скачать книгу бесплатно
Вот не верю я, что она не понимает. Аматэру чуть ли не прямым текстом сказали, что не желают видеть здесь репортеров, и, несмотря на это, она все же рискнула здесь появиться.
– Я… – замялась она. – Я подумала… что наша предыдущая совместная работа…
– Дает вам некие преференции? – усмехнулся я.
Ясненько. В общем, она решила, что если сюда кого и пустят, то только ее. Ну или что у нее больше всего шансов на это. И ведь оказалась права, что интересно. Любого другого я бы послал подальше.
Поселил я эту парочку на базе, но дабы полностью их контролировать, вызвал с Пляжной базы Куроду Асао – бывшего капитана полицейского спецназа, бывшего главу охраны Шидотэмору, бывшего лейтенанта моей зарождающейся тогда армии. Сейчас он уже капитан и командует ротой. Один из первых моих бойцов, с которым мы воевали против Змея и его гильдии. Забывать я его не забывал, но, так как ничего подходящего для него не было, он пока оставался просто одним из моих офицеров. Теперь же пусть займется курированием этой парочки репортеров. Заодно под рукой будет. А то и правда – один из приближенных ко мне людей, а работает простым, по сути, воякой. Вызвал я его вместе с ротой, которой он командует, в большинстве состоящей из «крольчат» – первых моих бойцов, поставивших свои жизни на кон, надеясь в будущем войти в гвардию моего существующего тогда лишь в проекте рода. И они будут моей гвардией, сразу как эта эпопея с Малайзией закончится.
Последующие дни были довольно спокойными. Разве что Беркутов что-то мутил с ответным ходом против Сибу. Во всяком случае, брать его в осаду он не спешил. Вмешиваться в его дела я не собирался, да и понял, что происходит что-то непонятное, далеко не сразу, а когда понял, мне стало жутко любопытно. Проблема, если это можно так назвать, была только в том, что он находился на Центральной базе, а я на Главной. Конечно, связь работала прекрасно, но хотелось расспросить лично, будучи в центре событий, а вот тащиться к нему несколько часов желания не было. Но мне повезло. На Центральную базу наконец прибыли давно ожидаемые, но до этого ненужные вертолеты. Точнее, нужные, но пока мы не были точно уверены в контроле над своей территорией, а малайцы, в свою очередь, полноценно властвовали на своей, вертолетами было тупо опасно пользоваться. Теперь же в Восточной Малайзии у короля была лишь одна полноценная станция слежения, а с системами ПВО и вовсе полный швах. Поэтому вертолетам стоило опасаться ровно того же, что и в моем прежнем мире. То есть опасно, но работать можно. А уж на территории Мири так и вовсе раздолье. Так что теперь я могу перемещаться между базами не в пример быстрее.
К Беркутову я отправился на следующий день, где мне и поведали, что происходит.
– Ловушка? Ты уверен?
– Скажем так: сильно подозреваю, – ответил Беркутов. – Спасибо.
Кивнув Эйке, которая поставила перед нами чашки с чаем, он вновь вернулся к бумагам на столе. Сидели мы в его кабинете, и кроме нас тут была только моя телохранительница, но и она вскоре вышла из комнаты.
– И в чем она состоит? – спросил я, делая глоток чая.
– Лично я дождался бы начала осады города и ударил в спину вражеским войскам, – пояснил он и добавил: – В данной ситуации.
– Для этого, – потер я лоб, – нужно много знать и многое предвидеть.
– Да не так уж и много, – вздохнул Беркутов. – Всего лишь – где именно встанут войска противника. Ну и засадный полк организовать. Если я прав, то план этого… – запнулся он, – Хашима… довольно примитивен в целом, но сложен в частностях. Ну и сам факт того, что он планирует не на один, а на пару шагов вперед, впечатляет. Привык я к дурачку Джабиру, – покачал Беркутов головой. – Грешным делом чуть всех малайцев не стал такими считать.
– То есть, по-твоему, он уже знает, где встанут наши люди для осады города? Ведь засада уже должна быть готова, а абы где ее не устроишь. Знает то, что не знаем мы, и уже готов к этому?
– А-а, – отмахнулся Беркутов. – Тут все проще, чем ты думаешь. На самом деле у нас нет особого выбора, где развертывать силы. На западе и северо-западе опасно – там на нас и войска Джабира могут накинуться. На юго-западе и севере негде. То есть остаются северо-восток, восток и юго-восток. Северо-восток… неудобно. Там и дорог-то почти нет. Так что знаем мы о засаде или не знаем, а выбор у нас в любом случае ограниченный.
