По своим следам 5

Глава 2

Едва переступив порог, я наткнулся на Егорыча, нашего завхоза. Он, высунув кончик языка, с каким-то почти священным усердием замерял складным метром оконный проем. Очевидно, пришло время для замены рам. И, надо сказать, февраль – самое подходящее время для таких дел. Летом, когда солнце припекает, а отпуск манит своими обещаниями, заниматься подобной рутиной просто некогда. Отпуск – это святое, дело первостепенной важности, которое можно пропустить лишь по, особо веской причине, например, болезни или ещё какой заразы наподобие пандемии. Мне пришлось с трудом протиснуться между Егорычем и стеллажом со старыми газетами, который раньше стоял у окна. Газеты были аккуратно сложены в стопки и перевязаны бечевкой. Удивительно, но пыли на них не было. Видимо, Марина Васильевна, относилась к порядку на своей со всей строгостью.

— Доброе утро, Вениамин Егорыч, — поприветствовал я завхоза.

Егорыч, не отвлекаясь от своего важного занятия, что-то пробурчал себе под нос. Я вспомнил, как однажды говорил Смирнову, что Егорыч – человек общительный, с ним всегда приятно поговорить за жизнь. И сейчас его невнятное бормотание, похожее на урчание довольного кота, звучало как бальзам на душу. Душевный человек, что тут скажешь. Его сосредоточенность на замерах, казалась, была важнее всех мировых проблем.

Марина Васильевна, стоя на стремянке, расставляла книги на верхней полке. Ее светлые волосы выбивались из-под косынки, на лице играла улыбка. Увидев меня, она нахмурилась, будто я отвлек ее от любимого дела.

— Махров, ты почему не на занятиях? Впрочем, неважно. Раз уж ты здесь, подай, пожалуйста, мне книги, которые на столе.

Я подошел к столу, заваленному стопками книг и, взял одну из них.

—Нет, не эти, рядом с ними. Да, они самые.

«Анатомия человека», «Основы математического анализа» и «Их величества пирамиды». Странная подборка книг для будущих радиомехаников. Как же нам без этих пособий? Да без них никуда, конечно. Анатомия намного приоритетней. Нужно знать места коммутации проводников для аварийного подключения, в случае нарушения функциональности биосистемы. Во завернул!

А вот учебник по электроматериаловедению, за которым я, собственно, и пришел, в свете открывшихся событий, популярностью не пользуется. Иначе бы библиотечные полки были завалены этими учебниками. В голове промелькнула шальная мысль, такая же яркая и неожиданная, как молния в ясную погоду. Взять напрокат «Основы математического анализа», прочитать его от корки до корки и пересказать Ирме Игоревне все, что запомнил. С моими-то способностями – плёвое дело. Представляю, как народ офигеет. Восторг и недоумение в одном флаконе гарантированы.

Но нет, не буду. Откат в виде головной боли мне лишний раз не нужен. Очень неприятные, скажу вам, ощущения. Ведь что сделали эти долбанные экспериментаторы, когда мне память улучшили? С их негласной подачи, как бы я ни отказывался, любой текст я все равно запоминал наизусть. А оно мне надо? Через строчку читать я не умею. Самое интересное заключается в том, что запоминаю я материал, если сам его прочитаю. Хоть в этом повезло.

Меня с недавних пор стал мучить такой вопрос: память мне улучшили, а ее объем оставили прежним или тоже увеличили? Когда-то на просторах интернета я неоднократно попадал на статьи, в которых упоминался объем человеческой памяти. Сведения в них разнились, почему – непонятно. Запомнилась цифра в один петабайт (около миллиона гигабайт), но это минимально. Сколько на самом деле – неизвестно. Некоторые источники называли максимальную цифру в двадцать петабайт. Так вот, какой объем памяти сейчас у меня? Не скажет никто. Что произойдет, если она переполнится? Вопросы, вопросы, и ни одного ответа.

Я взял книги, которые попросила Марина Васильевна, и протянул ей. В этот момент Егорыч, закончив свои измерения, с довольным кряхтением отступил от окна.

— Марина Васильевна, я к вам по делу пришёл.

— А ко мне просто так никто не ходит, всем от меня что-то нужно. Лучше бы на чашечку кофе вечером в кафе пригласили, так нет же. Марина Васильевна, вы срочно должны обновить наглядную информацию. Марина Васильевна, подготовьте материалы к предстоящему съезду партии. Я библиотекарь и за чужую работу никто мне ни копейки не заплатит, — Гуренко вздохнула, и в ее голосе прозвучала горечь.

