Покров

– Привет, – жизнерадостно поздоровалась Василиса с Дашей, пока медсестра подкручивала что-то в капельнице. – А меня от класса прислали тебя проведать.

– Круто, – хриплым шёпотом отозвалась Даша, хмуро наблюдая за манипуляциями женщины в голубой форме. Когда та наконец вышла, оставив девочек одних в палате, Даша слабо но требовательно протянула забинтованную руку и скомандовала: – Давай сюда.

– Что? – не поняла Василиса.

– Свечку давай и не ори, – прошипела Даша.

Василиса молча вытащила из рюкзака свечку и передала Даше, которая тут же засунула её под подушку.

– Ну? – тихо спросила Даша после паузы.

– Что? – снова не поняла Василиса.

– Тебе ещё чего-то здесь надо?

– В смысле?

– В смысле – иди уже.

– Куда?

– Да куда хочешь, – раздражённо прохрипела больная.

– А, ты хочешь, чтобы я ушла?

– Дошло наконец. Вали давай. – Даша демонстративно закрыла глаза, давая понять, что общение закончено.

– Ладно. Пока. – Василиса встала и вышла из палаты. Даша даже не попрощалась.

Василиса спустилась на первый этаж, выбросила бахилы в большую общую урну и вышла на улицу. Дойдя до ворот, остановилась и набрала номер Дианы.

– Отлично, – пропела Диана, когда Василиса отчиталась ей о посещении больной. – Теперь слушай внимательно. Тебе надо пойти на кладбище, лучше на старое или заброшенное, у нас, кстати, есть такое. Там найдёшь подходящую могилу и прикопаешь вторую свечку.

– Что? – опешила Василиса. – Заброшенное кладбище?!

Проходящая рядом троица подростков шарахнулась в сторону.

– А что такого? – Диана как будто говорила о пустяках. – Всего-то-навсего: выйдешь на остановке «Семёнов Погост», пару метров пройдёшь по лесу и у самой крайней могилы закопаешь свечку. А, вот ещё: её надо переломить в двух местах. Понятно? А третью потом мне отдашь.

– Слушай, это, кажется, чересчур, – нерешительно протянула Василиса.

– Ой, да ладно! Всё это просто сказки. Ну кто теперь боится кладбища, а? – Диана хохотнула. – Мы все так делаем. Ничего в этом страшного и ужасного нет.

– Все так делают? – спросила Василиса, которой как-то с трудом верилось, что Диана и её друзья ходят по кладбищам и закапывают там краденые свечки.

– Ну да. Ой, знаешь, не хочешь – не надо. Прямо надело уже тебя уговаривать.

Диана отключилась. Василиса постояла пару секунд у больничных ворот и побрела к автобусной остановке. Кажется, всё испорчено. Теперь у неё точно не будет здесь нормальных друзей. И вот чем ей можно ещё самой заняться в этой дыре? Ни одного приличного развлекательного комплекса нет, кино нет, сходить толком некуда. В Добромыслове их компания по вечерам собиралась у торгового центра, до полуночи сидели там, общались, перекидывались смешными картинками и прикольными роликами, фоткались, просто дурачились, иногда ходили в бургерную. А теперь всё – ни друзей, ни компании, ни бургерной.

Василиса села в автобус. Хотелось плакать, даже глаза щипало. Достав смартфон, пролистала собственную ленту. Она, конечно, регулярно выкладывала свои «счастливые» фотографии, чтобы показать всем, как ей здорово теперь жилось на новом месте. Старые друзья регулярно ставили «лайки», писали восхищённые комментарии со смайликами. Только за полгода в гости никто так и не приехал.

Снова завибрировал смартфон. Кажется, Диана решила-таки сменить гнев на милость.

– Слушай, я кое-что забыла тебе сказать. Помнишь, я говорила, что лунный кролик исполняет желания?

– Ну? – Василиса отвернулась к окну и прикрыла рот рукой.

– В общем, перед тем, как прикапывать свечку, тебе ещё надо написать своё желание на листочке и тоже закопать.

– Вместе со свечкой?

– Можно вместе. Или ещё можно взять красную ленточку и привязать к дереву, только прямо рядом с могилой, куда будешь закапывать.

– И что, точно сбудется?

– Ну конечно! Я же тебе говорю – мы сто раз так делали. И у нас всё отлично. Ты вообще где-нибудь такие классные совхозы видела?

– То есть, это все так делают? То есть – вообще все? Все, кто живёт в совхозе?

– Ну да. Я же тебе объясняю. Откуда, по-твоему, всё это взялось? Или ты всё-таки боишься?

– Не знаю. Может, и можно попробовать.

– Вот и отлично. Позвони, как всё сделаешь.

Диана отключилась. Настроение постепенно улучшалось – ком в горле проглотился, да и дышать стало полегче. Только вот перспектива болтаться по старому кладбищу всё равно не прельщала.

– Семёнов Погост, – через плечо объявила грузная кондукторша, разгадывающая кроссворд на переднем сиденье.

Василиса вскочила и выбежала из автобуса. Кроме неё больше никому не понадобилось прогуляться на свежем воздухе, так что теперь она в одиночестве переминалась с ноги на ногу у знака остановки. В лес убегала довольно широкая утоптанная дорожка. Кажется, здесь часто ходили. Точно, ведь именно в этом лесу есть какой-то волшебный источник с целебной водичкой.

Вдохнув поглубже, Василиса собралась с духом и потопала по дорожке. В конце концов, свечку она не украла, а купила, и всё вроде бы шло нормально. Так что можно, наверное, просто где-нибудь в лесу свечку закопать, а сказать, что на кладбище. Как Диана догадается? А если не сработает? А что, собственно, должно сработать?

От этих мыслей голова шла кругом. Василиса попыталась отвлечься и осмотреться. Собственно, это сразу нужно было сделать – надо же запоминать дорогу, ведь не факт, что второй раз в глуши ей встретится отец. Но широкая тропинка шла ровно, никуда не сворачивая. По обочинам торчали сухие кусты и деревья. В жухлой траве валялись гниющие яблоки, испускавшие сладковатый запах – кругом виднелись кривые облетевшие яблони. Тут и там торчали огрызки сгоревшего сухостоя, видимо, тоже следствие протяжной засухи.

Звуки в лесу отсутствовали, лишь шорох собственных шагов немного разгонял давящую тишину. Во рту пересохло, очень хотелось пить. Футболка пристала к спине, вспотевшее лицо постепенно припудривалось пылью, полупрозрачными клубами витавшей в воздухе.

Впереди показалось небольшое дощатое строеньице – избушка с крестом на крыше и двумя дверками, на одной надпись «Сестры», на другой – «Братия». И слабенький звук журчащей воды.

Видимо, это и есть святой источник. Василиса мысленно хмыкнула и хотела пройти мимо, но неожиданно сухость в горле настолько усилилась, что даже запершило. Сушь, пыль, да ещё выхлопы, которыми она надышалась у дороги, а воды с собой нет.

И потом – интересно же, что это за чудо-жидкость сочилась здесь из-под земли. Василиса подошла к домушке и заглянула внутрь. Темнота и влажность, освещение только снаружи. На деревянных полках пластмассовые ковши, посреди потемневшего деревянного пола отверстие, примерно метр на метр, откуда слышалось журчание мощного потока.

Василиса вошла, взяла один из ковшиков и, посетовав на негигиеничность, села на корточки рядом с квадратным проёмом. Поток воды, как в горной речке, чуть не вырвал у неё из рук лёгкий ковшик. Кое-как зачерпнув воды, Василиса встала и отпила глоточек. От холода аж зубы свело, зато горло прочистилось, ледяная жидкость прошла до желудка, и в теле как будто появилась лёгкость. Остатки воды из ковша Василиса вылила на руку и умылась.

