скачать книгу бесплатно
Ухмыляясь и глядя на меня прищуренным взглядом, завсегдатай клуба отпил сам.
Полумрак, тихая музыка, нервы и беспрестанное кружение вкупе с выпитым сделали свое дело. Голова и вправду кружилась настолько, что, остановившись, я запрокинула ее, стараясь дышать глубоко.
Вначале мне показалось, что это всего лишь жажда, как известно, алкоголь обезвоживает организм, губы высохли и стали чувствительными, но потом до меня дошло – это не обман чувств, а нежные прикосновения других губ.
Стоило мне дернуться, как крепкие руки схватили и прижали к твердому телу. А чужой язык скользнул в приоткрытый рот, заглушая вскрик.
Вместе с языком в рот нырнула огненная жидкость. Обожгла нёбо, губы и провалилась дальше в пищевод, вспыхнув там фейерверком.
Наглый захватчик прошелся по зубам, как змея, сплелся с моим языком. Студенты так не целуются, это был поцелуй опытного мужчины, точно знающего, чего он хочет… И как…
Губы незнакомца терзали мои, поцелуй был настолько страстным, что мне только и оставалось хватать ртом воздух в перерывах между сладостной болью.
От этих ощущений невозможно было не улететь, закрыв глаза.
После того как поцелуй оборвался, еще несколько долгих секунд я чувствовала на языке покалывающий вкус алкоголя с ароматом ягод и цветов. Видно, посетитель клубов пил не только чисто мужские напитки, но и не брезговал женскими коктейлями с вермутом, подаваемыми в этом заведении.
Когда вспышки огня в желудке погасли, жаркая волна поднялась из глубин тела и ударила в голову, заставляя очнуться.
Странное дело, но коньяк помог, согрел конечности, прогнал слабость, вернул сосредоточенность и бодрость. А вместе с этим и осознание, что я сейчас натворила!
Я готова была провалился сквозь пол от стыда, а Стас Белый продолжал кружить меня и мою голову, как будто ничего не произошло.
Музыка кончилась, а вот движения нет, меня последний раз крутанули вокруг оси, но не отпустили. Я оказалась в объятиях Стаса. Притаившись за моей спиной, он поднес бокал с все тем же ликером к моим губам.
– Глотни, тошнота и головокружение сразу уйдут. Это из-за пустого желудка, время близится к полуночи. Можно было бы сгонять вниз за закусками, но вот незадача, я потерял ключ от двери, скажи, если найдешь его.
«Потерял он, как же!» – ругнулась я про себя.
Взяв в рот сладкую, обжигающую язык жидкость, я почувствовала в себе очередной прилив сил.
Я понимала, что меня невероятно ловко и профессионально охмуряют с целью соблазнить на нечто большее, чем поцелуй, тем более полученный хитростью. Спасение от толстяка при помощи выкупа за огромные бабки… Я не сомневалась, что на платиновой карте была сумма, вдвое превышающая ставку, не зря же ведущий так за нее схватился. Романтичный танец, сладкий коньяк… Очень профессионально и очень опытно.
Все это было бы невероятно соблазнительно, тем более, я уверена, не очень трезвый соблазнитель был превосходным любовником, опыт и мужская уверенность чувствовались в каждом движении. Любая бы капитулировала под таким натиском, меня бы тоже ждало поражение, если бы я не помнила о своей голубой мечте: практика, диплом, бизнес!
Над ухом раздался вкрадчивый голос с невероятно сексуальной хрипотцой.
– Медленный танец с партнером мы освоили, немного подкрепились и подняли друг другу настроение, а как насчет того самого приватного танца? – Я испуганно замотала головой, и мне пришлось проглотить липкое и сладкое зелье, чтобы выкрикнуть:
– Нет!
– А я думаю – да… И раз уж я сегодня выступаю в роли учителя, подам пример первым.
Это было не то пошлое кручение бедрами, а красивая пластика, призванная продемонстрировать всю мощь и красоту мужского тела: ни намека на грязь, ни грамма неприличностей или вульгарности.
