Измена. Вернуть жену любой ценой

— Всё в порядке, папа. Главное, что тебе лучше. А я приехала сказать тебе, что Дамир…

— Эвелина, скажи мужу, чтобы он прекращал, — говорит отец с мягкой улыбкой. — Ты знаешь, что он меня направляет в клинику, где суточное пребывание больше моей пенсии?

— Да, знаю. Он сказал, что оплатит лучшего врача, — я не думала честно, что муж так быстро отреагирует.

Но Дамир не мог иначе.

Он знает, как для меня важно здоровье папы.

Волны спокойствия пронизывают мои расшатанные нервы. Тревожность отступает. Так меня поддерживать может только Дауров. Никто другой.

— Вова мой ненаглядный! Ты где? Ну-ка, сумки возьми, жена пришла! — вдруг раздается шумный возглас из коридора.

Я смотрю на отца, весь мой взгляд говорит, что сумки ему сейчас таскать точно нельзя.

— Эва, спасибо скажи мужу. Но не нужно так тратиться. Проще операцию сделать, чем лежать в стационаре за такие бабки! — восклицает отец.

— Пап, все нормально. Врачи там отличные, решат вопрос и об операции, если нужно…

Но едва мы начинаем разговаривать, как в комнату заходит Галина.

Мачеха скрещивает руки на груди и смотрит на меня с открытым недовольством.

— Вова, а почему ты не сказал, что Она здесь?

— Я только пришла. Что значит «Она», м? — спрашиваю у мачехи, так как та на меня волком смотрит.

— То и значит, Эвелина! Пойдем, поговорим. Вова, прими лекарство и ложись отдыхать! — она говорит с ним в таком бесящем приказном тоне, словно отец ее карманный песик, а не любимый муж!

Мы с мачехой выходим из гостиной, оставив отца.

Думаю, что сейчас сразу же подниму вопрос о ключах от квартиры мамы, но Галина не дает мне и шагу ступить. Она встает в коридоре, недовольно уперев руки в бока.

— Эва, ты что творишь? Ты зачем мужа своего натравила на нас? — её голос резкий, наполненный раздражением.

— Что? — я моргаю, не понимая, о чём она говорит.

— Поглядите на нее! Святая простота! Что творит твой Дауров? Какого черта он лезет к Володе со своей помощью?! — она размахивает руками, жестикулируя перед моим лицом. — Он нашёл какого-то врача, сказал, что твоего отца нужно положить в какую-то там клинику. Кто его просил вмешиваться, скажи ты мне, Эва? КТО?!

— Я просила, — твёрдо отвечаю Галине. — Отец нуждается в лечении. Эти врачи и клиника действительно лучшие.

— Не вам с мужем решать, что моему Вове делать и куда ложиться! — она сжимает губы.

— А что же ему, ждать, когда ты распродашь все квартиры, когда он заработает для тебя еще денег, а потом только думать о своем здоровье?! — с вызовом выговариваю.

Говорить нормально с ней не получается, скандал давно назревал.

Галина смотрит, прищурившись, словно пытаясь показать всю ненависть ко мне, которую копила годами.

Я же буквально закипаю от гнева, мне настолько плохо от осознания, что эта женщина разрушила тлеющий брак моего отца и мамы. Я никогда не злилась на Галину, но в душе понимала, что их роман с отцом стал триггерным пусковым крючком. Теперь мамы нет, а Галина вьет веревки из отца, прикрывая все любовью…

— Может, пусть он лучше вашей семьёй займётся? А то, говорят, у него есть кое-какие тайны от тебя.

Я чувствую, как внутри что-то неприятно сжимается. Галина всегда умела жалить словами, но сейчас…

— Это ты к чему? Не знаешь, как перевести тему? — спрашиваю тихо.

Она усмехается.

— Эвелина, я давно тебе говорила, что с этим богатеем нужно держать ухо востро. А ты влюбилась в него, как кошка мартовская! Это просто слухи, конечно. Но ты ведь сама знаешь, что твой муж не самый честный человек.

Внутри мне поднимается волна злости, но я не поддаюсь. Галина всегда завидовала нашему достатку, нашему браку. Я не дам ей испортить мое мнение о Дамире.

— Откуда тебе знать сплетни о Даурове? У вас один круг общения? Нет! Поэтому, займись лучше отцом, — спокойно говорю я. — И поверь, Дамир не тот человек, кому можно приписать тайны. Он всегда делает то, что считает нужным. Соглашайся на помощь. И отца не настраивай против нас!

Галина фыркает, но я уже не слушаю её. Обхожу ее и направляюсь к отцу, в комнату. Он должен понимать, что лечение ему нужно! И Дамир все делает от души, чтобы помочь мне, нам…

— Так! Стой, Эва! А платить кто будет потом? Вот сейчас Дауров твой бросит тебя и что? И мы с Володей будем за тебя отдуваться? Ты же к нам придешь, тебе даже идти некуда! Глупая девчонка! — по-матерински укоряет.

Но Галина меня никогда не любила, на давала тепла. И сейчас видна лишь фальшь.

— Займись здоровьем отца. Слышишь? Мы спорим не о чем! — шиплю ей.

И та сдается. Вынуждено соглашается принять помощь.

— Эвка, ты всегда такой был! Ты… Настырная! Хорошо, пусть Вова бросает бизнес свой, ложиться в клинику. А потом?

— Разберемся. Работники также будут работать, а он – вылечится. Или тебе не нужен здоровый муж?

— Нужен. Я люблю Вову. И тебя люблю, взбалмошная девчонка, — тускло улыбается.

