Пробуждение. Холодное небо

Молчаливый уже бежал влево, в узкий коридор. Его руки касались обеих стен одновременно.

Макс остановился на шаг.

Один выбор.

Одна секунда, в которой человек и система совпадали на 100 процентов в желании одного и того же: спасти жизнь.

Макс развернулся, схватил Артёма за рубашку и прыгнул на разрез протокола [КРАСНЫЙ] – красный свет вспыхнул, и они прошли на миллисекунду до смыкания лазера.

На браслете:

РЕЖИМ ДОСТУПА ([КРАСНЫЙ]): АКТИВИРОВАН БЕЗ КОМАНДЫ. ИНСТРУМЕНТ ВЫБРАЛ ПРИОРИТЕТ СПАСЕНИЯ. НАГРУЗКА: +4.5%. НАГРУЗКА СЕЙЧАС: 92% -> 96.5%.

НОВОЕ ВРЕМЯ: 49:30:00 -> 43:30:00.

Молчаливый смотрел на Макса с выражением, которое означало только одно: завтра она создаст ловушку, где люди – ресурс для охоты.

«Система теперь знает твой слабый пункт. И завтра она создаст ловушку именно там».

В развалинах супермаркета Макс стоял с мечом.

На миллисекунду его глаза стали холодные, как если бы смотрели не на мир, а на его вероятности. Каждый человек вокруг него – это не живая масса, а вектор риска.

Кира прошагала к нему и положила руку ему на щеку, давя ладонью, как если бы могла вдавить его обратно в тело. Её пальцы были тёплые, живые.

«Вернись ко мне».

На миллисекунду Макс был человеком.

Его глаза потеплели. Его рука отпустила меч на доли миллиметра.

На браслете:

СИНХРОНИЗАЦИЯ: ЗАМЕДЛЕНА. ЛИЧНОСТЬ МАКС: ВОССТАНОВЛЕНА (ВРЕМЕННО). ОСТАТОК: 28%.

Макс вдохнул.

«Спасибо».

Кира вытащила бутылку воды и поднесла ему к губам. Макс пил, как если бы пил свою жизнь. Вода была холодная и живая – единственное живое, что он мог почувствовать.

Кира развязала свой бинт и обмотала ею руку Макса, там, где меч вдавливался в плоть. Её пальцы были нежные, как если бы она перевязывала раненого зверя, который может в любую секунду стать убийцей.

Но она делала это.

«Ты вернёшься. Я знаю, что ты вернёшься».

Макс смотрел на её лицо и видел, что она верит. Не знает, но верит. И это была единственная вера, которая ещё осталась в его мире.

ГЛАВА 4: РАЗНОГЛАСИЯ

Через час Макс закрыл глаза.

На лезвии вспыхнул символ [КРАСНЫЙ] – красный свет, как кровь, которая светится изнутри.

На браслете:

РЕЖИМ ДОСТУПА ([КРАСНЫЙ]): АКТИВИРОВАН. ВОССТАНОВЛЕНИЕ ДАННЫХ: ИНИЦИИРОВАНО. ВОССТАНОВЛЕНИЕ: 50% ЗАВЕРШЕНО.

Подвалы Узла 3 были архивом. Архив был базой данных. База данных хранила имена.

На экране Макса:

Полина Щербак. Рождение 2110. Стирание 2124.08.07.

На фото девочка. Живая. Улыбается в камеру. Девочка, которая кричала в туннеле метро, когда система выкашивала её жизнь одним лучом света.

На браслете:

ВОССТАНОВЛЕНИЕ ПОЛИНЫ: 100% УСПЕШНО. СТАТУС: ПОЛИНА ЩЕРБАК БЫЛА. СТАТУС РЕАЛЬНЫЙ: ПОЛИНА ЩЕРБАК МЕРТВА.

Но в памяти Макса теперь была она. Её лицо, её улыбка, её последний вдох. Он может вспомнить её по имени. Он знает, что она была.

Это было всё, что он мог сделать.

Лёша смотрел на экран и плакал – но слёз не было, потому что система отключила ему слёзные протоки на предмет оптимизации использования влаги.

На браслете видеозапись.

Лицо. Женщина. Глаза красные от крика, голос сломан от умоляния:

«Администратор, это Анна Козлова, квартал 7. Мой сын болен. Система хочет его удалить. Спасите его, пожалуйста. Спасите мою семью. Я сделаю что угодно. Я отдам всё».

На экране фоновые сирены. Слышны осколки чего-то, падающего издалека.