— Александр, не обращай на мои слова внимания. Не тебе они предназначены. Устала я в последнее время. Хорошо, что Сороки теперь нет. Всю душу мне вымотал за время совместной работы.

— Марина Васильевна, хочу вас огорчить, с сегодняшнего дня вместо Сороки появился новый антигерой. Кадр ещё тот, хлеще Дмитрича будет.

Гуренко поперхнулась.

— Умеете вы мужики женщину утешить, молодцы. Нет бы, успокоить, приласкать. Махров, не делай такие глаза, к тебе это не относится, мал ещё. Говори, что хотел?

— Марина Васильевна, мне бы учебник по электроматериаловедению.

— Сколько раз вам говорить? Учебников нет. Должны весной поступить.

— Мне ненадолго, я после занятий верну. Потрёпанный, без корок, мне всё равно.

Гуренко задумалась.

— Если тебе всё равно, есть у меня пара таких учебников. Один, так и быть, выдам. Через неделю вернёшь. Мне ещё их списывать предстоит.

— Спасибо, Марина Васильевна, через неделю не обещаю, а завтра в это же время принесу. Я ваш должник, — на моём лице появилась счастливая улыбка.

— Много вас таких должников вокруг крутится. Новый стеллаж скоро ставить придётся, для того, что бы складывать туда всё обещанное вами. Слишком его много накопилось.

***

— Прежде чем мы приступим к изучению новой темы «Проводниковая медь и сплавы» хочу узнать, как вы справились с домашним заданием. Желающие есть? Касьянова, ты на прошлом занятии свою пятёрку получила. Хватит с тебя. Пришёл черёд других счастливчиков. Махров, что ты в учебник уткнулся? Надеешься успеть домашнее задание выучить? Слышал поговорку, перед смертью не надышишься? — По классу прокатилась волна смеха.

— Будь любезен порадуй нас своими знаниями. — Продолжила Ирма. — Прошлое занятие ты пропустил по непонятной причине, так что спрашивать тебя буду сразу по двум темам.

Почитать учебник на перемене не удалось. Ребята достали меня своими вопросами. Кто этот новый замдир, зачем он тебя вызывал. Что теперь делать будешь и всё в таком духе.

К счастью, моя феноменальная память, которая чаще доставляла неудобства, нежели приносила пользу, теперь оказалась весьма кстати.

Успел пробежаться по тексту вплоть до пятой главы. На пятёрку отвечу легко.

— Махров, не тяни время, сначала расскажи о факторах, влияющих на свойство проводников.

«О факторах, так о факторах Ирма Игоревна» — Мысленно согласился я. — «Ничего против не имею»

— Факторы, влияющие на электрические и механические свойства проводниковых материалов.

Я сделал паузу, давая себе время собраться с мыслями.

— На величину удельного электрического сопротивления и удельной проводимости у металлов оказывают большое влияние примеси. На рис. 13 показана зависимость величины удельной проводимости меди от количества введенных в нее примесей.

Я начал чертить на доске график, изображая плавное снижение проводимости с увеличением концентрации примесей. Я слышал удивлённое перешёптывание ребят. Они, не ожидали от меня такого развёрнутого ответа. То ли ещё будет ребятки.

— Далее. На величину проводимости оказывает также влияние наклеп, т. е. пластическая деформация металла в результате его механической обработки (прокатка, волочение). С увеличением пластической деформации металла его проводимость падает (рис. 14)

Я начал чертить новый график, показывающий обратную зависимость проводимости от степени наклепа. В классе воцарилась тишина, нарушаемая лишь скрипом мела по доске.

— Махров — прервала меня Ирма. — Где ты взял эти графики. В ваших учебниках ничего подобного нет.

— Как это нет? Ирма Игоревна. В моём учебнике всё есть.

— Покажи мне его — требовательным тоном произнесла Каримова, подозрительно на меня посмотрев. Что ей не нравиться? Раскрывал тему согласно данному параграфу.

— — Вот, смотрите. По этому учебнику я и учил домашнее задание.

