Гор. Среди смертных. Начало

Meret Seger

Гор. Среди смертных. Начало

Глава 1. Положение вещей.

Я родился в смутное время. В то время моя семья, прибывшая на эту планету вслед за другими семействами, участвовала в кровавой междоусобной войне. С тех пор, как мой прапрадед удалился из этого мира, истребив почти всех людей, сменилось три хозяина этой благодатной земли. И каждый из них вел дела по-своему, так, как умел, пользуясь тем, что осталось. Именно поэтому сейчас столь много следов хранят древние пески, коих тогда здесь еще не было.

Это была зеленая благодатная земля. Шли регулярные дожди, реки и озера были полны рыбы, по полям передвигались стада антилоп, газелей и других животных. Множество птиц обитало в густой растительности. Такие природные условия поддерживались моим прапрадедом искусственно. При его сыне это продолжилось, так как Ра оставил ему многое из того, чем пользовался сам, обучив его управлению нужными артефактами, которым было подвластно воздействовать на популяции, вызывать осадки, вырубить в скале блок, поднять его в воздух и даже расплавить. Не зная и не имея их, невозможно было построить все эти великолепные мегалитические объекты. Шу был обижен на Геба за его предательство, поэтому все бросил и ушел. Часть древних знаний, особенно об управлении климатом, покоились где-то в хранилищах Тота. Мое семейство славилось тем, что умело подчинять силу тяжести и движение молекул с помощью звуков, благодаря чему, за день мог быть построен гигантский дворец из песчанника и гранита.

Ра уходил без намерения возвращаться, поэтому не слишком заботился о том, как созданный им порядок будет поддерживаться. Об этом должны были позаботиться другие. И они позаботились. Не могу утверждать, получилось ли бы это у кого-то лучше, но одно могу сказать точно: основную свою задачу они выполняли. А остальное уже было не так важно. Ра, Шу, Геб, Усир – люди помнят своих легендарных правителей до сих пор, почему-то поддерживая эти знания и передавая их из поколение в поколение так же, как и знания о других семьях, как будто в надежде, что Ра и другие главы семейств вновь вернутся и полюбят их. Но они давно утратили это чувство вместе со своими человеческими телами.

Я не должен был родиться. Уже не первую сотню тысяч лет действовал запрет. С тех пор, как Ра ушел, потеряв интерес к этому проекту, все изменилось. И наша династия, созданная специально для него, должна была постепенно уйти в забвение. Принимались жесткие меры: моих бабку и деда насильно удалили друг от друга после чего, нарушив запрет, Нут произвела моих ближайших родственников: мать, отца, тетю и дядю. Единственной, кого действительно любил Ра, была его единокровная дочь. Другие боги, почитавшиеся людьми как его потомки, были выведены искусственно.

Есть одна особенность у всего нашего семейства – думать, что если получил человеческое тело, то и человечность обрел вместе с этим. Рано или поздно это убеждение отступает, давая дорогу безнравственности и жестокости. Я глубоко разочарован и не чувствую себя причастным к их кругу. Я сочувствую этим людям, ставшим "скотом Ра". Ведь они одни из несметного числа видов, населяющих галактики, и имеют такое же право на жизнь вне рабства, как и вся моя семья, поверившая в то, что они боги, благодаря поклонению этого самого "скота". Они забыли, откуда произошли, приняв на себя навязанную богами и столь приятную роль.

Но разве в этом состоит космический порядок? Когда более сильные порабощают слабых. Почему это осталось безнаказанным и никто не выступил в защиту прав этих людей на Суде? Ра – не отец всего сущего. Он обычный узурпатор, действовавший с помощью силы. Все, что описано в мифах, лишь жалкие осколки событий, запечатленные ограниченными жрецами. Но в них, точнее в их сути, есть то, что оставил своим чадам, разбросанным по всей вселенной, их истинный Творец.

Люди привыкли к тому, что за пределами пространства этого мира и Космоса ничего нет. Но это всего лишь определенные для них границы, за которые выходить для них недопустимо. Неведение и страх – вот его методы. Проведена огромная работа по обожествлению образа Ра, чтобы в умы сменяющихся поколений прочно вошел его образ, как образ бога строгого, но справедливого, чтобы никто не знал и не догадывался об истинной природе вещей, а люди с охотой приняли на себя образ этого самого "скота"… За малейшее неповиновение их истребляли, насылая мор и разжигая войны.

