Алхимия сопротивления

Молчание.

– Я была вчера вечером у её матери, Доротеи. Та сообщила, что Люси ушла с утра в библиотеку и не вернулась.

– В библиотеку, – повторил задумчиво. – Не знал, что у вас есть библиотека.

– В Сэттлбурге был и филиал университета раньше, – Медея не смогла не ответить колкостью, – если бы власти централа поддерживали такие городки, как наш, то…

– То тут была бы всё таже дыра, – договорил алхимик.

«Вот гад». Девушка всё больше презирала его, словно в этом человеке предстала перед ней вся власть столицы.

– К теме, – приказной тон алхимика бесил, – почему Доротея не обратилась в полицию?

Кэрроу отметил, что девчонка саркатически приподняла бровь.

– Обращалась, господин алхимик, да только полиции плевать. Они лишь жрут круассаны да шлют поддельные отчёты в столицу. А вы и рады.

– Попрошу вас, мадам. Вы говорите с представителем власти.

– Вот и наша полиция в ожидании представителя власти совсем забыла о своих обязанностях.

Константин сверлил девчонку взглядом. Обычно люди пасовали перед ним. Статус государственного алхимика, его сила, доступ к первому уровню секретности – всё это делало его неуязвимым к грубости. Но, видимо, не здесь. Девчонка и не думала выказывать уважение.

– Так, – лучше сменить тему. «Понятно, что у мисс Стрэйт претензии к властям, но мы здесь не за тем», – ваша семья, Медея. Как они погибли?

«Ага, в душу залезть захотел, хрен тебе».

– Господин алхимик, я задержана? За что меня держат здесь, как преступницу? За нарушение комендантского часа положен штраф и только. У вас есть ещё что-то, что мне предъявить?

«А она смелая. Однако дел ещё хренова куча, поэтому, и правда, нет смысла собачиться с ней» подумал Кэрроу.

– Нет, мадам. Вы можете быть свободны.

Он начал снимать перчатки с рук. Оставалось проверить самое главное. То, ради чего, собственно, он и притащил её сюда.

Медея смотрела на то, как алхимик снял перчатки. На них были начерчены преобразовательные круги. А на кладбище он был без них…

– Дайте руку, – сказал Константин и протянул свою руку ладонью вверх.

Медея смотрела на него с недоверием. Рука его спокойно лежала на столе. Она вспомнила ту искру на кладбище. Что он пытается сделать?

– Давай, – взгляд его был напряжён. Он ждал, чем закончится их второе касание.

Медея протянула руку и замерла, почти дотронувшись до него. В этот момент паузы он сам поймал её за руку и крепко сжал. Костяшки её пальцев побелели, было больно, но ничего не произошло. Кэрроу помедлил секунду в ожидании. Ничего. Тогда он второй рукой накрыл её руку. Опять ничего. «Ну что ж, – почти с сожалением отметил про себя алхимик, разжимая свои руки, – на нет и суда нет».

Медея вытянула руку из его капкана и потёрла пальцы. «И чего было так сжимать?»

– Можете идти.

Он встал и вышел из кабинета, оставив дверь открытой.

Преобразование 3

В городе Сэттлбург была лишь одна гостиница. Именно в неё и направился алхимик Константин Кэрроу. Было утро, занимался рассвет, первые люди стали появляться на улочках городка.

Гостиница была именно такой, какой и представлял её себе Константин: старой, убогой развалиной. Номер он выбрал на третьем и последнем этаже – самый большой и наименее уродливый из всех. Гостиница была пуста. Он был единственным посетителем и заранее зарезервировал за собой ещё три соседних номера. Собственно, выходило, что за ним был весь третий этаж. Через пару дней к нему должна была приехать его команда, и это была единственная вещь, которая радовала.

Свою команду Константин создал несколько лет назад, отобрав в неё самых выдающихся людей, которых только смог найти в своём окружении. Их было всего трое, но каждого он ценил на вес золота.

Младший лейтенант Сандра Лэсли была прекрасным механиком, разбиралась в технике, могла починить всё, что угодно, а ещё она была превосходным стрелком. Ещё будучи студентом, Кэрроу познакомился с ней в академии. Она была на два курса старше него, училась на параллельном потоке, и именно она помогла ему обучиться стрельбе.

Сандра была действительно одарённым снайпером. Ни раз спасала ему жизнь, а в последнюю заварушку, где им пришлось втроём отбиваться от целого отряда сопротивления, она практически пожертвовала собой ради него.

Константин не знал, чем заслужил такую преданность Сандры, но пытался отплатить ей тем же сполна. Сам много раз спасал её из разных передряг.

Ещё двое незаменимых ребят, без которых Константин не мыслил свою службу.

Кевин Стоун, силач, огромная груда мышц. Гора-Кевин, как его прозвали в армии, отличался недюжинной силой. Этот великан способен один повалить десятерых бойцов. Кевин Стоун был предан Константину с того самого момента, как тот спас его маленькую сестричку от негодяев в одном из переулков ЦОГА. В те времена силы сопротивления ещё активно чинили беспорядки, устраивали диверсии. Под шумок преступники делали все, что хотели, и в столице было неспокойно.

Ну и наконец, третий человек, которому Константин доверял как себе, – талантливый Винсент Вэро. Винсент отличался тем, что мог проникнуть куда угодно и когда угодно. Он мог перевоплощаться в любых людей, имея при себе лишь пару париков и накладных усов. Винсент мог мог влиться в любую компанию и был превосходным шпионом.

Такая вот нехитрая команда, но Кэрроу гордился ими и считал их своей семьей. Совсем скоро они должны были приехать к нему в Сэттлбург.

