Отчаянный разум. Тень памяти

– Если позволите, я помогу лейтенанту. Мне тоже нужны люди. Вместе мы быстрее опросим жителей, а потом я хотела бы поговорить с работниками стройки. Мне кажется, мы найдём там что-то интересное.

Алекс нахмурился, взглянув на Лику. Ему начинало казаться, что она умеет читать мысли. На стройку он вообще-то собирался заехать один. В груди завязывался комок. Незваная наставница раздражала своим спокойствием и нестандартным ходом мыслей. К тому же, она сама отклонила версию с доской… Или что-то затеяла?

Ничего не поделаешь… Парень сжал кулак и промолчал. Придётся смириться с надзором девчонки. Отстранение ему сейчас нужно меньше всего. Ради дела Алекс готов терпеть любые насмешки. Ведь молоденькая девушка будет навсегда покоиться в земле, мать, возможно, никогда не перестанет лить слёзы, а тот ублюдок, посеявший этот ужас, продолжает разгуливать на свободе. Немного подумав, Алекс понял, что это злит его гораздо больше любых перипетий в отделе, ведь в конечном счёте Алисе уже всё равно, кто именно приведёт следствие к правде, но лейтенант Гордов продолжал верить, что каждый из нас имеет право на справедливость.

После собрания все плавно переместились в рабочий кабинет оперативников. На широкой доске были размещены фотографии убитой девушки и брусков, найденных Алексом. От скудного количества улик лейтенант разочарованно сжал губы, присев на край стола с чашкой горячего кофе. Лика стояла в стороне, опираясь на дверной косяк, и слушала майора, который теперь излагал свои мысли у доски с уликами.

– Первая наша локация – стройка у озера. Параллельно нужно опросить всех в радиусе двух километров от дома жертвы. Всё понятно? – сотрудники, собравшиеся в комнате, внимательно слушали начальника, и Алекс заметил серьёзность на их лицах. Обычно любое другое дело в этом отделе сопровождалось перешёптыванием и смешками, но сегодня офицеры смотрели прямо на него, что даже самому майору показалось странным, и Борисович постоянно запинался, долго подбирая слова. Их настрой немного согревал душу. Чувствовалось неравнодушие, хоть и было предчувствие, что оно мало чем поможет. – И главное! Все новости лично ко мне в кабинет, – заключил майор и прикрепил к доске фото того самого дома у озера, где он встречался с Кириллом. Рука машинально сжала горячую кружку. Пальцы побелели, и, почувствовав жар, Алекс пролил каплю на пол, слишком поспешно перехватив кофе второй рукой.

Алекс прикусил губу, вспомнив о друге, и почувствовал на себе чей-то взгляд. Он огляделся и столкнулся глазами с Ликой, которая, не стесняясь, пристально смотрела на него. Лейтенант оставил недопитый кофе на столе и вышел в коридор.

Проходя мимо поста, Алекс встретил запыхавшегося Артёма, который шёл с папкой в руках.

– Что с кровью, ничего не известно?

– Я только что из лаборатории, – вздохнул коллега. – Эксперт сказал, что с нашим оборудованием он ничего не обещает. Что-то в этом роде…

– Ясно… – Алекс с шумом выдохнул. – Тогда зайду к нему. А ты послушай Борисовича. Он сегодня в ударе.

– Ладно… удачи.

Как обычно, к прозекторской вёл усиливающийся холод. Узкий сырой коридор сразу напоминал, что в конце его не будет жизни. Здесь оказываются те, кому не повезло больше других. Те, кто встретил свой мрачный финал, и кого вскоре препарируют. Те, кто хотел бы жить дальше, но просто свернул не туда…

– Здравствуй! – лейтенант Гордов тихо отодвинул пластиковую ширму на входе и заглянул в тёмную холодную комнату, где тени от круглой лампы плясали на стенах. За железным столом сидел задумчивый Вадим, скрестив руки на груди. – О чём так сильно задумался? Поделишься?

Вадим открыл глаза и медленно поднял голову.

– Думаю, как совершить невозможное… в этом храме смерти. – Вадим устало развел руки в стороны.

– Фу, как грубо. – Алекс подошел к столу, где под простыней лежало тело. – Может, это их убежище. – Взгляд Вадима остановился на Алексе. – Что, всё настолько плохо?

Вадим выдохнул. Алекс знал, как Вадим не любил объяснять каждому, что лаборатория не творит чудес, как в американских сериалах, где герои в следующей серии находят убийцу по одному нечёткому отпечатку. Это жизнь… и всем в этом участке придётся из кожи вон лезть, чтобы добыть хотя бы одну улику.