Скрестив руки, Стас стянул с себя рубашку, даже не расстегнув пуговицы, и, раскрутив над головой, бросил.
Мне осталось только шарахнуться от шутливо брошенной в меня рубашки.
Стас прибывал в одних джинсах, небрежно повисших на бедрах, ни дать ни взять секс-символ.
Черт! Ну и влипла! Он и вправду был невероятно красив, помесь супермодели и актера. Такой соблазнит что угодно и кого угодно.
– Твоя очередь… – выжидающе взглянул на меня плейбой и присосался к очередной бутылке.
Моим надеждам на то, что, когда блондин напьется, я сбегу, не суждено было сбыться.
Кажется, этот может пить спиртное, как верблюд, не пьянеть и танцевать стриптиз всю ночь напролет, его также не смущает собственный оголенный вид.
– Да ни за что! – не очень вежливо толкнула искусителя, понимая, что этот опытный ловелас вот-вот добьется своего.
Осознала, что ладони мазнули по голой мужской груди, соблазнительной, гладкой, горячей, и в ужасе отдернула руки.
Стас плюхнулся на стоящий сзади диван.
Попытался встать, но не смог, упав назад, откинулся на спинку, глаза клубного тусовщика медленно закрылись.
Сначала я не поверила в свое везение.
Спит! Радости не было предела. Я собралась с мыслями, подышала и, пожелав себе удачи, медленно расстегнула ширинку на так сексуально сползающих на бедра штанах.
Под ними были довольно дорогие шелковые семейники со стильным принтом. Я осторожно расстегнула три пуговки на брендовом исподнем.
Увы, это была ловушка: вместе с упругой плотью, выскочившей оттуда, как черт из табакерки, внезапно очнулся и блондин.
С воплем «Ага!» от которого содрогнулось все мое естество, проснувшийся Стас схватил меня за плечи и повалил на диван. Я судорожно хватала ртом воздух.
– Попалась… – прошептал он. – Сладкая морковка!
Черт! Помимо секс-символа он еще и прекрасный актер, не только спящим, но и мертвым вполне убедительно мог прикинуться. Голливуд многое потерял в лице Стаса Белого.
– Я знаю еще один невероятно приятный танец, его танцуют без одежды, очень медленно, а потом очень быстро… и ведет мужчина…
И наглец споро полез под юбку! А там, как все это время я помнила, совершенно не было белья! По-моему, сегодня до моего голого тела дотрагивалось больше мужских рук, чем за все предыдущее время моей жизни!
Наверное, дьявол уговорил меня послушаться этого небесно-голубого стилиста «не портить безупречный результат» и пойти так! И вот результат: я сгорала со стыда, сгораю и буду сгорать, пока не надену трусы! А еще – пока эти наглые руки и губы не прекратят своего озорства!
– Кажется, я не давала согласия танцевать!
– Нет, давала! – парировал хулиган, прокладывая дорожку поцелуев вдоль моего тела. Он с головой залез под платье и упорно полз вверх к оголенной груди.
– Нет, не давала!
– Нет? – удивленно переспросил беспардонный соблазнитель.
– Нет! – возмутилась я.
Ну почему мужчины не могут понять, что «нет» означает твердое «нет!», а не «может быть, если ты будешь настойчивым»?
– А чем мы тогда по-твоему до этого занимались?
– Это просто развлечение… Музыка, танец… – пробормотала я и поняла, что попалась в словесную ловушку.
– Да, детка, ты абсолютно права, все в этом мире несерьезно и секс тоже. Поэтому скрасим одиночество, развлечемся, поиграем. Я уже выбрал для себя игрушку и купил ее, заплатил больше, чем она того стоила. – Говоря все это, он гладил меня костяшкой пальца по щеке, глаза его все так же были затянуты дымкой, и я поняла: он не пьян, а хуже, гораздо хуже. Это наркотики или нечто другое. Я же в ужасе смотрела на богатенького мальчика и не верила своим ушам. Мне казалось, это бред больного человека. – Неужели ты, моя куколка, моя превосходная забава, думаешь, что сможешь просто так от меня уйти? Обещаю, я буду осторожен, стану обращался бережно и не сломаю тебя.