Ирма брезгливо взяла его из моих рук. Видок конечно ещё тот. Корочек нет, введение отсутствует, страницы грязные. Одним словом макулатура. Возможно, Марина Васильевна сама корки оборвала, готовя учебник к утилизации. Встречался я один раз с таким варварским отношением к книгам в одной из библиотек. Было это в начале двухтысячных. После расформирования школы рабочей молодёжи библиотека оказалась никому не нужна. В первое время, кто-то всё же поддерживал там относительный порядок.

Мне подолгу службы периодически приходилось здесь бывать, фиксируя показания прибора учёта тепловой энергии. Так вот, придя в очередной раз, лишился дара речи. Все книги валялись на полу. Остатки стеллажей свалены грудой у одной из стен. Корки на всех книгах отсутствовали. Как так можно было поступить? Я бы ещё мог понять ситуацию с учебниками, типа устарели они и тому подобное. Художественная литература тоже устарела? а несколько томов «Большой Советской энциклопедии»? Как я потом ругал свою совесть не позволившей мне прихватить на память пару томов энциклопедии или какие-нибудь книги. Вариантов на выбор было достаточно. Небольшой раздел зарубежной фантастики чего стоил.

Ирма перелистывала пожелтевшие и грязные страницы с явным пренебрежением. Её пальцы, привыкшие к опрятным изданиям, казалось, с трудом касались шершавой бумаги

— Махров — обратилась ко мне Каримова — скажи нам честно, ты в институт собрался поступать?

— Ирма Игоревна, с чего вы взяли?

— Как с чего? Данный учебник предназначен для учащихся высших учебных заведений. Где ты его взял?

— В библиотека, Марина Васильевна выдала, временно, с возвратом.

— И ты не посмотрел, что тебе дают? Внимательнее нужно относиться к учебному материалу. Садись на место, за расширенное раскрытие темы ставлю тебе пятёрку. На досуге сравни, чем различаются учебники. И ещё, не нужно в следующий раз запоминать всевозможные графики и рисунки вплоть до их номеров. Лишняя трата времени и ресурсов организма. Легко сказать , а вот как это осуществить? Ведь всё само собой откладывается в голове, хочешь ты того или нет.

Глава 3

Скворцова толкнула меня локтем в бок. Что за мода пошла, при каждом удобном случае локотки в ход пускать?

— Саш, можешь одолжить нам свой учебник на несколько дней?

Да неужели? Лёд тронулся, господа присяжные заседатели! Скворцова обратилась ко мне с просьбой. Неожиданный поворот событий, но, тем не менее, приятный.

— Да, конечно. Схожу к Гуренко и попрошу её продлить срок аренды. Обещал завтра книгу вернуть.

— Какой смысл тогда было брать из-за нескольких дней? К следующим занятиям как будешь готовиться, если учебник сдашь?

— Что-нибудь придумаю, но ты права. — Ирина слегка улыбнулась.

— Держи – протянул ей учебник. — За внешний вид извиняться не буду, не я его таким сделал.

Ирина, молча, кивнула, убирая его в свою сумку. Громкий, заливистый звонок оповестил всех об окончании очередного урока. Ребята задвигались, раздались громкие голоса.

— Лёха, Володя — окрикнул я парней — разговор есть.

— Хочешь в подробностях рассказать нам о сегодняшнем пребывании у нового зама — уточнил Таран.

— Именно так Лёха. Визит мой касается нас всех.

— Прямо всех? и девчонок тоже?

— Всех Володя, всего нашего дружного коллектива.

— Заинтриговал, пойдёмте тогда в нашу хату, там никто нам мешать не будет.

— Только не туда, идёмте в столовку, я вам всё расскажу, заодно и поедим.

— Веди Сусанин, нам спешить не куда. Если Тамара Петровна нас бесплатно покормит, тогда вообще классно будет.

Едва мы спустились на первый этаж, как меня окликнул Коваленко.

— Александр, пойдем, пошепчемся. — Иваныч кивнул головой в сторону входной двери.

— Парни, идите без меня, я скоро приду. Лёх, возьмите мне пюре с двумя котлетами и стакан какао.

— Хлеба сколько брать?

— Пару кусков хватит. И два пирога с повидлом если есть.