Я быстро прощаюсь с отцом, уточняю кое-какие моменты относительно документов, его лечения и ухожу, так и не вспомнив о ключах от квартиры моей мамы.

Сажусь в машину, и смотрю в телефон. Только здесь понимаю, что забыла о ключах напрочь.

Мобильный оживает в руках, стоит лишь достать его из сумки. За время пока была у отца мне пришло несколько сообщений от Дамира, коротких:

«Ты где?»

«Когда будешь дома?»

«Перезвони мне. Я сегодня задержусь на ужине у матери. Мы вчера об этом говорили.»

Я вздыхаю, набираю ответ, что сейчас собираюсь ехать по договоренности к заказчику, и это всего на час. Муж отвечает сухое «Окей, до вечера. Постараюсь приехать раньше» и это значит, что он снова недоволен.

Я только выдыхаю, убирая телефон в сумку.

В голове вдруг стреляет мысль о ключах. Я открываю дверь авто и выхожу, направляясь к дому отца.

Холодный воздух сразу пробирается под распахнутое пальто, пока я быстрым шагом пересекаю двор, направляясь к подъезду.

В голове еще пульсируют неприятные слова Галины, но я отмахиваюсь от них, не желая портить себе настроение её намёками.

Ключи я заберу. Я хочу осмотреть квартиру мамы и, возможно, выплатить отцу его долю, а память о маме оставить себе. Как мы и хотели с Дамиром.

Впереди меня маячит какой-то высокий силуэт, невольно привлекая мое внимание.

Я поднимаю глаза от экрана мобильного, и вдруг замечаю её.

На дорожке, ведущей к дому, стоит девушка. Длинные волосы, идеально уложенные в легкие волны, безупречный макияж и пронзительный, оценивающий взгляд.

Я узнаю её сразу. Та самая беременная девушка из клиники. С такой же фамилией, как у меня. Девушка, которая смело заявляет, что беременна от женатого мужчины.

Неприятный озноб коробит мои руки и ноги. Что она делает возле дома моего отца?

Глава 7

Эвелина

Незнакомка, с которой мы виделись в клинике хищно улыбается, едва завидев меня.

Сомнений нет. Она тоже меня узнала.

Девушка с огромным беременным животом идет прямо ко мне. Отчетливо вижу, как её губы растягиваются в чуть насмешливую улыбку.

— О, что это мы с вами так часто встречаемся? — лениво тянет она, делая еще несколько шагов в мою сторону.

Я не отвечаю. Вблизи она выглядит еще эффектнее. В объем вязаном платье, подчеркивающем живот. На плечах элегантное кашемировое пальто, хотя на улице уже очень холодно… в руках миниатюрная сумка — явно дорогая, из новой коллекции известного бренда.

— Ну что ж вы молчите? Я вас узнала. Такую яркую блондинку трудно забыть, — девушка склонила голову набок, изучая меня, будто развлекается. — Хотя, наверное, нам и правда не о чем говорить. У вас своя жизнь, у меня своя…

Она изящно качает бедром, на лице появляется лукавая ухмылка.

Раздражает.

Я пытаюсь зайти в подъезд, но она идет со мной нога в ногу.

— Вы разве меня не помните? Я с вами разоткровенничалась в больнице , — продолжает она с притворным вздохом.

— Помню. И что? — выдаю ей в ответ.

Она улыбается довольно.

— Как вам сумка? Два миллиона, между прочим. Настоящий Hermes, — крутит сумкой передо мной.

— Вычурно. И… коллекция прошлогодняя. Она уже не стоит два миллиона, — отвечаю.

У меня нет таких вещей в гардеробе.

Я, видимо, так и не смогла перестать быть простой девушкой, несмотря на брак с Дауровым, меня не испортили его деньги. И сейчас это чувствуется.

— Да? — поднимает брови незнакомка. — Ладно, проверим. Не обманул меня ли меня мой зайчик родной! – это она про чужого мужа, так я понимаю ее намек сразу. — Вот видите, есть, конечно, и плюсы, когда встречаешься с богатым женатиком.

Мои пальцы невольно сжимаются в кулак.

— А вам муж дарит подарки? Сумочка у вас какая, м? — добавляет она, слегка приподнимая свою сумочку, явно подчеркивая её цену.

Я фыркаю, заставляя себя сохранять внешнее спокойствие, хотя внутри всё взрывается от раздражения.

— Советую вам лучше следить за своим мужчиной, если он вообще Ваш, — резко обрываю я её, сделав шаг в сторону машины.

Она прищуривается, улыбка плавно исчезает. Ее красивое личико только становится ещё более ядовитой физиономией.

— Меня зовут Инна, — вдруг говорит она, будто просто так, ни к чему.

Я молча ухожу к машине. Не собираюсь стоять с ней, выслушивать. Да и мысли о маминой квартире окончательно спутались. Я и хочу туда ехать и нет…

И вдруг она разворачивается и направляется к подъезду. К тому самому, из которого я только что вышла.

Я замираю на секунду, чувствуя, как что-то холодное прокатывается по позвоночнику.

Инна… живёт здесь?

По ее накинутому на плечи пальто я сразу поняла, что она пришла к кому-то в этом доме. Подъездная дверь закрывается, через окна не видно, на каком этаже она выходит.

Я вцепляюсь в ручку двери машины, сжав её так сильно, что белеют пальцы.

Ее фамилия Даурова, как она сказала. И она нарочно приклеилась ко мне, как жвачка.

Тугие путы парализуют мои мысли, я думаю о ней и моем муже.

Слишком уж много совпадений.

Мне кажется бредом то, что рождается в моем воспаленном сомнениями рассудке.

Галина говорила, что у Дамира есть тайны. А что, если эта девушка одна из них?