– Все это не будет иметь значения, если мы найдем засаду, – заметил я.
– Именно, – согласился Беркутов. – И мы ее найдем. Если, конечно, я прав и засада есть.
* * *
Атарашики не любила выбираться на светские рауты. Нынешняя Атарашики. Когда-то, как и любая другая девушка, она была не прочь продемонстрировать общественности свою красоту, ум и богатство рода. Но время шло, семья уменьшалась, поддержка, реальная поддержка друзей и союзников, становилась все более эфемерной, выход в свет все чаще превращался в работу, порой весьма сложную. То, что должны делать мужчины рода, ложилось на ее плечи, при этом и ответственность леди рода с нее никто не снимал, а ведь порой эти вещи были несовместимы. И в какой-то момент она осталась последней. Ее внук, ее гордость и надежда, погиб, так и не оставив наследника. И все стало бессмысленным. Осталась лишь гордость. Именно гордость руководила как любыми ее попытками увеличить влияние и финансы, так и действиями, направленными на благо рода. Поначалу еще была надежда на ритуал принятия в род, но время было упущено и найти достойного наследника, который не станет в будущем рабом того или иного семейства, стало практически нереально. И уже было не важно, сделают ли его рабом, или новоиспеченный наследник сам отдаст Аматэру в чьи-то руки. Но гордость не позволяла сдаться и плыть по течению – что бы ни стало с родом после нее, она должна была до последнего бороться за его выгоду. В чем бы она ни выражалась.
Страшные времена.
В какой-то момент стало понятно, что ее род… не то чтобы списали, просто перевели в разряд своей собственности, а вот ее – да – причислили к ресурсу, который скоро уйдет и из которого надо выжать все, что только можно. И выжимали, раз за разом отбирая то, что она смогла приобрести для рода. Ведь Аматэру это уже не нужно, зачем усиливать род, который готовят к разграблению сразу после ее смерти? Глядя на происходящее, Атарашики все чаще и чаще задумывалась о красивом уходе. Никаких наследников, которые будут подконтрольны другим родам, и завещание на имя императора. Можно даже не японского. Впрочем, мысли о передаче имущества Аматэру иностранцам не более чем вредность и обида на соотечественников, на деле же Атарашики так не поступила бы. Скорее всего.
Но теперь все изменилось. Это не прибавило любви светским раутам, приемам и балам, которые долгие годы были синонимом разочарования и неблагодарной работы, однако сейчас эти сборища хотя бы несли выгоду ее роду. Выгоду, которую отнять стало не в пример сложнее.
На этот прием она тоже не хотела идти, и дело не в том, что он был благотворительным и ей жалко денег, а в том, что никакой выгоды в ее присутствии для рода не было. Выгоды нет, неприятие таких приемов в наличии, так зачем идти? А дело тут в личности того, кто прислал приглашение – игнорировать наследника империи не то чтобы опасно, нет, но раз уж и вреда от приема никакого, то почему бы не уважить юнца. Для нее юнца. Может, в будущем это чем-нибудь хорошим и аукнется.
– Добрый день, Аматэру-сан.
Естественно, краем глаза Атарашики заметила, что к ней кто-то подошел, но голову она повернула лишь после того, как к ней обратились.
– Нагасунэхико-сан, – кивнула она в ответ. – Признаю, удивили. Целый глава клана Нагасунэхико решил меня поприветствовать.
Указывать на то, что представители этого рода не любят выбираться из своих земель из-за резкого ослабления сил за их пределами, она не стала. Конкретно этот представитель японской аристократии, покинув свои земли, из полновесного Мастера превратился в очень слабого. Почти в Учителя. А кому понравится напоминание о таком? Впрочем, Атарашики просто придержала этот укол на потом. Начинать же разговор с подобного не стоит.
– Ну что вы, Аматэру-сан, – чуть улыбнулся Юшимитсу. – Это вы оказываете мне честь, решив ответить на мое приветствие.
Нагасунэхико Юшимитсу, несмотря на прожитые годы, выглядел довольно моложаво, во всяком случае, на свой шестьдесят один год он не выглядел. Максимум на пятьдесят пять, а то и на пятьдесят.
– Итак, – хмыкнула Атарашики. – Что заставило столь занятого человека тащиться аж в Токио?
– Дела, будь они неладны, – показательно вздохнул Юшимитсу. – К сожалению, не все можно сделать, сидя дома в удобном кресле.
– Это да, дома и стены крепче, – не удержалась-таки от подколки Атарашики.
– Если сидеть и ничего не делать, никакие стены не помогут, – не повел и бровью Юшимитсу.
– То есть вы здесь для защиты своих стен?