«О мой бог! Они здесь, в этом клубе, и вправду рехнулись от денег, вседозволенности и скуки? Или попросту у меня на роду написано натыкаться на засранцев или вот таких вот бесполезных прожигателей жизни? Я уже один раз связалась с парнем из более богатой, чем у меня, семьи и обожглась. Мне хватило, и поэтому я сейчас в Москве. Второго раза не случится, я не наступлю на одну и ту же граблю дважды. И поэтому: практика-диплом-собственный бизнес!»
– Будешь умницей, когда-нибудь сможешь завести себе собственную игрушку, я подарю. А пока насладимся игрой друг с другом. Хочешь, я покажу тебе то, с чем ты можешь беспрепятственно играть сколько захочешь? – Блондинистый отморозок схватился за штаны, но, вспомнив про спрятанный там ключ, так и не стянул. – После, – бросил он, – я еще сам не наигрался, – и зарылся смазливой мордой в мою грудь. Уже оттуда послышалась приглушенное: «Здравствуйте, девочки!»
Я понимала: надо решиться на какое-нибудь действие или закричать в надежде на то, что кто-нибудь прибежит. Был и третий вариант: самостоятельно сорвать штаны с блондина и силой отобрать ключ. Но что-то мне подсказывало: в нашем противостоянии, несмотря на худощавое телосложение, ночной кутила шутя одержит победу, а мое сопротивление только доставит ему большее удовольствие.
Что касается просьбы о помощи – все бесполезно, даже если я буду орать: «Помогите, режут!». Управители этого заведения только крепче запрут двери и встанут на страже возле них. Чтобы всех проходящих мимо душевно убеждать, что это все не по-настоящему, а всего-навсего спектакль, все идет по плану, не о чем беспокоиться.
А после просто избавятся от трупа, за определенную сумму конечно же.
Я содрогнулась при мысли об этом. Придется брать ситуацию в свои руки, только я не знала как.
Потому что меня уже взял в свои руки один несносный, чем-то обкуренный наглец.
Еще я осознавала: эти самые руки очень и очень опытны, и если в ближайшее время я не избавлюсь от этих назойливых, но таких умелых ласк, мое тело непременно согласится танцевать этот танец в обход голосу разума, велению сердца и сознания.
Рука шарила по покрывалу в поисках спасения от интимного танца с незнакомцем. Ладонь инстинктивно сжала гладкое и холодное. Я зажмурилась и вознесла простенькую молитву богам, в которых не верила: «Пусть получится! Это мой единственный шанс!» Больше мне не у кого было просить помощи.
Удар был не самый сильный, но я определенно услышала треск, от чего испугалась еще больше.
Станислав Белый бездыханный и бесчувственный упал на меня. Стараясь не завизжать, я столкнула с себя… О боже, труп!
Соблазнитель не дышал и не шевелился. Тело, тяжелое и неповоротливое, повалилось на спину.
Кажется, у меня начиналась тихая истерика.
«Я преступница, я убийца! Ну хотя бы не ш… О боже, я убила человека!» – провыла я тихо.
Метнулась к двери, не зная даже, куда я бегу, в полицию или, наоборот, прочь из города и из страны. Впрочем, здесь везде, скорее всего, видеокамеры, и меня найдут. Поэтому, наверно, в полицию. Но что я там скажу? Я убила человека пустой бутылкой из-под шампанского, потому что не хотела заниматься сексом с красивым и умопомрачительным мужчиной? О боже, какой бред лезет в голову!
Я дернула дверь. Закрыто.
Застонав, я обернулась. Пришлось вернуться назад, на место преступления, и обокрасть мертвеца. Это было ужаснее всего. Частично расстегнутые штаны и приспущенное белье – и я лезу туда рукой в поисках заветного металла.
Не знаю, как я выдержала, нервы были натянуты как струны. Мне казалось, я сейчас рухну здесь же, прямо поперек трупа, и нас найдут вместе.
Шарящая в подштанниках рука мазнула по чему-то обжигающе теплому и дотронулась до холодного. Пальцы проворно схватили ключ, и я отскочила от мертвеца, как от раскаленных углей.