– Что-то я ещё могу, понятно? – сказал криминалист, вставая со стула и подходя к телу. – Но это не будет так быстро, как ты думаешь.

– Честно говоря, я вообще пока ничего не думаю. Голова раскалывается от потока информации.

– Вижу, Борисович вас не щадит… – хрипло усмехнулся Вадим. – Немного завидно, что у него проснулось рвение к великим делам.

– Не вини себя, ты всё-таки работаешь с трупами.

– Раньше его не особо волновали дела города.

– Это точно. Поэтому дела закрывались за недостатком улик…

– Но не твои… – заметил Вадим, на что Алекс машинально усмехнулся.

– Умоляю, дай мне хоть немного надежды… – произнёс лейтенант и кивнул в сторону застывшего тела.

По сжатым губам криминалиста Алекс понял, что надежды ему не видать, как своих локтей.

– Единственный способ обнаружить наркотические вещества в этом теле – сделать анализ по амилазе крови, и я даю лишь пять процентов вероятности, что мы что-нибудь найдём. Так что, прости, мой дорогой друг, тебе придётся работать по старинке.

– Мы с тобой удачливы. Будем верить, что пять процентов – это половина победы.

– Угу… – саркастически отозвался криминалист. – Эти пять процентов превращаются в два, потому что у нас нет нужного оборудования.

Алекс открыл рот, но тут же его закрыл.

– И как ты собираешься это провернуть?

– Проверну, – уверенно ответил эксперт. – Отправлю образцы в Москву. Чем быстрее мы это сделаем, тем лучше, иначе наши шансы растают вместе с этой бедняжкой.

– Так чего ты ждёшь?

– Всё ещё жду одобрения начальства, умник.

– Отправляй прямо сейчас, а Борисовича и остальных я возьму на себя.

Вадим лишь тихо фыркнул в ответ.

– Хочешь получить по шапке? Или без погон остаться? Товарищ майор вон как себе повышение выбивает, а ты чем хуже?

– Да плевать… – ответил Алекс и положил ладонь на плечо мужчины. – Очень тебя прошу, отправь образцы. Ты же знаешь, вся эта бумажная волокита будет длиться вечно, а ублюдка мы можем уже никогда не найти.

Вадим тихо проворчал себе под нос и отвернулся, полон сомнений.

– Алекс, Алекс… Это не первое твоё и не последнее дело. Ты способен на многое, если будешь придерживаться правил. Ты сможешь помочь многим людям, а не только одной погибшей девушке.

– Погибшей? – почти закричал Алекс, отчего Вадим бросил на него суровый взгляд. Мужчина терпеть не мог громких звуков в своей прозекторской, но, несмотря на возмущение Алекса, промолчал. – Вот кто она для тебя? Хорошо… – продолжал Алекс уже гораздо тише. – Думаешь, мы ничего не можем изменить? Да, эта девушка скоро станет прахом, и жители забудут об этом ужасном дне. По сути, это мало кого волнует. Люди продолжают жить своей жизнью. Но… Это не может просто так закончиться, не может…

Глаза коллег встретились, и Алекс долго с надеждой ждал реакции на свои слова.

– Я понимаю тебя, но и ты пойми, что одной ошибкой ты разрушишь всё. К тебе уже приставили капитана, а если перестанешь исполнять приказы…

– Я же сказал, что со всем разберусь, – Алекс придвинулся ближе к мужчине, опираясь на край стола. – И с этой московской штучкой тоже. Но и ты мне помоги. Обещаю, тебе ничего не грозит. Скажу, что это я тебя заставил.

– Прекрати! Не начинай этот детский сад. Я в состоянии отвечать за свои поступки.

– Я успокоюсь только тогда, когда увижу морду этого козла за решеткой. Не могу объяснить, но что-то словно тянет меня в это дело, понимаешь?

– Ох, Алекс… Ты начинаешь меня пугать.

– Я чувствую, что… Должен это сделать. Кроме нас больше некому.

– В этом ты прав. Борисович будет выдавать всё за обычное нападение или кражу.

– Но мы-то знаем, что всё обстоит иначе… – продолжал убеждать лейтенант. – Этот порошок на её пальцах не мог появиться из ниоткуда, верно?

