Верданские лисы

— Эй, ну скажи, я не права!

Одного взгляда достаточно, чтобы узнать его. Чёрный, поглощающий свет костюм и сияющие волосы, словно возвращающие свет обратно в мир.

Я сползаю по стенке и прикусываю кулак.

Как же я хочу ещё раз с ним встретиться.

— Эй, Ганя, ну ты чего? — Дарла сползает вслед за мной и приобнимает меня, а я стучусь затылком в стену.

— Он та-а-ак нравится мне, что, если ещё хоть раз увижусь с ним, влюблюсь в него без памяти!

— Дак это же чудесно!

— Если бы не проклятье…

— Подруга, завязывай! Подпалённые причиндалы Куэйна уже давно подлатали в госпитале. Можешь не сомневаться, у его папочки хватит уникойнов на реген.

— Я надеюсь… Он так и не ответил на мой вызов…

— Прекращай прятаться, этот красавчик за окном точно не испугается мелких неприятностей.

— Да он полыхал! Это не мелкие неприятности!

Дарла уже роется в моём шкафу, на диван один за другим летят вещи. Она оглядывает меня с ног до головы, потом смотрит на пурпурный костюм:

— Нет, не то, тоже мимо, так, а тут у нас что? О, идеально. — Она бросает в меня изумрудный костюм с чёрным корсетом и такими же чёрными полосами по бокам. Его подарила мне Телпа. — Я знаю, ты так нервничаешь, что, дай тебе волю, напялишь самый ослепляющий наряд, но, если выйдешь в этом, вы будете, как парочка из кино! Идеальное совпадение.

Я сгрызаю припрятанный в тумбочке батончик и залезаю в костюм, а Дарла отработанными движениями собирает мои непослушные волосы в высокую причёску.

— Ну, пошла! И скажи ему, что у тебя случилось временное помутнение рассудка, ну или что твой парень помер от тоски, пока ждал тебя прошлой тенью… Всё, проваливай! Мне ещё надо навести порядок в твоём шкафу. — Она хлопает дверью перед моим носом.

— Э-э-эй, вообще-то это моя квартира! — возмущаюсь я и на нетвёрдых ногах, игнорируя лифт, медленно бреду по лестнице вниз.

Глава 4

Мы с Дэо сидим плечом к плечу на обрыве, по очереди вытаскивая разноцветные шарики из упаковки и складывая их себе в рот. Я дрыгаю босыми ногами и пытаюсь запечатлеть в памяти каждую секунду: под нашими ногами течет Cи́на, а оранга теряет цвет, словно выжимая из себя на горизонт орангово-розовый градиент. Меня немного клонит в сон, но я ни за что в этом не признаюсь, чтобы Дэо не увёз меня обратно.

Когда я вышла из подъезда, он стоял, облокотившись на чёрный капс, лишь его волосы, словно пятно света, развевались вокруг его головы. Такой строгий, такой безупречный, такой притягательный.

Стоило ему заметить меня, и его задумчивое лицо преобразила тёплая, как воздух ранним утром, улыбка. Он сообщил мне, что случайно заказал на одну упаковку «Фрушарсов» больше, чем нужно, и спросил, не могу ли я по-дружески помочь ему съесть их, и предложил позвать моего парня вместе с нами, выбив тем самым твёрдую восьмёрку на моей шкале неловкости. Сгорая от стыда, я созналась, что по поводу парня я соврала. Он лишь кивнул, мол, ничего особенного, и усадил меня в капс.

«Ну не будем же мы есть прямо тут?» — этой фразы мне хватило бы, чтобы отправиться с ним и на край света, но он построил маршрут до набережной.

Пока мы летели сюда, он управлял капсом, ни разу не включив автопилот. Мы просто слушали музыку, а я всё хотела остановить её и выложить ему всё о проклятии, но так и не решилась испортить момент. Шикарный расслабленный мужчина рядом, мелькающие вдоль аэрополотна сверкающие высотки, удобное кресло и медленная тягучая мелодия, чередующая с прокатывающимися по салону басами. Было очень сложно скрыть разочарование, когда Дэо посадил капс.

Он тоже не произнес ни слова за весь полёт. Сначала подал мне руку, помогая выбраться, вручил ведро «Фрушарсов» и только потом поделился, как прошла его смена, узнал, как я провела время с момента нашего расставания, и, лениво щурясь, пожаловался, что он слишком много времени сейчас проводит в лаборатории, и я бы здорово ему помогла, если бы вот так вечерами отправлялась с ним на «дружеские» прогулки. Конечно же, я согласилась.

Меня пробирает дрожь от мысли, что может с ним произойти, если… точнее, когда он решит пойти дальше дружбы, но жизнь одна, и я вырву у неё все, что она способна мне дать, пусть и придётся потом собирать осколки своего разбитого сердца.

Его рука за моей спиной, его древесно-ванильный аромат окутывает меня, и единственное, о чём я мечтаю, — прильнуть к нему, вцепиться в него и закричать на весь мир, что он мой, шипеть как змея на других женщин, посмевших на него только посмотреть. А я не сомневаюсь, они смотрят… Но я лишь ласкаю его точёные скулы и губы взглядом, а стоит ему повернуться, дёргаюсь и начинаю рассказывать ему о практике в Центре искусств, что совсем скоро я отработаю обязательный минимум по базовой застройке и смогу устроиться, куда захочу.