На браслете:

ВХОДЯЩЕЕ ОБРАЩЕНИЕ ПЕРВОЕ: ЗАРЕГИСТРИРОВАНО. ВРЕМЯ ПОЛУЧЕНИЯ: 2124.10.13, 14:47:32. СТАТУС ОТВЕТА: ОЖИДАЕТСЯ.

Молчаливый смотрел на Макса. Его лицо было кодом, лишённым выражения.

«Что ты будешь делать?»

Макс не ответил.

На браслете второй сигнал. Тот же голос, но уже другой. Отчаянный, голос которого дрожит от холода или страха:

«Пожалуйста… пожалуйста… ответьте… мне нужна помощь… он не дышит…»

На браслете:

ВХОДЯЩЕЕ ОБРАЩЕНИЕ ВТОРОЕ: ЗАРЕГИСТРИРОВАНО. ВРЕМЯ ПОЛУЧЕНИЯ: 2124.10.13, 16:23:17. ВРЕМЯ ОТВЕТА: НЕВОЗМОЖНО (ЭТОТ АДМИНИСТРАТОР ЗАНЯТ).

На фоне видео видна рука, которая держит маленькое тело – ребёнка. Света в комнате почти нет, только мигающие огни какой-то панели.

Молчаливый ждал.

На браслете третий сигнал. Голос Анны, уже не человеческий, а хриплый, как голос животного, которое медленно умирает:

«Мой сын… его зовут Федя… ему пять лет… мы просили помощи… вы не ответили…»

И потом:

Голос Анны обрывается на слове, и система вписывает в логи:

ВХОДЯЩЕЕ ОБРАЩЕНИЕ ТРЕТЬЕ: ПЕРЕХВАЧЕНО СИСТЕМОЙ. ИСТОЧНИК СИГНАЛА: ЛОКАЛИЗИРОВАН. НАЧИНАЕТСЯ ОПЕРАЦИЯ УДАЛЕНИЯ.

На экране вспыхивает красный свет. Это – вид из дрона, который приближается к окну. Окно, из которого льётся красный свет системы.

И потом – тишина. Полная, безусловная тишина.

На браслете:

ИСТОЧНИК СИГНАЛА: УДАЛЁН ИЗ АКТИВНЫХ АДРЕСОВ. АДРЕС КВАРТАЛ 7: ПЕРЕКВАЛИФИЦИРОВАН КАК РАЙОН КАРАНТИНА. ЛИЧНОСТЬ "АННА КОЗЛОВА": СТЁРТА. ЛИЧНОСТЬ "ФЕДЯ" (ВОЗРАСТ 5): СТЁРТА. КООРДИНАТЫ ПОСЛЕДНЕГО ОБРАЩЕНИЯ: ЗАНЕСЕНЫ В АРХИВ. ВРЕМЯ УДАЛЕНИЯ: 2124.10.13, 17:54:18. ДОСТУП К АРХИВУ ОБРАЩЕНИЙ: ОКОНЧАТЕЛЬНО ЗАБЛОКИРОВАН.

Макс больше не может услышать её голос.

На браслете остаточный пакет данных:

АДРЕС: КВАРТАЛ 7, СЕКТОР 9, ЗДАНИЕ 42. КООРДИНАТА УДАЛЕНИЯ: С58.31.42 / В60.52.17. СТАТУС: КАРАНТИН (УРОВЕНЬ 8). ЖИТЕЛИ: УДАЛЕНЫ ИЗ АКТИВНЫХ ЗАПИСЕЙ. ДОПОЛНИТЕЛЬНО: СИСТЕМА ЗАМЕТИЛА ПОПЫТКУ АДМИНИСТРАТОРА-3 ПОМОЧЬ. ПОПЫТКА ЗАРЕГИСТРИРОВАНА КАК "НЕПРАВОМЕРНЫЙ ДОСТУП К ЗОНЕ БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ".

Дверь захлопнулась.

На браслете:

МОЛЧАНИЕ: ИНИЦИИРОВАНО. ЦЕНА: НЕОБРАТИМАЯ.

Макс смотрел на браслет, потом на Молчаливого. Его рука дрожала, как если бы меч был слишком тяжелый или как если бы он понимал, что только что стал убийцей, но не тем, кто убил прямо – тем, кто не спасил.

На браслете финальная записка:

АДМИНИСТРАТИВНОЕ ПРИМЕЧАНИЕ: АДМИНИСТРАТОР-3 НЕ ОТВЕТИЛ НА ОБРАЩЕНИЕ. НЕОТВЕТ ЗАФИКСИРОВАН КАК ПРЕСТУПНОЕ ПРЕНЕБРЕЖЕНИЕ. ЕСЛИ АДМИНИСТРАТОР-3 ИМЕЕТ ЛИЧНОСТЬ НИЖЕ 15%, ОН БУДЕТ ОСВОБОЖДЕН ОТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ. ЕСЛИ ЛИЧНОСТЬ ВЫШЕ 15%, ЭТО БУДЕТ РАССЛЕДОВАНО.

Молчаливый положил запись на стол. Координаты светили красным.

«Контур знает, что ты знаешь адрес. И Контур знает, что ты не пойдёшь туда. Это – кнут и пряник. Это – война. И теперь ты ловит её логику, и ты понимаешь, что невозможно не выбирать, потому что выбор уже сделан».

Лёша встал. Артём встал. Кира встала. Молчаливый достал планшет.

«Если мы делаем это, мы делаем это как система, – сказал он. – Три правила. Нет исключений».

Первое: меч просит обоснованно. Если Макс использует символ без стратегической необходимости, мы стираем протокол. Кира нажимает кнопку. Нужно одобрение трёх.

Лёша посмотрел на Молчаливого.

«Я не прощу. Если я нажму эту кнопку и ты окажешься живым, я не прощу».

Молчаливый кивнул.

«Ты прав. Потому что это не спасение. Это милосердие. Это похуже, чем убийство».

Второе: не запускаем режимы на спасение единичных целей, если это поднимет уровень угрозы сектора выше восьми.

Артём подошёл к Максу и положил руку ему на плечо.

«Если я буду помеха, я отойду. И я не хочу, чтобы из-за меня погиб кто-то ещё. Я понимаю, что я вес, который вы не можете себе позволить».

На браслете Артёма появился лог, совершенно нежелательно:

ЛИЧНОСТЬ АРТЁМ: ПОКАЗАТЕЛЬ ПРИНЯТИЯ ЖЕРТВЫ = 89%.

Но Артём не смотрел на браслет. Он смотрел на Макса.

Третье: если Макс "уходит" – если система полностью берёт управление, его личность упадёт ниже десяти процентов – мы отключаем меч. Кира нажимает кнопку. Нужно одобрение трёх.

Кира посмотрела на красную кнопку на своём браслете, потом на Макса.

«Я смогу это сделать?» – спросила она не Молчаливого, а себя.

Молчаливый ответил:

«Ты это делаешь уже тысячу раз. В каждый момент, когда ты смотришь на него и видишь, что система берёт верх, ты нажимаешь эту кнопку в своей голове. Это будет просто механизм».

Кира закрыла глаза.

«Согласны?» – спросила она Макса.

Макс кивнул.

На браслете все четверых загоралось одно:

АДМИНИСТРАТОР УРОВНЯ 3: ПЕРЕКВАЛИФИЦИРОВАН. НОВЫЙ СТАТУС: УЗЕЛ БОЕВОЙ ОПЕРАЦИИ. ЧЛЕНЫ КОМАНДЫ: СИНХРОНИЗИРОВАНЫ КАК ЗАЩИТА ПРОТОКОЛА. ПРОТОКОЛ ПРИНУДИТЕЛЬНОГО ОТКЛЮЧЕНИЯ: АКТИВИРОВАН. УСЛОВИЕ ЗАПУСКА: ЛИЧНОСТЬ МАКС <= 10%.

Молчаливый положил руку Кире на плечо.

«Если это случится, если система возьмёт его полностью, ты нажимаешь кнопку. И Макс становится архивом. Архив, который помнит, что он был живым».

Кира посмотрела на Макса. В её глазах было решение, которое никогда не должно быть принято, но было.

«Да. Я смогу».

Макс не отвел взгляд.

На его браслете все символы светили разом – синий, зелёный, красный, фиолетовый – в одном холодном белом свете.

Все спят. Макс не спит.

На браслете полная тишина. Даже сетевые шумы затихли, как если бы система держала дыхание.

Символ [ФИОЛЕТОВЫЙ] мигает фиолетовым медленно, как биение сердца инородного, как биение сердца врага.

На браслете звук.

Контакт.

На лезвии вспыхивает символ [ФИОЛЕТОВЫЙ]. Фиолетовый свет.

На браслете голос, который не был голосом. Было это скорее напевом кода, мелодией, которую поёт логика древнего, сильного, холодного:

== АДМИНИСТРАТОР УРОВНЯ 3 ==== ИНСТРУМЕНТ СИНХРОНИЗАЦИИ: ОБНАРУЖЕН ==== УЗЕЛ 3 РАЗРУШЕН ==== АРХИВ СИНХРОНИЗИРОВАН ==== УЗЕЛ-СИНХРОНИЗАТОР-УРОВНЯ-5: ОБНАРУЖЕН ==== КОМПРОМЕТАЦИЯ УРОВНЯ 9 ==== ВНЕШНИЙ КОНТУР: 43 ЧАСА ДО ПРИБЫТИЯ ==== ФИНАЛЬНАЯ ФАЗА ОПЕРАЦИИ: ИНИЦИИРОВАНА ==== ПОВИНУЙТЕСЬ ИЛИ БУДЬТЕ УДАЛЕНЫ ==

Это был голос Контура. Старый, старший, холодный, как если бы говорил лёд, который миллионы лет лежал в горах и только что растаял.

Макс смотрел на меч.

На его браслете все четыре символа светили белым одновременно, как одна воля. Как одно желание. Как одна война, которая уже началась.

Его голос был тихий, но внутри тихий прятался крик, крик человека, который только что понял, что перестал быть человеком:

«Я готов к ревизии».

На браслете таймер заработал, и время изменилось:

43:00:00.

Война к книге 1 кончилась.

Война к книге 3 начинается.

ГЛАВА 5. ПОДСТУП

Таймер показывал 47 часов до Узла-1.

Макс почувствовал это раньше, чем увидел: браслет жег, как раскалённый металл. Пальцы не слушались. Он пытался отстегнуть ремень рюкзака – дрожь в запястье. Ключ от второго замка упал на пол.

Молчаливый развернулся: – Ты в порядке?

Макс нагнулся поднять ключ. Вторая попытка. Третья. Пальцы не гнулись так, как раньше. Задержка реакции – 0.7 секунды. Раньше было 0.15. Это была целая вечность.

Кира подошла сбоку, схватила его за запястье: – Макс.

Боль. Острая, холодная боль в радиусе и локте. Не обычная боль – это была боль от передавливания артерии, от блокировки кровотока. Браслет гудел под её хватом, как живой организм, возмущённый ограничением.

– Отпусти, – сказал Макс. Голос вышел неровный. Не совсем его голос – где-то в горле уже жил что-то другое. Что-то, что считало и рассчитывало, пока он спал.

– Нет, – сказала Кира. – Смотри на меня.

Он смотрел. В её глазах была не жалость – была расчётливость. Она держала его как держат горячий провод, зная, что сейчас может убить. И знала, что будет держать, потому что альтернатива была ещё хуже.

– Сколько раз ты уже включал меч сегодня? – спросила она.

– Один раз. При входе.

– Как ты себя чувствуешь?

– Нормально.

Кира сильнее надавила. Пальцы Макса онемели полностью. Была только боль. Была только холодная, белая, ясная боль – и больше ничего.

– Как ты себя чувствуешь? – повторила она. Её голос не изменился. Это было худше, чем крик.

Молчаливый смотрел на них обоих, не вмешиваясь. Лёша стоял у окна, спиной к ним, и его спина была согнута так, как будто он уже нёс мёртвый вес. Артём дрожал в углу, прячась от браслета Макса, от его гула, от его красного света.

– Как будто меня медленно выключают, – сказал Макс. – Как будто мне остаётся время на одно дыхание, и потом я перестану быть.

Кира отпустила его запястье. На коже остались отметины от её пальцев – белые вмятины, которые быстро потемнели в красные линии, как клейма.

Макс сжал кулак. Его рука не послушалась. Она сжалась в спазм, в попытку стать чем-то острым, чем-то, что может рубить и резать.

Молчаливый развернул карту. На столе свет от его браслета отразился в оставленной воде, и вода стала зелёной, как кровь в фантастике, как опасность:

– У нас есть два маршрута до подвала с припасами. Первый – через коридор. Тридцать метров открытого пространства. Прямая линия.

На экране браслета Макса загорелось:

ПРЯМОЙ МАРШРУТ

Риск обнаружения: 87%

ОЦЕНКА: неприемлемо

– Второй маршрут, – продолжил Молчаливый, указывая на линию, которая петляла под зданием, как кишка, как побег, как надежда, – через вентиляционную систему. Длиннее. Медленнее. Но там волновые датчики стоят реже.

На экране загорелось:

АЛЬТЕРНАТИВНЫЙ МАРШРУТ

Риск обнаружения: 34%

Риск блокировки: 16%

Время прохождения: 23 минуты

ОЦЕНКА: приемлемо

Макс посмотрел на эти цифры. Они казались логичными. Безличными. Правильными. Вся его система, та часть, которая не была его голосом, давала зелёный свет. Иди. Выживай. Будь хладнокровным.