Проворочавшись на кровати и проспав не более трех часов, Кэрроу поднялся. Он сменил рубашку и вновь надел черный плащ. «Чертово захолустье, – думал он, – даже не уверен, что кровать, в которой я спал, не кишит клопами. Чем мучиться на чертовом матрасе, лучше займусь-ка делом».

Этим утром он намеревался навестить Доротею Лэтовэй, мать пропавшей Люси. Необходимо было поговорить с женщиной и узнать больше деталей о ее дочери.

Дом семьи Лэтовэй находился совсем недалеко от гостиницы. Подойдя к нему и осматривая с некоторым отвращением потрескавшиеся коричневые стены, Константин вдруг услышал вскрик. Это был слабый вопль женщины, доносившийся изнутри дома. Кэрроу быстро натянул боевые перчатки и побежал ко входу. Дверь оказалась не заперта. Он напрягся как струна и отворил дверь, предчувствуя что-то нехорошее.

Пройдя через пустой коридор, увидел гостиную. На полу лежала женщина, нога ее была сломана. С ужасом она смотрела на того, кто возвышался над ней. Незнакомец обернулся к Константину, и хищная улыбка проскользнула по его лицу.

– Вы арестованы, – Кэрроу знал, что хрена лысого этот тип сдастся добровольно.

Незнакомец улыбнулся шире, показав хищные белые клыки, и кинулся на алхимика.

Константин щелкнул пальцами, и разряд молнии пронзил воздух. Он ударил прямо в нападающего, но, к удивлению алхимика, тот и глазом не повел. Незнакомец стал наносить удары один за одним с невероятной скоростью. Кэрроу отбивался, ставил защиту, блок за блоком. «Этот человек не так прост». Скорость его была очень высока, удары сильны. Разряды молний не действовали на него. Обычно люди как минимум падали от электрического разряда Кэрроу.

Незнакомец продолжал наносить удары, и один из них пришелся прямо в челюсть алхимика. Голова загудела. Кэрроу решил, что пора действовать во всю силу, и вновь щелкнул пальцами, вызвав несколько молний подряд. Увернуться от всех разрядов незнакомцу не удалось, парочка попала точно в него, но вновь не сбила его с ног.

Незнакомец и не думал уставать, продолжая нападать. Константин был рад, что никогда не бросал тренировок, а потому удар держал, пару раз заехав ублюдку в морду.

«Да кто же он такой?» Подобной скоростью обладали лишь химеры. Но создание химер запрещено законом. Значит, в этом городке точно кто-то проводит эксперименты.

Следующий удар Константин пропустил. Удар с разворота, прямо в грудь. Острая боль охватила всё его солнечное сплетение. Он упал, пытаясь восстановить дыхание. Невероятная сила! Ублюдок бил по ребрам, и алхимик чувствовал, как они ломались.

Незнакомец вдруг остановился, а потом бросился к женщине. Он намеревался доделать то, зачем пришёл сюда. Та уже была у входа в коридор, но ещё не успела выйти из дома. Переломанная нога и страх замедляли её. Он почти догнал свою жертву, как перед ним возникла каменная стена. Константин вновь преобразовал материю пола и воздвиг преграду.

Это не смутило нападавшего, он легко разбил препятствие ногой. Константин уже поднялся и следовал за ним, всё ещё поражённый силой и скоростью этого персонажа. Эта химера, определённо, и самая сильная из тех, с кем ему довелось встречаться за свою службу.

Несколько электрических разрядов вновь прорезали пространство, и вновь химера увернулась, словно предчувствуя, куда ударят молнии.

Константин накрыл его градом из камней, что остались от разбитой стены. Химера оказалась почти похороненной под ними. Константин обошёл камни и огляделся в поисках женщины. Доротея была почти у двери. Гора из обломков рассыпалась, и химера вновь стояла перед ним, как ни в чём не бывало.

Они смотрели друг на друга:

– Неужели власти наконец обратили свой взор на простых смертных? – заговорил незнакомец.

– Ты ли простой смертный? – Константин не сводил с него глаз.

– О нет. Я совсем иное.

Дверь скрипнула, и нападавший молниеносно оказался у выхода, схватив женщину за горло. Доротее почти удалось выбраться, пока они были заняты разговором, но чертова химера нагнала её в самый последний момент. Константин уже приготовился щёлкнуть пальцами и поджарить ублюдка, как тот произнёс:

– Пронзишь молнией и старушку?

Алхимик медлил, прикидывая шансы, а химера мерзко улыбалась. Кэрроу услышал хруст шеи женщины и увидел, как тело её обмякло и упало вниз.

– Долго думаешь, алхимик, – сказал чертов ублюдок и выбежал из двери.

Корить себя за промедление Константин решил по дороге и кинулся за нападавшим. «Чёрт возьми, не уберёг свидетеля!» – неслись мысли в его голове. Алхимик выбежал на улицу и увидел, как химера уже сиганула на крышу дома и быстро бежала по ней. Кэрроу создал тысячи игл, и те полетели во врага. Они втыкались в него, но тот и не думал останавливаться.

Вскоре убийца скрылся за очередной крышей дома. Константин всё бежал по улицам, пытаясь догнать его, но тщетно. Тот как испарился. Ребра алхимика гудели, боль потихоньку начинала застилать всё сознание. «Что же это за неуловимый тип?» – думал государственный алхимик. «Отделал меня, как первокурсника».

***

Как только Медея пришла на работу, старик Томас, прожужжал ей все уши о происшествии. Оказалось, что этим утром алхимик столкнулся с неизвестным врагом у дома миссис Лэтовэй. Медея, к горькому сожалению, узнала о том, что Доротея мертва.