Атарашики и так понимала, что именно ему надо от нее, так что решила перейти сразу к делу. Раньше начнешь непростой разговор, раньше закончишь.
– В каком-то смысле, – пожал плечами Юшимитсу. – Любые дела во благо рода укрепляют наши «стены».
– И что вам нужно от меня? – спросила Атарашики.
– Амин Эрна, – не стал он юлить. – Новая кровь, несомненно, пойдет на пользу моему роду.
– И с какой стати я должна отдавать ее?
– О, причин можно найти множество, – улыбнулся Юшимитсу. – Начиная от поддержки моего клана и заканчивая враждой с ним.
– Откровенно, – отвернулась от него Атарашики, обводя взглядом наполненный гостями зал одного из небоскребов Токио. – Но неубедительно.
– Назовите свою цену, Атарашики-сан, – произнес он, улыбнувшись. – Вам лучше знать, в чем нуждается род Аматэру.
Объяснять ему выгоду гения для Аматэру? Так он и без нее все понимает. А вот угрожать ему точно не следовало. Расслабились японские аристократы. Умом понимают, что Аматэру уже не те, что еще год назад, а вот нутром принять этого не могут.
– Амин Эрна слишком ценный ресурс, чтобы отдавать ее в чужие руки, – посмотрела она на Юшимитсу. – Вы просто не сможете дать достойную цену. Точнее, не станете этого делать. Слишком дорого. Ну а что касаемо вражды, – усмехнулась она. – В самом худшем случае мы просто отдадим ее другим. Кому угодно, кто поможет нам заставить вас тысячу раз проклясть вражду с родом Аматэру. Вы не получите ее в любом случае. А теперь оставь меня, не слишком умный Юшимитсу-кун. И в следующий раз дважды подумай, прежде чем начать говорить.
– Обязательно… Аматэру-сан, – произнес тот, ничем, кроме небольшой паузы между словами, не показав, что Атарашики сумела его задеть. – Приятно было пообщаться.
Глава 4
Щукин вернулся. Первым делом старик зашел именно ко мне, что, в общем-то, неудивительно, учитывая, кто его настоящий начальник.
– Антон Геннадьевич, – протянул я ему руку. – Рад вас снова видеть. Как отдохнули?
– Да какой там отдых? – ответил он. – Госпожа Аматэру довольно деятельный человек, так что пришлось весь месяц вкалывать.
– Честно говоря, удивлен, – махнул я ему на свободное кресло. – Чем таким вас умудрилась загрузить старушка?
Общались мы в гостиной моего дома на Главной базе, так что обслуживали нас близняшки, в то время как сестры Ямада работали по основной своей специальности, то есть телохранителями.
– Помимо пленников я еще занимался… – не смог он с ходу подобрать слова. – Скажем так, приводил под руку рода окрестности вашего особняка в Токио. Район благополучный, так что и жители там не самые простые, вот госпожа и поручила это дело мне. Не одному, естественно.
– Там же одни чиновники вокруг, – нахмурился я. – Да и пара имперских аристократов имеется.
– Это было непросто, – усмехнулся Щукин. – Но обошлось без боевых действий.
– Надеюсь, и без врагов, – вздохнул я.
– Естественно, – кивнул Щукин. – Иначе какой во всем этом смысл?
– М-да, хоть бы посоветовалась сначала, – покачал я головой.
– Ты чем-то недоволен? – замер он. – Вроде логичные действия.
– Логичные, – поморщился я. – Только не к месту. Ты ведь теперь не сможешь возглавить наши войска здесь. Лучше бы ты не высовывался в Токио. Думаю, только дурак не понял, что ты уже не простой наемник.
– Это да, – протянул он. – Но Беркутов справится. Кстати, что там с королевскими Виртуозами?
Не слышу сожаления в голосе. Похоже, Щукин уже получил все, что хотел, вновь обрел смысл жизни, ему теперь что рядом со мной ничего не делать, что командовать всей малайской группировкой – все едино.
– А что с ними не так? – удивился я слегка.
Точно знаю – он в курсе их гибели, так чего спрашивает?
– Просто я удивлен, что об их смерти ничего нет во всех новостях мира. Ну или хотя бы в Японии. Блин, хоть малайцы-то должны были об этом сообщить! Слишком уж редко умирают Виртуозы.
– А-а, это… – хмыкнул я. – Просто огласка никому не нужна. Ни мне, ни малайцам. Вот и помалкиваем.
– Ладно ты, а как это наши противники умудрились скрыть? – усмехнулся Щукин. – Половина Европы, американцы, русские, китайцы… За развитием событий здесь следят слишком многие.
