Условия выбора

Алекс почесал бровь.

— Если это те самые расстановки, где незнакомая женщина внезапно чувствует, что мой покойный дед кого-то не любил, я лучше всё-таки продолжу с блокнотом.

Марк рассмеялся негромко.

— За двадцать лет я видел достаточно методов, чтобы относиться к таким вещам осторожно. Здесь никто ничего не будет чувствовать за вашу систему. Люди станут точками в пространстве. Кто кого видит, кому кто мешает, что меняется после движения. Всё.

Он закрыл блокнот.

— Первые минуты это всё равно выглядит как плохой театр. С этим я ничего не могу сделать. Дайте ему десять минут. Потом сами решите, было ли в этом хоть что-нибудь полезное.

Алекс посмотрел на дверь.

— Хорошо. Но если кто-нибудь спросит про отношения с матерью, отвечать будете вы.

Марк поднялся.

— С этим справлюсь.

Через пару минут он вернулся вместе с Ларой. Пятеро участников согласились задержаться ещё ненадолго; им объяснили только, что речь идёт о внешней модели рабочей задачи. Личных историй никто не спрашивал. Можно было выйти в любой момент.

В соседней комнате стулья уже стояли вдоль стен. На столе оставались пластиковые стаканы, бутылки воды и три половинки печенья. Девушка дописывала сообщение, высокий мужчина надевал свитер, женщина искала под стулом шарф. Никто не выглядел человеком, который собирался сообщить Алексу тайну устройства мира.

Лара попросила оставить центр свободным.

Марк остановился возле стены.

— Назовите элементы.

— Человек. Система. Навигация. Цифровой профиль. Городские данные.

— «Систему» пока уберём.

Причину Алекс понял почти сразу.

— Потому что я уже назвал целое, существование которого пытаюсь проверить.

Марк кивнул.

— Что поставить вместо него?

Алекс посмотрел на свободное место между людьми.

— Намерение. То, чего человек хочет или собирается сделать.

Невысокому мужчине достался Человек, женщине в сером — Намерение, остальным три технологических элемента. Алекс расставлял их сам: Человека почти в центре, Намерение перед ним и немного справа, Навигацию ближе к выходу, Профиль за левым плечом, Городские данные дальше остальных.

Он отступил.

Получилась обычная схема, только вместо кружков и стрелок стояли люди.

Лара прошла вдоль стены.

— Никто ничего не изображает. Говорите только о том, что действительно видите: кто закрывает обзор, к кому приходится поворачиваться, где стало тесно. Если после чужого движения захотите сменить положение, объясните причину.

Человек видел Намерение и Навигацию. Профиль — Человека сбоку. Городские данные почти полностью закрывала Навигация.

Лара обратилась к женщине, обозначавшей Городские данные:

— Переместитесь так, чтобы Навигацию было видно лучше.

Женщина сделала два шага в сторону. Навигация повернулась к ней и оказалась слишком близко к Намерению. Та отступила. Человек вслед за изменившейся фигурой немного сдвинулся вправо, чтобы не потерять Навигацию из поля зрения.

Алекс остался у стены.

Пятеро взрослых людей переместились на несколько шагов. Пока ничего, кроме геометрии комнаты, здесь не происходило.

— Они понимают, что упражнение должно что-то показать, — сказал он. — Один двигается, остальные подхватывают. В конце кто-нибудь обязательно сделает ещё один шаг, иначе всё это будет выглядеть бессмысленно.

Марк не стал защищать метод.

— Возможно. Как проверите?

Алекс посмотрел на участников.

— Вернитесь обратно.

Теперь он сам восстанавливал исходную фигуру. Навигацию попросил сместиться левее, Профиль поправил на полшага.

— Нет, вы стояли чуть дальше. Вот здесь.

Когда все вернулись на места, Алекс прошёл вокруг них, проверяя расстояния.

— В прошлый раз Городские данные ушли вправо. Теперь пойдите в другую сторону. Условие прежнее: нужно видеть Навигацию. Остальных не учитывайте.

Он посмотрел на Марка.

— Человеку ничего не говорим.

Марк молча отошёл ближе к Ларе.

Городские данные двинулись влево. Навигация развернулась. Новое положение перекрыло часть обзора Профилю; мужчина сначала попытался остаться на месте, затем сместился. Намерение оказалось между ними и тоже отошло.

Человек пока не двигался.

Алекс смотрел только на него.

Мужчина повернул голову, оценил освободившееся пространство и шагнул назад.

В первый раз он ушёл вправо. Теперь оказался позади исходной точки.

— Останьтесь так.

Алекс подошёл ближе. Прошёл от Городских данных к Навигации, затем к Профилю. На полу не было стрелок, но теперь их почти не требовалось.

— Кто из вас решил, что он должен оказаться там?

Мужчина-Человек пожал плечами.

— Никто. Впереди стало неудобно. Сзади было свободно.

Навигация указала на Городские данные.

— Я вообще двигалась из-за неё.

Профиль объяснил свой шаг потерянным обзором. Намерение — расстоянием до остальных.

Причины были мелкими и совершенно бытовыми.

Алекс ещё раз обошёл фигуру. Несколько дней назад он искал в журналах именно то, чего здесь не существовало: команду, в которой кто-то заранее знает последнюю позицию.

— В реальности всё сложнее, — сказал он. — Здесь люди слышат инструкции, видят друг друга и знают, что участвуют в эксперименте.

Марк кивнул.

— Конечно. Эта комната ничего не доказывает про ваши сервисы.

— Но показывает, что сам вопрос про того, кто отдаёт последнюю команду, может быть неправильным.

Марк не ответил сразу.

— Может быть недостаточным.

Этого уточнения хватило.

Лара закончила упражнение. Через минуту Человек уже надевал свитер, Навигация проверяла телефон, Намерение наконец нашло шарф. Схема исчезла вместе с задачей, хотя все её части остались в комнате.

Алекс задержался в центре.

— В теле ведь похожая история.

Марк взял свой блокнот со стула.

— Продолжайте.

Алекс посмотрел на людей у двери.

— Клетка не знает, куда человек собирается ехать. Нерв тоже. Сердце вообще занимается своим. Каждая часть получает то, что касается её, а человек всё равно встаёт и идёт куда-то целиком.

Он потёр подбородок.

— Что-то вроде организма...

Само слово заставило его замолчать.

Марк не стал подхватывать.

— Для аналогии годится. В качестве вывода — пока нет. Хорошие аналогии опасны тем, что очень быстро начинают объяснять больше, чем мы реально проверили. Если завтра вы решите, что город — живой организм, потому что пять человек подвигались по комнате, значит, вечер прошёл зря.

Алекс усмехнулся.

— У вас редкий талант портить хорошие открытия.

— Профессиональная привычка.

Когда они вернулись в кабинет, Марк уже не расспрашивал его о впечатлениях. Собрал бумаги, посмотрел на часы и только потом снова открыл блокнот.

— Если будете продолжать, ищите то, что способно разрушить вашу версию. Общий источник данных. Правило уровнем выше. Совпадения, которые исчезают на другой выборке. Любую вещь, после которой сможете сказать: я связал то, что на самом деле не было связано.

Алекс взял лист с точками.

— А если не найду?

— Тогда вопросов станет больше. Это ещё не ответ.

На улице мокрый снег снова перемешался с дождём. Алекс дошёл до машины, бросил пальто на заднее сиденье и положил лист Марка рядом с собой. Завёл двигатель.

Экран ожил вместе с приборной панелью. На карте появилась синяя точка, и спокойный женский голос спросил:

— Куда направимся?

Алекс задержал руку на рычаге.

Чтобы навигатор действительно услышал его, нужно было нажать кнопку на руле. Он прекрасно это знал.

— Сегодня как-нибудь без тебя обойдусь.

Пальцем смахнул карту и закрыл приложение.

Адрес блюз-бара «Дядя Джо» Анна прислала ещё днём. Район он знал, улицу тоже. Первые перекрёстки Алекс всё ещё прокручивал в голове комнату с пятью людьми и едва не пропустил нужный поворот. После этого мысли пришлось отложить и заняться дорогой.

Анна ждала под узким козырьком у входа в бар «Дядя Джо». Старая красная вывеска светилась неровно; последняя буква время от времени гасла. Алекс припарковался через несколько машин от входа и посмотрел на часы.

Опоздал на три минуты.

Анна читала афишу у двери. Заметив его, сначала посмотрела на часы, потом на лицо.

— Три минуты считать не буду. Но психолог явно оказался интереснее, чем ты рассчитывал.

Из бара вышла пара. Алекс пропустил их и поцеловал Анну в щёку.

— Меня поставили в комнате с пятью незнакомыми людьми и предложили объяснить ими работу цифровых систем. Для обычной беседы получилось довольно насыщенно.

Анна задержала руку на двери.

— Я пока не поняла, это жалоба или рекомендация.

Алекс пропустил её внутрь.

— За столом решу.

Из короткого коридора тянуло деревом, кухней и старым табаком, давно въевшимся в стены. «Дядя Джо» ничего специально не изображал: тёмные панели вытерлись возле проходов, латунь на стойке потускнела от рук, старые афиши висели рядом с новыми. У стены возле сцены стояло чёрное пианино.

Анна выбрала стол немного в стороне. Номер уже шёл, поэтому первые минуты они слушали молча. Алекс заказал минеральную воду с лаймом. Анна взяла бокал вина.

Во время соло она улыбнулась ещё до того, как изменилась музыкальная фраза.

После аплодисментов Алекс наклонился ближе:

— Ты знала, что он сейчас сыграет.

Анна сделала глоток.

— Я знаю эту композицию. Для расследования пока маловато.

От сцены к ним уже шёл сухощавый мужчина лет пятидесяти, с сединой у висков и закатанными рукавами тёмной рубашки.

Увидев его, Анна улыбнулась сразу, без привычной паузы.

— Тони.

Он коротко обнял её и протянул руку Алексу.

— Тони. Иногда здесь играю. В остальное время рассказываю, что раньше играл лучше.

— Алекс. Пока выясняю, сколько у неё ещё закрытых разделов биографии.

Тони усмехнулся и снова повернулся к Анне.

— Через пару номеров сядешь? Один раз. Пианино сегодня настроили, нельзя же совсем игнорировать такие чудеса.

Анна посмотрела на инструмент, потом на Алекса.

— Нет. Сегодня я пришла сюда слушать и провести вечер с ним.

Тони приподнял брови, но спорить не стал.

— Хорошо. Предложение остаётся.

Перед уходом он всё-таки наклонился к Алексу.