Женщина по расписанию

Но тогда мне казалось, что свобода будет легче.

После развода я решила стать другой.

Мягкой. Покладистой. Хорошей девочкой.

Мне казалось: так жизнь станет проще.

Я думала, что если буду удобной, почти куклой, без собственного мнения,

то появится сильный мужчина, который захочет заботиться обо мне

Мне надоело быть сильной, нести ответственность за всё.

Но на этот образ, с коротким перерывом,один за другим пришли мужчины, которые сразу почувствовали мою слабость.

И воспользовались ею.

После этих абъюзивных отношений ощущение, что со мной что-то не так, только усилилось.

Финансовая ситуация не добавляла уверенности.

То, что раньше я могла потратить за один день — на косметику, на мелочи — теперь составляло весь мой месячный бюджет.

Каждая потраченная копейка напоминала о нехватке, о невозможности расслабиться.

И это ещё сильнее сжимало меня изнутри, заставляло тревожиться и сомневаться.

Я не понимала, чем хочу заниматься.

Возвращаться в медицину не хотелось, хотя квалификация у меня была.

Почти год я пробовала разные работы: околомедицинские должности,администратор,врач-диспетчер…

Везде казалось, что это не моё.

Я приняла решение вернуться в профессию. Чтобы восстановить квалификацию и и снова почувствовать уверенность в себе, я год проработала в обычной поликлинике за очень скромную зарплату. Это был трудный, но важный период — шаг за шагом я возвращала свои умения, постепенно обрела чувство контроля и понимание, что могу быть нужной в профессии.

Настоящий рывок случился, когда я получила приглашение работать в медицинский центр Зарецкого. Здесь моя профессиональная уверенность окончательно закрепилась, навыки стали востребованными, а я поняла, что двигаюсь вперёд как специалист.

Приехав в Москву, я уже находилась на более высоком уровне, готовая к новым вызовам и новым возможностям. Вместе с этим надежда была и на личную жизнь: наконец выйти на другой уровень отношений, оставить позади все старые деструктивные сценарии Петербурга и построить жизнь заново.

И именно в этот момент на журнальном столике предательски блеснула визитка того незнакомца из подземки, которому я дала прозвище Мефистофель. Возможно, это и есть тот самый шанс выйти на новый уровень, подумалось мне, и я решила, что завтра обязательно наберу его.

Глава 7

В плену его обмана

В районе обеда, когда у меня был небольшой перерыв, я решилась набрать номер незнакомца из подземки.

На том конце провода ответил мужской голос. Он сначала не сразу понял, кто звонит, а потом торопливо сказал:

— Да-да-да, подождите, я вам перезвоню.

После этого остался лёгкий неприятный осадок, но через пару часов он действительно перезвонил.

— Да, здравствуйте, Алёна, — сказал он уже спокойнее. — У меня было совещание, не мог с вами разговаривать.

— Здравствуйте, — ответила я, стараясь говорить легко. — Помнится, мне вы предлагали работу в вашем министерстве. Почему бы не попробовать?

— Отлично, — сказал он. — Как насчёт встретиться завтра в обеденный перерыв и обсудить всё за чашечкой кофе?

Я согласилась, хотя меня слегка покоробило, что он снова назначает удобное ему время и место. Но подумала, что это всё-таки деловая встреча.

Мы договорились встретиться у Детского мира на Лубянке.

На следующий день, в назначенное время, я поднялась из метро. Обычно в это время там полно людей, вокруг множество зданий, шум и движение, но в тот момент у меня было ощущение, что я стою совершенно одна посреди огромного поля.

Ни людей, ни машин, ни зданий — ничего, кроме меня и какой-то , щемящей тишины. Она обволакивала меня со всех сторон, и внутри росла тревога, словно невидимые стены сжимали грудь.

И вдруг я заметила его силуэт. Тревога начала постепенно рассеиваться.

Мы сели в кофейне. Он стал расспрашивать меня о работе, о жизни в Москве, о планах на будущее. Я ловила себя на том, что не могу оторвать взгляда от его глаз. Они были разного цвета, и диаметр одного зрачка был заметно больше другого. Его голос лился мягким, тягучим потоком, словно густой мёд, обволакивая и унося в лёгкое гипнотическое состояние.

Наш разговор с работы плавно съехал на то, что он скоро собирается в отпуск. Планирует остановиться в отеле RODINA и, конечно, ему было бы приятно, если бы его в поездке сопровождала такая красивая, интеллигентная женщина, как я.

Он ни на чём не настаивал. Предложение подавалось как поездка чисто в качестве компаньонов: ему будет гораздо приятнее и веселее, а я смогу развеяться. Все расходы, естественно, он берёт на себя.

В другой ситуации меня бы это удивило, но тогда казалось совершенно естественным.

Он снова посмотрел на меня, мягко улыбнулся и добавил:

— Вы женщина красивая и эффектная. И мне хотелось бы обрамить такой бриллиант. Поэтому, если вы примете моё предложение, нам нужно будет подобрать вам два-три наряда, соответствующих вашей внешности и статусу отеля, потому что там есть свой определённый дресс-код.

Я даже не успела ни сказать «да», ни «нет», ни подумать.