Египтяне – народ с особенной культурой и предками. У них все свое: начиная с архитектуры и заканчивая модой. Мегалиты, что видны на поверхности земли, стоил Геб. Остальные, возведенные Ра и Шу, покоятся под слоем земли и песка.

Это книга моих воспоминаний. Я благодарен людям, принявшим меня, и надеюсь, что буду жить в их сердцах не как бог, а как тот, кто был с ними рядом, понимал их и защищал.

Глава 2. В зарослях папируса.

Я родился от земной женщины Уаджет, которая за то, что выносила, выкормила и воспитала меня, получила в дар бессмертие. Моей биологической матерью была Исет, а вот кто отец – для меня в то время оставалось загадкой.

Эмбрион был создан в подземных лабораториях под нынешним плато Гиза после долгого отсутствия Исет на этой планете. А когда она вернулась, по рассказам Уаджет, то сразу удалилась в лабораторию. Это уже позже люди сочинили историю о чудесном воскрешении Усира и моем непорочном зачатии, так как другого объяснения появлению у богини ребенка найти не могли, да и не престало сестре великого царя рожать от "кого попало".

Обожаемый своей матерью Уаджет я имел все. Она была богатой представительницей торгового сословия, а после моего рождения стала еще и близка ко двору. Позже люди ее обожествят. Она оставит немалый след в истории.

Мы жили в просторном двухэтажном доме на берегу Нила, стены которого были сделаны из кирпичей и тщательно выбелены, а каменный пол густо устлан яркими циновками из тростника и шкурами диких животных. Дом располагался в богатом пригороде Абидоса. Уаджет любила быть поближе к сельской местности, чтобы видеть то, как живут обычные люди, и не забывать о своих корнях. В нашем распоряжении находилось более 10 домашних слуг. А сколько было тех, кто занят в торговом деле, трудно сосчитать. Во многих городах у нас были свои дома и склады, которые обслуживались сотнями работников.

В те времена архаичность быта удивительным образом сочеталась с божественными технологиями. Наряду с обычными тростниковыми лодками использовались порталы для преодоления больших расстояний. Ментальные практики были наследством древнейших знаний о теле и природе человека, владение ими позволяло иметь аватары и другие, сродни магическим, атрибуты. Это все было привилегией богатых и просвещенных. Простой народ, как и во все времена, довольствовался малым.

Помимо меня, Уаджет имела еще нескольких детей, которых она родила от разных мужей, погибших в многочисленных войнах. У меня было две сестры и три брата. Сейчас мама вдовствовала и находилась в ожидании нового предложения.

Исет никогда не приходила ко мне. Я видел ее лишь однажды когда она плыла по реке в своей золоченой барке, маленькая фигурка, величественно восседающая на троне под навесом, скрытая за тонкими занавесками, которую я никак не мог разглядеть с берега.

Мне тогда едва исполнилось 5 лет. До того дня и спустя еще долгие годы я не догадывался о своем происхождении. Толпа детей всех возрастов собралась на берегу, чтобы увидеть путешествие богини. Впереди были густые и высокие заросли тростника, а мне так хотелось разглядеть Исет как можно лучше.

И тогда я убежал от своей старой служанки и взял маленькую рыбацкую лодку, совершенно не думая тогда ни о каких крокодилах и бегемотах, которые традиционно могли обитать в топких зарослях. Я гордо стоял в этой лодочке, отталкиваясь длинным шестом от илистого дна, пробирался сквозь заросли, чтобы выйти на открытый участок и получше рассмотреть Исет.

Пение населявших заросли птиц было таким громким и перемежалось между собой, что других звуков я не мог различить среди них. Поэтому приближение огромного гиппопотама осталось незамеченным мной. И теперь он бежал на меня из глубины зарослей, грязный и злой.

До меня донесся его рев и чавканье ног, увязающих в иле. И тут меня охватил дикий ужас, я застыл и не мог пошевелиться. Бегемот был уже совсем близко, я зажмурился, потерял равновесие и упал в воду. А когда вынырнул, он уже лежал на боку и тяжело дышал, а рядом с ним повисла в воздухе чья-то фигура в узком красном платье. Ее длинные черные волосы были перехвачены лентой.