– Верно… – вздохнул Вадим, устало прикрывая глаза. – Чувствую, ты подведёшь нас обоих к краю…

– Я найду этого мерзавца, чего бы мне это ни стоило. – Алекс раздражённо сунул руки в карманы. – Вопрос в том, хочешь ли ты тоже наблюдать его арест, зная, что приложил к этому все усилия.

Вадим улыбнулся и хлопнул Алекса по плечу.

– У меня тоже есть на это ответ.

Глава 5

Покинул я поля и нивы; они туманом облеклись. Душа, смири свои порывы! Мечта невинная, проснись! Утихла дикая тревога, и не бушует в жилах кровь: в душе воскресла вера в бога, воскресла к ближнему любовь.

Иоганн Вольфганг Фон Гёте

«Фауст»

Вадим пообещал позже сообщить ответ и непременно выполнить свою часть работы. Весь день лейтенант блуждал по коридорам и кабинетам, снова просматривал записи с камер наблюдения, чтобы потянуть время и незаметно ускользнуть из отдела к Кириллу и Алине. Нужно было предупредить друга о пристальном внимании полиции к дому.

И всё благодаря ему…

Уходя вечером с участка, Алекс до последнего надеялся не попасться на глаза «капитанше», но она поймала его прямо у выхода.

– Лейтенант! – Алекс остановился. Хорошо, что девушка не видела его лица, полного разочарования, со спины. Он медленно обернулся. – Александр Гордов, вы меня избегаете?

– Что вы, товарищ капитан, как я могу? – проговорил парень, с трудом сдерживая раздражение. Давненько его Александром не называли…

– Утром я ждала, что вы проявите инициативу и подойдёте, чтобы вместе поехать на задание. Потом искала вас по всему отделу, но к вечеру поняла, что вы играете со мной в прятки. Очень некрасиво с вашей стороны. – Лика сделала два уверенных шага к лейтенанту. – Но я уже привыкла к такому отношению в полиции со стороны мужчин. Так что давайте быстрее пройдём этот момент демонстративного неуважения и начнём работать. Потому что мне всё равно, как вы ко мне относитесь. Я здесь, чтобы выполнять свою работу, и никто мне не помешает.

Ого! Она всегда так много говорит?

– Вы ошибаетесь, я к вам никак не отношусь. Я вас не знаю. И независимо от ваших мыслей, я иду работать.

Алекс развернулся и направился к машине, что вызвало у девушки ещё большее недовольство.

– Мы должны работать вместе, – заявила Лика, следуя за лейтенантом.

– С чего вы это взяли? – усмехнулся он.

– Хотя бы потому, что Аркадий Борисович…

– Аркадий Борисович искренне верит, что это обычное убийство, – Алекс остановился и обернулся полубоком. – Вы тоже так считаете, Лика Романовна?

– Пока не знаю, – честно ответила девушка, на что Алекс вздохнул. – Но хочу это выяснить, и мне бы очень хотелось рассчитывать на вашу помощь.

Лейтенант пытался уловить в изумрудных глазах девушки намёк на её намерения или подвох, но там была лишь непроницаемая профессиональная серьёзность.

– Хорошо… Всё равно нам придётся работать вместе. Но какие у вас мысли по поводу дела? У каждого своя версия. У майора одна, у меня другая…

– Вы не узнаете моих версий, если будете убегать, как мальчишка. Вы ведь это делаете, потому что тоже хотите скрыть свои догадки, не так ли?

Чёрт! – нахмурился Алекс. – Она что, из ФСБ перевелась?

– Как можно работать, если каждый будет расследовать в одиночку? – продолжала Лика. – Лучше объединить усилия, разве нет?

Молча засунув руки в карманы куртки, Алекс посмотрел в сторону горизонта, где виднелись верхушки деревьев. Перед его глазами всплыла недавняя сцена леса и пустыря, где одиноко лежала остывшая и брошенная девушка. В чём-то капитан Герасимова права – отдел тяжких преступлений должен работать, как хорошо отлаженный механизм, иначе преступность вырастет до невообразимых масштабов. Ослушаться капитана он всё равно не может, даже если это привлекательная женщина.

– И что вы предлагаете, товарищ капитан?

– Мы отправляемся на стройку, – сообщила Лика, найдя нужные адреса в своём блокноте. – А по дороге навестим нескольких соседей, которых я нашла сегодня днём.

– Каких соседей?

– Соседей жертвы. Я решила опросить тех, кто был дома на момент её смерти.

– И как это нам поможет? Ведь девушку убили не дома.