Мы вышли на свежий воздух. Денёк сегодня выдался отменный, безветренный. Светило яркое солнце, но не пригревало. Ничего, наступит пора, и весело побегут наперегонки ручьи. По небу с озабоченным видом плыли по своим делам редкие, пузатые облака, поглядывая свысока на людей, вечно куда-то спешащих. На расчищенной дорожке, ведущей к училищу, копошилась стайка воробьёв, что-то усердно клюя. Периодически между ними вспыхивали небольшие потасовки. Ещё немного и начнётся календарная весна. Видимо об этом знаковом событии пела с ближайшего дерева синица. Радуясь вместе с нами хорошей погодой. Коваленко достал пачку примы, понюхал и тяжело вздохнув, убрал в карман.

— На Новый год курить бросил — пояснил он, заметив мой вопросительный взгляд.

— Жена на слабо взяла, а я дурак согласился. Так-то всё нормально, а когда нервничаю, сразу на курево пробивает. Для такого случая пачку и ношу. Понюхаю сигаретку, отпускает. Я чего тебя позвал! Снова этот крендель ко мне подходил, и про вас расспрашивал. Велел ключи от зала никому не выдавать, а от комнаты с аппаратурой забрал с собой. Скажи мне Александр, разве так должен проявлять себя руководитель? Тем более в первый рабочий день. Чем он только думает, чего хочет добиться? Развалить ансамбль дело не хитрое, а создать вновь, да такой как ваш, тут талант нужен, да ещё какой.

Коваленко снова достал пачку, повертел в руках и выбросил в урну. Переживает Иваныч за нас. Молодец мужик, не то, что некоторые. Кого имею ввиду? сам не знаю. Знаю только одно, есть люди порядочные, а есть полное г…, одним словом Плохиши.

В моей голове промелькнула маленькая, едва уловимая, мысль. Спасибо за это Иванычу. Развалить ансамбль? Ну конечно, как я сам не догадался? Сомневаюсь, что Юрьев собственную инициативу проявляет. Он всего лишь пешка в чьих-то умелых руках. Пусть даже не проходная, зато очень кусачая. Так, так и кто тогда у нас гроссмейстер? Сорока? Допустимо, но вряд ли. Да, с работы его выгнали по статье, но мы тут причём? Никогда на Сороку не кляузничали, а временами так хотелось. Кто ещё? Гоша Фёдоров? Не, не его уровень, мелковато плавает. Адмуртин? Этот может подгадить. Только он не в курсе из-за кого пострадал. Возможно, ещё кто-то в тени прячется. Что ж, поживем, увидим, к кому тянется след.

— Не переживайте вы так Юрий Иванович, не долго Юрьев здесь проработает. За какие-то грехи убрали его из райкома комсомола, уберут и отсюда. Вот увидите.

Коваленко зябко поёжился. Да, не май месяц на дворе.

— Смотрю я на тебя Александр и удивляюсь, что бы вокруг ни происходило, ты никогда не унываешь и держишь нос по ветру.

— Привычка, Юрий Иванович, привычка — и сразу осёкся, сообразив, что сказал не то. Однако Коваленко, не обратил на мои слова никакого внимания, думая о чём-то своём. Вот и хорошо. Мы распрощались. Коваленко остался, созерцать окрестности и успокаивать нервы. Я направился в столовую, где меня дожидаются друзья и любимая пюрешка с котлетками. Как представлю, сразу слюни текут, ммм, вкуснотища. Не то, что полуфабрикаты двадцать первого века. Войдя в столовую, сразу направился к ребятам. Весь коллектив был в сборе, хм, ну почти весь. Дружная компания сидела за столом, возле небольшой пальмы. Сразу вспомнились строчки из детской песенки « Четыре таракана и сверчок»

Весёлая компания

За печкою сидит

И, распевая песенки,

Усами шевелит.

Стол в углу мы облюбовали давно, как только начали учиться. Место отменное. В стороне и в то же время в людях. Никто разговорам не мешает и в рот не смотрит.

Пришлось даже вступить в небольшую конфронтацию с другими претендентами, но музыка делает чудеса. После нашего небольшого импровизированного концерта «по заявкам», на котором присутствовало местное руководство, плюс несостоявшийся руководитель нашего ВИА Миша Нехорошев, претенденты на место в углу зала неожиданно потеряли к нему всяческий интерес.

— Привет девчонки, вы сегодня такие счастливые, что-то случилось?

Марина от моих слов едва не подавилась компотом.

— Саш, Я сегодня пятёрку по радиотехнике получила — с гордостью произнесла Катя. А эта дурёха, только четвёрку.