– Просто никто не хочет поднимать рейтинг Аматэру, – улыбнулся я.
– Я тебе как русский говорю – у меня на родине всем плевать на наш род. Ну… тем, кто про него вообще знает.
– Тут не в нашей фамилии дело, – уточнил я. – Никто не хочет поднимать рейтинг чужих аристократов. Особенно если они из другой страны. Кому надо, тот все знает, а вот от общественности данный факт лучше скрыть. Наипаче, коли для этого и делать-то почти ничего не надо.
– Но ведь рано или поздно все вскроется, – заметил Щукин.
– Только если я того захочу, – усмехнулся я. – Больше оно никому не выгодно. Да и мне, если честно, огласка принесет не так уж и много пользы. Это если забыть, что прямо сейчас мне это и вовсе ни к чему. Вот после войны… – задумался я. – Впрочем, после войны будет совсем другая новость греметь.
– Твое патриаршество? – покачал Щукин головой. – Как по мне, не стоит оно того.
– Информация обо мне несет не только проблемы, но и много выгод. Я не могу разбрасываться таким ресурсом.
– А Казуки? – спросил он.
– Насчет него я еще не уверен, – ответил я. – Если раскрыть информацию о нем, то проблем будет… многовато. Все-таки два Патриарха в одном роду. С другой стороны, скрывать его силы вечно не получится. Принятие в род, а потом игнорирование обучения бахиру – слишком подозрительно. На моем фоне, конечно. Все будут смотреть и сравнивать, слухи в любом случае поползут.
– Кстати, коль уж разговор зашел о парнишке, тебе не кажется, что его одержимость тобой несколько… несколько напрягает?
– А… это…
– И, судя по тому, как ты скривился, напрягает не только меня.
Скривился? Блин, и не заметил.
– К сожалению, я ничего не могу с этим поделать. Мне тоже хочется, чтобы он был более… самодостаточен. И независим. Даже говорил с ним на эту тему. Только это, кажется, к обратному результату привело, – вздохнул я. – Будем надеяться, что принятие в род поможет ему. Все-таки быть слугой и полноценным Аматэру – разные вещи. Впрочем, это наши с тобой личные мнения. Моральные установки. А вот для рода, принимающего в свои ряды подростка с непростой судьбой, так даже лучше.
– Ты тоже подросток, – усмехнулся он в чашку с чаем. – Да и судьба у тебя посложнее будет.
– Будешь смеяться, – вздохнул я тяжко, – но мы с Казуки похожи в нашем фанатизме. Точнее… Ирония в том, что для рода Аматэру и его фанатизм, и мой идут во благо. С Казуки все понятно – он верен мне, Аматэру Синдзи, и сделает ради меня и, что важнее, рода все что угодно. Я же… – замялся я. – Мой бзик… как бы это… Мое величие… Точнее, величие моего имени. И раз уж я Аматэру…
– Все для рода, – кивнул Щукин.
– Немного не так, но в целом – да.
– Не так? – удивился он.
– Немного, – кивнул я. – Не я для рода, а род для меня. Но раз уж мы с Аматэру неотделимы… – пожал я плечами.
Щукин от моих слов аж дар речи потерял, во всяком случае, молчал он целых пять и четыре десятых секунды. И пялился удивленно.
– М-да, – произнес он наконец. – Даже немного страшно стало.
– Понимаю твои опасения, но бояться нечего. Тебе и таким, как ты. Повторюсь: для меня важно величие моего имени. Меня должны знать, должны помнить, и чем дольше помнят, тем лучше, – отсалютовал я ему чашкой чая. – Если для этого мне надо возвеличить Аматэру, я сделаю это. Хм, – глянул я на свою чашку после того, как сделал глоток. – Как-то не очень.
– Это местный сорт, господин, – отозвался на это Каджо Суйсэн. – Если хотите, могу заварить чай из наших запасов.
– Не надо, – сдержал я вздох.
Удивительно, но, похоже, меня таки приучили к хорошему. Правда, разбираться в чае я так и не научился. Зато теперь могу отличить нормальный от хорошего. Сомневаюсь, что Суйсэн подсунул бы мне полный отстой. Раньше-то как было? Есть подкрашенная вода, а есть чай, все остальное – для фанатиков.
– Кстати, – вновь заговорил Щукин. – Что там с Добрыкиным?
– Поправляется, – пожал я плечами. – Где-то через неделю сможет заниматься делами, а через месяцок, это если с гарантией, уже сможет сражаться.
Да уж, хорошо, что Добрыкин вышел из комы, все же с высшим командным составом у нас напряженка.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: