скачать книгу бесплатно
Я недолго размышляла над тем, чтобы могли значить эти события. Сегодня была пятница, а значит, я шла петь в караоке.
У нас небольшой город. В нём одна школа, одна почта, один банк и один бар. На самом деле, конечно же, не один. Но именно «У Ронни» бьётся сердце нашего города. Его хозяйка, та самая Ронни, лучшая и единственная подруга моей мамы и их явно связывает какая-то тайная история, начавшаяся задолго до моего рождения. Ронни пахнет крепким виски, солью, перцем, чёрным хлебом и морозными яблоками. У неё есть взрослый сын, Лукас, который живёт в Портленде. Несколько раз в год Ронни закрывает свой бар и уезжает на недельку навестить его и тогда мы всё томимся и бродим как неприкаянные, не зная, где собраться.
По пятницам в баре собираются все. Отдыхают от напряжённой рабочей недели, опрокидывают пиво кружку за кружкой, перебрасываются новостями, общаются. А ещё поют караоке. Каждый может спеть песню, но только одну. Я всегда готовилась к пятнице заранее. Я хорошо пела, всегда выступала на школьных и городских концертах, но всё равно всегда волновалась перед вечером «у Ронни».
Фрэн тоже должна была выступать. Фрэн – девочка с золотыми волосами и голосом, как серебряные колокольчики, Фрэн – выпускница, самая популярная и красивая девушка нашего города, Фрэн – само дружелюбие и кротость. Фрэн – аромат сладкой росы, земляничного мыла и зимнего утра. Я ненавидела Фрэн и обожала.
Я была красива, но она была красивее. Я была остроумная, но она умела слушать. Я пела хорошо, но она пела как ангел.
Я всегда мысленно считала секунды, сколько хлопали ей и мне, и ей всегда хлопали на мгновение, но дольше. Я соревновалась с ней сколько себя помню, а она наверняка даже не знала этого. Она была на класс старше и в этом году окончила школу. Ей все сулили великолепное будущее. А ещё она встречалась с Нилом. Нил, сумасшедше красивый Нил, звезда, принц, герой. Я пришла в прошлом сентябре в одиннадцатый класс, и с первого дня влюбилась. Но Нил был занят, околдован своей белоснежной принцессой и не смотрел ни на кого, никогда.
На меня обращали внимание мальчики. Я перешла в старшую школу и вдруг поняла, что нравлюсь парням. С конца девятого класса меня провожал домой то Джим, то Саймон, а с Томми мы встречались три месяца и даже целовались, но никто никогда не нравился мне так, как Нил.
Он тоже должен был быть сегодня вечером в баре. Он всегда приходил слушать свою ненаглядную Фрэн.
Когда я вошла в помещение, все места были уже заняты. Моя всегдашняя соседка Уна этим летом вдруг резко влюбилась и теперь всё время проводила только с Томми. Тем самым, кстати, с которым мы целовались. Я вспомнила его слюнявые мягкие губы, пахнущее еловым одеколоном и мятной жвачкой дыхание, и передёрнулась. Мерзость. Бедная Уна. Мама и папа помахали мне рукой, подзывая за свой столик, но вероятность просидеть весь вечер с родителями вызывала зубную боль. Они будут весь вечер со всеми здороваться, перебрасываться скучными сплетнями, и я буду подыхать от тоски. Я всё-таки подошла и немного поболтала с ними, а потом сделала вид, что заметила друзей и направилась в противоположный конец бара. К кому бы подсесть?
–Ева! Иди к нам! – я оглянулась. Из-за углового столика мне приветливо махала Фрэн. Их там была целая компания – все старше меня, все окончили школу. Я подошла.
–Садись с нами, мы потеснимся. Какая-то девчонка со смехом влезла на колени к парню, на освободившийся стул усадили меня и сразу же подали бутылку колы. Я глотнула и подавилась: горло немедленно обожгло – в напиток явно было подмешано что-то покрепче. Я закашлялась, судорожно вдыхая воздух. Все засмеялись, множество рук немедленно похлопали меня по спине. С ними было весело, и неожиданно легко. Оказалось, Фрэн меня помнила по литературному кружку, а Нил слышал обо мне от Томми – они играли в одной команде по бейсболу – «только о тебе и говорил всю зиму, когда вы встречались, а потом ещё всю весну, когда ты его бросила!»