— Почему это я дурёха? — Марина надула губы. Постороннему человеку могло показаться, что она сейчас заплачет.

— Четвёрка очень хорошая оценка, полностью раскрывающая потенциал учащегося.

— Вот тебе «Резистенция» и снизила балл за не раскрытый потенциал.

— Молодец Катя, поздравляю.

— А меня кто поздравит? Я тоже старалась. Почему всё лучшее достаётся Кате? А мне только объедки.

— Потому, что я старше тебя и умнее.

— Тоже мне, старушка выискалась.

— Маринка, ты с дуба рухнула, какая я тебе старушка? На себя в зеркало посмотри.

— Так, а ну прекратили балаган — я стукнул кулаком по столу. Ребята за соседними столами обернулись на шум. Не впечатлившись увиденным, продолжили свою трапезу.

— Санёк, что ты нам хотел рассказать?

— Сегодня, как вам известно, меня вызывал к себе замдир Юрьев, работник райкома ВЛКСМ. Полагаю в данный момент, бывший работник. По своей воле он бы в такую дыру, ни за какие деньги работать не пошёл. Амбиции куда важнее. Значит, от него избавились и сослали к нам. Так вот, Юрьев в категоричной форме требует от нас невозможного, выступить на праздничном концерте посвящённому дню Советской Армии и Военно-Морского флота.

— Санёк, что тут такого? Песни у нас в репертуаре есть. Выступим, какие проблемы?

— Проблемы Лёха такие, Юрьев ждёт от нас порядка пяти, шести песен на патриотическую тему.

— Сколько? он чё дурак? — возмущённо воскликнул Хазов.

Соседи снова посмотрели в нашу сторону.

— Вовчик, говори потише, нечего посторонним в наши разговоры вникать, а потом соревнования устраивать на лучшую сплетню дня.

— Саш, мы не успеем за раз выучить столько песен.

— Марина, мы не будем этого делать.

— Санёк, чем мы тогда займёмся?

— Лёха, нам нужно срочно разучить всего лишь одну песню нужной тематики.

— Ха, всего одну? — удивился Хазов. Я промолчал, уплетая вкуснейшие котлеты. Не привык разговаривать с набитым ртом.

— Санёк, одна песня погоды не сделает, если с нас шесть требуют.

— Сделает Вовчик, ещё как сделает. С этой песней перед нами откроются двери на областную сцену. Где мы двадцать третьего и выступим.

— Ой, как здорово! — воскликнула Марина, едва не захлопав в ладоши. На её лице появилась мечтательная улыбка. Ребята вмиг забросали меня вопросами.

— Саш, а концерт во сколько начнётся? Кто ещё кроме нас будет выступать?

— Сенёк, а нас с занятий отпустят?

— Саш, а как же домашнее выступление? — поинтересовалась Катя.

— Ребята успокойтесь. Катя, не будет никакого домашнего выступления. Одновременно в двух местах мы присутствовать не сможем. Разве, что к этому времени учёные успеют изобрести машину времени и испытают её на нас, перебросив тела и души из Грубова в Глимск, потом обратно.

— Что-то мне не хочется стать подопытным кроликом. — Произнёс Хазов. — Изображать из себя Белку или Стрелку, так себе занятие. Я лучше на барабанах лишний раз постучу, пользы больше будет.

— Или Танюху в дурке проведаешь.

— А хоть и так — нисколько не обидевшись, ответил Володька.

Саш, это, что за песня, ради которой нас пригласили выступить в Глимске.

— Катюша, разве ты не поняла? Вспомни, что нам Санёк спел в областном отделе культуры.

— Комбата? Саш, ты всё-таки дописал его? Вот здорово.

— Вот и не угадали, за Комбата я больше не брался. Нет вдохновения, а Муза, зараза такая, целыми днями дрыхнет. Впрочем, ночами тоже.

— Санёк, а в Глимске вообще знают, что мы у них выступать будем? Авантюрой от твоих слов попахивает.

Лёха посмотрел на меня с подозрением.

— Неа, пока не знают, но в самое ближайшее время будут знать. Возможно сегодня или завтра. Всё от нас зависит.

Вы когда-нибудь видели вопросительный знак размером с телеграфный столб? Нет? а мне сейчас посчастливилось увидеть этот синтаксический феномен. Возможно, когда-нибудь этому чуду будет посвящено много статей и научных трудов, а пока же на горизонте замаячила картина Репина. Да, да, она самая – «Приплыли».