Вода как вода. Ничего особенного. Только очень холодная. Вернув ковш на место, Василиса вышла из будки и увидела, как в высокой седой траве что-то мелькнуло. Точно, под деревом снова сидел тот самый кролик. Его шёрстка переливалась и посвёркивала в тусклых солнечных лучах, как будто состояла из стекла или металла. Кролик двинул ушком, прыгнул, обернулся.

С колотящимся пульсом Василиса сделала шаг к кролику. Он мило пошевелил ушками. Она сделала ещё шаг. Зверёк отпрыгнул на пару шагов и опять обернулся. Василиса пошла следом. Кролик так и делал пару прыжков, а потом оборачивался.

Он то забегал за дерево, то прятался под кустами, но так, чтобы его всё равно было видно. Выглядывал оттуда, забавно двигая длинными ушками. Василисе почему-то хотелось смеяться, она улыбалась кролику, как будто играя с ребёнком. Жаль, нечем его угостить.

Василиса присела на корточки и протянула руку к зверьку. Проползла пару метров. Он чутко пошевелил носиком, как бы принюхиваясь, и скрылся за сосной. Вспомнив зачем она здесь, и поднимаясь на ноги, Василиса макушкой задела что-то мягкое. Отпрянув, вскрикнула. Обернулась и увидела прямо перед глазами болтающийся на верёвке ком, облепленный мухами. Живое чёрное месиво копошилось, жужжа, по зловонному небольшому предмету.

Кажется, кто-то подвесил на ветке кусок гнилого мяса. Василиса, с трудом подавляя рвотный позыв, быстрыми движениями рук начала стряхивать с головы то, что могло прилипнуть при касании. Действительно, на ладонях оставалось нечто мерзкое и скользкое, на косичку налипли кляксы гадкой жижи, даже кожа затылка ощутила вязкую тёплую жидкость.

Прыгая на месте, не теряя надежды очиститься, Василиса краем глаза заметила, что дерево, где болталось гнилое месиво, как-то странно выглядело. Мимолётный взгляд выхватил будто заснеженную зимнюю крону, но присмотревшись, Василиса разглядела не заиндевелые прутики, а множество ленточек, покрывающих ветви. Только они не были красными. В основном, белые или бледно-розовые. Хотя да, кое-где всё-таки краснели тонкие кусочки ткани. Наверное, здесь они быстро выцветают.

Василиса хотела развернуться и пойти обратно к источнику, чтобы помыть голову, пусть даже в ледяной воде, но тут среди сухих деревьев мелькнул тёмный крест. Надо идти назад и умыться. Но крест так близко. Наверное, это и есть кладбище. Лучше быстро прикопать свечку, а потом уже бежать отсюда со всех ног. Нет, всё-таки вернуться. Или сделать неприятную часть побыстрее, чтобы отвязаться?

Василиса всё же выбрала крест. Действительно, под покосившимся крестом с крышей-домиком угадывался заросший холмик. Чуть дальше, в сухих зарослях показывались ещё покосившиеся кресты с «крышами». Вытащив свечку, Василиса присела, руками вырвала клок сухой травы, раскопала ямку и засунула туда свечку, попутно сломав её в двух местах. Закидала землёй и побежала прочь, но возле обвешенного невесть чем дерева резко остановилась.

А ведь Диана советовала загадать желание. Перед тем, как закапывать свечку. Но дело-то уже сделано. А желание так и осталось. Или можно? Но красной ленточки нет. Написать и закопать? Нет, снова идти к могиле определённо не хочется. Но красной ленточки всё равно нет.

Мысленно застонав, Василиса почти зарыдала, прыгая на месте. Потом сняла резинку с косички и накрутила на ветку дерева, прямо поверх других ленточек. Конечно, резинка коричневая, но там же есть красная составляющая. Может, и прокатит. А что загадать? В голову ничего не шло.

– Хочу… хочу… Да что ж такое… Хочу новый смартфон, – пробормотала наконец Василиса, натягивая резинку поближе к основанию ветки.

