать о том, как она поправляла кофту, когда вышла из закутка.

Ну их к черту, такие эмоциональные качели.

– Связи нет, – озвучивает свой вердикт Ева после осмотра панели управления.

Класс. А я надеялся никуда не уходить с этого завода. Здесь как минимум можно забаррикадироваться и ждать Фрэнка – это последний известный мне пункт, где мы можем встретиться без связи. А дальше придется рассчитывать только на мастерство Мартин в настройке какой-нибудь другой станции в городе. Если она есть, конечно.

К слову, у каждого Инспектора есть небольшой маячок, введенный под кожу, который помогает активировать сигнал SOS в случае атаки, но, боюсь, без работающей техники он бесполезен.