Танец со Смертью

– Твои кузины, Мия и Мари, сейчас где? – вопросом на вопрос ответил я.

– Что? – непонимающе нахмурилась блондинка. – При чём тут девочки? Как они связаны с убийством Джека?

– Я думаю, это может быть связано с той старой историей с их похищением.

Мишель нахмурилась ещё сильнее.

– Почему? Прошло уже несколько месяцев.

– Долго объяснять. Просто поверь мне.

– Алекс! – строго произнесла Мишель, наверняка надеясь надавить на меня своим авторитетом и грозным голосом.

– Джек же тогда ездил разговаривать с русскими и вёл с ними переговоры, – напомнил я. – Потом те русские куда-то делись, твои кузины вернулись в целости и сохранности, а уже после этого приезжали другие русские и интересовались своими пропавшими товарищами. Ты забыла?

– Дерьмо! – выдохнула она через секунду, наверняка выстроив цепочку событий у себя в голове.

Мишель резко вскочила из-за стола, едва не опрокинув кресло, промчалась мимо, обдав меня потоком воздуха и запахом дорогих духов, и решительно дёрнула ручку входной двери кабинета.

– Я к дяде, – бросила она, не оборачиваясь, и спустя мгновение исчезла в коридоре, оставив меня в кабинете одного.

Вернулась она минут через пятнадцать, заметно побледневшая, злая и явно раздражённая.

– Ты был прав, – хмуро произнесла юристка.

– В смысле?

– Я рассказала всё дяде. Он сначала сказал, что я накручиваю себя, но потом связался с женой и со школой… Алекс, возле школы действительно видели какие-то подозрительные машины. Директор школы ещё в пятницу обращался по этому поводу в полицию – после прошлого случая с похищением они стали более внимательны к такому… Приезжали патрульные, покружили по району, ничего подозрительного не обнаружили и уехали, пообещав усилить патрули…

– Твои кузины сейчас где?

– В школе. Но дядя уже отправил туда дополнительную охрану и приказал никуда девочек из школы не выпускать без его людей, – Мишель подошла к столу, но садиться не стала. – Алекс, что происходит?

– Пока не знаю.

– Не ври мне!

– Я не вру. Я действительно пока не знаю точно.

– И что нам теперь делать? – блондинка растерянно посмотрела на меня.

– Могу я взять на сегодня выходной?

– Ты что-то задумал? – нахмурилась она и тут же твёрдо добавила: – Я с тобой!

– Нет, – качнул я головой.

– Алекс!

– Мишель!

Какое-то время мы молча мерились упрямыми взглядами.

– Скажи хотя бы, что ты собираешься делать, – первой сдалась Мишель.

– И ты отстанешь?

– Посмотрим…

– Хочу поговорить с Джимми. Может, он сможет что-нибудь узнать по своим каналам.

Мишель ненадолго задумалась, и через несколько секунд нехотя кивнула.

– Ладно. Иди. Если что-нибудь узнаешь – сразу мне звони.

– Хорошо.

– И даже если ничего не узнаешь – всё равно позвони. Я жду твоего звонка.

– Мишель… – вздохнул я.

– Пожалуйста, Алекс… – умоляюще произнесла Мишель, сложив брови домиком.

– Хорошо, – кивнул я, развернулся и через секунду вышел из её кабинета. Прошёл по коридору мимо двух копов, спустился на лифте на первый этаж и через несколько минут уже выруливал с парковки в сторону Вениса…

К бару Джимми я подъехал минут через сорок, оставил байк возле входа, глянул по сторонам, надеясь заметить уже хорошо знакомый мне серый «Форд», разочарованно поморщился и вошёл внутрь заведения.

За стойкой скучал один из барменов, ещё несколько знакомых мне байкеров сидели за дальним столиком в полупустом зале, лениво потягивая пиво и негромко перебрасываясь подколками и шуточками…

– Парни, Джимми не видели? – поинтересовался я с порога.

– С утра вроде в мастерской был, – пожал плечами бармен.

– Да нет его там, – возразил один из парней за столиком. – Умотал куда-то часа два назад.

– Джимми с какой-то актрисулькой встречаться собирался, – добавил второй.

– С актрисулькой? – удивился я.

– Да он на съёмке, – подсказал ещё один байкер, оторвавшись от пива. – Кажется, в боксе у пирсов. Они там рекламу какую-то снимают.

– Что за рекламу? – поинтересовался я.

– Ну эту… – байкер нахмурился, старательно изображая усиленную работу извилин в своей черепной коробочке. – Для этой его новой охранной конторы. Билборды, плакаты, хрен его знает, что там ещё…

– Понятно. Спасибо! – поблагодарил я парней, догадавшись, о какой рекламе идёт речь, развернулся, сделал шаг к выходу и едва не столкнулся в распахнувшихся перед моим лицом дверях с двумя здоровенными мужиками в потёртых кожанках.

– О! Малой! – радостно оскалился Бак, сграбастав меня в крепкие мужские объятия и похлопав по спине. – Ты где пропадал?

– Я-то как раз нигде не пропадал, – усмехнулся я. – Это вы где-то шляетесь…

– Да где… – тяжело вздохнул Бак. – У меня же малой… По ночам орёт так, будто его взвод узкоглазых пытает. Хрен его знает, когда у меня вообще нормально отоспаться получится…

– Отоспишься, когда дитя в колледж пойдёт, – усмехнулся я.

– Ну не, на такое я не подписывался… – недовольно буркнул байкер.

– А меня Джимми задолбал уже, – пожаловался мне Джо. – Ни минуты свободной нет. То обучение какое-то, то анкеты, отпечатки, проверки эти… Вчера два часа сидел и слушал лекцию какого-то хрена о том, чем частный охранник отличается от копа со значком, какие у нас права и обязанности, когда и как мы можем кого-то задержать и прочую хрень. Вот скажи мне, Алекс, нахрена Джимми вообще понадобилось это сраное охранное агентство?! Нормально ведь жили…

– Нормально? – удивился я. – Это когда вы ходили по барам, выбивали долги и надеялись, что очередной коп не решит закрыть вас лет на пять или не пустит пулю в ногу?

– Тоже скажешь… – Джо недовольно скривился. – В меня копы всего пару раз стреляли…

– Если у Джимми всё получится, – продолжил я, – вы будете работать официально. Получать официальную зарплату, страховку, отпуск у вас тоже будет. И если какой-нибудь коп захочет вас загрести просто потому, что ваши рожи ему не понравились, сможете показать ему свою лицензию. А если и этого будет мало, и вас всё же загребут, то через час к отделению примчит парочка корпоративных адвокатов в костюмчиках, и вас выпустят с извинениями и поцелуями в задницу от сержанта. Всё же есть свои плюсы в том, чтобы быть частью крупной корпорации…

– Поцелуй в задницу – это, конечно, неплохо, – вздохнул Бак. – Но всё равно раньше всё было как-то проще.

– И понятнее, – добавил Джо.

– Никто вас придурков не держит. Если соскучились по старой жизни, можете пойти к латиносам, – кивнул я сквозь дверной проём на группу мексиканцев на противоположной стороне улицы на углу здания. – Они наверняка найдут вам работёнку. Траву развозить, кокс продавать… С копами в догонялки играть…

– Да пошёл ты, – беззлобно буркнул Джо.

– Пусть сами свою дурь толкают, – поддержал его Бак. – Я теперь, между прочим, отец. Мне нельзя всякой хернёй заниматься…

– Вот видишь. Уже взрослеешь, – похвалил я его. – Чувствуешь свою ответственность перед семьёй.

– Да пошёл ты! – повторил Бак фразочку своего друга.

– Ладно, парни, я побежал, – рассмеялся я, протиснувшись между преграждавшими мне выход байкерами. – У меня ещё дела.

– Даже пива с нами не выпьешь? – разочарованно протянул Джо.

– Некогда, правда. В следующий раз.

– Смотри, Малой! Мы запомним, – погрозил мне пальцем Бак. – В следующий раз не отвертишься…

Я махнул им рукой на прощание, выскочил из бара, натянул шлем, запрыгнул на свой байк и задумчиво посмотрел в сторону промзоны. Кажется, я даже знал, о каком боксе речь…

Минут через десять мой байк свернул с основной дороги между складами и мастерскими возле пирсов, а ещё через пару минут впереди показался знакомый промышленный бокс Джимми с широкими металлическими воротами и большой бетонной площадкой перед ним.

Съёмку было видно издалека. На площадке стояли два чёрных «Субурбана», вокруг суетилась небольшая толпа людей, вдоль стен тянулись кабели, на высоких стойках торчали несколько огромных ламп и отражатели, а какой-то худой мужик с фотоаппаратом командовал остальными так, словно снимал как минимум нового «Терминатора».

Я въехал в ворота, приткнул байк в тени забора, заглушил двигатель и повесил шлем на руль. Заметил стоящего около бокса Джимми, встретился с ним взглядом и махнул ему рукой.

– О! Малой! – обрадовался он, преодолев разделяющее нас расстояние и пожав мою руку. – Какими судьбами?