Когда она повернулась в мою сторону, я уже вскарабкался обратно в лодку и жадно пытался ее разглядеть. Это была Исет, точнее ее аватар. Ее лицо мягко улыбалось, а от всей фигуры исходил свет. Она протянула ко мне руки, желая обнять, и я застыл в изумлении, не в силах оторвать от нее взгляд.

Моя набедренная повязка была мокрой и грязной, а детский локон растрепался и прилип к шеке. Все это делало меня таким несовершенным рядом с Исет, что я склонил голову и уставился на воду. Но вдруг у меня в мыслях раздался ее голос, такой нежный и знакомый, что внутри все сжалось. "Ты под моей защитой, Гор. Ничего не бойся."– сказала Исет и растворилась в сгущающемся тумане.

Ее барка уже давно пропала из виду, стало вечереть. Я взял маленькое плетеное весло со дна своей лодочки и начал грести в сторону берега, стоя на коленях. Моя служанка к тому времени уже позвала на помощь и, приближаясь к берегу, я видел мужчин, садящихся в лодки побольше, чтобы отправиться на мои поиски.

На берегу в белых свободных одеждах, перехваченных синим расшитым самоцветами поясом, взволнованно ходила Уаджет, на которой не было лица от страха за меня. Она то запускала руки в свои волосы, то вздевала их небу, сетуя на судьбу. В тот момент, когда я показался из зарослей, все облегченно выдохнули, мужчины ринулись вытаскивать мою лодку, а Уаджет нетерпеливо ждала, когда меня приведут к ней.

Она никогда меня не наказывала, только поучала за проделки. Но в этот раз Уаджет только обняла меня, посмотрела в глаза, поцеловала в лоб и улыбнулась. Затем мы взялись за руки и пошли к носилкам. Когда мы въехали во двор нашего дома, я уже крепко спал. Слуги перенесли меня в мою комнату, протерли руки, ноги и лицо влажными теплыми тканями и оставили спать дальше. Я был уверен, что мама отложила разговор на утро. У меня в голове тоже было много вопросов, поэтому в тот день я решил во что бы то ни стало увидеть Исет еще раз.

Глава 3. Исет. Путь в неизвестность.

Вся ее жизнь с момента появления в этом мире протекала в медленном и безмятежном полусне. И так уже минуло пятьсот лет. Пять сотен лет повторялось одно и то же: бесконечные смены нарядов, приемы, болтовня приближенных, проворные руки слуг, Сет и Усир, Небетхет… Исет всегда была, есть и будет. И всё остальное тоже. Так же.

Она никогда не интересовалась тем, что происходит за пределами дворцового комплекса и никогда его не покидала. Единственным, что пробуждало в ней неподдельный интерес, были человеческие чувства. В особенности, любовь, доброта и счастье. Она знала о них от своего первого учителя, но никогда не испытывала. Исет не умела.

Тело ее было человеческим, но было ли таким все остальное? И чем дольше сущность ее пребывала в этом мире, тем отчетливее и сильнее Исет чувствовала разницу между собой и людьми. А не так давно она начала наблюдать за всем, что происходит вокруг. Какая роль ей отведена? Зачем она создана? Теперь это те вопросы, которые день за днем кружились в ее голове, не находя ответа. Это было похоже на пробуждение, как будто кто-то нажал на кнопку и включил ее.

Отец Исет, Геб, действующий наместник, управляющий владениями моего семейства на этой планете, уже довольно долго отсутствовал. Его не было, по меньшей мере, двадцать лет. В его отсутвие правил Сет, величественный и прекрасный, как и его божественный отец, рожденный на небесах. Так говорили люди.

Геб отправился искать незахваченные участки планеты, взяв свой лучший борт, который вмещал необходимую команду и обладал возможностью становиться невидимым. Там же с ним были и "Инару"– присполобление для плавки камня, чтобы сразу создать пригодное обиталище, "Икет"– устройство для общения на расстоянии, "Херу"– проводник в пространстве и "Сехеб"– защитник. Все они приводились в действие словом своего владельца.

Стоял жаркий полдень, когда Исет вернулась в свои покои после долгого плавания в бассейне, расположенном в глубине ее покоев, размах которых охватывал несколько гектар. Обычно она передвигалась на носилках, но сегодня долго шла пешком в опочивальню, погрузившись в раздумья. Свита ее, в которой было 25 человек, удивленно шествовала следом, так как распорядок дня уже был нарушен, и нужно было сдвигать визиты по времени.

