Всё для вас, Босс! Высшая

Ракеш вдруг нахмурился: сам он принял свои чувства и был в них уверен, но ведь Лера никогда не говорила о любви! Что, если её сердце отдано не ему, а… Аджитту? Об этом Ракеш никогда не думал, но может, она злилась из-за того, что брат не искал её, может, именно поэтому оттолкнула? Червячок сомнения начал точить уверенность в себе, пока слабо, но достаточно ощутимо. Тонкие пальцы отстучали на руле незамысловатый мотив – стремление как можно скорее рассказать о находке брату угасало на глазах. Не стоит пока Аджитту знать, что Лера рядом. Хоть он и дал понять, что Игрушка ему не нужна, кто знает, как отреагирует на новость? Вдруг тоже захочет её найти, вдруг найдёт слова, которые не нашёл он сам, чтобы уговорить вернуться?

Бред! Ракеш замотал головой, прогоняя глупые мысли. Лера не раз говорила, что не хочет заключать с Аджиттом новый контракт, и он ни разу не усомнился в её словах. Так отчего теперь думает об этом? Нет, надо успокоиться и запастись терпением: Лера будет его, даже если весь мир, включая брата, отвернётся от них. Аджитт хотел, чтобы он открыл глаза и увидел её настоящую, а вышло с точностью до наоборот: Ракеш осознал свои чувства и теперь не мог отступить ни под каким видом!

***

Лийа дышала тяжело, громко, и этот звук был единственным в комнате. Кожа покрылась колкими мурашками, и разобрать страх это или же возбуждение было невозможно. Сейчас, распятая у стены, беззащитная, она уже не чувствовала той решимости, которую проявляла ещё полчаса назад. Действительно ли она хотела этого: отдать всю власть в чужие руки, покориться чужой воле, полностью довериться, не зная, что ждёт впереди? Запястья тянуло, ноги затекли – высокие каблуки придавали устойчивость, без них пришлось бы стоять на носочках. Хотелось свести колени, закрыться, однако приспособление, к которому приковал её Аджитт, было рассчитано как раз на то, чтобы оставаться максимально открытой и доступной. Лийа сглотнула и огляделась – он стоял где-то слева, за её спиной, и понять, чем именно он занят, не удавалось.

Хотелось спросить, что будет дальше, но Лийа не хотела показывать свою слабость. Не зря же она так настаивала, он сразу честно предупредил, что не стоит сюда лезть. Соски слегка покалывало, от холода они напряглись и слабо пульсировали – ещё одна мелочь в копилку неудобства. Аджитт появился перед ней бесшумно. Замер напротив, внимательно рассматривая, скользя по телу мучительно медленным взглядом, от которого Лийе показалось, что с неё, и так обнажённой, снимают кожу. Он снял рубашку, но остался в брюках, и желание прикоснуться к его груди стало практически нестерпимым. Лийа невольно поёрзала, пытаясь разогнать томление, разлившееся внизу живота. Она хотела его. Хотела его касаний, ощущения его горячей кожи, прикасающейся к её, его губ, но он продолжал молчать, глядя тяжёлым нечитаемым взглядом.

Потом поднял руку и положил на шею, нежно поглаживая большим пальцем горло. Ладонь поползла вниз, и по телу ворохом рассыпались мурашки. Лийа откинула голову назад и шумно задышала, когда его пальцы слегка потёрли сосок. Это была почти изысканная пытка – не иметь возможности дотронуться до него и плавиться под прикосновениями. Вторая рука заскользила по животу вниз, и сердце забилось быстрее, почти выскакивая из горла. Пальцы мягко надавили, заставляя разойтись повлажневшие складки, Лийа дёрнулась, застыла и в следующую секунду тихо застонала, когда его большой палец принялся описывать круги по клитору.

От копчика к ногам поплыли сладкие волны, низ живота потянуло, словно внутри вдруг вырос тяжёлый шар и теперь давил вниз. Аджитт удовлетворённо улыбнулся и вдруг отпрянул, скрылся из виду и вернулся с большим чёрным микрофоном. Лийа с опаской смотрела, как он подключает его к розетке, расположенной под её ногами, и когда он завибрировал, ей стало по-настоящему страшно. Но в следующую секунду позвоночник пронзила острая стрела наслаждения, заставив выгнуться и задрожать всем телом. Лийа застонала, закрывая глаза, не чувствуя ничего, кроме удовольствия, разливавшегося внизу живота. На лбу, висках и спине выступил пот, ремни на запястьях натянулись, когда она забилась в коротких судорогах стремительного, яркого оргазма. Снова стало тихо – Аджитт выключил аппарат и отошёл, глядя на расслабившееся тело.

– Не думай, что так будет всегда, – бархатным, вибрирующим голосом произнёс он. – Я всё ещё даю тебе шанс передумать и больше не возвращаться к этой теме.

Лийа открыла глаза, облизнула пересохшие губы, ловя его взгляд. Сейчас впору было смущённо попросить отвязать её и отпустить домой, и какая-то часть её молила об этом, но что-то удерживало, не давало отступить.

– Нет, – хрипло прошептала она, с вызовом глядя на Аджитта. – Я никуда сегодня не спешу. А ты?