Глава 4

— Санёк, зачем мы в такую рань пришли? Светка только через два часа появится.

— И, что ты Вовчик предлагаешь, в кино сходить или в кафе?

— Не, не, только не кафе, на еду смотреть не могу. В столовой объелся, скоро живот на лоб полезет.

— Вот, что жадность с людьми делает, дорвался до бесплатной еды и рад стараться. На фоне переедания у тебя скоро у животик появится. Будешь, как беременный ходить. — Марина засмеялась, а мы с Лёхой сдержанно улыбнулись.

— Катюха, где ты, у меня живот нашла? Это я образно выразился. Нет, он конечно у меня имеется, так же как и у всех, но не более того.

Вовчик задрал джемпер и похлопал ладонью по небольшой выпуклости.

— Видала? То-то же.

— Вовчик, для того, что бы в ближайшее время у тебя ничего лишнего случайно не выросло, нужно заниматься спортом. Для этого садись за барабаны. Ты в курсе, что по статистике Минздрава барабанщик в среднем теряет от пятисот грамм до двух килограмм веса за час работы?

— Катя, нам нужно срочно записаться в барабанщицы. При таком раскладе никакая диета не нужна. Съела тортик, а потом стучи себе на здоровье и ни о чём не думай. Фигура в порядке.

— Ничего у тебя Марина не выйдет. Основная часть потери веса это вода, выходящая с потом, а не жир.

— Ну вот, Саш, ты всё испортил, а я так обрадовалась.

— Маринка, из тебя барабанщица как из меня балерина.

— Ребята мы снова отвлекаемся. Новую песню будем разучивать?

— Без Светки? Санёк как ты это себе представляешь?

— Да, начнём без него, Светик на лету всё схватывает, так, что быстро в тему въедет. Кстати, вы не задумывались над вопросом, что мы будем делать, когда вернётся Серёга?

— Саш, а что не так?

— Всё с вами ясно. Никто значит, об этом не думал кроме меня.

— Санёк, а, что тут думать?

— Действительно, нечего. Тогда Леха ответь мне на такой вопрос. Каким образом мы сможем использовать двух клавишников при наличии одного синтезатора? В четыре руки на одном инструменте играть будут?

Я не первый раз называю «Юность» синтезатором и ребята с моей подачи подхватили эстафету. Всем это слово понравилось.

— Блиин — произнес Таран, почёсывая затылок. — Чё делать-то будем Сань?

— У меня только одно видение ситуации, нужен второй синт.

— Синт? Это, что такое?

— Эх ты, хорошистка четвёрочница. Не быть тебе никогда отличницей. Я и то знаю, ответ. Синт, сокращённо синтезатор.

— Молодец Катя, ставлю тебе пятёрку.

— Вот так Мариночка — Катя показала ей язык. — Учись студентка.

— Кто не работает, тот ест — добавил Хазов и засмеялся.

— Санёк, ты своими идеями всех переплюнул. Идеи Сани Махрова самые идейные идеи в мире. Ура! товарищи. Хазов захлопал в ладоши, давясь от смеха — ха, ха, ха.

— Сань, ты серьёзно?

— Леш, что тебя так смущает? Денег на покупку синтезатора, как ты сам понимаешь, у нас нет, и не скоро появятся. Если вообще появятся. Остаётся единственный вариант, взять напрокат.

— Отличная идея. Всё равно, что в пустыне снег найти. Как ты себе это представляешь?

— Лёша, в пустынях снег тоже выпадает. Очень редко, но выпадает.

— Спорить не буду, я там не бывал. Кто тебе синтезатор напрокат даст? За какие такие заслуги?

— Вот об этом нужно будет поговорить с Дружининой. Думаю, она нам поможет и найдёт выход из положения. И чем быстрее это произойдёт, тем лучше. Где-нибудь на задворках областной филармонии скучает по нашему коллективу никому ненужный аппарат. Нам и списанный подойдёт, лишь бы исправный был.

— На какой срок просить будешь?

— До лета, это же очевидно. Мы в начале июня в агитбригаду, а у Светки в это время сессия начнётся. Ему с нами при всём желании не поехать. На счёт августа пока непонятно. Захочет Свет с нами на подработку рвануть или нет, думать об этом рано.