Меня быстро со всеми познакомили: Мартин, друг Нила, у него на коленях Энн, кудрявая хохотушка. Лиза, Генри – все куда-то поступили, все полны планов. Ещё был Ник – старший брат Нила, ему уже было 25, он окончил колледж и работал в банке у отца. Он показался мне ужасно старым и хмурым, пропитанным дымом и тенью, и с ним была невеста – скромная красивая девушка, Элли Хайд, дочка старого нотариуса, сестра того самого Оливера Хайда, которому я давеча нагрубила. Элли ни капли не походила на своего заносчивого старшего братца. За весь вечер она не сказала ни слова и казалось, просто блёкла в тени огромного Ника.
Бутылки с «Колой» ходили по кругу, в баре уже начали петь, но впервые меня интересовала не сцена, а то, что вокруг неё. Алкоголь ударил в голову и я, осмелев, начала комментировать посетителей. У меня всегда был едкое чувство юмора, но в этот вечер я была в ударе. Компания покатывалась со смеху, слушая мои колкие замечания. Доставалось всем: моим собственным родителям, влюблённым парочкам, выступающим, даже самой Ронни.
Рассказывая очередную байку, я увлеклась и не сразу заметила, что все замолчали, а когда заметила, то сразу почувствовала, что за моей спиной кто-то стоит.
Ронни.
Она протянула руку к Энн, та безропотно отдала ей бутылку. Ронни открутила крышечку, понюхала содержимое.
–Пахнет украденным в отцовском баре виски и домашним арестом.
Все опустили глаза в стол, я боялась повернуть голову.
Нил попробовал вступиться:
–Ронни, мы не затевали ничего плохого. И нам уже есть 18. В Европе нам бы уже продавали алкоголь!
–Вам – да. А вот этой юной леди – дочке нашего шерифа, если вы забыли, напомню, что он с женой сидит вон за тем столиком – ей – 16 и даже в Европе у неё без шансов.
–Мне 17, буркнула я, глядя исподлобья.
–Ах точно, 17, всего-то месяц назад исполнилось. Ну-ка, немедленно брысь отсюда домой. Я не потерплю пьяных малолеток у себя дома.
–Но Ронни!
–Мне пожаловаться твоему отцу? Или, может, Роберту Голду?
–Я ещё не пела!
–Зато уже пила! Мне всех разогнать, чтобы получше дошло?
Такого бы мне никогда не простили. Я закрыла рот и уныло выбралась из-за стола.
–Кто из вас, героев, проведёт её домой? – Тон Ронни не подразумевал отказа, но явно никому не хотелось меня провожать и пропускать всё веселье.
Ник встал из-за стола.
–Я проведу её. Элли, подождёшь меня? Я скоро вернусь.
Неожиданно Фрэн тоже поднялась.
–Если Ева не будет петь сегодня, то и я не буду. Я с вами, ребят, закинете и меня домой. – Нил начал было вставать, но Фрэн его остановила. – Не надо, всё в порядке. Побудь с ребятами, встретимся завтра утром.
Самой несвязанной на свете компанией мы шли по тёмной улице. Ещё утром я знать никого не знала из этих ребят, а Фрэн так вообще недолюбливала, а сейчас она из-за меня отказалась выступать – всё чудесатее и чудесатее, как сказала бы Алиса. Ник вообще был взрослым – меня смущала его серьёзность и мрачность, он был совсем непохож на своего солнечного брата, а был его чёрным отражением. Я была рада, что мне не приходится идти с ним один на один.
–Кого сначала отведём?
–Меня. – быстро выпалила я. Если мы сначала заведём Фрэн, то ещё полчаса мне придётся провести одной в компании Ника.
– Мне лучше быть дома пораньше, на случай, если родители вернутся и решат проверить мою постель.
Ник молча кивнул, и они с Фрэн довели меня до дома. Пока я поднималась по лестнице в комнату, моя голова кружилась и, добравшись до кровати, я рухнула в неё и уснула раньше, чем коснулась подушки.
Глава 4. Первый поворот
Утро было недобрым. Я проснулась рано оттого, что жутко, мучительно хотелось пить. Во рту как будто сдох табун ежей, горло саднило, в висках стучало. На цыпочках я прокралась в ванную и стала жадно хлебать воду прямо из-под крана.
–Сон алкоголика крепкий, но недолгий?
Я подпрыгнула от испуга.
–Папа! Ты меня напугал!
–Так и было задумано. Что, голова болит, небось?
Я жалобно кивнула.
–Это, дочка, называется похмелье – утренний результат воздействия паров алкоголя на организм.