Я вновь метнулась к выходу.
Дрожащая рука стучала по замочной скважине ключом, он никак не мог попасть в дыру. Пока с ужасом я не услышала за спиной скрежещущий стон, более похожий на скрип ржавого металла.
Я повернулась посмотреть на источник кошмарного звука, и ключ каким-то чудом попал в замок. Я отреагировала немедленно: повернув ключ, толкнула дверь и вылетела наружу.
За спиной, держась за голову, вставал стеная Стас Белый, завсегдатай Зеркального клуба и обладатель поистине крепкой головы, которой ни алкоголь, ни курево, ни бутылка из-под шампанского были нипочем.
Хлопнув дверью, я отрезала коридор от заунывного воя воскресшего гуляки.
На этот раз я нырнула в другой коридор в надежде замести следы и наткнулась на самое желанное.
Лифт!
Я старалась держаться непринужденно и не привлекать внимания. С души свалился камень, я оказалась не убийцей, правда, это не означало конец моих проблем, я еще не выбралась из этого вертепа. Но свобода была уже близка! За спиной послышались шаги.
Еще пара сантиметров и… Из ниоткуда возникла рука и нажала кнопку лифта.
Я успела заметить только благородный блеск дорогих часов.
Шепот над ухом, низкий вибрирующий голос:
– Сколько стоит твое сердце?
Я стремительно обернулась и впилась взглядом в лицо незнакомца.
Красив невероятно. Но не так, как клубный соблазнитель, не ангельской ванильной красотой невинного мальчика, а грубой привлекательностью зрелого, состоявшегося мужчины.
Черные волосы вопреки моде коротко стрижены. Строгое выражение лица, можно сказать, патологически серьезное, словно этот человек никогда не улыбается.
Яркие пронзительно голубые глаза, которые сразу же начали стремительно темнеть, стоило мне открыть свой рот и резко ответить ему. В глазах сверкали молнии, обещая скорую расправу. И этот злобный блеск очень порадовал по той одной причине, что донельзя испуганной мне очень сильно хотелось в кого-нибудь вцепиться, лишь бы не чувствовать себя настолько жалко. Я хлестала незнакомца словами как только могла и получала от этого несказанное удовольствие, насмехаясь над «богатеньким Буратино» и мстя за всех оскорбленных девушек.
– Я получаю самое лучшее! – зарычал темноволосый незнакомец.
Еще один самоуверенный хам! Очень приятно будет обломать его!
– Значит, сегодня вы в первый раз поймете, что не все будет ваше! – Глаза вспыхнули невероятной всепоглощающей ненавистью, кажется, я попала не в бровь, а в глаз!
Взгляд незнакомца уже не был светлым, он больше походил на темное грозовое небо и метал молнии.
А еще в лице содержалось что-то дьявольское, упорное и несгибаемое, особенно в одной иронично заломленной брови. Она как бы говорила: все равно будет по-моему, я добьюсь этого!
Слава богу, двери лифта закрылись, отсекая нас одного от другого, еще пара секунд – и мы вцепились бы друг в друга. Между нами явно пробежала искра, только не та, о которой пишут в сахарных любовных романах, скорее, это была уничтожающая молния всепоглощающей ненависти.
Наверху грохнуло, а в кабине щелкнуло, свет погас, и лифт остановился.
Кажется, в отместку богатенький Буратино сломал лифт, у него хватит деньжат заплатить за испорченное. Ладно, спущусь по лестнице. Я нажала аварийную кнопку, и двери открылись. Прошла по коридору и, как мышка, шмыгнула в дверь пожарного выхода.
– Морковка? – донеслось сверху. Я похолодела. Морковка… Морковка… Морковка… Многократное эхо отозвалось дрожью во всем теле, от этого вкрадчивого голоса волоски на руках поднялись дыбом.
Я немедленно сорвалась с места и побежала.
За спиной по лестнице уже стучали дробные тяжелые шаги.
Внизу была дверь. Взмолившись всем богам, я врезалась в нее со всего разбега. К моему несказанному облегчению створка подалась.