Сегодня в главном зале для приемов Сет созывал свою семью и приближенных. О причине никто не знал, поэтому в воздухе витало едва заметное напряжение. Раздумья Исет касались этого приема, но основной их причиной был, конечно, Сет. Я сразу скажу, что братом по крови он ей не являлся. Их сущности и тела были настолько разными, насколько глубока загадка их создания. И сейчас, спустя 500 лет, все только начиналось.

До приема оставалось меньше трех часов, а Исет только вернулась в опочивальню. Все мышцы были приятно утомлены и находились в тонусе после долгого плавания в бассейне. Слуги сняли с нее длинную белую накидку, расшитую золотыми нитями, с орнаментной вышивкой на рукавах, которая эффектно контрастировала с загорелой упругой кожей, и сопроводили в баню, где Исет встала под прохладный душ, предварительно выгнав вон всех слуг. Ее стало утомлять постоянное сопровождение, поэтому она все чаще хотела оставаться наедине.

Исет любила свой хамам. Здесь были комнаты душевой и бани, а также террасса с видом на Нил, где она могла загорать. Повсюду находилось много растений в горшках, малых и больших, похожих на пальмы и тропические лианы. Нил и вся земля вплоть до горизонта, утопали в зелени. После душа, облачившись в просторное зеленое платье и водрузив на голову золотой обруч, она опустилась в любимое широкое кресло из черного дерева, устланное шкурами тигра, взяла в руку золотой кубок с отваром бессмертия и обратила свой взор вдаль, поверх перилл балкона.

В предвкушении предстоящей встречи в голову лезли мысли о Сете. Что он о ней думает? Хочет ли он еще ее видеть? Они так давно не встречались, хотя и жили в одном дворцовом комплексе. Дела империи требовали от Сета полной отдачи, поэтому он полностью исключал общение с теми, кто напрямую не был связан с выполнением текущих задач.

В этот самый момент мимо слуг, которые были заняты тщательным приготовлением вечернего туалета Исет, на террасу из потайной двери проскользнула Небетхет. "Здравствуй, сестрица!"– весело воскликнула она. Слуги тут же поднесли ей бокал с отваром. Присев на край лакированной скамьи, перетянутой тончайшей кожей бегемота, она кокетливо улыбнулась, стараясь тем самым намекнуть на то, что тут было, и приняла богато украшенный рубинами кубок. "Как ты это пьешь?"– сказала Небетхет, поморщившись.

Исет улыбнулась ей в ответ и сказала: "Пойду, если ты пойдешь. Одной мне будет не по себе, сестрица". "Вижу, ты уже и наряд выбрала"– сказала Небетхет, оглядываясь на покои, в которых копошились слуги. "Еще нет, думала, ты мне поможешь"– ответила Исет, увлекая ее за собой в глубину покоев. Они разместились на удобных ложах под ветроловушкой, а в это время перед ними один за одним стали возникать манекены в одеждах неописуемой красоты.

Главный распорядитель Исет, Пак-Нефер, начал торжественно описывать преимущества каждого из нарядов. Всего нарядов было пять. "Этот наряд, моя богиня, как нельзя лучше подчеркнет вашу добродетель"– сказал Пак-Нефер, указывая на первый наряд, выполненный из белоснежного плотного хлопкового полотна, скрывающий руки, плечи и ноги под мягкими волнами и складками ткани, к нему полагались серебристые сандалии из чешуи геккона и голубые массивные украшения. "А этот – намекнет на вашу щедрость"– указал он на короткое красное платье, покрытое золотой фольгой и украшения из сандалового дерева. "Этот вариант, о великая, состоящий из сиреневого топа, узких кожаных брюк и напидки того же оттенка, расшитых золотом, сапогов и диадемы охотницы – покажет ваш боевой дух. "Пак-Нефер, а давай вы все просто сделаете Исет самой красивой, самой желанной и самой божественной?"– вмешалась Небетхет, не дожидаясь оглашения всех нарядов. – "Там же будет великий Сет".

Исет тут же встала и выпрямилась, как струна, затем подошла к пятому наряду и сделала знак главному распорядителю. Тот дал знак слугам начать процесс приготовлений. "А ты почему до сих пор не одета, Небетхет?"– спросила Исет, заранее зная ответ. "Не хочу тебя разочаровывать, но у меня уже все готово, я сейчас вернусь к себе, и после ты меня не узнаешь, сестрица"– весело воскликнула она и направилась в свою часть дворца в гордом одиночестве.