–Не говори маме.
–Ты заслуживаешь нотации.
–Но можно её прочитаешь ты?
Папа кивнул.
–На первый раз – да. Чисти зубы и спускайся. Я сделаю тебе кофе.
Кофе был отвратительно крепким и горьким и смешавшись с остаточным ароматом мятной зубной пасты во рту у меня получилась такая гадость, что я еле успела добежать до раковины и выплюнуть это адское пойло.
–Фу!
–Пей маленькими глотками и рассказывай, что это вчера была за компания.
–Ронни нажаловалась?
–Нет. А было на что?
–Нет! Но как ты тогда догадался…– я осеклась, но он продолжил фразу за меня.
–Что ты пила? Но это ведь было очевидно. Я знал, что в бутылки с газировкой подмешан алкоголь. Этот трюк молодёжь осваивает на генетическом уровне. Я давно знаю, что они не просто так сидят и слушают музыку.
–И не вмешиваешься? Ты же шериф!
Он пожал плечами.
–Ну, вмешаюсь я. И что? В следующий раз все пойдут пить в другое место и неизвестно что ещё может случиться, а здесь все на виду и под присмотром взрослых. Пить тоже надо учиться. Но мне не нравится, что в этом оказалась замешана ты.
– Пап, они хорошие ребята!
–Да. Но взрослые.
–Всего-то год разницы!
–В твоём случае год значит, что ты осенью пойдёшь в школу, а они уедут в колледж.
–Ну папа! Не будь таким старым!
Он потёр руками лицо и вздохнул:
–Поневоле станешь здесь старым. Ты собираешься видеться с ними ещё?
–Не знаю. После того, что Ронни вчера устроила, не уверена, что увижу хоть кого-нибудь из них.
***
Однако я ошибалась. Этим же днём в лавку Голда заглянули два необычных посетителя: Фрэн и Нил. Я ошарашенно поздоровалась с ними, а они с интересом оглядывались вокруг.
–Ну и местечко!
–Никогда здесь не была!
–Серьёзно, ни разу?
–Ты что, Ева, мы все до усрачки боимся мистера Голда. Невероятно, как ты у него работаешь.
–Нуу, на самом деле он же не такой, каким кажется…
–Такой, такой. Даже мой папа его боится, клянусь, а он же банкир как-никак.
Фрэн подошла к книжным шкафам.
–Столько книг…Ты читала их все?
Я рассмеялась.
–Нет, конечно же, нет.
–Но многие?
–Многие.
–Посоветуй мне что-нибудь.
–Что? Фрэн, я же не специалист и я совсем не знаю твои вкусы!
Она неожиданно криво усмехнулась.
–Да я и сама не знаю свои вкусы. Посоветуй мне что-нибудь, Ева. Пожалуйста.
Я растерянно оглянулась в сторону кабинета Голда, но он не пришёл мне на помощь. Я смутно ощущала, что не должна, ни в коем случае не должна выбирать для Фрэн книгу, но, как обычно, затолкала свою интуицию подальше. Какого чёрта? Я же не хозяин и его колдовские привороты, я просто дам ей что-нибудь почитать, что-нибудь первое попавшееся. В глаза бросился синий корешок: «Маленькая хозяйка большого дома». Я не любила эту книгу, меня всегда бесила героиня, но руки сами потянулись и вытащили небольшой томик.
–Держи. Джек Лондон.
Фрэн прижала книгу к груди.
–Я беру. Сколько?
Вся эта ситуация начинала меня нервировать. Фрэн и Нил, вторгшиеся в моё пространство и смущающие меня, книга, которую я явно не должна была продавать – всё моё естество кричало об этом, молчание мистера Голда – хотя он тут, рядом и он всегда знает, когда кто-то приходит…
–15 баксов.
Фрэн расплатилась, и они с Нилом ушли, уходя, Нил позвал меня вечером на пирс, и я открыла рот, чтобы отказаться, но почему-то согласилась.
Дверь за ними закрылась, но я осталась в помещении не одна. Я повернулась и, скрывая беспокойство, прямо посмотрела в глаза Роберту Голду.
–Ты дала ей книгу.
–Но, мистер Голд, я же и должна продавать людям книги…
–Да. Если они им нужны.
–Ну а если они не могут определиться? Что в этом такого, она попросила, я ей помогла. В конце концов, это же всего лишь книга. И я заработала нам 15 долларов.
Голд смерил меня тяжёлым взглядом.