– Купи себе наконец мобильник. Или хотя бы пейджер. Я пол-Лос-Анджелеса объехал, пока тебя нашёл… – проворчал я, слегка преувеличив масштаб поисков.

– Ну нашёл же, – хмыкнул Санчес. – Не люблю я всю эту электронную хрень, – отмахнулся он. – Когда любой мудак может дозвониться до тебя где угодно – это как-то неправильно. Да и вообще, Малой, ты знал, что сигнал сотового легко пеленгуется по вышкам, а разговоры перехватываются обычным радиосканером, купленным за сто баксов в любом магазине RadioShack? Оно мне надо?

– Нахрена кому-то тебя слушать? – вздохнул я. – Ты же не конкурент Буша на предстоящих выборах.

– Ну мало ли… – неопределённо пожал Джимми плечами. – Конкурент – не конкурент… Но я не хочу, чтобы мои разговоры слушали все, кому не лень, и я точно не собираюсь таскать с собой радиомаяк и добровольно сливать своё местоположение федералам.

– А если понадобится срочно позвонить кому-то?

– А если понадобится, то позвоню, – сунул он руку в карман и через секунду продемонстрировал мне горсть двадцатипятицентовых монет. – Таксофоны, слава богу, у нас ещё никто не запрещал. И стоят они на каждом углу.

– Звучит логично, – усмехнулся я. – Джимми, я вообще-то поговорить хотел…

– Срочно? – заметно посерьёзнел байкер и оглянулся на съёмочную площадку, на которой один из байкеров с пеной у рта спорил о чём-то с раздражённым фотографом, наверняка планируя пустить в ход свой последний весомый аргумент – сжимаемый в руке за спиной обрезок трубы.

– Срочно.

– Чёрт! – выругался Санчес. – Дай мне полчаса закончить здесь, потом нормально поговорим. Подождёшь? А то мне ещё придётся платить за испорченную аппаратуру и оплачивать больничку этим умникам из съёмочной группы.

– Подожду, – согласился я.

– Вот и отлично, – облегчённо выдохнул Джимми, хлопнул меня по плечу, развернулся и быстрым шагом направился усмирять двух стоящих каждый на своём противников, на ходу выкрикнув пару угроз в их сторону…

Я приметил стоящие стопкой в тенёчке у стены бокса никому не нужные деревянные поддоны и ящики, неторопливым шагом прошёлся по краю импровизированной съемочной площадки, устроился на одном из деревянных ящиков и принялся от скуки наблюдать за действиями съемочной группы и актёров…

Главной звездой рекламы и лицом компании оказался невысокий, но крепкий жилистый латинос лет пятидесяти с хмурым лицом, длинными тёмными волосами, шикарными усами и татуированными руками, затянутый в новенькую чёрную форму «Sanchez Security».

Дэнни Трехо собственной персоной. Значит, Джимми всё-таки умудрился где-то откопать своего старого друга и сумел с ним договориться. Неплохо…

Дэнни стоял перед одним из «Субурбанов», скрестив руки на груди и глядя в объектив так, будто фотограф задолжал ему крупную сумму денег. По бокам от него замерли ещё двое здоровых парней в такой же форме, а позади них тяжёлыми чёрными коробками возвышались две новенькие, блестящие бронированные машины.

Смотрелось это всё, надо признать, неплохо. Никаких улыбающихся красавчиков, голых девиц и дешёвого пафоса. Просто две тачки и три суровых мужика, навевающих мысли о том, что объект под их охраной точно будет в полной безопасности…

Я заметил справа от себя какое-то движение, чуть повернул голову, приветливо кивнул подошедшей к моему укромному месту симпатичной брюнетке и отвернулся в сторону площадки.

– Фотограф – настоящий мудак! Он за два часа уже успел вынести мозги всей группе, – произнесла девушка с сильным латиноамериканским акцентом, обхватила губами тонкую трубочку и потянула через неё коктейль из небольшого бумажного стаканчика в своих руках. – Я даже немного удивлена, что ему ещё не начистили рожу…

Я снова глянул на настырную незнакомку, в этот раз чуть дольше задержав взгляд на её фигурке.

Ещё совсем молоденькая, лет двадцати пяти, латиноамериканка с бронзовой кожей, длинными чёрными волосами и фигурой, напоминающей по форме гитару, одетая в лёгкое короткое платье и туфли на высоком каблуке.

Заметив мой взгляд, девушка улыбнулась и игриво закусила кончик трубочки своими ровными зубками.

– Ты тоже сниматься пришёл? Говорят, это какая-то новая крутая охранная фирма. Мне полторы тысячи заплатили.

– Ого! – восхитился я. – Неплохо за день работы.