— А куда ты хочешь? — его тихий бархатистый голос совсем рядом.

Туда, где есть ты.

— Помнишь конкурс, в котором я участвую? Если выиграю, думаю переехать в Ангрэм, — я пожимаю плечами, — а если нет, найду что-нибудь ещё.

— Почему ты хочешь переехать? — Его глаза внимательно меня изучают.

Я бросаю в рот пурпурный шарик, ягодная сладость заполняет рот.

— Хочу начать всё сначала.

Он сжимает челюсть:

— Подожди, пожалуйста, хотя бы полтора цикла.

— Зачем? — Я замираю с новым шариком в руке.

— Через полтора цикла истекает мой па́ктум[4][4], и я смогу перевестись.

Глава 5

Вечерние поездки на берег с коробкой «Фрушарсов» становятся нашей традицией, это продолжается уже вторую декаду. Дарла говорит, что её ни разу в жизни так терпеливо «не окучивали».

Терпения Дэо действительно не занимать, потому что наш максимум — это держаться за руки. С того утра на крыше он не предпринимал ни одной попытки меня поцеловать. Одна часть меня безумно рада этому, ведь так он в безопасности, другая готова наброситься на него и взять всё, что он способен ей дать. Она шепчет мне, что будь мы прокляты, то с ним бы уже давно что-нибудь произошло.

Пока мы бродим по набережной этим вечером, Дэо хоть и не выпускает из рук мою ладонь, но словно не слушает меня. Между его бровями образовалась складка, и он ещё ни разу искренне мне не улыбнулся.

Он устал со мной возиться и решил с этим покончить?

От этой мысли желудок сжимается, а я закидываю в рот сразу два шарика.

— Рангана, нам надо поговорить, — он поворачивается ко мне.

О, нет.

Он даже назвал меня по имени, а не как обычно «Лисичкой»…

— Стой, ничего не говори. Сначала я.

Пора ему всё рассказать, пусть не поверит мне или всё-таки… Всё-таки поверит и уйдёт, но не думает, как Куэйн, что я с ним играю.

— Только пойдём, пожалуйста. Это будет не быстро…

Я набираю побольше воздуха и, не смотря на него, иду вперёд, по пути выкладывая всё о проклятии. О каждом мальчике, парне и мужчине, пострадавшем от него.

Я рассказываю ему, сколько швов наложили на бровь Барри после нашего нелепого поцелуя; про кличку Фонтан, которую получил Далан, едва коснувшийся моих губ и после этого продемонстрировавший всем содержимое своего желудка; под каким неестественным углом вывернулась рука Миэля, когда его достали из колодца после свидания со мной; про сотрясение и тяжёлое состояние Варлара, который на свидание даже не дошёл.

Я рассказываю Дэо все диагнозы, что выдала мне разговорчивая медсестра, принявшая меня за девушку Варлара, когда я примчалась к нему в госпиталь, и как эта же медсестра смотрела меня, когда Варлар вопил на весь коридор, чтобы меня даже не подпускали к его палате. Доходит очередь и до Куэйна. Здесь я заминаюсь. Пару секунд молчу, а потом, не утаивая ни наших поцелуев, ни последовавших за ним падения ножа и ожога, завершаю свою историю.

Я продолжаю идти, но Дэо, молчавший всё это время, удерживает меня за локоть. Я поднимаю глаза. Вокруг никого, мы стоим в самом конце набережной.

Дэо серьёзен и смотрит не на меня, а куда-то вдаль, на реку.

Поверил?

Я бы предпочла, чтобы он, как Дарла, отшутился и сказал, что всё это чушь и нелепые случайности.

Но он слишком рационален и способен понять, что так много случайностей — это уже закономерность, как бы я ни хотела отрицать этот факт.

Я хочу закинуть очередной фрушарс в рот, но, пока мы шли, упаковка опустела. Я скармливаю её проезжающему мимо роботу-уборщику и возвращаюсь к Дэо.

Ещё минута молчания, и я сойду с ума:

— После того что я рассказала, ты всё ещё хочешь со мной встречаться?

— Встречаться? — он отрывает взгляд от реки. — Нет. Я как раз хотел поговорить

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Тень на планете Вур, где происходит действие, — аналог нашей ночи, тёмное время суток, по освещению больше похожее не на привычную нам черноту ночи, а на время между сумерками и полной темнотой. Отсюда и название. Свет на Вуре — аналог нашего дня, светлое время суток.

2

Нао́к — специальное устройство на голове, похожее на обруч или на средневековую диадему, проходит на уровне висков. Под ним очки дополненной реальности. Включает встроенную камеру.

3

Капсула (капс) — средство передвижения со встроенными электромагнитами, которое левитирует на небольшом расстоянии от аэрополотна (дороги). Используется в республиках.

4

Па́ктум — соглашение, которое в республиках заключается при приёме на работу, в нём фиксируется размер оплаты, срок службы и т. п.