Приготовления Исет к приему были закончены, и сейчас она стояла и смотрела на себя в огромное зеркало в обширной гардеробной. На ней было узкое черное платье, открывающее одну грудь, на которое сверху была надета кольчуга из тончайщих золотых звеньев. На запястьях и щиколотках плотно сидели широкие золотые браслеты с гербом семьи в виде ока Ра. Густые длинные черные волосы, достигащие области поясницы, были выпрямлены и блестели. Голову покрывала тончайшая золотая вуаль, на которую сверху была водружена диадема с большим бриллиантом. Ноги и руки были расписаны хной. К наряду полагались высокие сандалии из коричневой кожи антилопы. Но Исет предпочла остаться босой.

До конца она еще не осознала свое желание, но в одном была уверена точно – она хотела привлечь внимание Сета. "Принесите мне браслет, как у смертных женщин, что живут на той стороне Нила."– обратилась Исет к Пак-Неферу. Слуги переглянусь между собой – такого браслета не было в ее гардеробе, а для осмотра дворцовых хранилищ требовалось время. "О великая богиня, я непременно принесу его вам."– ответил главный распорядитель и, тщательно скрывая ужас, поспешно удалился.

Он прекрасно понимал, о каком браслете речь. Такой носили свободные женщины одного из районов на окраине Абидоса. Было самое время воспользоваться "Херу", что он и сделал. Это был небольшой амулет на шее главного распорядителя, который приводился в действие монотонными звуками голоса в руке владельца. Каждый такой амулет мог работать только у того, для кого он был изготовлен, так как при его создании производилась кодировка по голосу и днк.

Амулет мгновенно растворил его и снова собрал рядом с Уаджет, которая в тот момент как раз находилась на одном из своих складов. Когда Пак-Нефер материализовался возле нее, Уаджет вскрикнула от испуга и замерла. Времени не было и он сразу перешел к делу: "Уаджет, дочь, Несера, я Пак-Нефер, главный распорядитель великой богини Исет, мне немедленно нужен "поющий браслет", я знаю, что у тебя есть все".

Уаджет в тот момент быстро взяла себя в руки. Она слышала о таких перемещениях раньше, эта возможность была только у самых могущественных лиц империи. Не долго думая, она быстро сняла с щиколотки один такой браслет. "Приветствую тебя, главный распорядитель богини Исет. Прими этот браслет в дар. Он изготовлен лучшим из моих мастеров из чистого золота."– ответила Уаджет, склонившись и держа браслет в ладонях на вытянутых руках. "Я не забуду о твоей услуге. Если тебе нужна будет помощь, приди во дворец и покажи это."– ответил Пак-Нефер и передал ей монету с изображением Исет. После этого он исчез.

Спустя секунды, он оказался перед Исет с браслетом в руках. "Вот, моя богиня, этот тот самый браслет, о котором вы говорили."– сказал главный распорядитель. – "Позвольте его почистить.""Нет, отдай мне его таким"– ответила Исет, внимательно рассматривая браслет. "Но моя госпожа, он может быть заразен!"– возразил Пак-Нефер. "С меня хватит жизни в изоляции."– парировала Исет.

Особенностью браслета были бубенцы и орнамент из танцующих женщин. Надев его на левую ногу, Исет последний раз перед приемом взглянула на себя в зеркало и возглавила шествие по длинным коридорам дворцового комплекса в главный зал для приемов. Пока Исет шла, глашатай объявлял о ней в каждом зале. Ее сердце бешено билось, а браслет игриво позвякивал, отзываясь где-то в глубине ее сознания, которое было поглощено предстоящей встречей с регентом империи.

Глава 4. Во власти судьбы.

Дорога до зала приемов показалась ей вечностью, но как только огромные двери из сосновой древесины показались впереди, Исет начало мутить, и она остановилась. Ее процессия замерла склонившись в ожидании, и Пак-Нефер вопрошающе приблизился к ней. "Скажи, он уже там?"– тихо спросила она. "Собралось много гостей, о богиня, но божественный регент еще не являлся"– ответил главный распорядитель.