– Угу… Пятьсот за саму съёмку и ещё тысячу за то, что мои фотографии смогут использовать в наружной рекламе сколько захотят, – пояснила брюнетка и задумчиво покосилась на стоящие неподалёку машины. – Хотя могли бы заплатить и больше. Ты видел их тачки? Каждая, наверное, тысяч пятьдесят стоит. А фотограф, я слышала, вообще около пяти получил. Получается, я тут дешевле всех стою, – усмехнулась она и обиженно надула губки.

– Зато твоё лицо будет висеть на куче билбордов по всему Лос-Анджелесу, – заметил я.

– Это точно, – усмехнулась брюнетка. – Если честно, даже просто ради этого я бы и бесплатно согласилась сняться. А тебе сколько заплатили? – подозрительно прищурилась она, потянув очередную порцию коктейля через свою многострадальную трубочку.

– Мне? Да не, я вообще не сниматься. Я к Джимми приехал.

– А! К мистеру Санчесу?

– Угу.

– Ты его друг?

– Мы работаем вместе.

– Ясно… – произнесла девушка и протянула мне свою руку. – Кстати, меня Сальма зовут.

– Алекс.

– Очень приятно, Алекс.

– Взаимно, – я пожал её маленькую ладонь и кивнул в сторону площадки. – А кого ты здесь играешь?

– Играешь… – фыркнула Сальма. – Скажешь тоже… Скорее, изображаю. Богатенькую дамочку из Лос-Анджелеса, которую охраняют суровые парни из «Sanchez Security». Мистер Санчес говорит, что рядом со мной они будут выглядеть особенно грозно и профессионально.

– В этом есть логика.

– Угу… – она снова глянула в сторону ругающегося на своих парней Джимми, немного помолчала и как бы невзначай поинтересовалась: – Слушай, а мистер Санчес вообще женат?

– Вроде нет, – я едва удержался от улыбки.

– Хм… Ясно.

– Так ты уже отснялась? – поинтересовался я просто для поддержания разговора.

– Ещё нет. Сейчас отснимут мужчин на фоне автомобилей фирмы, потом уже меня с мистером Трехо, – Сальма приблизилась ко мне и понизила голос. – Говорят, он раньше был бандитом и даже состоял в какой-то банде. Это правда?

– Правда. Но это было давно. Сейчас он помогает людям завязывать с наркотиками.

– А! Ну это хорошо, – заметно успокоилась девушка, покосившись в сторону Дэнни. – Но я его всё равно немного побаиваюсь. Он так смотрит… аж дрожь пробирает. Да и вообще я волнуюсь, – вздохнула она. – Вдруг у меня ничего не получится…

– Ты волнуешься? – усмехнулся я. – Ты же, кажется, в Мексике настоящая звезда.

– О! Ты меня знаешь? Откуда? – Сальма удивлённо повернулась ко мне.

– Видел тебя по телевизору. По какому-то мексиканскому каналу, вроде…

– Ясно. Ну да – звезда… В Мексике, может быть, – улыбнулась девушка. – Там меня знают. В Мексике у меня осталась довольно обеспеченная жизнь – два дома, прислуга, личный шофёр. А здесь… – она тяжело вздохнула и пожала плечами. – Здесь я никто.

– Поэтому ты согласилась сниматься в рекламе?

– И поэтому тоже. Ты даже не представляешь, сколько у меня уходит на репетиторов английского, курсы актерского мастерства, жилье и агентов… Жизнь в Лос-Анджелесе охренеть какая дорогая! Так что лишние полторы тысячи мне совсем не помешают.

– Я думаю, скоро всё наладится, – ободряюще улыбнулся я брюнетке. – С такой внешностью, как у тебя, это просто вопрос времени.

– Спасибо! – кокетливо усмехнулась девушка.

– Сальма! – донёсся со стороны съёмочной площадки раздражённый голос фотографа. – Ты где шляешься?! Кто-нибудь видел, где шляется эта…

– Я здесь! – вздрогнув от неожиданности, отозвалась моя новая знакомая. – Всё, я побежала. Может, ещё увидимся, Алекс, – Сальма торопливо сунула мне в руки свой стаканчик, поправила платье, подмигнула мне и поспешила на съёмку…

Я проторчал там ещё час. Фотограф переставлял машины, менял свет, заставлял Трехо и охранников по десять раз принимать одни и те же позы, возмущался Сальмой, с его слов, возомнившей себя знаменитой голливудской актрисой, и пару раз даже что-то грубо сказал ей, пока Санчес не отвёл его в сторону и не объяснил, как следует разговаривать с девушками.

После этого дело пошло быстрее, а Сальма стала поглядывать в сторон