Теперь нужно вернуться к источнику. А куда идти? В этот раз она вроде бы двигалась всё время в одном направлении. Так и есть, через несколько минут впереди показалась крыша будки над источником. Василиса вздохнула – хотя бы не заблудилась.

Добежав до домика, распустила косу, быстро набрала ковш воды и вышла на улицу. Прямо у будки стала поливать голову ледяной водой, но от обжигающего холода моментально вскрикнула и выронила посудину.

Потянувшись за ковшиком, Василиса замерла. У угла деревянной постройки сидел переливающийся, будто хрустальный, кролик и шевелил усиками.

– Помочь? – раздалось над самым ухом.

От неожиданности Василиса икнула откинула волосы и, разинув рот, повернулась на голос. Перед ней стояла та самая белобрысая девчонка из разбитого автобуса. А её парень подходил по тропинке, громыхая букетом пластиковых бутылок.

– А ну, брысь! – скомандовала девчонка куда-то за спину Василисы.

– Что, он опять здесь? – кисло спросил подошедший парень.

– Угу, – кивнула блондинка, мрачно глядя вслед скрывшемуся кролику.

Парочка несколько секунд смотрела туда, где спрятался зверёк, потом двое синхронно перевели взгляд на Василису. Они двигались так одинаково, что это пугало, наводя на мысль о роботах или зомби.

Василиса попятилась, потом развернулась и побежала по тропинке к дороге. Увидев открытую дверь автобуса, хотела в него запрыгнуть, но вспомнила позапрошлую поездку, тормознула, споткнулась и полетела кувырком прямо к дороге. Лбом ударилась о ступеньку, в голове дрогнуло, перед глазами разлилась темнота.

Рядом кто-то заохал и помог сесть. Но темнота быстро рассеялась, Василиса рывком поднялась на ноги, пошатнулась, но упрямо залезла в автобус, хватаясь за поручни. Кое-как, шатаясь на подгибающихся ногах, плюхнулась на кресло и достала смартфон.

– Диан, встреть меня на остановке, ладно? Я скоро буду.

– А что такое? – недовольно спросила Диана.

– Мне надо тебе кое-что отдать.

– А, понятно. А сама ты не можешь прийти?

– Нет, мне не очень хорошо, я тут упала. – Перед глазами всё плыло, под ложечкой ныла тошнота.

– Ладно, встречу, – смилостивилась Диана и положила трубку.

5.

Василиса вывалилась из «пазика» на остановке «Совхоз им. Дзержинского». Несколько людей недоумённо оглядываясь на неё, поднялись в автобус, и он покатил дальше, а Василиса снова осталась одна. Она зашла под крышу занятного остановочного павильона, видимо, сохранившегося здесь ещё с советского времени. С волнообразными бетонными стенками и белой покатой крышей, он ассоциировался с фантастическими фильмами. Как будто здесь не маршрутки останавливаются, а космические корабли.

– Привет! Извини, что мы опоздали, просто так давно не ездили на автобусах, что забыли, где остановка. – Посмеиваясь, Диана зашла под крышу павильона. Выглядела она прекрасно, впрочем, как обычно. Свежая, с идеальным макияжем и причёской волосок к волоску, в облегающем синем платье без единой пылинки или пятнышка, она явно контрастировала с побитым лохматым обликом Василисы. Поддакнув, захихикала за спиной подруги и Олеся (в почти таком же голубом платье).

– Что это с тобой? – Олеся, скривившись, смерила Василису взглядом с головы до ног и обратно.

– По лесу прогулялась. Ещё споткнулась и упала.

– Бывает, – отрезала Диана, снова не дав Олесе что-то сказать. – Давай.

Василиса без лишних вопросов протянула оставшуюся свечку, которую Диана тут же, незаметно, как фокусник, спрятала в сумочку.

– Ну, мы пойдём. – Диана уже развернулась, но Василиса её остановила.