Он продолжил без паузы:

— А что откладывать? Может быть, займёмся этим прямо сейчас. Только мне надо зайти на работу и предупредить, что меня пару часов не будет. Если у вас сегодня есть свободное время, мы могли бы прямиком направиться в магазин.

Я почувствовала себя какой-то совершенно безвольной, почти автоматически кивнула.

Мы вышли на улицу и пошли пешком. Он направлялся к серым воротам, через которые можно было попасть к его офису. Мы вошли, он поздоровался с какой-то женщиной, которая шла навстречу и, кажется, даже назвала его по имени и отчеству.

Затем мы остановились у солидного здания.

— Всего пару минут, — сказал он, и зашел внутрь.

Я осталась стоять у входа. Через несколько минут он вышел, и мы продолжили путь к ЦУМу.

Город вокруг был привычным, но внутри меня всё ещё оставалось ощущение, что я следую за его мыслями, а не своими собственными.

ЦУМ

Когда мы вошли в ЦУМ со стороны Петровки, я невольно затаила дыхание. Тяжелые стеклянные двери отсекли уличный шум, и я оказалась в пространстве, где время, казалось, текло по иным законам.

Первый этаж встретил меня оглушительным блеском и плотным, почти осязаемым ароматом дорогой жизни — смесью селективного парфюма, новой кожи и едва уловимого запаха свежесваренного кофе.

Это было царство аксессуаров, где каждый корнер — Chanel, Gucci, Dior — выглядел как отдельный алтарь. Сумки на подсвеченных стеклянных полках не казались вещами; они висели там как священные экспонаты, замершие в лучах точечных софитов. Я видела безупречную кожу, золотую фурнитуру и логотипы, которые для всего мира были синонимами власти, и чувствовала себя на этом празднике лишь случайным зрителем — бледным наброском на фоне ослепительного, жирного холста из золота и шелка.

Он мягко коснулся моего локтя, прерывая мое оцепенение:

— Ты здесь хозяйка, — его голос прозвучал уверенно и спокойно, заставляя меня вздрогнуть. — Выбирай, с какого бутика начнем. Нам нужно легкое пальто, брюки, юбка, пара верхов для микса и обязательно коктейльное платье. Туфли берем сейчас, а сумку Chanel оставим на десерт, это будет отдельный ритуал.

Мы начали подниматься выше. Эскалатор плавно уносил меня от суеты первого этажа к тишине бутиков одежды. Я стояла в центре сияющего атриума, и в голове набатом стучало: «Я — хозяйка». Словно он только что выписал мне рецепт на совершенно новую личность.

В Loro Piana тишина была почти монастырской, нарушаемой лишь тихим шелестом вешалок. В примерочной, которая по размеру превосходила мою спальню, я впервые коснулась того самого кашемира. Он не ощущался как ткань — он был как живое тепло. Когда я надела пальто цвета «грейж», по телу пробежала дрожь. Я привыкла к хрусту накрахмаленных халатов в клинике, а здесь одежда обняла меня так бережно, что я перестала чувствовать её вес.

Я вышла в зал. Он сидел в глубоком кресле и оценивающе прищурился.

— Слишком спокойно, — он едва заметно качнул головой. — Ты не должна просто «выглядеть хорошо». Ты должна захватывать пространство.

Второе пальто — летящий силуэт, безупречный крой. Я взглянула в зеркало и замерла. Это была я и не я , одновременно .

Консультант, женщина с лицом бесстрастным и мудрым, теперь почтительно склоняла голову, подавая мне следующую вещь. В её взгляде я видела признание.

Это почтение работало как зеркало, в котором я наконец увидела себя настоящую — дорогую, редкую, желанную.

Когда я надела коктейльное платье и встала на тонкие шпильки, мир вокруг будто уменьшился в размерах. Я проводила ладонью по шелку, и мне казалось, что это сама роскошь впитывается в мои поры. Я чувствовала себя центром этой вселенной. Весь этот мрамор, зеркальные галереи, вышколенный персонал — всё это вдруг стало моей естественной декорацией. Я была успешна, я была ослепительна, и этот мир действительно лежал у моих ног.

— Вот теперь я вижу хозяйку, — он встал, и в его взгляде я поймала ту самую искру восхищения. — Всё, решено. Мой водитель заедет через час, заберет покупки и отвезет ко мне. Мы же всё равно через пару дней выезжаем в Сочи от меня, нет смысла тебе таскать эти тяжести. Мне нужно срочно в офис.

До встречи? Нам нужно получше узнать друг друга перед этой поездкой.

Я кивнула, абсолютно ослепленная его жестом. Он поцеловал меня в висок и исчез за дверями.

Я вышла на Петровку, и весенний воздух показался мне пьянящим. У меня не было в руках пакетов, но я была переполнена — его вниманием и ощущением собственной ценности.

Спустя пятнадцать минут я уже спускалась в метро. Я стояла в вагоне, вцепившись в поручень, и смотрела на свое отражение в темном стекле. На мне была всё та же старая куртка, но взгляд... взгляд изменился. Я везла домой не одежду, а предвкушение. Я была счастлива. И,то гипнотическое влияние,которое он оказывал на меня,делало всё естественным и правильным.