Она и хотела его видеть и боялась одновременно. Но только вот чего именно? Того, что он ее забыл или того, что помнил… Из зала вышла высокая фигура главы канцелярии и направилась к процессии Исет. "Сюда идет Нетем, верховный распорядитель и глава канцелярии, моя госпожа"– предупредил Пак-Нефер. Когда Нетем приблизился, то склонился в глубоком поклоне перед Исет, недоуменно разглядывая ее босые ноги и "поющий"браслет. "Великая госпожа, ваш брат ожидает вас"– сказал он. "Он ожидает меня как брат?"– бросила Исет. Верховный распорядитель, оторопев от такого вопроса, важно добавил: "Великий регент и ваш божественный брат, Сет, ожидает вас у себя в покоях".

Исет сделала знак всем оставаться на месте и медленной плавной походкой направилась к скрытой двери, ведущей к сети потайных ходов дворцового комплекса, которыми так любила пользоваться Небетхет. Исет приложила руку к мягкому камню, и часть стены растворилась, впустив ее внутрь, а затем возникла снова позади нее. Двигаясь в прохладе древних коридоров и ступая босиком по тканым дорожкам, устланным по приказу главы канцелярии, Исет была словно во сне. На стенах горели лампы, наполненные белой огненной плазмой. "Еще два поворота и начнутся его покои, я не забыла дорогу"– с радостью думала Исет, предвкушая скорую встречу.

Она остановилась у нужной стены и приложила руку к камню. От ее тепла он размягчился, сработал древний механизм и часть стены исчезла, пропуская ее внутрь. Ее резко окутал тяжелый аромат благовоний, который сразу погрузил в воспоминания. Исет шагнула вперед и сзади снова образовалась стена. Это был один из личных залов для приемов с колоннами в виде стеблей нераскрывшегося папируса. До нее донеслось приглушенное журчание фонтана и легкое щебетание птицы в просторной клетке, стоящей неподалеку. Пройдя дальше, в сторону террасы, Исет увидела его.

Сет стоял, упершись руками в широкий подоконник, и смотрел вдаль, на город. В лучах заходящего солнца он был великолепен в одной набедренной повязке и браслете правителя. Вьющиеся коротко подстриженные густые темные волосы и гладко выбритое лицо дополнял ровный нос и четко очерченые губы. Смуглая кожа, приобретшая загар во время регулярных боевых тренировок, была смазана маслом и сияла.

Из-за "поющего"браслета Исет уже не могла к нему подкасться незамеченной, и все, что ей оставалось, это продолжать делать медленные шаги в его сторону, словно кошка, вышедшая на охоту. Браслет позвякивал в такт ее шагам. И Сет обернулся. Она стояла перед ним босая, опустив глаза, такая хрупкая, беззащитная и манящая в своем изысканном наряде с открытой полной грудью. Он понял, как на самом деле скучал по ней и корил себя за то, что так отдалился. Внутри все сжалось от желания, но он сдержал этот порыв и продолжил стоять как вкопаный.

"Здравствуй…регент. Здоров ли ты? Все ли у тебя хорошо?"– спросила Исет, почти грудным голосом, пытаясь скрыть свое волнение. "В порядке ли дела империи, каков урожай, нет ли болезней?"– продолжила она, с удивлением понимая, что раньше она о таком ни за что бы не спросила. Сет сделал несколько шагов ей навстречу, Исет подняла голову – он стоял прямо перед ней. Его светло-карие глаза смотрели на нее с такой нежностью, что внутри все перевернулось. Он взял ее за плечи, притянул к себе, и прикрыл глаза, вдыхая аромат ее волос и кожи. Рука опустилась ниже на упругий бугорок ее груди. Затем, не долго думая, он взял ее маленький подбородок, чтобы рассмотреть пухлые алые губы. Проведя по ним пальцем, Сет заглянул ей в глаза, а затем докоснулся до них своими губами, ожидая, что она сделает ответный шаг.

Исет всегда было сложно сдержать себя, но сейчас она чувствовала себя иначе. Как будто ее отношение к нему стало более глубоким. Конечно, она знала, что он ждал от нее продолжения, но вместе с тем ей не хотелось быстро парировать моменты, которых она ждала так долго. Ее губы сами ответили на прикосновение его губ, и он с жадностью начал ее целовать. "Я ни на секунду не переставал о тебе думать, ты словно часть меня, мое продолжение, Исет"– шептал Сет. "Ты должна знать, что бы ни случилось, я никогда не приченю зла ни тебе, ни нашей семье, Исет. Запомни это. Даже, если все будет указывать на обратное, не верь"– сказал он и крепко обнял ее.