Они подошли к машине Алекса. Лика взялась за ручку пассажирской двери, словно он был её личным водителем. Алекс нарочно слишком долго искал ключи в кармане, медленно нащупывая нужную кнопку, наблюдая за полным спокойствием напарницы. Как только замки на дверях щёлкнули, Лика сразу села внутрь и пристегнула ремень. Осторожно вдохнув свежий вечерний воздух и приподняв брови, лейтенант сел за руль.

– Люди могли бы заметить, если кто-то забирал девочку из дома или приезжал накануне.

– Это понятно. Не нужно думать, что я дурак, – немного обиженно сказал Алекс. – Но почему вы, Лика Романовна, решили, что они нам всё расскажут? Тем более правду. Если это дело, в чём я уверен, связано с наркотиками, они ни слова правды не проронят. К тому же всех жильцов улицы уже опрашивали.

– Они обязаны.

Алекс тихо рассмеялся.

– Мне ли вам объяснять, что не каждый понимает свои обязанности. А чтобы их выполнять, нужно сначала понять…

– Лейтенант… – Лика нахмурилась и повернулась к парню с ещё большей решимостью. – Вы всегда находите отговорки ради безделья? А притворяетесь, что вам не всё равно… – Алекс с трудом сохранял молчание, вспоминая картину изувеченного тела на пустыре. – Для начала нужно выслушать их, а потом уже делать выводы. – Лика немного помолчала, наблюдая, как Алекс крепко сжимает руль. – Если вы хотите найти убийцу и разобраться в деле, вы должны меня слушать, лейтенант. Я вам не враг.

Алекс не стал отвечать на её разглагольствования, но в мыслях, безусловно, послал её к чёрту вместе с сомнительными доводами. Молодой человек завёл двигатель, резко переключил рычаг коробки передач и рванул вперёд.

До первого адреса они добрались примерно через десять минут. Всё это время Лика рассказывала о жильцах: муж и жена Потаповы давно обитают в этом доме. Их сын несколько лет назад уехал учиться в Москву. Дома он бывает редко, но, когда приезжает, подрабатывает на стройке и покупает родителям дорогие вещи – например, новый холодильник или запчасти для отцовской машины.

– Всё это вы узнали, сидя в отделе? – поинтересовался Алекс. Ему всё больше казалось, что капитан Герасимова могла бы работать в разведке.

– Весь день изучала информацию об опрошенных жителях. Вы бы тоже многое успели, если бы не избегали меня, как прокажённую.

Капитан Герасимова произнесла это так, словно читала сценарий. Ни малейшего намёка на обиду. Лишь твёрдые факты.

– И что вы теперь собираетесь у них спрашивать? Какие вопросы планируете задавать? Затрагивать тему сына нельзя, иначе они испугаются и побегут писать жалобу. Да и вообще… Он что, подозреваемый?

– Лейтенант Гордов, когда расследование только начинается, подозреваемыми могут быть все. Даже мы с вами. Машина остановилась у ухоженного дома, украшенного клумбами. В окне справа зажёгся свет. Лика нажала на кнопку звонка, и дверь тут же распахнулась. На пороге появилась пожилая женщина с удивлёнными глазами. – Здравствуйте! Капитан Герасимова, – представилась девушка, показывая хозяйке своё удостоверение. – Мы приехали поговорить об одном происшествии. Глаза женщины были поистине широко раскрыты от удивления.

Алекс быстро пересёк двор и остановился рядом с напарницей. К хозяйке присоединился её муж, с такими же перепуганными глазами, но чуть более сдержанный.

– С Олегом что-то случилось? Наш сын… с ним всё в порядке?

Лика застыла на пороге, словно окаменев, даже не пытаясь хоть что-то ответить.

– С Олегом всё в полном порядке, – вставил Алекс. – Он всё ещё учится в своём институте. Мы пришли поговорить о другом.

Женщина громко выдохнула, приложив руку к груди и посмотрев на мужа. Но больше всего Алекса поразил взгляд Лики, которая не дрогнула, несмотря на то что до чёртиков напугала хозяев. Она просто стояла и изучала их эмоции, как маньячка.

– Мы хотим поговорить об убийстве девушки, – сказал Алекс. Хозяйка, прикрыв рот рукой, отошла в сторону. – Вы позволите пройти? – Алекс остановил напарницу, которая уже собиралась войти без разрешения, и только после кивка женщины и одобрительного жеста мужчины он опустил руку.

Лика беззастенчиво рассматривала мебель, картины на стенах, фотографии на полках и заглядывала в комнаты.

– Но… я не понимаю, что мы можем сказать. Мы ничего не знаем, – растерянно проговорила женщина.

– Это их работа, – сказал мужчина, ободряюще сжав плечо жены. Он встал позади неё, словно телохранитель, когда она уселась на диван. – Приходить ко всем подряд…

– Просто ответьте на несколько вопросов, хорошо? – попросил Алекс, присев перед ними. Лика почти незаметно передвигалась по комнате, изучая фотографии их сына.

– Вы знали убитую девушку?

– Нет… Мы узнали об убийстве только тогда, когда в тот вечер к нам пришли полицейские, – спокойно ответил хозяин. – Можно задать вопрос?

– Да, конечно…

– Сколько раз вы собираетесь приходить? Пока наши ответы не изменятся? Вы ведь задаёте те же самые вопросы, что и ваши коллеги в форме.

– Я понимаю… – кивнул Алекс, – мы вас побеспокоили, и, возможно, нам придётся прийти ещё не раз. Это зависит от того, как будет развиваться следствие. Поэтому прошу вас, расскажите всё, что знаете и что видели, чтобы вас больше никто не тревожил. Как только вы ответите на все вопросы честно, обещаю – мы больше не придём.

Оба понимающе кивнули.

– Итак… Девушку вы не знали… А может быть, знали её мать? Их дом в конце улицы – с белым забором и ржавой крышей.

– Мы не знакомы, но я часто видела эту женщину в библиотеке. Знаю только, что она работает в каком-то офисе в центре.

– Хорошо…

Алекс начал записывать слова, сказанные хозяйкой.

– Вы сказали, что не знали её. Откуда тогда у вас такая информация? – вмешалась Лика. Алекс одарил напарницу суровым взглядом.

– Я… Уже не помню… – растерялась женщина. Алекс молчал. Ему не хотелось давить на старушку, хотя он и понимал, что хозяева явно что-то недоговаривают.

– Простите, это что, допрос? – вмешался мужчина. – Она же сказала, что не знает.

– Тогда я вам подскажу, – ответила Лика и показала хозяевам фото их сына вместе с Алисой и ещё одним парнем. Разница в возрасте между ним и этой парочкой была заметна. – Ваш сын был знаком с Алисой?

Честно говоря, Алекс был немного ошарашен. Пробыв в чужом доме меньше пятнадцати минут, капитан Герасимова смогла найти значимую зацепку. Ему хотелось её остановить, но лейтенант понимал, что она действует правильно, пусть и несколько резко.

– Наш сын ничего не знает об Алисе, – теперь мужчина повысил голос. – Уходите!

– Если вы не хотите говорить правду, нам придётся вызвать вашего сына в участок, – настаивала капитан.

– Вот ещё! – рыкнул хозяин прямо ей в лицо, а Лика лишь немного прищурила глаза. – У вас нет на это права!

– Есть, и ещё как, – не менее спокойным тоном ответила девушка.

– Постойте! – Алекс встал между ними, подняв ладонь. – Никто не подозревает вашего сына. И никто не собирается насильно его допрашивать. – Он выхватил фотографию из рук Лики. – Вы знаете этого парня?

– Кажется, они с Олегом дружили… – ответила женщина.

– Молчи! – приказал ей муж. – Мы не знаем, что натворил этот парень. Они всё повесят на нашего сына.

– Спокойно! – сказал Алекс. – Мы ни на кого ничего не вешаем. Я обещаю, вашему сыну ничего не угрожает. Просто скажите, кто этот парень? Он может что-то знать об убитой девушке, вот и всё. Нам просто нужно с ним поговорить.

Мужчина сумел совладать с гневом и выдохнуть.

– Я не знаю, кто этот парень, – ответил он. Его жена от всего происходящего, кажется, уже разучилась говорить. – Сын уже взрослый и давно не посвящает нас в свои дела. Однажды он просто поставил у кровати эту фотографию. Тут полно снимков его одноклассников и друзей. Вы их всех будете проверять?

– Если потребуется, будем, – резко заявила Лика, и Алекс с трудом подавил в себе желание заткнуть ей чем-нибудь рот.

– Когда вернётся Олег? – мягко спросил Алекс. Мужчина, кажется, наладил с ним слабый контакт, потому что отвечал только ему и даже расслабившись присел на диван.

– Обещал приехать в конце недели.

Алекс достал из кармана визитку и протянул мужчине.

– Пожалуйста, попросите его позвонить нам. Или пусть придёт в участок и найдёт меня. Прошу вас, это очень важно.

– Я вас понял, лейтенант.

Когда они вышли во двор, на улице уже стемнело. Фонари отбрасывали тени на розы, гнущиеся от ветра.

– И что это было? – первой спросила Лика.

– Да, у меня такой же вопрос. – У машины девушка снова ждала, когда откроются двери, но Алекс не спешил доставать ключи. – Вы всегда так допрашиваете людей?

– А вы всегда так заботитесь о всех? – возразила капитан.

– Это называется простым уважением. Если расположить к себе человека, он сам всё охотно расскажет.

– Да вы, лейтенант, кажется, совсем не знаете людей. Как вас приняли в органы с таким мягким характером? Сейчас эти люди, возможно, покрывают преступление своего сына, а вы дали им шанс помочь ему скрыться.

– Вы решили, что этот парень преступник только на основании одной фотографии? Замечательно… Удивляюсь, как вам удалось стать капитаном с такими поверхностными суждениями. Если каждый второй в городе преступник, то нам скоро придёт конец, и наша работа потеряет всякий смысл.

– Успокойтесь, лейтенант! Я не утверждала, что их сын причастен к убийству. Под давлением и страхом люди охотнее говорят правду. Разве вас этому не учили в академии?

– Меня учили, что каждый человек заслуживает уважения, так же как и эти люди. Вы не имели права на них давить.

– А разве Алиса не имеет права на справедливость?

Алекс замолчал. В его стальных глазах отражались уличные фонари и глубокая печаль. Лика действительно умела заткнуть рот, но, произнеся последнюю фразу, с сожалением опустила голову.

– Александр… Если мы будем жалеть каждого свидетеля, ваш отдел рискует утонуть в нераскрытых делах, а убийца продолжит разгуливать на свободе. Может, он ещё кого-нибудь убьёт, и не один раз… Нужно действовать решительно и надавить на жителей, пока они напуганы.

– Чтобы все перестали нам доверять? Если это произойдёт, полиция больше никогда не получит помощи от жителей. Тогда отдел точно можно будет закрыть. Если, конечно, вы не собираетесь установить камеры над каждым домом и на каждом дереве. Согласен – в этом случае свидетели нам не понадобятся. Я не позволю выбивать информацию из жителей моего города, понятно?

– Ясно… – коротко ответила Лика, чем ещё больше удивила парня. Казалось, ни одно слово из его яростной речи не дошло до её ушей. Она стояла перед ним неподвижно. В растерянности он не знал, что ещё сказать. Капитан Герасимова также молчала несколько долгих минут. На удивление, благодаря полной тишине, нарушаемой лишь слабым ветром, лейтенант смог успокоиться. – У нас мало времени. Утром нужно ехать на стройку. Люди ложатся спать, и если вы не хотите разбудить остальных жителей, предлагаю поторопиться.

Отведя взгляд от девушки, лейтенант нашёл в кармане ключи и отключил сигнализацию.

Глава 6

Покинул я поля и нивы; Они туманом облеклись,

Душа, смири свои порывы! Мечта невинная, проснись!

Утихла дикая тревога, И не бушует в жилах кровь:

В душе воскресла вера в бога,

Воскресла к ближнему любовь.

Йоганн Вольфганг фон Гёте

Фауст

За вечер они успели опросить ещё двоих соседей Алисы: эффектную мать-одиночку с двумя детьми семи и восьми лет и шестидесятипятилетнего охранника базы отдыха у озера.

Анна, женщина с пышными формами, без стеснения флиртовала с Алексом, лишь затягивая разговор. Она утверждала, что несколько раз видела Алису с матерью на рынке, но в конце концов напарники поняли, что у неё нет никакого представления о внешности убитой. Когда Алекс показал Анне фотографию, она неискренне извинилась, оправдываясь тем, что перепутала её с другой соседкой, и добавила, что больше обращает внимание на мужчин, чем на женщин.

Старик же был не слишком приветлив, но после десяти минут расспросов всё же рассказал, что видел Алису около леса с молодым парнем её возраста. Взглянув на фото Олега, старик отрицательно покачал головой, нахмурив брови.

– Нет… Тот был совсем молодым. Похож на школьника, да и очень худощавый. Поведение пары и их разговор мужчина, конечно, не услышал. – Они прошли мимо, когда я выбрасывал мусор. Больше ничего не видел.

– Вы уверены, что это именно та девушка, которую вы видели? – переспросил Алекс. Было немного странно, что в этот раз Лика позволила ему вести разговор в одиночку.